Часть 1
3 июня 2020 г., 00:19
По всему небесному пантеону прокатился слух, якобы великий генерал Мингуан передал свои полномочия преемнику, выбрав уединенную жизнь в мире смертных. Боги средних небес, не знавшие что происходит за высокими дверьми мраморного зала, не могли поверить в эти слухи. Ведь только недавно Небесная Столица была восстановлена, и многие генералы были награждены.
В число награжденных входил и Мингуан. На самом деле, воображение новоявленных богов не переставали будоражить и слухи о том, что количество дев неземной красоты, одаренных вниманием генерала, многократно превосходило совершенные им боевые подвиги. И как при этом прикажете верить, что такой человек выбрал уединенную жизнь?
***
В этом году благодаря обилию дождей в небольшом поселении меж двух гор выдался прекрасный урожай яблок. Ветви деревьев, овеваемые утренним прохладным ветерком, золотыми дарами клонились к земле. Ши Уду со времен бытности человеком, привыкший вставать рано, с самого утра находился в саду. Стоя под раскидистой яблоней, он аккуратно складывал медовые плоды в плетеную корзину. Человек с идеальной осанкой и в утонченным ханьфу рассматривал каждое яблоко прежде чем отправить его в, уже довольно увесистую, корзину. — Ши-шисюн — раздался голос с нотками упрека за его спиной — Я столько раз просил не заниматься работой в саду. От резкого поворота на приятный низкий голос, яблоко, красовавшееся на верхушке, скатилось из корзины и приземлилось у ног Уду. Перед ним стоял Пэй Мин с упертыми в бока руками и пристально вглядывался в друга с укоризной. Бывший небожитель на это мог ответить лишь сдержанной улыбкой, переводя виноватый взгляд на толщу облаков, через которую старательно пробивался солнечный свет. — Да ещё тяжести таскать решил — заметив увесистую корзину, доверху наполненную яблоками, Пэй Мин зашагал к нему нахмурив брови — Дурак, ничему жизнь не учит. Выхватив корзину, Пэй Мин не уберег ещё парочку яблок, скатившихся с ее верхушки. Бог Войны с укором заглянул в глаза друга и, развернувшись, направился в дом. Хоть верный товарищ уже долгое время не носил массивные доспехи из стали, его размашистая походка все равно выдавала в нем опытного война. Уду наклонился, чтобы поднять упавшие яблоки, после чего, вернув осанку в идеальное состояние, вдохнул полной грудью прохладный воздух и направился следом. Ши Уду разглядывал друга, надеясь, что тот уже перестал злиться, но побелевшие костяшки, которыми тот сжимал в руках маленькую чашу, говорили об обратном. Со стуком оказавшаяся на столе чаша с лекарством слегка расплескала содержимое на стол. Поставив чашу, Пэй сразу отвернулся и зашагал к выходу из скромных покоев, которые уже пару месяцев служили им домом. Лишь в дверях он наконец заговорил: — Я его подогрел, выпей как можно скорее. — в пол-оборота произнёс Пэй Мин, удаляясь из покоев. Смиренно следуя наставлению, Ши Уду протянул тонкие пальцы к пиале. Так и не привыкнув к горькому вкусу мутной жидкости из корешков и трав, он, поморщившись от горечи, выпил ее содержимое. Благодаря усилиям Пэй Мина горечь быстро прошла и Уду перевел благодарный взгляд на то место, где скрылся друг. Почувствовав как по телу приятно разливается тепло от отвара и, отыскав глазами свитки, разложил их перед собой. Он намеревался углубиться в чтение, как с отдаленной комнаты, служившей им кухней, послышался легкий шум. Кажется что-то упало и разбилось. Отметив, что Пэй Мин вновь принялся за совершенствование кулинарных навыков. Ши Уду весело улыбнулся и, решив не мешать другу, в приподнятом настроение принялся за свитки. За время проведённое за свитками на улице заметно похолодало и пошёл мелкий дождь, Уду, сложив веер, аккуратно отложил его на край стола. С недавних пор искусный веер, подаренный Пэй Мином, заменял ему давно утраченную реликвию. Хоть новый веер и не обладал силами Повелителя Вод, почему-то он полюбился обладателю намного более прежнего. Ши Уду всегда носил его за поясом и никогда не упускал из виду драгоценный подарок. С кухни так и не перестали слышаться звуки баталий, но теперь Уду стал улавливать слова, о значении которых он старался не думать. Не срывая широкой улыбки, он решил немного подбодрить друга и, доставая, аккуратно убранный в угол семиструнный инструмент, пытался припомнить какую-нибудь веселую мелодию. Выбор пал на «невесту генерала» и, хоть пальцы почти не слушались от многолетнего отсутствия практики, мужчина сделал над собой усилие и сосредоточился на игре. С первых же звуков, сорвавшихся со струн, шум из кухни прекратился. Легкая, незатейливая музыка лилась с инструмента, заполняя пространство мелодичной историей любви. Тёплый дождь за окном лишь усиливал нотки иронии, добавляя к истории новые цвета. Пока он играл с кухни доносились только ритмичные постукивания и тихие шаги. Лишь спустя пару палочек благовоний Пэй Мин показался в проходе, держа в руках маленький котелок, завёрнутый куском ткани. Он весело улыбался. Уду положил правую руку на струны, давая мелодии затихнуть, он тоже не мог не улыбнуться, глядя на счастливого Бога Войны. На столе появился ароматно пахнущий котелок и Пэй Мин взял на себя инициативу разлить по чашам своё творение. — Диетический суп из ростков бамбука — объявил довольный Бог Войн, протягивая чашу с супом другу. В глазах читалась гордость от проделанной сложной работы. Ши Уду с любопытством заглянул в долгожданное творение друга и даже смог рассмотреть в жиже, цвета с неизвестным названием, отголоски того, что утром было побегами бамбука. Конечно, он давно смирился, что закаленный в боях, лучший воин не должен готовить как хозяйка столичного трактира. — Спасибо, Пэй-сюн, в этот раз выглядит действительно лучше — искренне поблагодарил друга Ши Уду, с сияющим счастьем лицом берясь за палочки. Разве еда, приготовленная лучшим другом, могла казаться невкусной. На самом деле, сегодня, она оказалась для него самой лучшей во всем мире, попробует ли он ещё когда-нибудь такую стряпню? Этот вопрос тихим эхом пронёсся в сознание, заставляя застыть улыбку, которая до сих пор не покидала лица. — Ши-шисюн, как ты себя чувствуешь? Все в порядке? — заметив, что лицо друга побледнело, Пэй Мин потянулся, касаясь щеки друга тыльной стороной руки — Да ты ледяной! Прикосновение Пэй Мина отозвалось в груди бывшего небожителя тёплыми нотками и привело в чувства, заставив вновь улыбнуться. Пэй Мин уже возвращался с тёплым одеялом и, не принимая возражений, ответственно укутывал в него опешившего друга, который уже давно смирился, что человеческое тело гораздо хуже удерживало тепло, чем божественное. Через пару минут, вместо супа на столе появилась пара пиал и чайник тёплого чая. Снаружи по зеленым кронам деревьев барабанил дождь, создавая неповторимую весеннюю мелодию. Уду потянулся за пиалой чая и, как только она коснулась его рук, он осознал насколько замерз. Пиала была ужасно горячей. Кутаясь сильнее в уютное одеяло, он украдкой поглядывал на Пэй Мина, который подперев рукой лицо не отрывал от него взгляд, проворачивая свою пиалу чая в руках. Тонкая прядь волос выпала из уютного свертка и проскользила вниз, чуть не попав в пиалу чая. От этого на лице собеседника проскользнула теплая улыбка. У Уду сжалось сердце при виде счастливого лица друга, но он уже принял решение. Решение, о котором другу предстоит узнать только утром. Поправив прядь Уду собрал свою решимость и взглянул Пэй Мину в глаза. Он не ожидал, что взгляды встретятся, и сердце мгновенно пропустило удар. Спешно отведя взгляд он смущенно произнес: — Я, пожалуй, пойду спать, Пэй-сюн, если ты не возражаешь — он так и не взглянул на Пэй Мина вновь. Пэй одобрительно кивнул и проводил взглядом друга, подбирающего вокруг себя одеяло, в которое был замотан.***
Проснувшись глубокой ночью, ещё не успев открыть глаза, Уду услышал, что звуки дождя лишь усилились. Играющий на крыше дождь стал сопровождаться продолжительными раскатами грома. Открыв глаза, мужчина осмотрелся вокруг и осторожно приподнялся на локтях. Лоскуты прозрачной ткани, свисающей над кроватью, развивались от ветра, все же проникающего в старый дом. Взгляд остановился на том месте, где спал Пэй Мин. В доме располагалась только одна, но довольно большая кровать. Иногда друзья засыпали на ней вместе с разных сторон, иногда, в такие дни как сегодня, Бог Войны шёл спать на циновку, чтобы не будить уже спящего товарища. На то и был расчёт. Как и предполагалось, Пэй мирно посапывал на циновке, повернувшись на бок. Бесшумно поднявшись с кровати, Уду проследовал к выходу из комнаты. Проходя мимо Пэй Мина, он позволил себе в последний раз взглянуть на лицо мирно спящего друга. Лицо, которое успело стать таким родным. За окном заблестела молния и проревел очередной раскат грома. Мимолетная вспышка света озарила комнату, обнажая крупные капли, скатывающиеся по щекам бывшего небожителя. Его губы зашевелились, но не проронили ни звука. Он не мог позволить своему лучшему другу лишиться той жизни, к которой тот так прикипел. Жизнь вóйна, со всеми ее опасностями и подвигами, не могла идти в сравнение с жизнью в глуши, заботой о дохаживающем последние дни человеке. Человеке, который больше никогда не будет Богом. Он мечтал, чтобы дорогой сердцу человек запомнил его хотя бы таким, каким он был сейчас, не дожидаясь когда силы окончательно покинут это тело, которое не должно было выжить с самого начала.***
В этом году благодаря обилию дождей в небольшом поселении меж двух гор выдался прекрасный урожай яблок. Стояло раннее утро, и аромат свежих фруктов наполнял небольшой дом. В прохладной комнате, расположившись на циновке, мирно посапывал Небожитель. Недалеко от него, на заправленной кровати, лежали веер и яблоко.
