Бессмысленная погоня

      Библиотека в государственном педагогическом университете является действительно достойной и располагается в главном корпусе. Там же дислоцируются и кафедры филологического, физико-математического и педагогического факультетов. Для студентов изучающих иностранные языки библиотека может предоставить довольно редкие экземпляры многих словарей разного толка и выпуска, что может помочь в написании курсовых, да и просто практических заданий.       Стеллажи поднимаются от пола и чуть ли не до самого потолка, делятся на секции по алфавиту и главенствующему жанру. Дерево и бумага, бумага и дерево, отсутствие коврового покрытия на полу, дабы снизить количество пыли и грязи, и мягкий, но яркий свет, чтоб не напрягать зрение. Нет в интерьере ничего такого, чтоб отличалось от устройства любой другой университетской библиотеки. Даже престарелые работницы ничем от друг друга не отличаются и знают каждый угол, будто присутствовали лично при открытии.       Зал с научной и учебной литературой по совместительству является и читальным. Тут стоит несколько столов, офисные стулья, самые дешевые настольные лампы и сюда сползаются студенты из общежития, чтоб в тишине и покое дописать работы, доделать групповые проекты или составить список необходимой литературы. Оля сегодня находится здесь ради подготовки ответов для семинара по истории, а Инна — для дополнительного задания по “Фольклору”.       У Фиалки есть необходимость поднятия итогового балла и преподавательница пошла навстречу, но, к сожалению для девушки, по творческому пути. Ей предстоит за сегодня слепить коллаж по ведущим мотивам народных сказок. И пока ее подруга сидит с парой учебников и толстой тетрадью, Инна подыхает под грудой журнальных вырезок, ватмана, маркеров и распечаток уже час. Время поджимает, а молодые студентки больше обсуждают насущное в личной жизни, чем готовятся к парам, ежеминутно прерываясь.       — И что по итогу? — спрашивает вымученно Оля, в который раз пытаясь разобраться в ситуации.       — Да ничего! Нет итога! — раздраженно отвечает Фиалка подруге и упирается лбом в крышку стола. Удар смягчает толстый пыльный сборник. — Почему я вообще должна приходить к итогу? Я с Антоном знакома чуть больше недели, а с Женей близко общаюсь даже меньше. Казалось бы: нравится им бегать за мной — так пусть бегают. Но ты бы знала как это утомительно, я уже и шага не могу без них ступить.       — Не бегать, а ухаживать, — поправляет Оля. — А ты принимай все их жесты.       — Ты думаешь, я отказываюсь? Это просто уже доходит до… — Инна бегает глазами в попытке подобрать подходящее слово, но из-за нервозности не выходит. Она вздыхает и добавляет: — Тот поход в кино чего только стоил, а таких ситуаций — море.       Не отрываясь от конспекта, Оля спрашивает буднично:       — Тогда в чем проблема? Тебя никто не заставляет сейчас бежать с кем-то из них под венец и ты в любой момент можешь их послать или отказать одному из них. А то и вовсе не придется, — добавляет она загадочно и перелистывает страницу тетради. Она написала только один развернутый ответ из восьми.       — Я понимаю… — сдается Инна. Решать тут пока откровенно нечего, но кажется, что ещё чуть-чуть и придется, как минимум, очерчивать личные границы.       — Но все же, — веселый, почти игривый тон Оли заставляет снова отвлечься. Ее зеленые глаза с любопытством прищуриваются, а губы растягиваются в улыбке, — если выбирать, то кого?              — Давай так, — Инна садится вполоборота к собеседнице, — мне больше нравится общаться с Антоном, мне его легче понять, с ним интереснее…       Оля перебивает:       — То есть, твой ответ — Антон?       — Нет. С Женей мне комфортнее и проще. С ним не нужно из себя что-то строить, казаться лучше, с ним не боишься оплошать, но с ним я будто просто с приятелем.       — Женечка во френдзоне… — грустно проговаривает Оля, постукивая кончиком пальца по губам. — Жаль, он хорошенький, — пожимает она плечами.       — Но все равно будто пока все не то, — говорит Инна страдальческим тоном. — Может дать им больше времени или мне просто сейчас не до отношений? Я как будто в одном из твоих гаремников, — подытоживает Фиалка с неким раздражением.       — Не гаремник, — возражает девушка. Затем, встрепенувшись, спрашивает: — Ты про спор не забыла? Я все еще уверена в своей догадке. А ты? Все еще не веришь? Проиграешь деньги, Инночка, — азартно парирует та, и снова возвращается к конспекту.       Инна вспыхивает. Выравнивается на стуле и после вздоха спрашивает:       — А во что верить? Они как кошка с собакой дерутся, при очередной встрече того гляди и убьют друг друга, — мотает она головой, скривив губы.       — Вот увидишь, это ненадолго, — не отстает Оля. — По закону жанра скоро перестанут.       — Бред, — отмахивается Инна. — Я сейчас тебе докажу. Буквально пару дней назад я ездила на конеферму покататься. — Фиалка тут же отклоняется от темы, интересуясь: — Ты, кстати, в следующий раз со мной не хочешь? А то мне скучно одной.       Состроив жалобное лицо, Инна пытается в очередной раз вовлечь подругу в свое хобби, что неизменно не приносит успеха. Оля до ужаса боится больших парнокопытных с детства. Тем не менее, она встречно предлагает решение:       — Позови этих двоих. Я уверена: отказов не будет, — и улыбается, лишь немного приподняв уголки губ.       Фиалка прыскает со смеха:       — С ума сошла? Чтобы они конюшню всю разнесли и меня опозорили? Ну уж нет! Если только по раздельности. — Оля согласно кивает на это. — Так вот, была на конеферме, там растут у них кусты сирени — огромные, пышные, скоро отцветут. Я сфоткала, выставила в сеть, мол, хорошо, что успела полюбоваться.       — Да, да. Помню что-то такое, — лениво кивает Оля, поглощенная учебой       — Так вот, на следующий день подхожу к универу и что ты думаешь? — Вопрос в ответе не нуждается, уж слишком все очевидно. Оля с улыбкой мотает головой. — Ругань, крики, но с огромными букетами в руках.       — Но цветы-то хоть забрала? — поднимает девушка голову и смотрит на подругу.       — Естественно, — позволяет себе улыбнуться Инна. После недолгой паузы она продолжает рассказ: — Или как позавчера, когда я в магазин ходила за краской и так по мелочи. Стою на кассе, наличку забыла, а на карте денег не хватает. Позвонила тебе — ответа нет, написала Жене, кинула сразу номер карты, он тоже не отвечает. Антона было неловко просить, но, как понимаешь, пришлось. В итоге, Антон кинул раз в пять больше с подписью: “Запишись в хороший салон и отдохни)”, — копирует девушка манеру парня. — А потом и Женечка прочитал и тоже кинул намного больше, мол чтоб купила себе что-то еще. А мне чужих денег не нужно!       — Мда, — протягивает Оля. — Такого и одного сейчас днем с огнем не сыщешь, а тут сразу два. Счастливая ты, — говорит та без зависти, но с неподдельным удивлением.       Покусывая нижнюю губу, Фиалка рассматривать свое несобранное практическое задание на столе. Она успокаивает свой запал и, прочистив горло, спрашивает подругу:       — А если предположить, что бы ты делала в такой ситуации?       — Инна-а, — Оля делает голос строже, — лепи свою аппликацию и не мешай мне. Нас скоро такими темпами выгонят, — меняет она ловко тему и опускает взгляд в тетрадь. Расписывать второй вопрос Оля так и не начала.       Инна наклоняется ближе к столу и шепчет:       — Не имеют права выгонять. До закрытия еще далеко. И ты увиливаешь от ответа, — подмечает она.       Оля тяжело вздыхает, снова поднимает голову. В её взгляде, когда она встречается нос к носу с любопытным взглядом Инны, мелькает привычная усталость.        — Честно? Я бы в неё не попадала, — с вымученной прямотой отрезает та.       — Очень остроумно, — фыркает в ответ Инна. — Может потому что кое-кто играет в затворницу и ее невозможно ни с кем познакомить?       Оля на это ахает от возмущения и ее брови сползают к переносице. Однако Инна стоит на своем:       — Замути интрижку, найди парня на раз, сходи на свидание что ли, — не унимается она. — Сколько прошло с тех пор, как ты рассталась? Полгода! А где весь этот буйный период? — активно жестикулирует та руками.       — Мне твоих интрижек хватает пока что.       — Ну а если серьезно? — Инна смягчается, а тон ее теплеет. Она помнит, как тяжело далось ее подруге последнее расставание. — Нельзя же страдать всю жизнь. Почему бы не попробовать?       — Потому, что я боюсь теперь и не хочу серьезности. Вот почему! — бросает подруга шепотом с долей раздражения и отворачивается.       — А я и не говорю про серьезные отношения, — Инна перекладывает свою ладонь на предплечье Оли. — Интрижка, общение, просто секс на крайний случай. Тебе нужно свой последний разрыв перекрыть чем-то приятным и… взбалмошным, — разъясняет та со знанием дела.       — Не знаю… — пожимает Оля плечами и поджимает губы. — А если мне не понравится? А если мной воспользуются, если он какой-то мудак или…       — Стоп, стоп, стоп, — Инна торопливо перебивает. — Далеко летишь. В этом же и прелесть одноразового знакомства, — произносит с легкой улыбкой. — Вы оба знаете, что это на один раз. Никто ничего сильно не ждет и ты можешь говорить, что угодно, быть кем угодно — это как игра.       — Инн, это, конечно, все прекрасно, но я так, как ты, не могу. Я не могу пользоваться парнями, я не хочу быть сукой.       Инна театрально ахает на попытку забросить камень в её огород, и Оля тут же затыкает себе рот ладонью, раскрыв широко глаза. Инна по-доброму посмеивается на такую реакцию и дает подруге возможность продолжить.       — Я имею в виду… — она запинается. — А если он влюбится в меня? Я — это я. Даже если у меня появятся чувства — это будут только мои проблемы, но я не хочу быть той, кто доставляет эти проблемы. Даже если это одноразовый парень на неделю другую.       — А знаешь кто не влюбится? — спрашивает Фиалка резко и с серьезностью в голосе. Оля переводит озадаченный взгляд на Инну и та без замедления отвечает: — Дима!       — Какой Дима?       — Друг Жени, — кивает радостно Фиалка.       Брови Оли подскакивают. Она удивленно переспрашивает:       — Этот Дима?!       — Ну да, а что? Я с ним в кино тогда весь сеанс просидела, очень интересный и внимательный парень. Галантный, порядочный, вежливый, на мудака не похож, — перечисляет девушка достоинства нового приятеля.       — Инна, он пол потока перее…       Наконец им делает замечание местная блюстительница порядка:       — Юные леди, на полтона тише и не выражайтесь в общественном месте. — Она, видать, устала слушать все эти подростковые сплетни.       — Просим прощения, — говорят студентки в унисон с видом бедных овечек.       — Вот именно! — шепчет Инна, подсев ближе к подруге. — И заметь, ни одна не жаловалась. Да и я, конечно, со свечкой не стояла, но думаю слухи преувеличивают. Он, конечно, тот еще угодник и бесспорно очень хорош собой, хоть и не самый красивый, — подчеркивает она, выставив вперед указательный палец, — но со всеми подряд точно не спит. Просто за счет того, что у него особенная манера общения, ее все воспринимают за флирт, — пожимает она плечами. — И думают, что после флирта обязательно все идет в постель.       — Ну допустим. А с чего ты взяла, что он точно не влюбится?       Инна хмыкает, закусив губу, и задумывается. Спустя мгновение, она неуверенно говорит:       — Мне кажется, раз уж он не может ни на ком остановиться, то он вообще не способен на такое чувство, как влюбленность или любовь.       Девушка делает паузу в рассуждениях и опускает взгляд на свои раскрытые ладони. Оля тоже молчит. Поэтому Фиалка, еще немного обдумав сказанное ранее, добавляет:       — Тем более он твой типаж по всем пунктам: темненький, нос с горбинкой, заносчивый, с подвешенным языком. Пообщайся! — подталкивает она подругу. — Хотя бы просто, чтобы развеяться! Замуж за него выходить никто не просит.       — Ну да и то верно, — соглашается Оля, уже почти не считая эту затею бредовой.       Услышав удовлетворительный ответ, Фиалка решительно берет ситуацию в свои руки, пока подруга не передумала. Смысла медлить, по ее мнению, нет.       — Хочешь я попрошу у Жени его контакт?       Оля кривится на такое заявление и наклоняет голову в бок, спрашивая:       — А может лучше попросишь Женю помочь нам с семинаром и практическим занятием?       — А может, — кивает девушка себе несколько раз. — А может и Антона попрошу, заодно сама посмотришь и поймешь, что там кроме ненависти ничего и быть не может.       — Инна, — начинает Оля деловитым тоном, — ненависть в человеческой психологии, такое же сильное чувство, как и страсть, а люди склонны их путать. Тем более, любой нормальный мужик не будет ничего делать, если ему это не нравится и не хочется, а Женю с Антоном будто не оттянешь друг от друга.       — А может тогда и Диму попросим помочь? — с улыбкой подначивает Фиалка, проигнорировав лекцию о человеческих чувствах.       — Давай без этого, — отмахивается от предложения Оля.       — Нет, давай с этим. Я напишу сейчас им всем и попрошу помочь, а то мы так до утра не закончим.

***

      Университетская библиотека закрывается в шесть, а значит у только что сформированной компании остается не более двух с половиной часов в запасе. Первыми к девушкам на помощь приходят Дима и Женя, порадовав всех своим присутствием сразу после окончания пар. Женя не робеет приобнять Фиалку в знак приветствия, а его друг не стесняется поинтересоваться, с какого перепуга дамы так рано освободились от учебы им на зависть.       — А у нас отменили физкультуру и мы думали как раз сесть долги быстро дописать и пойти потом гулять, но не тут-то было, — разъясняет смущенно Фиалка и заправляет выбившуюся прядку лиловых волос за ухо.       Инна опирается на стол, стоя лицом к входной двери, поэтому первая замечает, как с такой же компанией студентов, как и они, в читальный зал входит Антон. Она машет ему рукой и улыбается. Он делает такой же жест в ответ и только потом замечает стоящего рядом Женю.       — А этот что тут делает? — указывает Антон пальцем на парня, который стоит с повидавшим жизнь рюкзаком на одно плечо.       — Ой бл… — не в силах удержаться Женя от язвительных комментариев. — Фиалка, если ты в следующий раз захочешь посмотреть на потешных обезьянок, то не нужно звать Антона, можно просто попросить меня сходить в зоопарк.       Дима еле сдерживает смех, подхватывая Олю под руку и уводя к другому столу. Он не тянет время и тут же спрашивает:       — Миледи, мне сказали, что вам жизненно необходима помощь с каким-то семинаром. Я прав?       — Кхм… — запинается Оля, не в силах выбросить из головы недавний разговор с подругой. — Нужна. С двумя, если быть точнее.       Девушка переносит распечатанные материалы и тетрадь за другой стол, садится к парню, оставляя между ними минимальное расстояние. Учебник всего один, поэтому паре придется потесниться, чтобы обоим было удобнее с него читать.       — А предмет-то какой, красавица? — расплывается Дмитрий в улыбке.       Оля отвечает уже без волнения, но взглянуть парню в глаза не может:       — История языка. — Делим, значит, вопросы напополам и начнём, — радостно предлагает тот и добавляет, но уже игриво: — Надеюсь, у нас с вами тоже получится найти общий язык.       Антон и Женя, все это время наблюдавшие за картиной "Весеннее обострение Дмитрия" с руками в боки, обращаются к Фиалке.       — Так, с этими понятно, а мы тут зачем? — спрашивает Антон.       — У меня немного сроки горят, поэтому было бы круто, если бы вы сделали с Женей практическую, пока я допишу ответы на завтрашний семинар, — торопливо говорит Инна.       — Практическую? — удивленно переспрашивает Женя, так как в сообщении о просьбе помочь ничего толком не было сказано.       — С Женей? — в тон ему повторяет брюнет.       — Дааа, — протягивает девушка с долей вины в голосе.       Она не успевает ничего больше добавить, как Антон ее перебивает:       — Ты, конечно, извини, но на парную работу с этим недомерком я не подписывался, — демонстративно поднимает он руки вверх и направляется к выходу. Он, наверняка, сожалеет, что столько времени потратил зря.       Женя в ответ на такой жест растягивается в удовлетворенной улыбке.       — Ну и отлично, — резюмирует он, оставляя рюкзак у стола и готовясь к плодотворной работе.       Такая маленькая, но все же возможность побыть с Инной наедине перекрывает собой все остальные сложности. Даже полное отсутствие знаний в незнакомой ему дисциплине не станет сегодня помехой. Антон реагирует быстро. Позволить Жене такую небывалую роскошь он не может. Парень незамедлительно и молча возвращается, усаживается тоже за стол и, скрещивая руки на груди, принимается ждать указаний.       — Оу, — растерянно реагирует Инна, — спасибо еще раз за помощь, — говорит Фиалка и тут же принимается давать указания: — В общем нужно сделать небольшой коллаж-аппликацию из журнальных вырезок на тему "Ведущие мотивы сказок мира". Стиль и все детали на ваше усмотрение — главное, чтобы смотрелось симпатично, — кивает она себе. — А мотивы я уже выписала отдельно. — Инна показывает на сложенный вдвое клетчатый листок, на котором мелким почерком набросан неаккуратный список.       Женя берет его в руки и зачитывает вслух:       — Чудесное рождение, подмена, поиск супруга или супруги, приобретение помощника, заколдование или расколдование, спасение, добывание чудесных предметов. — Парень кивает себе. — Кажется, ничего сложного.       — Думаю, нужно сначала написать тему посередине, — командует брюнет, тыча фломастером в белоснежный ватман формата А-2.       Инна уже оставила их на произвол и принялась за работу над семинаром. Антон продолжает:       — А потом раскидать названия мотивов и там уже к ним картинки клеить.       — Хорошо, — Женя соглашается с ним и тут же перехватывает инициативу: — давай я напишу тогда заголовок.       Антон так просто не отдает фломастер, который Женя пытается вырвать у него из рук, и сопротивляется. В этой нелепой потасовке, они оба не совладав со своими руками, допускают падение фломастера. И не абы куда, а прямо на ткань белоснежных джинсов Антона, оставляя на них ярко-красный росчерк. Женя цокает языком и вздыхает. Поскольку в данной оплошности есть часть и его вины, он наклоняется к рюкзаку, чтобы найти мокрые салфетки.       — Твою ж мать! — ругается Антон в сердцах, стараясь быть потише. — Вот с тобой всегда такое? — обращается он к Жене. — Вечно одни проблемы…       Женя ошеломленно вскидывает брови и бросает в парня салфетки, приговаривая:       — От меня? К твоему сведению, надо было не упираться и отдать мне фломастер. Не было бы тогда никаких проблем, — парень фыркает и с показным равнодушием принимается листать журналы.       Антон тем временем растягивается в слабой нежной улыбке, наблюдая за реакцией Жени.       — Что ж, — проговаривает он спокойно, — может быть и так.       Женя застывает в недоумении от подобного ответа и смотрит на Антона ошарашенно. “Какая пчела его сегодня укусила?” — думает он про себя и щурится с подозрением.       Антон не перестает удивлять:       — Спасибо, конечно, за салфетки, но они не помогут. Буду тереть и станет еще хуже.       Чтобы подтвердить для себя слова брюнета, Женя переключает внимание на расползающееся красное пятно. Он вздыхает — джинсы только на выброс.       — Не парься, — с каменным лицом, словно и не было той улыбки, просит Антон, видя сожаление на лице парня. — Давай я все-таки сам напишу, а ты вырежешь подходящие картинки. Идет?       Женя кивает и принимается отсутствующе разглядывать журналы. "Дурацкая ситуация." — резюмирует мысленно. Он перекладывает с места на место, пролистывая страницы, и старенькие женские издания, и детские. Ему попадаются пару раскрасок и потрепанных листовок. На страницах одного из глянцев парень обнаруживает статью о гигиене сна и вспоминает интересный факт, как раз в тему о сказках. Молчание напрягает его, поэтому он не придумывает ничего лучше, кроме как озвучивать свои мысли вслух:       — Ты знал, что первоначальная версия "Спящей красавицы", как и многих других сказок, была намного кровожаднее, чем та, что дошла до современных детей?       — Нет, — без особого интереса отвечает ему Антон.       — В оригинале принц не просто поцеловал возлюбленную, а, по некоторым источникам, буквально изнасиловал спящую девушку. — Женя ловко орудует ножницами, то и дело откладывая в сторону картинки и перечисляя нюансы легенды: — Та забеременела, родила во сне, а проснулась только когда голодный ребенок высосал из ее пальца колючку. Но это одна из версий, а вообще их великое множество.       — Потрясающе, — снова без интереса.       Женя откладывает в сторону очередную вырезанную картинку и переводит возмущенный взгляд на Антона:       — Эй, ты вообще слушал?       — Да, да. И в чем же мораль?       — Понятия не имею. — Мотает Женя легко головой и продолжает: — Или вот еще что: в мультике про русалочку все заканчивается пышной свадьбой, а в оригинале, у Андерсона, совершенно наоборот. Несчастная девушка умирает с горя и превращается в морскую пену из-за неразделенной любви.       — Вот как, — реагирует все также отстраненно Антон, размышляя о своем.       Женя продолжает с особой увлеченностью:       — Интересно, что в древнегреческой мифологии есть богиня, которая родилась из морской пены — Афродита, покровительница как раз таки любви и красоты. Возможно Андерсон в своей сказке делал отсылку именно на это. А возможно, и нет… — Женя затихает, пытаясь вспомнить еще что-то интересное по теме "разговора", лишь бы не сидеть молча.       И только он восторженно набирает побольше воздуха, чтоб рассказать об истории написания Питер Пэна, как его перебивают:       — Чего ты боялся в детстве? — спрашивает Антон, а сам задумчиво продолжает выводить печатные яркие буквы на ватмане. Подобное занятие, признаться, его расслабляет, поэтому он и начал спрашивать подобные глупости.       — Хмм, — протягивает задумчиво Женя и колеблется.       Он вырывает из журнала страницу с картинкой клубков ниток, что удачно вписывается в иллюстрирование мотива о поиске чудесных предметов. Стоит ли рассказывать Антону что-то настолько личное, хоть и давно ушедшее? Женя мельком смотрит на брюнета. Тот закусив губу и нахмурив брови, рисует незамысловатые разноцветные завитки, чтобы выделить каждую надпись. Он старателен и сосредоточен. Вряд ли глупый детский страх можно обратить против самого Жени.       — Я точно помню, — начинает он неспешно и тихо, чем привлекает внимание парня рядом, — что у меня был сильный страх, что с мамой может что-то произойти. В течение какого-то периода я ходил каждый вечер к ней в комнату и стоял смотрел дышит ли она во сне. Возможно, это было жутко, но я не помню, что тогда творилось у меня в голове.       Выслушав с внимательностью, Антон пожимает плечами и тут же поджимает губы. Он добавляет к чужому рассказу:       — По-моему, это даже что-то из разряда нормы у маленьких детей. Ну то есть логично, что мы все в детстве привязаны к маме и боимся ее исчезновения. — Ответ выходит чересчур поддерживающим и Антон это замечает, но важности не придает. — У меня, наверняка, тоже такое было, просто не помню.       Женя соглашается, кивая, и задает встречный вопрос:       — Тогда что было у тебя?       Антон вздыхает тяжело. Зря он это затеял. Теперь придется отвечать той же монетой и тоже откровенничать. Судя по легкой улыбке Жени, он тоже это понимает. Может Антону соврать? Придумать какую-то клишированную чушь про привидений или зомби. Но неужели он не настолько смел, чтобы быть откровенным?       — Ну, — Антон нервно посмеивается, — я до лет пятнадцати боялся тесных темных пространств: типа кладовых, подвалов или чуланов.       Женя вскидывает брови, но признание не перебивает.       — Когда мне было года четыре, мы со старшей сестрой были у бабушки, — продолжает Антон. — И у нее в доме в дальней спальне стоял старый шифоньер, который закрывался на ключ. Мы игрались там и в какой-то момент что-то не поделили и сестра закрыла меня маленького в этом шкафу в отместку. Я просидел там в темноте больше получаса, пока бабушка с дедушкой меня не нашли.       — У тебя есть старшая сестра? — изумляется Женя.       — Ну да, только она живет в другой стране.       — А почему? — с детской непосредственностью спрашивает тот у Антона, невольно проигнорировав рассказ о страхе.       — Не твоего ума дело, — строго отрезает брюнет и возвращается к работе над практической.       Женя хихикает рядом:       — Если ты мне надоешь — я теперь знаю как от тебя избавиться.       — Закроешь меня в шкафу? — с издевкой уточняет брюнет.       Женя на это хмурится и тут же представляет себе Антона сложенного вдвое при его ростом в стареньком шифоньере. Парень обязательно бы по-детски хныкал и звал на помощь. От подобных фантазий на лице парня возникает довольная улыбка.       — Чего улыбаешься? Дурачок что ли? — уточняет спокойно Антон и без ответа зная, что да. Он уже расклеивает вырезанные картинки по ватману, удачно совмещая их между собой.       — Сам такой, — обиженно огрызается Женя, но все равно принимается помогать — ему хочется уже поскорее закончить.       — Я? — с наигранным удивлением переспрашивает парень. — Ну уж нет, дурачок тут только один и это ты.       — А ты… ты… — возмущенно раздувает он ноздри.       Оригинальное оскорбление в голову никак не идет. Женя, не придумав ничего лучше, под озадаченным взглядом брюнета намазать клей на картинку козлика из детской раскраски и пытается прилепить ему на лоб. Но он промахивается и впечатывает изображение прямо на волосы парня. Антон снова тяжело вздыхает, снимая с себя бумажку, вслед за которой тянутся темные, теперь уже испачканные в жидком клее, волосинки.       — Сначала джинсы испортил, теперь укладку. Что дальше? — спрашивает потерпевший холодным тоном и пилит соседа по столу взглядом.       — Надеюсь, жизнь или как минимум настроение, — отвечает тот с ехидной улыбочкой и показывает язык.       — Ох, с этим ты уже справляешься на отлично, — посмеивается беззаботно Антон и вытирает себе лоб влажными салфетками. — Ты портишь мне жизнь каждый раз, когда находишься хотя бы в радиусе десяти метров от меня.       — Сам такой, — шипит возмущенно Женя в ответ и принимается собирать по столу обрезки журналов.       Сзади к парням наконец подходит Инна, положив руки им двоим на плечи. Она рассматривает результат своего практического задания с нескрываемым удовольствием:       — Долго еще вам? — интересуется она.       — Почти доделал, — отвечает брюнет, тут же кидая обольстительный взгляд на девушку.       — Додела-ли, — поправляет того Женя, делая акцент на своей принадлежности к результату. — Мы почти доделали, — выделяет он каждое слово.       Фиалка за спиной беззвучно посмеивается, когда Антон обращается к ней.       — А мне за этот подвиг что-то полагается? — спрашивает он с легкой улыбкой.       — Конечно, если мне повысят балл — я обязательно угощу вас двоих чем-то вкусненьким, — с благодарностью отвечает та. — Давайте заканчивайте поскорее и собирайтесь.       Параллельно идущая все это время исследовательская работа Оли по этим двоим тоже подошла к концу. Она еще больше теперь стала уверена, что Инна почти наверняка проиграет ей.