- Рэй?

Тренер наблюдает за тем, как Рэймонд выходит из старой сувенирной лавчонки и, долго сверяясь с картой на телефоне, сворачивает на очередную улочку Корка. Цветастые здания сменяют друг друга, в солнечном свете они кажутся ещё смешнее – как будто сказочный городок. Рэймонд периодически осматривается вокруг, словно в поисках чего-то знакомого. Тренер идёт неторопливо, даже не пытаясь догнать Рэя. Ему любопытно, как скоро тот сознается, что окончательно потерялся. Ещё один поворот. Он даже беззвучно смеется, когда Рэймонд в узком переулке в знак молчаливого поражения садится на скамейку передохнуть. Тренер плюхается рядом и усмехается. – Всё ещё не хочешь, чтоб я помог тебе с маршрутом в своем родном городе? – звук голоса глохнет где-то в горле, и ласковый ропот улочки так ничем и не прерывается. Тренер с удивлением снова пытается повторить фразу, но безнадежно. Он хмурится и поворачивается к Рэймонду, когда тот обессиленно опускает взгляд на кривую брусчатку. – Корк – славный город. Твой город. Тренер, на мгновение даже забывая про голос, улыбается. Рэймонд вдруг поднимает голову и смотрит в его сторону пустым взглядом. Смотрит куда-то сквозь Тренера и тихо добавляет: – Только тебя здесь нет, Алекс. Тренер ошалело отклоняется назад. Глаза округляются в полном непонимании. Когда Рэймонд встает со скамейки, его ноги вдруг шуршат по гладкому, старенькому асфальту. От брусчатки не остаётся и следа. Тренер ошарашенно обводит взглядом незаметно изменившуюся картинку вокруг. Очень похоже на Корк, но капризные возгласы детей позади и запах вкусного пирога из чьего-то окошка выдают пригород. Перед Тренером небольшой синий дом без крыльца, тесно прижимающийся к соседним каменным домишкам. Все окна закрыты папиными любимыми шторами. Старый почтовый ящик на длинной ножке, который Тренер когда-то снес своим мотоциклом. Крохотная лужайка – раньше рядом с ней любила лежать собака маленького Алекса Скотта. Отец всегда прогонял Ривер, потому что она деловито укладывала лапы на главную мамину драгоценность – анютины глазки. Теперь вместо ухоженной клумбы перед ними была пожухлая зелень. – Рэй, какого чёрта происходит? Рэймонд закуривает и, рвано выдыхая, рассматривает дом, в котором вырос Тренер. – Помню, как ты рассказывал мне о своих родителях. Сын, любящий маму и папу. Руки Рэймонда едва заметно трясутся, когда он поправляет очки. – В прошлом году я дал тебе машину, пока твоя была на ремонте, чтобы ты съездил навестить их, потому что миссис Скотт приболела. Помнишь? Ты сорвался, как только тебе позвонил отец, – губы Рэймонда кривятся в горькой улыбке. – А теперь они даже не знают, где ты похоронен. Что-то внутри Тренера обрывается, и он просто замирает в полном ужасе. Кожу неприятно колет нервный холод. Где-то на краю сознания проносится, что он не может это чувствовать. Сигарета из слабых пальцев Рэймонда как будто в замедленной съемке падает вниз и внезапно исчезает в высокой траве. Тренер вновь осматривается. Над ним тяжелое, серое небо. Вокруг – зеленый простор и ни души. Бесконечность. Ветер играет с колосьями и полевыми цветами. Воздух густой – Тренер знает, что скоро будет гроза. Ему хочется рассказать Рэю о том, что в детстве они с мальчишками любили бегать под такими ливнями, но несуразность происходящего вновь заклеивает ему рот. Осанка Рэймонда безупречна даже сейчас, хотя Тренер замечает, как вяло и изнуренно Рэймонд спускается по склону. Его волосы безнадежно растрепаны грозной стихией. С последней справляется только теплое пальто Рэймонда. В голове Тренера – ни одной путной мысли, лишь мрак. Страх. Черный кошмар. Рэймонд вдруг садится на землю, не приближаясь к белому обрыву. Тренер наконец слышит нетерпеливый плеск Кельтского моря. – Я не знаю, где тебя искать, Алекс. Вместо Тренера Рэймонду отвечает очередной порыв ветра. – Я всегда думал, что ты покажешь мне Ирландию. Рэймонд снимает очки, убирая их во внутренний карман пальто. – Но не так. Он прикрывает глаза, вслушиваясь в завывающий гул природы. Над горизонтом вдруг раздается эхо грома. Тренера выворачивает от тоски и отчаяния, и он тянется ладонью к плечу Рэймонда. Когда пальцы касаются чуть влажной ткани, всё вокруг исчезает. * В доме тихо. – Рэймонд? Никто не отзывается. Или у него все еще нет голоса? В спальне пасмурно и темновато - плотные шторы крадут весь свет. – Рэймонд? В кабинете пусто. В ванной комнате никого. Тренер натягивает измятую в руках футболку и спускается вниз – торопливо, потому что липкое чувство неизвестности гложет. – Рэй? В прихожей тоже пусто, и он заходит в гостиную. В этот же момент через дверь, ведущую в сад, в комнату входит Рэймонд. Зеркальные движения выглядят жутковато на фоне встревоженности мыслей. Рэймонд, прикрывая за собой дверь, не очень-то пытается скрыть мимолетное недовольство: – В кои-то веки нашлось утром время приготовить что-то более изысканное, чем омлет, но тут, – Рэймонд небрежно показывает на начавшийся дождь. На его свитере виднеются темные мокрые следы. Тренер подходит ближе к стеклянной двери. Прийти в себя не удается до тех пор, пока он не слышит знакомое шуршание сбоку – Рэймонд поставил чайник. Рэй, видимо, замечает напряжение Тренера, подходит к нему и встает рядом. Тренер отчасти рад тому, что Рэймонд не говорит ничего вслух, потому что это не нужно. Он всматривается в светлые глаза, не скрытые очками, и рассеянно ведет ладонью по спине Рэймонда – пытается понять, где правда. Кошмар медленно растворяется в усиливающемся дожде. Тепло тела Рэймонда возвращает беспокойный разум в радость реальности. – Не хочешь взять отпуск и съездить со мной в Ирландию? Рэй с каким-то непривычным, удивленным прищуром смотрит на Тренера: – Только если ты покажешь мне ее сам. – Ирландские байки в программу включать? – Моя любимая - про лепреконов. Тренер целует Рэймонда в плечо, скрывая тихий смех. Вдалеке слышится гром.