То, чего так не хватало...

      Эхом по коридору раздавался громкий стук от шагов Шинвольта. Его голова все еще была забита мыслями о произошедшем. Однако с каждым шагом, приближаясь к тронному залу, он выкидывал лишнее. Солдаты у входа, как обычно, отдали честь. — Принц Шинвольт де Цессия прибыл! — прозвучал голос одного из них.       Войдя в зал, парень сразу присел на одно колено. — Ваш сын, по вашему указанию, прибыл! — произнес Шин, как по заучке, прикрыв глаза и немного склонив корпус к колену. — Я слышал об удачном захвате королевства Юстид. Поздравляю… — монотонно и гордо высказался император. Однако взглянув на сына, нахмурился, — Ты — сын императора! Неужели своим видом ты хочешь посрамить меня?! — резко изменилась тема разговора, а в голосе слышалась злоба. Появилось даже какое-то сдавливающее ощущение.       Сначала парень не понял о чем говорит император, но, не успев моргнуть, очнулся. Юный принц, со своими мороками насчёт омеги, забыл переодеться или хоть привести одежду в подобающий вид. На данный момент вся она была пыльной и даже немного порванной в отдельных местах. — Прошу меня простить! Я готов понести наказание за столь неподобающий вид! — низко склонив голову, Шин пытался сопротивляться давящему ощущению.       Император лишь хмыкнул и, махнув рукой, прогнал принца со словами: — Завтра жду письменный отчет!       Выйдя из этой гнетущей атмосферы, Шинвольт вернулся в свою комнату. Первое, что он увидел — неподвижного омегу в своей кровати и стоящего рядом Клауди. pov Шинвольт       Я прошел к кровати и посмотрел на этого грязного мальчишку. — Завтра я буду работать здесь, — обратился я к Люцису, на что он немного поклонился, закинув одну руку за спину, а другой придерживая свой прикид впереди. — Вас понял…       За окном уже было темно. Усталость валила меня с ног, но показать слабость перед подчиненным было непозволительно!   — Ты свободен. — Долгой жизни и процветания императорской семье! — снова это нудное, словно заклятие, предложение. «Так надоело слушать одно и то же изо дня в день…» — я махнул рукой и Клауди исчез за дверью.       Медленно я наклонился к омеге и вдохнул, прислушиваясь. Его сладкий аромат почти избавился от привкуса крови. Слышалось его ритмичное, но тихое дыхание. «Омеги такие слабые…» — пронеслось от взгляда на перемотанную рану. Хотя омеги никогда не смогут соперничать с альфой… с бетой — может быть, но не с альфой.       Мне надоело стоять, к тому же это мои покои, и я сел на свободной части кровати. Хоть я и не нуждался, но члену императорского рода нужно жить в роскоши и достатке, поэтому моей кровати хватило бы и на троих. И в данный момент это радовало. «Думаю, можно и прилечь уже…»       Скинув с себя всю испорченную одежду, я завалился на свою кровать. Тело сразу отпустило часть напряжения. Но до конца оно никогда, с тринадцати лет, не расслаблялось. Всплыли грустные воспоминания, но я не хотел их видеть и прогнал, резко дернув головой. Теперь мой взгляд уставился на спящего рядом миниатюрного мальчика. У него широкий лоб и, оказывается, такие длинные ресницы, пухленькие щеки, и аккуратный нос. «Он и правда красив…» — констатировал я.       Его запах успокаивал и в то же время немного возбуждал. Ситуацию обостряли его, на вид очень аппетитные, приоткрытые губы. Во мне просыпались животные инстинкты, которые говорили взять его, но эти же инстинкты говорили позаботиться о его ранении. Медленно протянув руку, я стянул его повязку и приблизился к бедной голове. Что-то заставило меня высунуть язык и лизнуть недавнюю рану. Видимо от боли его тело дернулось, а мое моментально отшатнулось. Я сразу плюнул на эту затею и обратно перевязал его. После чего отвернулся и попытался уснуть, на удивление сон пришел быстро. Хотя все еще чувствовалось какое-то неудовлетворение… конец pov Шинвольт

Где-то на окраине Юстид

— Вы принесли его? — Да, однако было сложно украсть его у империи. Мы потеряли пятерых. — Не страшно. У нас всегда есть пара новых бойцов. — Вы правы, — весело усмехнулись голоском. — Только теперь есть проблема… Мы не сможем вернуться.       В недоумении мужчина с каштановыми короткими волосами и такими же каштановыми глазами приподнял бровь. — Что ты имеешь в виду?       Парень, со свисающей челкой красноватых волос, из-под которых сияли хитрые золотые глаза, хмыкнул и развел руками. — Вы не в курсе? Юстид захватили сегодня. Теперь это земли империи Астад… — со вздохом произнес тот. — Что?! О чем ты, Ниро? — возмутился его собеседник. — Все просто, Бальто… — протяжно начались объяснения. — Выяснилось, что мы здесь, и, видимо, решили нас таким образом «поймать». Но ты не волнуйся, у меня теперь есть своя крыса во дворце императора, так что я буду в курсе всего, — уголки губ парня расплылись в хитрой улыбке, а глаза немного прикрылись. Его лицо теперь напоминало лисью морду. — Ну, раз ты такой уверенный, то доверюсь тебе. И свиток оставь пока у себя, в городе слишком много имперских. — вздохнул мужчина, на вид, кстати, лет тридцати пяти. В то время как второму собеседнику всего девятнадцать. — Вот и отлично, — протягивая, словно напевая песенку, ответил ехидный «зверёк».       После этого они разошлись. Бальто ушел в город. А «лис», пройдя в лес, пару раз свернул и вышел к большому дереву. Он ловко нырнул под корни, оказалось, там было пространство, по типу небольшой комнатки. Свет был ярким только благодаря одной керосиновой лампе. На полу сидели ещё трое человек. — Ну что, босс? — раздался молодой голос какой-то девушки. — А, ничего нового… — игриво ответил Ниро соратнице. — А свиток? — прозвучал грубый голос седовласого мужчины, который, явно, был намного старше самого Ниро. — А свиток останется пока у меня. Выбраться теперь-то мы не можем. Придется ждать возможности, — зеваюче ответил «босс».       Третий, отстраненно сидевший в тени, молчал. Можно было подумать, что он спал, но эту мысль опровергали его злые черные глаза, которые светились из-за падающего света. — А ты чего отдельно ото всех, Рас? — ухмыльнулся «лис». — Захотелось, — такой холодный голос отбивал любую охоту вести беседу дальше. А сам ответ испортил все настроение. — Ну и ладно… — серьезно ответил Ниро и завалился на пол, подложив руку под голову. — А теперь всем спасть, — его настроение испортили за секунду, и на этот раз это был приказной голос, без всякой усмешки.       Лампу потушили и только лунный свет немного проникал сквозь огромные корни дерева. Наступила полная тишина.

Астад

      Время летит быстро, и вот уже четыре часа утра. Шинвольт открыл глаза одним движением. Также быстро встал и потянулся. Машинально посмотрел он на все еще спящего на кровати чумазого парня. — Люцис! — холодно вскрикнул сын императора. Из-за двери раздался голос. — Да, господин! — слуга жил в соседней комнате, поэтому всегда утром мог быстро среагировать, если его звал Шинвольт, да и просто зачастую дежурил у его дверей. — Войди, — после команды слуга сразу зашел в комнату. Он увидел, уже собирающегося, господина и все еще лежавшего в постели омегу. — Этого, — указал красноглазый взглядом на Ласса, — Сегодня его надо отмыть и простыни заменить. Так что отнеси его в купальню, пусть вымоют этого грязнулю. Также позови прислугу заменить постельное, — голос был холодным, таким, от которого бежали мурашки по телу. — Будет исполнено! — поклонясь, Клауди подошел к омежке и аккуратно приподнял его.       Внутренний альфа принца сразу отреагировал. Это была то ли злоба и желание вернуть своё, то ли чувствовалась какая-то ревность. Но ни то, ни другое хладнокровный Шин принимать не хотел… И вот спящий красавец отправилась купаться, а Шинвольт, выйдя следом, отправился в кабинет, чтобы перенести нужные ему документы в комнату.       Спустя где-то пол часа вымытого, в чистой и новой одежде, но всё ещё бессознательного омегу принесли обратно и уложили на недавно смененные служанками простыни. Шинвольт отвлекся от документов и глянул на пришедших: — Пусть придёт врач и осмотрит его, — приказал, вернувшись к своей работе.       Люцис сразу отправился за врачом и через минут десять тот был в комнате принца. Аккуратно размотав обвязанную голову врач осмотрел рану. Сама по себе она была простой и скоро Ласс должен был очнуться, но его от чего-то лихорадило. — Скорее всего это из-за ослабшего организма… — предположил доктор, — Все силы сейчас уходят на залечивание раны на голове, — он потянулся в свою сумку и достал от туда пару таблеток, заставив омегу их проглотить, — Если он не очнется через пару дней, может начаться обезвоживание. — предупредил мужчина, — Хотя я думаю, что очнется он в течение этого дня, в обед или к вечеру.       Внимательно слушая лекаря, Шинвольт только кивал. После еще нескольких минут осмотра, врач откланялся.       Теперь комната, наконец, свободна, все посторонние ушли. Шин снова оглянулся на паренька. Теперь этот златовласый был похож на человека из знати: чистый, в свежей и богатой одежде. Глубокий вдох и легкие альфы заполнились ароматом, который ему так нравился. Цессия вернулся взглядом обратно на свой стол и, наслаждаясь легким клубничным запахом, продолжил написание отчета императору.

В группе Нирольда

(Ниро)       Ниро проснулся первым и вылез на свежий воздух. Солнце уже было высоко. Парень решил прогуляться и отправился блуждать по лесу. Прозвучал знакомый ему крик сокола и Ниро машинально выставил руку в жёсткой перчатке. На нее уселась крупная и гордая птица. На ее лапе была какая-то бумажка. — А вот и донесение. — обрадовался хитро улыбнувшийся «лис». Он снял записку и раскрыл ее. От прочитанного он сначала удивился, а после расхохотался, — Пусть и мелкую, но заварушку для империи я точно устрою! — как ребенок от восторга вскрикнул Ниро.

Юстид

      Жителям бывшего королевства Юстид объявили, что они теперь — часть могучей империи Астад. Их король и королева «добровольно» передали земли императору, подписав договор. Народ Юстид доверял своим правителям и покорно признал новую власть. Хотя некоторые были в смятении от таких перемен.       Роланд Нимфолт и Лилиан Нимфолт были размещены, пока что, на приграничной базе империи, между Юстид и Астад. К их удивлению обращение к ним улучшилось. Их сытно кормили и выполняли мелкие просьбы. Вскоре Нимфолтов собирались отправить в столицу, а там император сам решит, что дальше делать с королевской семейкой.       К тому же велись поиски принца Юстид, но пока безрезультатно. Удалось лишь выяснить, что Ласстрильд Нимфолт — очень добрый светловолосый парень, с небесно-голубыми глазами, среднего роста и чудесным характером, по крайней мере, все так выражались. Но такие цвета волос и глаз были довольно распространенными на юге, да и перекрасить волосы принцу ничего не мешало. Поэтому поиски не давали никаких результатов, но их продолжали.

В группе Нирольда

      Ниро, все еще ухмыляясь, вернулся к своему логову под деревом и заглянул вниз. Вся группа сразу обратила на него внимание, ведь он перекрыл солнечный свет. — Выходим, «девочки»! — протяжно воскликнул босс, с явно отличным настроением.       Поднявшись со своих мест, вся троица вышла наружу. Все стояли ровно, лишь Рас остался в тени дерева, облокотившись на его ствол. — Появилось хорошая информация! — радостно прокричал красноволосый. — Стало известно, что на границе Астад и Юстид на базе держат короля и королеву Нимфолд, — после услышанного все встрепенулись, но не придали этому большого значения, — Если мы вытащим эту парочку и убедим поднять восстание с помощью своего народа, то даже такое маленькое королевство станет для империи проблемкой, и на время им будет не до нас! — улыбчиво поделился мыслью Ниро с командой. — Но у нас явно мало людей. — послышался девичий голосок. — Не переживай Сара, Бальто об этом позаботится! — звонко выдал командир. — А с чего ты взял, что такое ничтожное королевство станет проблемой для Астад? — холодно выдал, стоящий у дерева, Рас. — Ха! Сам подумай, бо́льшую часть своей территории и населения Астад получил через войну, — выделяя последнее слово начал Ниро, — При таком раскладе обязательно останутся несогласные и недовольные! — хитро хмыкнул и продолжил, — А они уж точно не упустят слух, что поднялось восстание, и присоединятся к нему. Тогда немногочисленное население Юстид пополнится и превратиться в армию «освободителей», полных ненависти. А ненависть — очень сильный двигатель для возмущённой толпы… — улыбаясь, но с какой-то кровожадностью в глазах, закончил командир.       От этого стало как-то не по себе и даже атмосфера начала давить на окружающих. К тому же в голову стал бить запах ярости и гнева, заставлявший трястись от страха, а дыхание практически остановилось. В такие моменты вся группа понимала, почему Нирольд Гроуп их командир. Его жажда убийства ужаснула бы любого, а у слабых духом и вовсе сердце перестало бы биться.       Девушка не выдержала и упала от такого давления на колени. Это заставило Ниро прийти в себя и он успокоился. Вся тяжесть моментально спала и дышать стало легче. Он протянул руку Саре. — Прости, прости, задумался… — снова хихикая, помог ей подняться Гроуп.       Такое настроение капитана, менявшееся очень быстро, заставляло бояться его еще больше. Ведь от него непонятно чего можно было ждать. Иногда даже казалось, что со своей лисьей ухмылкой он легко может воткнуть нож в спину одному из товарищей. Ребята медленно отошли от шока и Ниро продолжил: — В общем, нашей задачей будет уговорить восстать Роланда и Лилиан Нимфолт против империи Астад, — после этих слов он начиркал что-то на обратной стороне присланного послания и свистнул, подняв руку. На нее спикировал темноперый сокол. Парень прицепил к его лапе клочок бумаги и, снова свистнув, махнул рукой. Птица взмыла в небо и быстро пропала из вида, — Скоро Бальто пришлет новеньких. — сказал Нирольд, провожая улетающего к городу сокола своим взглядом ядовито-золотистых глаз.

Астад. Спальня Шинвольта

      Закончив отчет, принц вышел из своей комнаты и направился к императору, а Ласстрильд до этого момента спал, но от стука захлопнувшейся двери он поморщился. Его сознание стало возвращаться, а этот грохот казался ему просто оглушающим.       Медленными движениями он повернул головой. Спустя минуту попытался открыть глаза, но это давалось ему нелегко. Любое, даже малейшее движение отдавалось убийственной болью в голове, особенно в районе раны. Наконец, его глаза, окаймленные длинными ресницами, раскрылись, и щурясь, он размыто, но мог видеть. Голова болела так, что парню хотелось вернуться в сон, но он не поддавался. В таком «сражении» он провел следующие несколько минут.       Спустя этот коротки промежуток времени, который длился вечность для Ласса, его зрение вернулось в норму. Теперь он видел более-менее чёткую картинку. pov Ласстрильд       «Где я? По-моему это не первый раз, когда я просыпаюсь в незнакомом месте…» — я осмотрелся и понял, что нахожусь в довольно богатой комнате. Стол, кресла, большие окна… все это было очень дорогое и казалось таким роскошным. Я постарался двинуться, но отозвалась лишь рука. «Черт!» — хоть она и двинулась, но голова от этого, будто раскололась на несколько частей. Я от безвыходности начал вспоминать. Я вспомнил родителей. «Потом я бежал… Помню, как не мог дышать и боль разрывала грудную клетку… Дальше перед глазами всё снова поплыло. Я… Оставалось совсем чуть-чуть, но я не добежал…» — от осознания собственной слабости по щекам потекли слезы. «Слабак! Слабак! Слабак!» — корил я себя за бессилие.       Через какое-то время я успокоился, хотя, на самом деле, я хотел просто кричать, пока мой голос не сел бы окончательно. Но, как говорится, слезами горю не поможешь. Собрав волю в кулак, я снова попытался пошевелиться, но все также отзывалась одна рука, остальное тело я не чувствовал. конец pov Ласстрильд       Внезапно, без каких на то предвестников, дверь в комнату открылась и альфа увидел, наконец, пробужденного омежку. Ласс тоже сразу заметил незнакомца в богатом одеянии. — Наконец-то… — голос красноглазого был каким-то пугающим, но таким знакомым для Нимфолта.       Быстрым шагом Шин добрался до кровати. Его глаза были в растерянности, он не знал, что чувствовать. Половина его хотела радоваться, а вторая, хотела рвать и метать. Эта неопределенность доводила до безумия. — Кто ты? — громкий, словно гром среди ясного неба, голос обрушился на маленького неподвижного принца.       Всё внутри сжалось и через силу приоткрыв рот он смог лишь прохрипеть:   — Ла-асс…       Шинвольт чуть успокоился и перестал так давить на омегу, подумав, что ему и так плохо. — Люцис! Приведи лекаря! — громко скомандовал Цессия, и за дверью послышались чьи-то отдоляющиеся шаги.       Ласс мог лишь наблюдать за происходящим. Альфа вздохнул, увидев слезы на лице паренька, как зачарованный потянулся и смахнул их рукой. Поняв, что он сотворил опять что-то слишком нежное по отношению к этому мальчишке и отвратительное для самого себя, отдернул руку и отошел к столу, присев на него, стал прожигать гневным взглядом все вокруг.       «Что же со мной будет?» — пронеслось в голове растерянного, обессиленного и напуганного Ластрильда.