Unnecessary feelings

      Домой они вернулись в начале рассвета. Тонкие солнечные пальцы чудесно обвивали их лица, весело смеясь. Впервые Ди так искренне улыбался только от того что брёл домой вместе с Чесом. Счастье чувствовалось так тонко, так чудесно, что казалось нет в мире ничего более прекрасного, чем такой вот светлый рассвет рядом с хиппи.       Расставались они тоже долго, им не хотелось отпускать друг друга, даже на короткий срок. Прохладный ветерок дул со стороны реки, приятно обвивая их ноги. Возбуждение, предвкушение и радость смешались в один душевный комочек, и юноша, не выдержав такого эмоционального напора, молча потянулся к мужчине за желанным поцелуем. Тот был и не против, ведь нужно ловить момент до последнего — и Чес всеми силами старался этот момент сделать дольше, целуя страстно, властно и монотонно. Впуская разгорячённый язык в рот партнёра, облизывая белоснежные маленькие клыки и проходясь по нёбу.

Бери от жизни всё пока можешь, да и хуй с тем что скажут остальные.

***

      Проспал Чес недолго, несмотря на то что всю ночь они гуляли вместе с Ди. Усталости не было, только головная боль лёгкой дымкой витала в мозгу. Он бы продолжил вот так валяться, но резкий стук в дверь оборвал весь кайф и сделал боль ощутимее. Тяжело поднявшись, Чес побрёл к двери. Он уже чувствовал, что открыв её, увидит хрупкое юное тельце, неловко перемирающееся с ноги на ногу. Представлял холодный взгляд голубых глаз, и то как эти глаза влюблённо пробегаются по нему с головы до ног. Неприятный скрип дверных петель лёгким эхом прошёлся по трейлеру, и Чес застыл на мгновение, явно не ожидая увидеть того, кого увидел.       — Опа… Чем могу помочь? —хиппи приятно удивился, давно Глэм не навещал его. Безумная улыбка на лице друга всё такая же, но Чеса она больше не пугает. Она ему нравится.       — Могу я войти? — вежливо спросил Глэм, вглядываясь в беспорядок позади приятеля. Тот кивнул, закрывая за блондином дверь:       — Спрашиваешь ещё.       Они просто сидели и давящее молчание неприятно опускалось сверху вниз, было немного неловко, но оба виду не подали. Глэм рассматривал всё вокруг, будто в первый раз пришёл сюда: горы нестиранной одежды, пепел сигарет на полу и постоянный табачный запах. Своеобразная атмосфера, но откуда-то такая родная.       — Ну так, — осторожно начал Чес, — чего а́скать хотел что-ли? — Глэм молча кивнул. Видно, что блондин не знал как начать — он никогда не умел высказываться о проблемных мыслях, что приходили к нему. А потому шатен решил снова взять всё в свои руки, за столько лет он научился понимать приятеля без слов. Хотя как тут не понять, — ты ведь пришёл о Ди побазарить?

Глэм вновь кивнул, Чес только устало выдохнул.

      — Тебе не о чем страдать, говорю же. Конечно пионер твой журытся понемногу… — хиппи хотел продолжить, но друг оборвал его.       — Нет, — они непрерывно смотрели друг на друга около минуты, но наконец найдя подходящие слова, голубоглазый продолжил, — помнится, я ведь нравился тебе?       — Так ты знал, — улыбка сползла с лица шатена, и брови его свелись к переносице. Впервые за долгое время он так хмуро смотрит на кого-то. А Глэм неизменно улыбается, несколько хитро произнося:       — Это было трудно не заметить.

Чес молчит. Глэм молчит в ответ. Стыдно.

      — Пока ты там за Вики ухаживал, я бабушек через дорогу переводил… — невесело усмехнулся Чес, — ведь зачем дорога если через неё нельзя перевести бабушку? — Глэм в непонятках глядел на друга, пытаясь найти хоть долю философии и серьёзности в его словах. Чес продолжил, глядя куда-то в пол, — мне тогда детишки были без надобности. Да и сейчас тоже. Лишь бы что-то любимое под боком было, помимо пива конечно, — блондин молчит, размышляя над ответом, а затем резко произносит:       — Ну ты же любишь моего сына? — Чес тут же дёргается. Если бы он сейчас пил что-нибудь, то подавился тут же. Слова давят на него, потому что кареглазый сам ещё не может дать точного ответа даже себе. Он признался Ди, у них всё хорошо, но доля сомнения всё же засела где-то в глубине, противной змеёй ползая и кусаясь, стоит ему подумать о чувствах, — ты же знаешь, что Ди похож на меня? — ещё один вопрос больно ударил, словно по буквам рассыпаясь и падая сверху на голову бедного хиппи.       — Не похож, — уверенно вымолвил Чес, хотя и сам понимал что не совсем прав. Шатен предпочитал не говорить открыто, но раз уж такой вопрос, — сначала мне тоже так казалось, но всё же нихрена вы не похожи. Он более открытый, понимаешь? Не скрывает эмоции за маской, хотя очень старается, — Глэм обыденно улыбался и внимал, а в душе что-то странно шевелилось. Словно он был и согласен с Чесом и не согласен одновременно. Так глупо и несуразно, — уж извини если получилось грубо, но сказал как есть.       — Я хотел с тобой поговорить немного о другом…       — Да знаю я о чём ты хотел побазарить. Не люблю я тебя больше. Не-лю-блю, — хиппи оборвал его, несколько зло уставившись. Ему не нравилось когда люди начинали сомневаться в нём, особенно если этот человек — его лучший друг.       — А Ди любишь? — повторил вопрос блондин, Чес тут же замолк и закурил, размышляя. Минуты тянулись монотонно, пока в голове одна за другой бежали мысли. Его влечёт к этому несуразному юноше с растрёпанными волосами, влечёт к хрупким длинным рукам, к слегка выпирающим ключицам… Влечёт. А любит ли — вопрос другой.       — Ты знаешь… Я спал и крутил романы со многими женщинами. Все они были прекрасными барышнями, — он продолжал вдыхать горький успокаивающий дым, — но все были как одна одинаковыми. А этот мальчуган отличается ото всех кого я знал.       — Возрастом? — усмехнулся Глэм.       — Ну и этим, вообщем то, тоже. Просто он такой разный, и я не всегда могу предугадать что он сделает, — Чес вновь заулыбался, теперь оттого что в душе приятно бились тёплые чувства. Стоило ему подумать о Ди, и он становился другим, — и да, люблю я его, всё-таки.       Видимо, Глэма такой ответ удовлетворил. Неловкость улетучилась, стоило им продолжить говорить обо всём на свете. Они давно не сидели и не болтали вот так просто, так что сейчас даже такая обычная дружеская беседа превратилась в душевный поток мыслей. Время тянулось как обычно, но казалось словно минута длится как секунда. Спроси лет десять назад у Чеса о чём он думает в такие моменты, он бы в полной уверенности ответил, что о Глэме, и о том как этот безумный музыкант прочно засел у него в сердце. А сейчас, даже когда они говорят и смотрят прямо в глаза друг другу, Чес думает о Ди, и о том, как же он там поживает без него. Чем занимается? И, чёрт, как же хочется его увидеть…       — Кстати, а ты откуда узнал что мы с твоим сыном ну… — спросил Чес уже когда собрался проводить Глэма до дома, внимательно наблюдая за реакцией мужчины. Того вопрос не смутил совершенно, ну, чего и стоило ожидать…       — Потому что он очень счастлив, — пожал плечами блондин, и Чес усмехнулся. Счастлив. Какое прекрасное слово. А по отношению к Ди так особенно. На секунду хиппи показалось, что с лица его друга пропала улыбка, после чего он на полном серьёзе вымолвил: — ты скажешь ему?       — Да не, нахрена портить гармонию? — тут же поморщился Чес, нутром чуя, что если расскажет о своей прошлой симпатии, то Ди наверняка начнёт загоняться. Нафиг надо?       — Наверное ты прав.

До дома они шли долго, болтая обо всём на свете, и вечернее небо желало быть им товарищем, ярким солнцем освещая путь.