То, чего так не хватало...

      Несколько дней назад Мерих поступил в медицинское крыло для проверки. И как предполагалось, у него было несколько трещин, вывихов и перелом. Трещины в двух рёбрах и ключице, перелом лодыжки, вывих плеча и несколько ещё небольших повреждений. — М-да… Ну и избили тебя, конечно… — в который раз пришли навестить товарища Дио и Тибо. — Да оно практически уже зажило. — отнекивался паренёк, чтобы не выглядеть совсем уж жалко. — Эй, прекращай храбриться, Мерих. — прилетел лёгкий подзатыльник от Деза.       На это черноволосый только недовольно цокнул. Хотя парень уже привык к таким лëгким «поучениям» от Вингера. — Разве можно бить больного? — незаметно со спины подошёл лекарь. — О, мистер Саргуст… Мы его вовсе не били, это было уроком воспитания. — выкрутился Дез.  — Да-да… — усмехнулся старичок.       Он аккуратно проверил состояние Мериха и довольно кивнул головой. — Скоро будешь как новенький!       После ещё недолгой милой и нелепой беседы с доктором послышался стук. Все моментально оглянулись, а солдаты присели на колено. — Долгих лет жизни Императорской семье! — в один голос проговорили все, кроме Мериха, он к такому ещё не привык.       В комнату вошел Шинвольт де Цессия со своим супругом на руках. — Что случилось с юным принцем? — беспокойно вопросил Саргуст. — Он… услышал кое-что шокирующее и начал паниковать… Мне пришлось его «усыпить». — виновато отвёл взгляд альфа. — Я же предупреждал чтоб никакого волнения! — нахмурился доктор и подвёл принца к ближайшей кровати, дабы можно было уложить златовласку. — Я знаю… Но так вышло… — Что именно узнал Ласстрильд? — спросил доктор чтоб оценить ситуацию, но Шин замялся с ответом. — Он понял, что с его родителями что-то не так… — собрался принц.       Однако, Саргуст не был в курсе, что же с родителями златовласки, и только он хотел об этом спросить, как по кабинету разнёсся голос Мериха. — Принц узнал, что его родители были убиты? — голос был спокойный и монотонный.       Этот вопрос почему-то сильно взбесил Шинаольта и тот, блеснув своими кровавыми глазами, стремительно направился к Мериху. Товарищи из «0.16» хотели было преградить принцу путь, но… это же принц! Как против него пойти-то? «0.16» подчиняется Императорской семье целиком и полностью. — Кто ты, чёрт подери?! — грозно прорычал альфа. — Я пленный из Юстид — Мерихим… — спокойно ответил юнец, но что-то внутри омежки сжалось от ужаса и дрожало от страха. — Лучше просто заткнись и молчи. Не надо раскрывать рот, когда не просят. — рявкнул Шин и отошёл от парнишки.       Мерих сразу почувствовал себя спокойнее. Чем дальше от него отходил разозлённый Цессия, тем легче становилось. — Как только он очнётся, точно будет просить объяснений. Я не знаю, что ему сказать, чтобы не навредить… — признался Цессия доктору. — Да… Тяжёлый случай. В его положении ему нельзя сильно нервничать и переживать, а такую информацию без этих чувств не получится воспринять. — тяжко вздохнул Саргуст.       Повисла какая-то тяжёлая атмосфера. Никто не знал, как решить эту проблему, точнее, никто не знал, как отреагирует златовласка и какими могут быть последствия. Хотя нет… было одно исключение. — Скажите ему всё прямо, как есть. — решился вновь открыть рот Мерих, и на него сразу устремились несколько удивлённых и один жутко злой взгляд. — Что ты сейчас сказал?! — холодным бесчувственным басом раздалось в ответ.       Альфа был в ярости, ведь если сказать все как есть, то Ласс точно не будет в порядке, как он думал. Поэтому это предложение от мальчишки его так взбесило. — Я сказал, что надо всё расск… — не успел Мерих договорить, как возле его кровати появился двухметровый кипящий гневом альфа.       Шин схватил пацана за рубашку и подтянул к себе. У Мериха сразу помутнело в глазах, и он почуял настолько неприятный горький запах, что его начало жутко воротить. Все мысли путались и тело вздрагивало каждый раз, когда взгляд парнишки невольно ловил озлобленные дикие кроваво-алые глаза. — Кх… — парень мог лишь хрипеть, но от этого воздуха становилось ещё меньше.       И что было хуже всего, так это то, что никто не может ему хоть как-то помочь, ведь Шинвольт — член Императорской семьи. Ещё минута и Мерих бы окончательно задохнулся, как ему казалось. Но вот хватка альфы ослабла, и парень слетел на пол. Острая боль от лодыжки разлетелась по всему телу. От всех неприятных ощущений, внешних и внутренних, парень скрутился за секунду в комок. Так ему казалось, что он будет защищен… Было немного похоже на то, как бессильные зверьки прячутся от всемогущего хищника. — Господин Шинвольт, не могли бы вы помягче обходиться с моими пациентами? — указал лекарь, но буквально минуту назад не стал перечить принцу и спасать Мерихима.       Снова повисла тишина. Шин немного успокоился и теперь с каким-то сожалением оглядел свою недавнюю жертву. Может из-за того, что это был омега, а может потому, что он был таким же хрупким, как Ласс… Но альфа пожалел, что не смог сдержать себя в руках, хотя мелкий ничего такого и не сделал. — Извини, что-то я вспылил. — вздыхая, вновь подошёл красноглазый и приподнял парнишку с пола, уложив обратно на кровать. Теперь этот большой и некогда до чёртиков пугающий альфа не казался омежке таким уж страшным. — Но и ты тоже не говори то, что первое в голову взбредëт. — сказал Цессия, уходя к кровати супруга. — Г-господин Шинвольт… Я знал, что говорю… — откашлявшись, но все еще сжимаясь, ответил парень. — Да? И что же ты тогда имел в виду говоря это? Ласс точно не воспримет эти новости спокойно. — грубо, но без нервов рыкнул красноглазый. — Вы его плохо знаете… — тихо произнес пацан. — Что? — не расслышал Шинвольт. — Я когда-то давно встречал принца в Юстид. И он не такой слабый как выглядит… Господин Ласстрильд силен как в физическом плане, так и в моральном. — казалось на одном дыхании протараторил Мерих. — Что ты имеешь в виду? — немного опешил принц. — Был случай… — рассказать у парнишки сил не хватило, так как пережитое волнение оставило осадок и уморило его. Мерих настолько обессилел, что так посреди разговора и уснул.       Все заинтересованно смотрели на мелкого, но тот уже никак не реагировал, даже если его пытались позвать. — И что это значит? — призадумался принц Астада. — Без понятия… — ответил доктор и подошёл к черноволосому омежке. — Что с ним? — принцу всë ещё было интересно, что имел в виду парнишка. — Он уснул от усталости. В добавок у него перелом лодыжки и, Вы его на неё уронили… — осмотрел вновь припухшую ногу доктор. — Оу… Я н-не знал. — почесал затылок Шинвольт. — Ничего, это быстро пройдет, но… — Саргуста кое-что волновало больше чем несильно потревоженный перелом. — Что-то ещё? — тут уже забеспокоился Дезет.       На него сразу оглянулись принц и доктор.  — Да. Он же омега, а Господин Шинвольт довольно сильный альфа. Мерих подвергся воздействию феромонов принца и его омежья сущность теперь дала о себе знать, по-моему… — не совсем был уверен Нильс. — Но до этого ведь даже малейшего намёка на пробуждение омеги в нём не было! — вновь взволнованно воскликнул Дез. — Посмотри на него: он вспотел и тяжеловато дышит, к тому же у него лёгкая температура. Инстинктивно он свернулся калачиком. Всё это точно реакция омеги на сильный альфий феромон… — описал состояние Мериха Саргуст. — Ясно… И что теперь? — вновь прозвучал голос Шина. — Чуть позже я дам ему лекарство, чтоб ослабить симптомы. Хотя я думаю, что всё будет в порядке.       После осмотра парниши из «0.16», доктор принялся за Ласса. Ему вкололи несильное успокоительное, но это всё, что можно было сделать в данной ситуации.       После долгих раздумий, взвесив все «за» и «против», Шин принял решение, что попытается рассказать златовласке всё, как есть. Не всегда же скрывать от него правду о его родителях. Хоть это и было трудным решением, но принц решил поверить в своего омегу. «Надеюсь, ты справишься… В любом случае, я буду рядом и поддержу тебя…» — повторял он в своей голове после каждого представления разных возможных вытекающих последствий.       Спустя какое-то время проснулся Мерих. Ласстрильда уложили на кровать рядом с парнишкой, но тот ещё не пришёл в себя. Принц Астада находился рядом с его кроватью, а ребята из «0.16» уже ушли. Мелкий наблюдал, как тот холодный и страшный красноглазый сейчас нежно поглаживал золотистые кудряшки на макушке принца-омежки. — Если вы будете рядом с ним, то всё точно будет хорошо… — пронзил тишину хриплый голос Мериха. — Молчи уж… если не восстановился ещё… — пробубнил Шин, но сам подумал: «И без тебя знаю.» — Саргуст тебе на столике микстуру оставил, выпей. — прозвучало на самом деле это, как приказ.       Мерих выпил и от этих непонятных препаратов его стало ужасно клонить в сон, но чтоб прогнать непонятную сонливость черноглазый достал себе книгу, которую принесли ему Дио и Тибо.       Спустя ещё час Ласс стал приходить в себя. Медленно парнишка распахнул свои небесно-голубые глазки и пару раз проморгался, пытаясь понять где он и что произошло. Он вспомнил о тех словах Ниро и его передёрнуло. Однако он быстро успокоился, когда заметил на своей кровати уснувшего мужа. Он выглядел немного бледным. — Принц уже стал беспокоиться, что Вы никак не просыпались и ему дали успокоительного. — заметил проснувшегося Мерих. — Мерих?.. Где мы? — В медицинском крыле.  — А… Ну да, похоже… — Вы помните, что произошло до того, как потеряли сознание? — Мерих удивлялся самому себе, а точнее своей болтливости в последнее время. Это точно из-за того, что к нему слишком хорошо относились в «0.16». — Да… — златовласка попытался привстать, но этим разбудил Шина.       Парень подскочил, а заметив Ласса испуганно заметался. Не зная с чего начать разговор, он неловко смотрел по сторонам и часто заморгал, перебегая взглядом. — Ласс… — наконец решился начать Цессия. — Да? — Ласс понимал, что предстоит не самый приятный разговор, но он был готов, наверное… — Прости, я должен был давно тебе это рассказать, но у меня не хватало духу... — красноглазый опустил голову, понимая, что виноват. — Что же ты мне не мог рассказать, Шин? Это как-то связано с моими родителями, да?.. — заикаясь от страха услышать страшную правду спросил златовласка. — Да… Твои родители… он... они мертвы... — взяв себя в руки сказал альфа.       Ласс в этот момент почувствовал, будто внутри разбилось стекло, а маленькие острые осколки вонзились прямо в сердце. В груди что-то сильно сжалось и стало так невыносимо больно, что прину-омежке становится ужасно плохо. Он никак не хотел в это верить... Его мамы и папы больше нет... Своими действиями он перепугал своего супруга. — Ласс, ты в порядке?..       Но как бы альфа не звал мужа, тот никак не реагировал. Послышались всхлипы и тогда Шин заметил, что Ласс, закусив кончик одеяла, тихо плакал. Слезы лились из его глаз рекой. В какой-то момент златовласка просто закричал во весь голос, срывая связки. — Ласс, успокойся, прошу! — душераздирающий крик омежки заставлял Шинвольта жутко беспокоится и нервничать.       На крик прибежал Саргуст. Он моментально подлетел к кровати златовласке. — Ласстрильд, возьмите себя в руки. Это может навредить Вашему ребёнку. Поэтому успокойтесь, прошу Вас! — после слов о ребёнке малыш немного успокоился, но всё ещё продолжал плакать и скулить.       Шин, чтобы хоть как-то успокоить любимого, нежно приобнял его и легонько начал поглаживать по спине.       Лекарь в этот момент ввёл шприцем какую-то прозрачную жидкость. pov Ласстрильда       «Нет! Это не может быть правдой! Мои родители живы! Нет!» — я не знаю почему, но я сам не верил своим же мыслям о том, что родители живы. И от этого становилось так плохо. Я никак не могу остановить свои слезы. Моё горло после крика так болит… а что меня пугало ещё больше, так это то, что я могу навредить ребёнку. — Нет! Нет! Нет! — честно я и сам не понимал, что же я так рьяно отрицал, все мысли были в одном хаотичном водовороте: они перебивали друг друга и невозможно было сосредоточиться на чем-то одном. — Ласс, тише… тише… — этот знакомый бас успокаивал, но и его не хватало, чтобы я остановил свой плач.       Моё состояние только ухудшидось, когда Саргуст сказал про ребёнка. Я, как ни пытался, не мог взять чувства под контроль и от этого бессилия становилось тошно. — Ласс, я рядом… я всегда буду рядом… — Шин обнял меня крепче, и я сам не понял, как сжимал его в своих объятиях. Тепло, приятный аромат, всё это такое знакомое. За последнее время я так к этому привык. И сейчас, в эту самую минуту, я ни за что на свете не хотел отпускать его. — Шин… — хрипло и очень тихо у меня получилось назвать его имя. — Да?.. — он нежно поцеловал меня в щеку и от неё по телу прошло приятное ощущение чего-то близкого и родного.       Мне даже показалось это ощущение похожим на то, что я ощущал дома в Юстид. Когда мама поправляла мои волосы, что я не любил причёсывать, а отец подавал руку, после моего проигрыша в нашем спарринге на шпагах. Тогда я чувствовал приятное тепло… заботу… И вот теперь то же самое я получаю от лёгкого поцелуя Шина. — Ласс, ты как?.. — тихий голос прямо над моим ухом.       После этого я всё же немного успокоился и поднял взгляд в рубиновые глаза. Они такие красивые. Ответить я, к сожалению, не смог: видимо посадил голос после своего крика, но на его вопрос я кивнул и положил свою голову на его плечо. Но как бы альфа не пытался хоть что-то сделать, пустота внутри меня с каждым мгновением всë больше разрасталась.       «Спасибо» — очень хотел я сказать, но получился только хрип. Хотя, по-моему, Шин понял меня.       Спустя еще какое-то время я уже не мог плакать. Казалось, что все мои слёзы кончились. Меня всё ещё легонько похлопывала большая ладонь по спине. Мои глаза от пролитых слёз опухли и ужасно болели. А ещё начало немного крутить живот. Чтоб успокоить неприятные ощущения я стал поглаживать себя по нему, хотя это и не сильно помогало.  — Милый, ты в порядке? Живот болит? — заметив, сразу забеспокоился Шин.       Я отрицательно махнул головой из последних сил. Ритмичные спокойные удары по моей спине стали теперь укачивать меня. И вот, не успел понять, как я уже сплю. Сплю в объятиях моего альфы. Под его успокаивающий голос и вдыхая такой приятный аромат кофе.       Но не смотря на всё это моё сердце всё ещё сжималось от боли. Наверное, так у всех, когда теряешь что-то очень ценное и дорогое. Думаю, если б не Шин, то я точно свихнулся бы… конец pov Ласстрильда       Прошло около часа. Шин ни на минуту не отходил от своего омежки, продолжая его нежно поглаживать по спине. Для очередной проверки пришёл Саргуст.  — Из-за произошедшего он может стать эмоционально нестабильным на какое-то время. — предупредил доктор Цессию.  — Мы справимся. — крепко приобнял Ласса альфа.       Всё это время Мерих читал книгу и мельком наблюдал за происходящим. Кстати, после произошедшего у парнишки немного крутило живот и чувствовался непонятный жар. Хоть все это и было незначительным, но причиняло такой дискомфорт, что Мерих даже не чувствовал боль от вновь повреждённой лодыжки.  — Ты в порядке? — заметил бледность на лице черноволосого омежки доктор.  — А?! Да… — не сразу заметил врача Мерих.  — Точно? — Саргусту показалось странным, что парнишка, который служит в отряде «0.16», ответил с такой заминкой и не сразу.  — Да, всё в порядке. — отвёл взгляд в сторону паренёк.  — Хм… — Док отошёл от кровати Мериха и вернулся к кровати Ласса, приблизившись к Шину.  — Парень явно НЕ в порядке. Если что-то случится, прошу Вас, принц, позовите меня. — шёпотом произнёс Саргуст.       Принц кивнул, соглашаясь. Хотя ему было всё равно, что могло случиться с парнишкой.

Кабинет Шинвольта

      Из-за непредвиденных обстоятельств рабочие обязанности Шина вновь скинули на Клауди. Парень уже привык рыться в отчётах и документах, но сейчас был один маленький нюанс, который доставлял неудобства. В качестве помощника, в котором Люцис в общем-то и не нуждался, дали, конечно же, того за кем серебровласый должен был присматривать — Шарли Солфист.       Девушка была немного неуклюжей, но работала неплохо. Однако был ещё один момент, из-за которого и была напряжённая атмосфера. Люцис за это время решил, что девушка ему действительно нравится, даже не так, он был влюблён. Но Клауди не знал, как признаться и стоит ли вообще начинать разговор об этом. -...юц! Люц! — уже какое-то время звала девушка дворецкого.  — А? Да? Что такое, Шарли? — очнулся от своих мыслей парень и с этим на его лице появился лёгкий румянец.  — Куда это? — Солфист сортировала документы и ей попался один который она не знала куда положить.  — А, этот… Давай сюда. — только парень потянулся за бумажкой, как понял, что девушка безотрывно пронзает его взглядом.  — Люц…  — М?..  — Почему ты покраснел? Ты заболел? — заметила румянец Солфист.       Только серебровласый хотел оправдаться, как Шарли пригнулась и дотронулась своим лбом до лба Клауди. Парень в шоке сидел и боялся пошевелиться.  — Ну, температуры вроде нет. — сделала заключение девушка.  — Ты же понимаешь, что сейчас сделала? — очнулся от забвения Люцис.  — Да. Просто проверила есть ли температура. Я всегда так делала господину Лас… — тут до Шарли дошло, что она сотворила и девушка залилась краской.       От смущения в кабинете повисло молчание. Оба чувствовали себя неловко и, дабы развеять атмосферу, Шарли хотела ненадолго покинуть кабинет. Однако только она начала двигаться к выходу как её руку схватила крепкая и холодная ладонь.  — Ты куда?  — Я… Я-я кое-что вспомнила… Я ненадолго отлучусь… — по бегающим карими глазкам было понятно, что Шарли врёт.       Люц преградил ей путь рукой.  — Не ври. — парень приблизился к её лицу, смотря прямо в глаза.  — Я… — Шарли стала смущаться ещё сильнее.       По лицу девушки было понятно, что она точно любит того сереброволосого парня перед собой. Именно от понимания этого Люцис решил, наконец, дать ответ на давний вопрос.  — Ты помнишь, как мы гуляли в саду и встретили принцев? — начал он.  — Да… — робко отвечала рыжеволосая.  — Ты помнишь, как сказала, что я тебе нравлюсь? — легонько улыбнулся парень.  — Д-Да… — Шарли настолько была смущена, что попыталась отвернуться, но её крепко держала рука дворецкого.  — Помнишь, как я попросил время, чтоб принять решение по этому поводу?  — Да… — медленно поднимая взгляд на парня, девушка говорила всё тише и тише.  — Так вот, я готов. — Люц набрался смелости. Он, наверное, никогда так не боялся произнести что-то.  — М? — Солфист была немного удивлена.  — Я… Ты мне… — всё же для парня признаться в своих чувствах было трудновато.       Девушка была в ожидании. И это ожидание было таким мучительным для неё. Но она всё ещё не отводила взгляд от объекта обожания.  — Ты мне нравишься!.. Нет, не так… Я люблю тебя! — собрался с духом серебровласый.       После этих слов Шарли просто замерла и, казалось, даже не дышала. Но спустя минуту она со слезами на глазах кинулась обнимать парня. Причём с такой силой, что Клауди не удержался на ногах и свалился. Шарли упала на него.  — Я тоже тебя люблю! — громко призналась импульсивная особа, которая рыдала от счастья.       Люц впервые испытывал нечто подобное. Из-за его работы он всегда был серьёзным и даже не думал, чтоб вступать с кем-то в отношения. А тут из ниоткуда появляется неуклюжая девушка, с чарующими веснушками на лице, добрая и светящаяся от счастья, будто солнце.  — Ну всё, прекращай плакать и давай вставать. — поглаживая по рыжим волосам, прошептал Клауди.  — Я просто очень счастлива. — никак не могла успокоиться плакса.       Ничего не оставалось и Люц решил встать вместе с ней. Придерживая её рукой за талию он с лёгкостью поднялся на ноги и поставил Шарли на пол. Она всё ещё хныкала.  — Успокойся. — снова сказал парень, но Солфист будто не слышала.       Тогда Люцис решил пойти на крайние меры и приблизившись к миленькому личику, затянул девушку в поцелуй. Она явно этого не ожидала, но сопротивляться не стала, а поддалась наслаждению.       Когда поцелуй разорвался Шарли уже успокоилась. Паре казалось, что этот поцелуй был через чур коротким, хотя это и не так. Но признаться, что этого не хватило, никто не решился.  — Мы теперь встречаемся? — решила уточнить девушка.  — Конечно. — с легкой усмешкой ответил Клауди.       Шарли вновь обняла крепкое тело серебровласого изо всех имеющихся сил.

Больничная палата

      Спустя какое-то время Мерих уже не мог спокойно лежать и решил всё же сходить к Саргусту. Он медленно встал и направился к выходу из палаты. В коридоре было пусто. Поэтому паренёк пошёл бродить в поисках врача.  — Тц… Чёрт… — от ходьбы испытываемый дискомфорт стал ещё невыносимее.       И вот он знакомый голос доктора из какой-то приоткрытой двери. Мерих доковылял до неё и постучал.  — Доктор Саргуст, мне что-то не очень хорошо… — не дожидаясь ответа вошёл черноволосый.       В кабинете помимо доктора был ещё один мужчина в белом халате, точно таком же как у Саргуста.  — Мерих, что случилось? — отвлёкся Нильс от предыдущего разговора, полностью переключаясь на своего пациента.  — Меня уже порядком достал жар и неприятное ощущение в животе. От этого всего уже жутко тошнит. Можете с этим что-то сделать? — серьёзно проговорил парень.  — Это всё нормально. После стычки с Господином Шинвольтом у тебя пробудилась омежья сущность и с этим сейчас ничего не сделать. Все омеги через это проходят, так что не переживай. — попытался успокоить Мерихима доктор.  — «Омежья»? Так раньше ж ничего не было. Долго это будет продолжаться? — почесал затылок черноглазый.  — Через пару дней пойдёт. Меня вот больше беспокоит, что Вы, молодой человек, пришли на своих двоих при том, что у вас перелом лодыжки! — разозлился старичок.  — А, ну это… Мне так надоело это неприятное чувство, что я помимо него ничего не чувствую… — стал опрадываться паренёк.       И только врач хотел отчитать непослушного пациента, но его перебили. В кабинет забежала девушка.  — Доктор Саргус, там пациент из 102 снова буянит… — запыхавшись, доложила она.  — Вот вечно всё это не вовремя. Хорошо, иду. Мерих, возвращайся аккуратно в палату. — убегая, прокричал куда-то вдаль Нильс.  — Ладно-ладно… — Мерихим поплёлся обратно, всё ещё испытывая неприятные для него ощущения.       Мужчина остался в кабинете. Наверное, это был его кабинет… Хотя думать об этом ковыляющему до палаты парнишке было, мягко говоря, лень.  — Хочу в «0.16»… Тут и со скуки помереть можно. — бубнил себе под нос омежка, подходя к кровати.  — Ну и шумный же ты. — сделал замечание Шинвольт.  — Прошу прощения… — недовольно извинился, залезая на кровать, парнишка.       В эту минуту Ласс поморщился и его длинные ресницы на опухших от слёз глазах распахнулись.  — Милый ты как? — сразу стал волноваться Шин.       Однако ответа не последовало: у златовласки жутко болело горло. Он, окончательно проснувшись, стал снова хныкать, но слёзы при этом не текли.  — Ласс, успокойся… — тут же приобнял альфа своего омежку.  — Господин Ласстрильд, Господин Шинволь прав. Вам не стоит так страдать. Да, это больно, но что изменят слёзы? Они вернут Вам семью? Нет. — громко и смело высказался Мерих.  — Парень, ты снова лезешь куда не стоит! — недовольно рыкнул Шин, так как от слова «семья» Ласс жалобно проскулил.  — Господин Ласс, лучше вместо этого Вам позаботиться о Вашем ребёнке. Я знаю — Вы сильный! Справитесь с этим. К тому же у Вас есть Господин Шинвольт… Теперь он — Ваша семья. Разве нет? — продолжал черноглазый, хотя и не очень хотелось, но надо было как-то помочь принцу-омежке.       В этот раз Шин молчал, так как с каждым словом черноглазого паренька Ласс немного приходил в себя. Он медленно перестал скулить и поднял жалобный взгляд покрасневших глаз на Шина. Крепкие объятия и хриплый, практически неслышимый ответ: «Шин…».

В темнице замка

      Всех пойманных из «Призрачных волков» разместили в камерах подземелья, но Горн Баттери был тяжело ранен при захвате. Оказывать первую помощь преступнику было чем-то неважным и не свойственным, поэтому его оставили так. Спустя пару дней раны Баттери загноились и на них уже позарились паразиты. Мужику становилось всё хуже и хуже, но помогать никто не спешил.        И вот в один день:  — Эй! Ты там жив ещё? — пришёл стражник, очередь которого была приносить еду.       Однако ответа не последовало. На каменном полу камеры была заметна кровь: скорее всего раны вновь открылись. Но никаких движений, от лежавшего в этой крови тела, не было.  — Джер, иди сюда! — позвал служивый товарища.  — Чего тебе? — подошел вояка.  — Тут у нас походу труп, не отзывается. Да и кровь вон на полу. — тыкая пальцем обрисовал ситуацию стражник.       Дабы проверить одному из парней пришлось войти в камеру, другой остался настороже. Подойдя к лежащему телу солдата стало мутить. Это был труп.  — Ну что там? — узнавал так называемый Джер.  — Труп.  — М-да… Дела…       Выйдя из камеры, парни закрыли её на всякий случай и пошли сообщать начальству. К вечеру было подтверждено, что Горн Баттери — член «Призрачных волков» скончался в своей камере из-за тяжелого ранения. Так как он был преступником, то в его смерти никого не обвинили.       Эта весть прошла чуть ли не по всей тюрьме и дошла до Ниро. Парень после этого просто испепелял взглядом всех проходящих мимо солдат Астада, источал злобой и яростью. Некоторым даже становилось плохо, если они долго находились рядом с ним.  — Мы отомстим за тебя, Горн. — злобно рычал время от времени Нирольд.

Прошло несколько дней

      Спустя какое-то время Ласс наконец частично, но смог смириться со смертью своих родителей. Ему всё рассказали и было невыносимо больно узнать, КАК их убили, но златовласка, чтоб не беспокоить Шина и не навредить ребёнку, держал себя в руках. В этом ему в какой-то степени помогал, лежавший в той же палате Мерихим. От общения с омежкой становилось немного спокойнее.  — Ласс, я пришёл. — в который раз за этот день пришёл навестить мужа Шин.  — Ну Шин, а работать кто будет? Ты приходил ко мне час назад! — хоть Ласс и ругал супруга, но был очень счастлив его видеть.  — Вот именно! Аж целый ЧАС назад. — парировал принц Астада.       Парочка любезничала друг с другом и на всё это вынужден был смотреть Мерих. Его нога практически восстановилась: на парне с детства всё заживало как на собаке, плюс перелом был несильным. Однако его вскоре должен был прийти проверить Док, поэтому уйти было не вариант.       Невольный наблюдатель всё ещё оставался в этом надоедливом медицинском крыле не только из-за перелома и других лёгких повреждений, но и из-за того, что пробуждение его омежьей сущности было крайне болезненным, особенно к вечеру: черноглазого начинало тошнить и он даже не хотел шевелиться, так как это разносило доставучий жар по всему телу с невероятной скоростью, руки и ноги немели, а голова просто раскалывалась.  — Мерих, я пришёл! — влетел в комнату Дез и тут же пал на колено, отдавая честь, заметив Шинвольта.  — Смотрю у тебя не самая спокойная палата… — злился красноглазый на столь шумный объект.  — Нет, на самом деле с ребятами очень весело, если б не они, то я точно бы уже со скуки помер… — усмехнулся Ласс, защищая солдат.  — Да? Ну тогда ладно…       После этого парни расселись по парочкам: Ласс и Шин миловались у одной кровати, а Дезет пытался всеми силами развеселить уж через чур серьёзного Мерихима - у другой. В таком спокойствии проходили следующие несколько дней. Но надолго ли это?