Наследница

«Сатана мертв»… Эти слова эхом раздавались в моей голове, я не до конца понимала, что происходит уже несколько дней. Ходила отрешенная от всего мира, пустой взгляд, дрожь в руках и всём теле постоянные приступы панических атак, из которых меня вытаскивал Мальбонте и мама, не понимание того, что мне сейчас делать и куда идти. Я напрочь забыла о своем плане мести, он ушел на второй план, на первом же оказалась та информация, что мне надо прямо сейчас возвращаться в Ад и занимать место, пока не стало слишком поздно. Все бы ничего, но… Я была не готова. Я не боялась, нет, просто не знала что делать. Каждый мой шаг за эти дни был контролируемым Малем, а тело не подчинялось мне самой. После тех слов Ребекки о том, что мне надо занять престол мой мозг отключается, и я безмолвно падаю на кровать. Мама тяжело вздыхает, видимо, предполагая такую реакцию, аккуратно кладет меня на кровать и выходит из комнаты. Дальше я уже не помню… Помню как очнулась я спустя два дня, Мальбонте молниеносно подскочил ко мне и начал спрашивать, как я… А я… Я не могла ответить ни на один вопрос, ибо была, как будто, в прострации. Я слышала, что происходит вокруг, но мой стеклянный взгляд просто смотрел вперёд, игнорируя всех и вся. Внутри себя я кричала, плакала, делала хоть что-нибудь, чтобы привлечь внимание, но в реальности не менялось ничего. Это было просто отвратительное ощущение, я слышала и видела состояние Мальбонте и мамы, но ничего не могла с этим поделать. *Неделю спустя* — Вики, просыпайся, дорогая. Уже утро. — Он, как всегда, будит меня радостной улыбкой, а я просто открываю глаза, не пытаясь встать. Бедный мой мальчик, он столько времени бегает вокруг меня да около, чтобы хоть как-то меня достать с того состояния. — Пойдем, завтрак готов. — Он приподнимает меня, держась за мою спину, как резко мою голову, как будто, простреливают из дробовика, разнося её в щепки. Боль. Внутри себя начинаю кричать от этих адских ощущений, пожалуйста, пусть они закончатся. По лицу текут слезы от этой боли, которая даже не хочет уменьшаться. Голову просто невыносимо жжет, стреляет, крутит и вся боль, которая есть в этом мире, как будто, собралась у меня в голове. — ХВАТИТ! — Мой крик разносится по комнате, Мальбонте испуганно смотрит на меня, затем аккуратно касается меня и спрашивает. — Вики…? Ты слышишь меня? — Он резко начал трясти меня за плечи с удивлением, испугом, радостью смотря в глаза. Мой взгляд встречается с ним, и я понимаю, что вижу его своими глазами. Могу ощущать его прикосновения, мое дыхание учащается, боль давно ушла, но взамен появился какой-то страх. Я притягиваю Мальбонте за плечи к себе и резко обнимаю. Начинаю плакать, резко выдыхать и вдыхать воздух, которого катастрофически не хватало в этом момент. Щеки и нос щиплет, на лице остаются дорожки из слез, которые не хотят останавливаться. — Вики, девочка моя, все хорошо. Слышишь меня? Скажи что-нибудь, солнце моё. — Он обнимает меня в ответ и пытается успокоить, гладит по спине и голове, говорит милые слова на ухо, что хоть как-то помогает мне. — Мальбонте… — Мой тихий голос с надрывом шепчет ему его имя, отчего он ещё сильнее прижимает меня к себе. Я чувствую, как на плечи падает что-то мокрое с его лица. — Не плачь… Пожалуйста. — Вики, Вики, Вики… — Он быстро произносит моё имя, счастливо улыбаясь. — Живая… Вики, ты живая… — Да, Маль, я живая. — Прижимаю его к себе понимая, что это все наконец-то закончилось… *Через месяц* — Вики, ты готова? Завтра тяжёлый день, поэтому тебе стоит, как следует, выспаться. — Мама стояла возле прохода в дверь, облокачиваясь на дверной косяк. Её руки были сложены у груди, а взгляд с неким сожалением смотрел прямо на меня. — Да, мам… — Я лежала на кровати, читая очередную книгу, просто, чтобы убить время. «Завтра тяжёлый день…» Прозвучало, как приговор. Да… Завтра мы собираемся в Цитадель, чтобы внести свои правки в их гнилое правительство. Каждый находящийся там ангел прогнил до такой степени, что вся их душонка наполнена чернотой. Ненавижу всех их… Убрать мою мать с поста, заставить делать то, что она не хочет. Принижать демона и говорить, что он ничтожество, хотя демоны поддерживают равновесие добра и зла. — Пусть они будут гореть в Аду за все их отвратительные словечки. — Я захлопнула книгу, создав мощный звук, а мои глаза загорелись адским пламенем. Это моя особенность. Когда меня охватывают какие-либо эмоции, глаза передают их цвет. Счастье — зелёный, злость — красный, ревность — фиолетовый и т.д. Не знаю, откуда у меня это появилось, но оно доставляет мне больше радости, чем удивления или гнева. Люблю свои глаза. — Милая, по спокойнее, мне нравится твой напор, но давай ты заснешь с мыслью, что скоро востаржествует справедливость, а не смерть Цитадели. — Мама усмехнулась, отводя взгляд в сторону, это была абсолютная ложь. Все, что она сейчас сказала — ложь. Она терпеть не может Цитадель и каждого ангела, находящегося в ней. До единого. — Шучу. Мы раскромсаем их на кусочки. — Подойдя ко мне, мама поцеловала меня в лоб и пожелала «Спокойной ночи», после чего ушла из моей комнаты. Вообще, я давно уже живу в комнате Мальбонте вместе с ним, но из-за приезда Ребекки нам пришлось отдать его комнату матери, а нам двоим занять мою. Почему? Маме нужна большая территория для изучения и практики новых способностей, а комната Маля идеально подходит, как ни странно. Через минут двадцать пришел Мальбонте. Я уже чувствовала все через сон, но теплые руки, обнявшие меня со спины, я могла почувствовать вполне себе четко. «Спи, принцесса» сказал Мальбонте перед тем, как провалился в сон. Я слегка улыбнулась и положила свои руки поверх его, день завтра будет тяжёлый, но ночь самая спокойная… *На следущий день* Крылья разрезали воздух, проделывая нам путь. Мальбонте летел во главе нас троих, я летела справа, а мама слева. Мы пролетали на городом ангелов и демонов, пытаясь не обращать на себя внимание, всё-таки появиться в Цитадели хотелось вполне эффектно и без предупреждения, чтобы озадачить правительство. Город можно было сравнить с каким-то местом для заключённых и бездомных. Все было в серых тонах, люди ходили в оборванных вещах, где-то проходили кражи, убийства, но мы не могли этому помешать, ведь наша цель была абсолютно другой. В воздухе висела атмосфера боли и страданий, здесь находились ангелы и демоны, которых выгнали со своих школ или не приняли вовсе, они не могли чего-то добиться, из-за чего остались здесь. Это город несправедливости, разрушений и настоящего взгляда на мир. Подлетев к входу Цитадели перед нами встало двое охранников, которые лениво встали со своих мест. Разница со зданием совета и города была колоссальной. Дома в городе были заброшены, разрушены и бедными без наличия денег и еды, в то время Цитадель же выглядела богатым замком с обволакивающими его золотыми нитями, колоколами на верху, красной ковровой дорожкой возле входа, которая продолжалась внутри здания. — Лицемеры… — Тихо и злостно проговорил Мальбонте себе под нос, но я услышала его слова. — Думают только о себе и какой наряд по богаче купить, на людей им плевать. — Он сжимал кулаки, но лицо не выдавало никаких эмоций, но было понятно одно. Он зол. — Вы чего-то хотели? Посторонним запрещено находится возле здания Цитадели. — Наш истинные образы были скрытны и сейчас мы выглядели как обычный демон и ангел, в то время мама оставила все как есть. — Вы же знаете, что… — Взгляд охранника остановился на Ребекке, разглядывая её снизу вверх. — Ребекка… Как ты вообще посмела прийти сюда после своего предательства?! — Охранник встал возле матери, гневно дыша ей в лицо, мои руки непроизвольно начали излучать энергию, но Маль быстро сказал мне успокоится. Ладно, все идёт пока так, как мы и планировали. — Ты покинула Цитадель, но даже после этого святой советник Цитадели Эрагон не отнял у тебя крылья и не отправил на землю, а просто выкинул тебя из совета! Тогда как ты смеешь возвращаться сюда?! — Этот тип меня дико раздражает, когда уже мама ему вмажет? — Мы с Мальбонте могли общаться по телепатической связи, слыша мысли друг друга, что было очень даже удобно, особенно в таких ситуациях. — Скоро, Вики, потерпи. — Он взял меня за руку, слегка поглаживая, и отпустил обратно. Вдруг заговорила мама. — Я знаю… — Ребекка сделала виноватый вид, как бы раскаиваясь, но только мы с Малем знали, что сейчас будет, и что ей абсолютно плевать на их и эти извинения.  — Я хотела бы извинится перед всей Цитаделью, я знаю, что меня не примут, но так я хоть чуть-чуть могу загладить ту вину, которую принесла. — Она показушно протёрла щеку, как бы, «вытирая» слезу. — А эти двое с тобой? — Охранник презрительно посмотрел на меня с Мальбонте, явно показывая свою неприязнь. — Да, они — моя личная охрана. — Это был самый тупой вариант сказания, кто мы, но другие варианты могли бы вызвать подозрения. — Неужели кто-то согласился служить такой, как ты? — Он усмехнулся. Мразь. — Я сама удивлена. — Мама тоже слегка улыбнулась и посмотрела на меня. В её взгляде можно было понять, что все под контролем. Я выдохнула и спокойно кивнула. — Проходите… — Ангел развернулся и, облокачиваясь на свою трость, провел нас во внутрь Цитадели. Мы с Мальбонте удивлённо переглянулись, так как были удивлены, что все прошло так гладко, мы рассчитывали на более сложный подход, но нас так просто пропустили? Серьезно? — Ребекка, точно все в порядке? — Мальбонте сказал ей это в мыслях, на что она ответила. — Не переживайте, все идёт по плану, он такой тупой, что никогда не задумывался над тем, кто, где и как пришел в Цитадель. — Мы заметили её незаметную улыбку. Она ухмылялась так по собственнически, что уверенность прямо текла по жилкам крови. Наша гордая походка, поднятая наверх голова показывала всем, что далеко не извиняться мы пришли, но всем было так все равно, что никто этого не заметил. — Пришли. Стойте тут, я поговорю с Советником. — Ангел зашёл в главный зал Совета, где сидели все главные Советники Цитадели, я не смогла никого разглядеть, так как дверь моментально закрылась. Буквально через пару минут вышел охранник со словами. — У вас есть не больше 5 минут. — Он открыл нам дверь, и мы зашли. — Начинается веселье. — Я прошептала это настолько тихо, что меня не услышал даже Мальбонте, который стоял рядом. Мы зашли в зал. Первое, что бросается в глаза — это яркие флаги, развешанные по всей территории. В центре стоял огромный стол, за которым сидело четыре Серафима. Пятое место было пустое… Это место Ребекки… После того, как её выгнали с поста Серафима, они до сих пор не нашли ей замену. Идиоты… — Какие люди, Серафим Ребекка. — Главный Советник встал изо своего места и подошёл к нам. Его белый плащ развеивался на полу, а на плече сидел какой-то ворон. — Ах да, простите… — Его мерзкая ухмылка «украшала» его лицо, он наклонился к маме и с оскалом прошептал. — Бывший Серафим Ребекка. — Советник резко разворачивается и подходит обратно к столу, птица начинает истерически кричать. — Тише тише, мой дорогой. — Советник поглаживает черные перья ворона, облокачиваясь на стол. — Так что вас привело сюда? — О, не волнуйся, бунт я не собираюсь поднимать. — Теперь уже на лице матери появился оскал. Как же уже хотелось снять свой облик, показать нашу истинную сущность и хорошенько врезать им всем. — Но я хотела бы поговорить с вами без лишних глаз. — Она нагло посмотрела на Архангела, который стоял возле двери. — Как Вам угодно, Серафим Ребекка. Йор, выйди. — Архангел, как я поняла, Йор недовольно фыркнул, но покорился и вышел и зала. — Теперь я Вас слушаю. — Его обнаглевшая ухмылка меня бесила, но пришло, наконец, наше время… — Что же, Эрагон, не будет всяких прилюдий и тому подобное. Хочу представить вам, уважаемая Цитадель, моя дочь — Вики Уокер и всеми известный Мальбонте! — Мама злостно сверкнула глазами, улыбнулась уголком губ, и подняла руки, показывая на нас. Советники резко напряглись и, даже, испуганно посмотрели на нас двоих. Наши лица озарил садистский оскал, мама отошла на задний план, сложила руки перед грудью и довольно смотрела на нас. — Моя дорогая, готовы ли вы начать наше шоу? — Мальбонте голантно подал мне руку, которую я с радостью приняла. Мы взлетели вверх, с высока смотря на Советников. — Всегда готова. — Сказала я перед началом. Наши тела озаряет красная вспышка, которая проходит с головы до ног, открывая наш истинный облик. Мои волнистые черные волосы развиваются на ветру, который образовался от моей энергии. Небольшая заколка в виде шляпы с кружевом была прицеплена у меня на голове. Появляется чёрное платье в пол, его концы свисали по воздуху, качаясь сзади. Вырез на груди и спине, но рукава свободные и длинные сделанные полностью из черного кружева. Вспышка доходит до самого конца, открывая полностью мои демонические крылья и черные каблуки на небольшой шпильке. Мальбонте был одет в черный строгий костюм без галстука или бабочки. Верхние три пуговицы были растегнуты, открывая вид на верхнюю часть грудной клетки. Возможно, наши наряды не совсем подходили для битвы в Цитадели, но мы и не собирались устраивать кровавую бойню, нам нужен был лишь разговор. — Какого… — Эрагон хотел отступить назад, но сзади был только стол, который перегородил ему путь. — Как вы смогли использовать заклинание скрытия, не находясь на земле?! О да, первый этап пройден, он в шоке, как и все остальные Ангелы, сидящие за ним. Они моментально поднялись со своих мест. Из посоха другого Серафима выходит зелёный сгусток энергии, который он запускает в меня, но за метр от меня на секунду появляется красное поле, дублируя его удар, который за секунду возвращается к нему же самому. Его же сила откидывает его на несколько метров к стене с глухим ударом, Ангел падает на землю в обмороке. — Что ты сделала… — Эрагон моментально создаёт щит белого цвета вокруг себя, но я разрушаю его одним сгустком энергии, который выходит из моих глаз. Они загораются красным цветом, после чего две яркие линии, появившиеся, из моих зрачков пробивают его защиту, откидывая его к прошлому Советнику. — Неужели есть ещё смельчаки, которые хотят с нами потягаться? — Я отпускаю руку Мальбонте, который победно улыбается и смотрит на них всех нагло и с издёвкой. Я опускаюсь на пол, стук каблуков глухим эхом раздается по всей комнате. — Дорогие мои Советники, мы не хотим с вами вражды, просто один разговор. — Я ухмыляюсь и подхожу к столу, облокачиваюсь на него руками и смотрю на остальных ангелов. — Вы останетесь живы если исполните три наши просьбы. — Мы никогда не станем подчинятся жалкому демону, предателю Цитадели и, уж тем более, Мальбонте! — Сказал третий Серафим в каком-то красном плаще с длинной белой бородой. — Заткни свою пасть! — Крикнул Маль, откидывая его к, уже собравшейся, кучке Серафимов своим криком. — Никто не имеет оскорблять мою королеву. — Он подходит ко мне, поправляет волосы, заводя их за ухо. — Что вы хотите? — Спрашивает четвёртый Советник. Он аккуратно подошёл за другую сторону стола, не отводя от нас взгляда. — Вот это уже другой разговор. — Я подхожу к Серафиму и кладу ему на плечи свои руки, они сжимают его кожу, а я чувствую, как трясется всё его тело. — Боишься меня? — Шепчу ему на ухо, слегка проводя языком по ушной раковине. Вижу, как Мальбонте складывает руки на груди, а улыбка становится шире, наблюдает и ждёт продолжения… — Я не буду причинять тебе боль, но ты должен послушать меня и сделать то, что я от тебя хочу, согласен? — Провожу руками по шее, затем спине, слегка задевая его волосы. Его взгляд метается из стороны в сторону, а руки слегка потряхиваются, каждое его движение отдавалось страхом. — Х-хорошо, я сделаю, как вы хотите — Он сглатывает слюну, а я победно ухмыляюсь. Получилось. Я смогла. — Какой умный мальчик… — Медленно и, в некой степени, соблазнительно тихо говорю ему на ушко, после чего резко отстраняюсь, садясь рядом на место Эрагона. — Для начала, ты же не будешь против, если мои дорогие люди присядут рядом со мной? — Н-нет… Конечно, нет. Присаживайтесь. — Он нервно поправил галстук на шее, приглашая второй рукой присесть мою маму и Мальбонте. Ребекка отсланяется от стены, гордо подходит и садится на своё прошлое место. Маль же сразу садится на своё кресло, опускаясь с воздуха. — Умница моя. — Парень притягивает меня за шею к себе и целует, жадно и страстно, показывая больше гордость и похоть, чем любовь и нежность. И я отвечаю ему абсолютно тем же. Он отстраняется и презрительно смотрит на Советника. — С каких это пор в Цитадель берут таких тряпок. Хах. — Так какие ваши требования — Спросил Советник. — Что же, начнем. Первое, что я хотела бы — это возвращение моей матери в Цитадель, как главного Советника и помощника Шепфа. — Я оперлась своими руками об подбородок, ставя их на стол. — Второе: ваша помощь в свержении самого Шепфа и становление на его место Мальбонте. — Советник удивлённо хлопает глазами, после чего пытается заговорить. — Но мы не можем… — Я не давала Вам слова! — Мой голос сильной волной энергии проходится по залу, снося флаги и всё, что не твердо здесь стояло. — И третье… Моё становление на пост Сатаны, как истинной наследницей престола Ада. — Смотрю на Серафима, который раскрыл рот от удивления и не понимает, о чем я говорю. — Какой позор! Не знать истинного наследника?! Вы думали Люцифер должен править Адом? Этот мальчишка не знает, как управлять камерами преисподни, а собирается встать на престол. Цитадель совсем от рук отбилась. — Актерски потираю подбородок, вижу, как остальные Советники пытаются встать, но я резко взмахиваю рукой, ударяя их диском своей энергии, и поднимаюсь ввысь. Мои глаза полностью чернеют, руки горят пламенем, а голос снизился до предела. Говорю медленно, властно, но громко. — С этого момента я — Вики Уокер Ребекка Уокер и Мальбонте здесь главные! — Заливисто смеюсь и опускаюсь на землю. — Шоу только начинается…