То, чего так не хватало...

      Прошла неделя после пробуждения Ласса. Настроение в замке сразу приободрилось, а поникшая атмосфера стала рассеиваться.

В палате

— Шин! Я же сказал, что мне уже лучше… — раздалось из палаты. — Ничего не знаю. — не позволял встать с кровати омежке красноглазый.       Раны златовласку уже не так сильно беспокоили. Конечно, последствия нападения были ужасны, но на парнишке всё быстро заживало. Однако больше всего докторов беспокоило состояние ребёнка. До сих пор никто так и не смог с уверенностью сказать ничего конкретного о его состоянии… — Шин, а что теперь будет с… «Призрачными волками»? — внезапно начал Ласс. — Казнь. — в то же мгновение ответил будущий император.       Повисло неловкое молчание. Омежка испытывал огромную неприязнь к преступникам, но по своей натуре он не любил смерть. Особенно ему стало противно слышать о ней после гибели родителей. — А что с Сицилией? — вспомнил откуда вообще пришла эта группировка. — Я уже отправил Отцу отчёт о случившимся. А также предоставил всю имеющуюся у меня информацию. Скорее всего Сицилию будет решено уничтожить. Пусть они и сильная страна, но против Астад… словно дети. — Понятно… — от тяжёлых мыслей паренёк машинально положил руки на свой живот.       Он был у него немного выпуклым и таким мягеньким. От чувства близости своего ребёнка златовласка всегда успокаивался… Но в этот раз ощущения были какими-то странными. Они координально отличались от прежних и это заставило напрячься. — Шин… А что с ребёнком?.. — неловко спросил омега, понимая что ни разу ещё не задал этот вопрос с момента пробуждения.       Минутная тишина пугала до чёртиков. Небесно-голубые глаза взглядом бегали по Цессии, по комнате, по мебели и по виднеющимся в окне домам. Заметив беспокойство своего мужа, Шин вздохнул и решил рассказать правду, какая она есть. — Ласс… Только не переживай, пожалуйста. Сейчас точно не известно, что с нашим ребёнком. Лекари спорят, но никто из них так и не может нормально ответить о состоянии малыша. Говорят… что из-за полученных тобой ранений ребёнок мог впасть в подобие комы… Но длительное пребывание в таком состоянии вызывает гибель плода. Однако некоторые говорят, что ребёнок жив! Просто немного ослаблен… — попытался объяснить Шинвольт.       Альфе самому было ужасно плохо от понимания, что его ещё даже не родившийся ребёнок может оказаться мёртвым. Теперь в добавок пришлось рассказать всё омежке, который уже сидел ужасно бледный. Шин крепко, но аккуратно обнял своего мужа. — Нет… Этого не может быть… Я чувствую, что он ещё внутри, просто… Просто это чувство не такое как раньше… — уже чуть ли не плакал златовласка. — Милый. Я уверен, что с ребёнком всё в порядке. — парень положил свою руку поверх руки Ласса на животе.       Принц действовал уверенно, лишний раз стараясь не давать омеге повода волноваться. Теперь и альфа чувствовал, что что-то было не так, как раньше. Странные ощущения, но… Они не пугали… — Ласс, давай-ка позовём Нильса. — Нимфолт не сразу понял, о чём говорит супруг, но кивнул, — Люц! Позови Саргуста.       За дверью послышались спешные шаги. Саргуст давно находился в замке и тщательно старался следить за израненным омегой, пока тот не окрепнет. Поэтому спустя несколько минут в палату вошёл изрядно запыхавшийся старичок. — Что-то случилось?! — серьёзно и взволнованно протараторил он. — Нильс… С ребёнком что-то не то. Ощущения не те. Раньше прикасаясь к животу Ласса я чувствовал совершенно другое, но… — не знал как объяснить свои ощущения будущий император. — То есть как это? «Не те»? — переспросил отдышавшийся доктор. — Не знаю как точно описать эти изменения. Однако они точно странные, потому что совершенно не пугают. Даже я бы сказал, наоборот… Радуют? Что это вообще может значить? — Хм… — Саргуст подошёл к супругам. — С ребёнком всё же что-то не так? — испуганно прошептал омежка. — Думаю, что нет. Разрешите мне потрогать, принц? — после просьбы руки с живота поднялись.       Нильс аккуратно прикоснулся к животу. Какие-то манипуляции доктор проводил около пары, а может и больше. Но отстранившись он выглядел очень даже довольным. — Можете снова положить руки на живот. — с ноткой радости высказался Саргуст.       Парочка так и сделала. В этот же момент, как их руки расположились на гладенькой поверхности аккуратного живота, почувствовался лёгенький толчок. Озадаченные и в полнейшем недоумении лица только после ещё нескольких толчков сменились на счастливые. А Ласс даже пустил слезу от радости. — Ваш ребёнок жив и скорее всего здоров, раз так старательно пинается. — усмехнулся старичок.       После этого все сомнения на счёт состояния ребёнка развеялись. Гнетущая атмосфера в замке окончательно исчезла. Вскоре принцы вернулись в Астад. Время летело быстро и всё возвращалось на круги своя. Шарли и Люцис развивали свои отношения и на каждом углу в замке их парочка была самой обсуждаемой. Всем только доставляло удовольствие смотреть как невозмутимый и серьёзный Клауди в который раз ловит снова споткнувшуюся на ровном месте Шарли. Кто-то даже сказал, что они собираются сыграть свадебку.       Дезет и Мерихим продолжали крутиться рядом с принцами, защищая… Ну или просто развлекая. Дез постоянно поучал младшего товарища. Особенно ему нравилось давать парнишке подзатыльники за всякие некрасивые на взгляд солдата словечки.

Однажды в коридоре замка

— Да прекрати уже! — в который раз убегал от «наказания» Мерих. — А нечего было называть капитана по имени! — смеясь, в дагонку кричал Вингер. — А он не против был! Чего ты так взъерепенился?! — прошмыгнул в приоткрытую комнату и тут же попытался закрыть за собой дверь.       Но Дез был быстр и не дал своенравному мальцу скрыться. Теперь бежать было некуда. Черноволосый паренёк прижался к стене и с наигранной злостью смотрел на своего старшего товарища. — Вот ты и попался. — ухмыльнулся Дезет. — Давай только без нравоучений… Понял я уже, понял… Больше так не буду. — Ты мне тоже самое в прошлый раз говорил, глупый мальчишка. Сколько тебя ещё манерам учить. Какой же ты всё-таки ребёнок у нас. — специально выделил слово «ребёнок», так как знал, что Мер ненавидит, когда его так называют. — А я тебе говорил не называть меня ребёнком! — предсказуемо разозлился паренёк. — Да-да, малыш… — ехидно продолжал солдат. — Ах так!!! — завопил Мерихим и моментально приблизился к Дезу.       Не долго думая, Мер схватил ворот одежды и притянул лицо Деза к себе ближе. А после секундной паузы, когда их взгляды встретились, он невинно и так неумело чмокнул Вингера прямо в губы. Быстро отстранился от шокированного мужчины и самодовольно хмыкнул. Однако это выглядело даже мило, ведь лицо мальчишки было не то что красным от смущения, а чуть ли не багровым. — Так «ребёнок» точно делать не будет! — выпалил смущённый Мер и быстро проскользнул к выходу, успешно убегая.       А Дезет так на месте и замер. Только через несколько минут вояка пришёл в себя и кончиками пальцев докоснулся до своих губ, которые просто горели от недавнего, такого нелепого, но приятного, поцелуя. — Ну точно глупый мальчишка… — опустился на корточки зам «0.16» и спрятал от лёгкого смущения лицо в ладони, — Ну кто ж так целуется?.. Чёрт.       Довольный своим побегом Мер добрался до здания отряда и быстро скрылся в своей комнате. Завалившись на кровать, до паренька дошло что он сделал. Он. Поцеловал. Дезета Вингера! После недолгих раздумий и прокручивания этого момента у себя в голове, по телу омежки пробежала дрожь, а затем стало разливаться странное тепло. От этого Мерихим сжал в своих объятиях покрывало и уткнулся в него лицом. — И чем это ты тут занимаешься? — послышался со стороны входа знакомый голос. — Зак!.. То есть… командир! — моментально уселся на кровати, краснеющий мальчишка. — Что с тобой, Мер? — спокойно подошёл командир «0.16». — А ну… — поправил свои чёрные волосы мальчишка, — это всё Дез… — Опять повздорили? — ухмыльнулся Зак.       Все в отряде знали про их вечные глупые споры и ругань по пустякам. Хотя они никогда и не ссорились. Просто дрались, огрызались и смешили весь отряд. — Нет… Тут другое… — неловко отвёл взгляд черных глаз. — Тогда что? — теперь командир стал замечать румянец на лице у подопечного и частое дыхание. — Ну… Я поцеловал Деза. — объяснил, наконец, парнишка, — Не знаю, что на меня тогда нашло. Он снова назвал меня ребёнком, но сегодня меня это особенно разозлило. Мне захотелось ему доказать, что я вовсе не маленький мальчик, а равный ему мужчина! Ну… И поцеловал его… А теперь мне как-то жарковато и вообще голова кружится.       Морест был сначала немножко шокирован, но потом смекнул что да как. Он улыбнулся и положил ладонь на лоб омежки. Снова усмехнулся и помотал головой. — Вы, ребята, уж слишком сдружились. Мер, скажи, а что ты чувствуешь к Дезету? — Чувствую? Хм… Он бывает раздражительным и через чур заботливым. Вечно пытается меня учить и надоедает. Постоянно рядом крутится, но я думаю, что уже привык к нему. Так что, сейчас у меня появилось ощущение, будто я обрёл семью. Я не знаю каково, но мне почему-то кажется, что он стал для меня родным человеком. Мне становится грустно, если он грустит, а его смех заставляет меня улыбнуться… — честно выдал Мерих. — Ты знаешь, что это может значить? — похлопал по спине растерянного паренька, — Мне кажется ты влюбился. У вас конечно есть разница в возрасте, но… Ты признал его как своего альфу. Ты захотел доказать ему, что ты не ребёнок, потому что тебе хотелось других отношений. Ты добился желаемой близости, а теперь похоже у тебя начинается течка. Тело горит, перед глазами плывёт, частое дыхание, которое помогает почуять все запахи вокруг. И хочется увидеть Деза, да?       В ответ был только размытый кивок, а после омежка уже лежал на кровати. Командир решил его оставить. Зак вышел из комнаты и присел на первом этаже в холле.

Спустя час

      На пороге появился Вингер. Его удивило, что первый, кто его встретил, был командир. А ещё его нос защекотал какой-то необычный запах. — Здравствуйте, капитан! А почему вы в коридоре? — решил поинтересоваться Дез, но на деле его больше интересовало, что же за аромат витал в воздухе. — Да так, тебя жду. — улыбнулся мужчина. — Я Вам зачем-то понадобился? — Да. Видишь ли… Мерих мне всё рассказал. Слушай, я давно вижу как ты к нему относишься, так что спрошу прямо. Он тебе нравится? — последний вопрос прозвучал серьёзно и даже немного строго. — А… Да… Он хороший парень, хоть малость и невоспитанный, а так очень даже ничего. Надёжный товарищ. Раньше был каким-то отчуждённым и нелюдимым, а сейчас более общительным стал… — Я не про это спрашивал. — улыбчиво прервал своего заместителя Морест, — У тебя есть к нему романтические чувства? — Да. — сначала Дез опешил от такого вопроса, но вспомнив недавний поцелуй, тут же ответил. — Тогда поздравляю. Это взаимно. — улыбчиво встал со своего места командир и, подойдя к Вингеру, похлопал его по плечу, — Мерих тоже влюблён в тебя. Настолько, что сейчас от вашего недавнего поцелуя у него течка начинается.       Последняя фраза ввела Вингера в ступор. «Так вот что это был за запах!» — пронеслось в его голове. Из вихря мыслей парня вытащил лёгким рывком Морест. — Все из нашего отряда сейчас на заданиях. Да и мне надо кое-куда отлучиться. Позаботься о нём… Только не переусердствуй. — в который раз за этот день усмехнулся командир и удалился прочь.       Теперь оставшись с самим собой наедине Дезет стал медленно подниматься на второй этаж. Стоя уже перед дверью в комнату омеги, он вздохнул и решительно вошёл в комнату. Мер лежал на своей кровати. На появившийся шум в комнате не хотелось обращать внимания, но парнишка всё же поднял затуманенный взгляд на Вингера. — Что такое течка?.. Почему так жарко и появилась такая слабость… — начал обессиливший омега. — Мер, потерпи немного… Течка… это что-то вроде сигнала организма, что ты достаточно вырос для… Для половых отношений. — откинув всякое смущение, попытался объяснить парень. — И как от неё избавится… Мне неприятно… — чуть ли не проскулил Мерих. — Ну… Что бы легче перенести течку, а также чтоб она быстрее закончилась надо… Тебе поможет секс с альфой.       Раньше Мерихим не знал ничего об интимной жизни, но постепенно, желая изучить свой вторичный пол, он узнал несколько вещей… — Дезет… Ты поможешь мне? — обессиленно валяясь на кровати, пробубнил омега. — Хорошо. — Вингер совсем не был против.       Он стал медленно стягивать уже пропитанную потом одежду с тела Мерихима. Аромат, наполнивший комнату, заставил солдата в какой-то степени возбудиться. Спустя несколько минут Дез уже наклонялся над разгорячённым обнажённым телом. Присев на кровать, он погладил кончиками пальцев выпирающую бедренную косточку — Мерихим немного напрягся, но не вздрогнул, даже слегка раздвинул колени, выказывая своё бесстрашие. Мысли и чувства парня были сосредоточенны только на действиях Вингера. Ничего не заставляло беспокоиться. Теперь каждое прикосновение, близость к омеге выдавали в альфе изголодавшегося зверя, учуявшего добычу.       Мерих внезапно почувствовал, как внизу живота странно стало тянуть и сжимать неким холодком, особенно когда широкая ладонь неторопливо провела от груди почти до паха. Омежка попытался унять себя глубоким вздохом. Это заметил и альфа. — Мер, я боюсь, что тебе может быть больно… — Всё в порядке. Я тебе верю. — из последних сил выдавил из себя черноволосый.       Услышав это, Дез потянулся к его губам, сначала едва касаясь их, но, почувствовав, как они доверчиво раскрылись, стал смелее втягивать парнишку в поцелуй. На этот раз это был взрослый поцелуй. Альфа буквально сходил с ума от ощущений робкого языка, нежных ладоней, которые осторожно скользили по широким плечам. А сам Дез, наконец, достиг цели. Нежно обхватив возбуждённую и уже сочившуюся смазкой плоть, стал медленно двигать рукой. Разгорячённый омежка достаточно громко простонал. Но его непослушное тело само стало подталкивать бёдра к руке, ускоряя темп. — Мер, ты чудо. — не мог налюбоваться краснеющим личиком Дезет.       После первой разрядки Мерихима рука с члена опустилась чуть ниже. Теперь аккуратными движениями альфа стал разрабатывать узкий проход. Сначала один палец, потом второй… Попутно целуя его губы, шею, ключицы, шепча нежные и ласковые слова. Дез уже заметно возбудился. Спустя еще пару минут омежка был готов. По крайней мере по мнению Вингера. — Мер, я больше не могу ждать… Я постараюсь сделать всё как можно менее болезненно. — предупредил парень, пристраиваясь головкой к колечку мышц.       Медленный, даже слишком медленный толчок… Ещё один и ещё. Всё это сопровождается громкими стонами и всхлипами омеги. Но Дез сдержал обещание и вошёл максимально нежно и аккуратно. От чувства долгожданной заполненности омега немного пришёл в себя. — Мне хорошо… — простонал он и даже вильнул бёдрами сильнее насаживаясь на член альфы.       С каждой минутой темп понемногу увеличивался и наслаждение разливалось по обоим телам ещё быстрее. Дез даже не заметил как в порыве оставил на бледной коже Мериха яркий засос… Прямо между шеей и ключицей.

Утро

      Парней в одно время разбудил солнечный свет, ворвавшийся в комнату через незашторенное окно. Они медленно переглянулись, вспомнили события прошлого дня, покраснели, а затем улыбнулись друг другу. — Мер, ты в порядке? — Ну, если не считать, что я почти не чувствую свой зад и весь в какой-то белёсой жидкости, то да. — ухмыльнулся парень. — Извини, я не заметил, как уснул. Надо было хоть обтереть нас… — виновато хихикнул альфа. — Всё равно спасибо тебе. — в чёрных глазах не было ни намёка на злость, ехидство или что-то подобное. — Раз всё так сложилось… Мерих, ты будешь со мной встречаться? — решился спросить мужчина. — Ты дурак? — Мер уткнулся лицом в грудь Вингера и усмехнулся, — По-моему, всё должно быть и так ясно. Да.       После столь длинного согласия с долькой укоризненности Дезет крепко обнял омежку и поцеловал его в губы, от чего тот покраснел.

Прошёл месяц

      Этот месяц был насыщенным. Как и предполагал Шин, его Отец пошёл на Сицилию войной. Силы явно были неравны: пусть в северной стране живут сильные и закалённые воины, но они не сильнее огромной армии Империи Астад. Потери были. Было много раненых, но войну удалось выиграть. Большинство жителей Сицилии не смогли смириться с поражением и совершили самоубийство. Кто-то подчинился новому правителю, а кто-то пытался восстать. Однако даже самые незначительные бунты подавлялись.       Также в этом месяце были казнены последние члены «Призрачных волков». Казнь проводилась на главной площади столицы. Ласс решил не присутствовать на этом, так как не любил смотреть на чужие смерти, да и Шин его бы и не пустил, ведь это могло плохо сказаться и на состояние омеги, и на состояние ребёнка.       Срок рождения малыша приближался довольно быстро. Ласс, вспоминая все свои резкие смены настроения, ужасный токсикоз, слабость, боль в спине и много другого, что принесла с собой беременность, теперь просто улыбался. Ведь теперь совсем скоро он увидит своего сына. — Мы же уже определились с именем, Ласс. Не надо так переживать, всё в порядке. Детская одежда и принадлежности уже в замке и ждут своего владельца. Не о чем волноваться. — в который раз успокаивал своего омегу Шин. — Но мне кажется, что мы что-то забыли… — вновь хныкал златовласка, поглаживая свой большой животик. — Ничего мы не забыли, успокойся. — трепал непослушные золотые пряди принц, зная, что муж это любит.       Такие разговоры были не редкостью, особенно с приближением дня родов. Врачи назначили его примерно через неделю. Омежка сильно переживал, ведь он не знал, как правильно заботиться о ребёнке. Хотя Шарли обещала помочь… Но…       Шин частенько пропадал в своём кабинете, разбирая некоторые вопросы, появившиеся после войны с Сицилией. А в это время в комнате Ласса обязательно должна была находиться охрана. — Господин Ласстрильд, вы хорошо себя чувствуете? — прозвучал тихий голос Мерихима из угла комнаты. — Не обращайся к Господину так фамильярно! — прилетел лёгкий подзатыльник от Деза, который сидел там же. — Да, ничего Дез. Я даже рад, что Мерих так со мной общается. И да, со мной всё хорошо. Просто немножко живот тянет.       Парни переглянулись. Ни один из стражников не знал, что это может означать, поэтому решили, что всё и правда в порядке.       Внезапно в комнату влетела Шарли. Её глаза горели от счастья и она радостно моталась по комнате. — Люц сделал мне предложение!!! — весело скакала девушка туда-сюда. — Поздравляю, Шарли! — также весело подхватил Ласс, спрыгивая с постели.       Счастливую атмосферу нарушает глухое кряхтение и скатывающийся по стене Ласстрильд. Все моментально подлетели к нему, а затем Мерих поспешил за лекарем. Ребятам не понравилось, что принц скрутился от боли и вцепился в живот. — Господин, что с Вами?! — старался выяснить Дез. — Живот… Сильно прихватило живот… — он жадно глотал воздух.       Теперь Шарли заметила, что штаны омежки намокли. — Ласс… Кажется у тебя воды отошли… — в растерянности произнесла она. — Но до дня родов говорили ещё пять дней! — вмешался шокированный Дез. — Этот срок устанавливали в идеале, а на самом деле роды могут начаться и позже, и раньше. Господин, держитесь! — всячески старались поддержать и подбодрить слуги, но не все слова доходили до бедного омежки.       Теперь в комнату влетели Нильс с несколькими помощниками. Отряд прибывших был осведомлён о том, что им надо делать. Так Ласса перенесли в больничный корпус, а Дезета отправили, чтобы он позвал Шинвольта. — Господин Шинвольт! Господина Ласстрильда доставили в больничный корпус. У него начались схватки! — забыв постучаться, примчался в кабинет будущего императора солдат.       На небрежное обращение и вход без стука никто даже не обратил внимания. Все поспешили к принцу. Время, казалось, тянулось вечность. Частенько из родильной слышались вскрики Ласса, шипение старого доктора, бурные подбадривания со стороны остального персонала. И только спустя почти десять часов послышался детский плач. Он был очень звонким, просто оглушающим. Но всех насторожило, что из кабинета никто так и не вышел. За закрытой дверью продолжалась какая-то возня. Спустя ещё полчаса вновь послышался плач ребёнка, только голосок малыша был намного ниже предыдущего. Наконец, в коридор вышел Нильс и, смахнув с лица пот, радостно сообщил о происходящем. — Поздравляю Вас, Господин Шинвольт. У Вас родились двое прекрасных малышей. Маленький принц, а также впервые за долгое время в Императорской семье родилась принцесса. Примите мои поздравления! — после своих речей шокированного отца впустили к его детям и супругу.       Когда перед взором альфы предстала эта картина, он прерывисто выдохнул от внутреннего напряжения: Ласс, бледный и измученный, лежал на кровати, а рядом с ним аккуратно завëрнутые в пелëнки крохи. Малыши что-то кряхтели и хныкали, а омежка просто смотрел на них и улыбался. — Спасибо, Ласс… Спасибо… — стал на колени перед кроватью Шин, чтоб удобнее было прильнуть к своему любимому и получше удалось рассмотреть деток. — А я так и знал, что нужно ещё девчачье имя… — прошептал златовласка.       Хотя теперь в комнате он такой был не один. Пусть и маленькие, похожие на пушок, но у старшей сестры оттенок волос был точь в точь как у Ласса, а вот у мальчика оттенок был тёмным, как у отца-альфы. Зато маленькой девочке достались глазки с красноватым блеском, а у её братишки были нежно голубые глазки, обрамлëнные длинными чёрными ресничками. — Ты был прав. — усмехнулся Шин. — Дай ей имя… — сонным голосом проговорил обессилевший омежка. — Хорошо. Знаешь, мне сейчас в голову пришло… Моя мама… Фиора де Цессия… Как-то рассказывала мне историю, про сильную, своенравную, смелую и решительную девушку Императорского рода. Она была последней девушкой в нашей семье… И добилась многого как для нашей семьи, так и для империи. Я хочу, чтобы наша дочь тоже стала достойной женщиной, о которой будут помнить даже через много десятилетий. Поэтому… давай назовём её Эрин, как и её великую предшественницу. — Коэр де Цессия и Эрин де Цессия… Мне нравится. — сразу после этих слов Ласс провалился в сон.

Несколько месяцев спустя

      После рождения малышей, молодые родители старались сделать всё в лучшем виде. Детишки росли крепкие и здоровые, быстро развивались и были довольно смышлёными. Забот было много, но и Шин, и Ласс справлялись со своими обязанностями. — Знаешь, я не думал, что это будет так трудно… — честно признался Ласс на очередной прогулке с детьми и мужем по Императорскому саду. — Я тоже. Но мы, кажется, справляемся. Думаю, у нас всё будет хорошо. — аккуратно нёс дочку на руках заботливый альфа. — Да, так оно и будет. — присел на скамейку Ласс, поправляя кофточку Коэра. — Из нас и сейчас, по-моему, выходят неплохие родители. Я очень рад проводить время с вами… Моя нынешняя жизнь намного лучше, чем когда-либо. — сел рядом с мужем будущий император. — Я тоже. Сейчас я понимаю, что у меня снова появилась семья: любимый муж, драгоценные дети… Теперь я действительно счастлив… Наверное, это именно то, чего так не хватало…