Ревнуешь, Алекс?

      Девушке до сих пор было трудно поверить в то, что на её жизнь покушаются. Да и к тому же, самые родные люди. Любимый дядюшка и брат. Она ведь доверяла им, доверяла, хоть и считала лицемерами. Сколько ещё разочарований ей придётся пережить? Сколько предателей придётся встретить? После смерти тётушки все стало по-другому. Её родственники стали более лицемерны и каждый раз показывали свои настоящие алчные лица. Сейчас все решали деньги и наследство, что к счастью или к сожалению достались ей. И от этого ненависть в её сторону стала ещё больше. Ведь на кону были деньги и огромное поместье.       Время близилось к восьми и понемногу Харрис начала собираться на встречу к Александру. Путём недолгих переборов одежды, она все же сумела подобрать наряд. Кружевной топ, поверх которого была надета белая рубашка, светло-голубые джинсы и нежно-розовая матовая помада — как завершение образа. В первую очередь Харрис старалась выглядеть красиво для себя, а в последнюю для Нильсена. Конечно, Агате хотелось понравится Александру, хотелось, чтобы он оценил её наряд. С одной стороны, она ничего к нему не испытывала, но с другой стороны его компания была приятна ей. Это была не любовь. Точно нет. Может просто симпатия. Ей был нужен человек, которому можно было бы доверять, тот, кто мог бы её отвлечь. И Александр похоже подходил на эту роль. Да и прикосновения этого парня были очень приятны. Они были аккуратные, тёплые, грубые, властные и немного нежные. Когда руки Нильсена умело скользили по девичьему телу, Харрис была готова отдаться ему прямо на том же месте, где они стояли. Это было каким-то наркотиком, от которого девушка начала зависеть. Почему она так часто думает о нем? Он же наглый, самовлюблённый, эгоистичен, противен и он ей нравится. Нильсен был прав, чёрт возьми. Он действительно нравится Харрис. Точнее, начинает нравиться.       — О, я думал ты опоздаешь, — с удивлением произнёс Нильсен. — Но ты пришла ровно в восемь. Мне нравится твоя пунктуальность, — он посмотрел на часы, а затем опустил руку вниз.       — Не люблю опаздывать, — коротко кидает Харрис. — Так что, идём?       — Да-да, идем, — он вздыхает и переводит взгляд на плечо девушки, с которого сполз рукав рубашки. Теперь ее чёрный кружевной топ выделялся ещё больше, привлекая внимание Александра. — О, ты так оделась ради меня? — с вызовом произнёс шатен, выгибая левую бровь. — Мне нравится, вот только рубашка портит весь твой... — он подошел чуть ближе и прошептал на девушке на ухо. — Весь твой сексуальный образ, — добавил он, легко ударяя девушку по попе.       — Что ты себе позволяешь? — раздраженно спросила Харрис.       — Да брось, Агата, тебе же понравилось, — довольно произнёс он, ухмыляясь в ответ. — Видишь, киса, я был прав, — с привычной самодовольной улыбкой произнёс Алекс, наблюдая, как щёки Харрис начинают краснеть.       Место, на которое Нильсен должен был привести Харрис находилось неподалеку от поместья. Где-то через десять минут они таки прибыли туда. Небольшая поляна с видом на прекрасное озеро. К озеру вел небольшой пирс, что давал возможность подойти к воде ближе. Так же, неподалеку росли прекрасные и пышные кусты белых и красных пионов. Любимых цветов Агаты.       То самое место, куда когда-то давно её приводила мама. Это было много лет назад, но Агата помнила о нём. Помнила, хоть и не была там годами. В душе было как-то радостно. Воспоминания о матери всегда грели душу девушки. Она любила маму, хоть и очень рано потеряла её.       — Я приятно удивлена, Алекс, — радостно произнесла брюнетка, поворачивая голову в его сторону. — Не знала, что ты романтик, — в шутливой форме говорит Харрис, толкая Нильсена в плечо.       — Ты многого обо мне не знаешь, Харрис, — с ухмылкой произнёс он, отходя от девушки.       — Ого, что это за заманчивое предложение узнать тебя побольше? — она вопросительно выгибает бровь, внимательно смотря на Александра.       — Боюсь, что если ты узнаешь меня побольше, то больше не захочешь иметь со мной ничего общего, — с ухмылкой произнёс швед, целуя девушку за ушком. Он вновь вызывает у неё табун мурашек на коже. Чёртов Нильсен, до чего он доводит её.       Хотелось схватить этого парня за руку и притянуть к себе, чтобы со всей дури впиться в его кисло-сладкие губы и раствориться в поцелуе. Но она не сделает этого. Во-первых, из-за принципа, а во-вторых, Александр был довольно далеко, так что за руку его схватить не удастся.       Она наблюдала за тем, как он отдаляется от неё и подходит ближе к пирсу. Он шёл не оборачиваясь, вовсе не интересуясь тем, идёт ли она. Скорее всего, парню было всё равно. Харрис стояла и смотрела на озеро, вспоминая те беззаботные дни проведённые с матерью.       — Так ты идёшь? — голос Нильсена отвлёк её от своих мыслей, заставляя вернуться в реальность. — Или дальше будешь стоять, как столб на одном месте?       — А разве у меня есть выбор? — складывая руки возле груди, спросила Агата.       — У тебя всегда есть выбор, Агата, я тебя не держу. Ты можешь уйти в любое время, — пожимая плечами произнёс швед, смотря как к нему подходит девушка. — Но ты... этого не сделаешь, верно? — губы парня расплылись в самодовольной улыбке. — Я ведь нравлюсь тебе, Агата, — он наклонился к ней ближе и прошептал эти слова очень тихо.       — Что? Нет, конечно, — начала отнекиваться девушка, а её сердце почему-то начало быстро стучать. — Кстати, Александр, можно я задам тебе несколько вопросов, но ответь мне на них правдой, хорошо? — Харрис присела на пирс и, подвернув край штанов, опустила ноги в прохладную воду.       — Серьёзно, мы пришли сюда, чтобы ты задавала мне какие-то вопросы? — с насмешкой спросил шатен, доставая бутылку вина. — Агата, ты меня удивляешь всё больше и больше. Но ладно, ты можешь задать мне несколько вопросов, но при одном условии, — сказал он, указывая на девушку указательным пальцем. — Я тоже задам тебе вопросы, на которые ты будешь обязана ответить честно, — хитро улыбнувшись, Нильсен отдал Харрис два бокала, а затем и сел возле неё. — Ты будешь вино? — налив в бокал вина, он подал его девушке.       — Хорошо, без проблем, — спокойно ответила Агата, забирая из его рук бокал. — Только без пошлых вопросов, ладно, Нильсен, — девушка немного отпила, а за тем внимательно посмотрела на ухмыляющегося Александра.       — А я уже настроился. Умеешь обламывать весь кайф, katten, — с напускной обидой произнёс он. — И ещё, не налегай так на вино, я не собираюсь тащить тебя пьяную в хлам домой, — с усмешкой на лице сказал он.       — Господи, ты можешь хоть когда-то не язвить? — она закатила глаза и вновь сделала глоток вина, а затем ещё несколько.       — Так, Харрис, с тебя пока хватит, — Нильсен забирает из рук Агаты бокал и отставляет его в сторону. Из-за чего сразу сталкивается с возмущённым лицом брюнетки. — Нет, золотко, так не интересно играть, — с вызовом произносит Алекс, перехватывая запястье девушки.       — Мы ещё не играли в игры, Алекс, — с таким же задором, что и у него отвечает девушка. Она подвигается чуть ближе и внимательно смотрит в голубые глаза.       — Ты хотела задать мне вопрос, — начал Нильсен, надпивая вино с бокала, но взгляд от Харрис он не отводил. — Я жду, *sol, — протягивает шатен, облизывая губы от вина.       — Ладно, ты сам об этом напомнил, — хмыкнула Агата. — Кто для тебя Рэйчел? — произнесла это слишком резко и с долей ревности в голосе. Нильсен как назло не отвечал, на его лице не было ни одной эмоции.       — Ого, какие у тебя вопросы, золотко, — ухмыляется он. — Ты правда хочешь это знать, Агата? — он вопросительно выгибает бровь, но по-прежнему не выдаёт своих эмоций.       От последней фразы внутри все сжимается, а кровь начинает кипеть от ревности.       — Да, чёрт бы тебя побрал, Нильсен, я хочу знать, — вскрикивает Харрис, неожиданно для самой себя. Такое действие заставляет её взять бокал в руки и опустошить его полностью. — Ты с ней спал? — алкоголь уже начал действовать, раз она задала этот вопрос.       — Это уже второй вопрос, Агата, — самодовольно произносит швед, наблюдая, как девушка опускает глаза в пол. — Но папочка Алекс сегодня добрый и ответит тебе на эти вопросы, — с нахальной улыбкой на губах произносит Нильсен, допивая своё вино. — Между мной и Рэйчел ничего нет, — уверенно отвечает парень, поставив бокал на доски. — Я не спал с ней. Мы дружили ещё с раннего детства, потом начали делать совместный бизнес. В начале всё было хорошо, но потом всё пошло не так, — последнюю фразу он произнёс каким-то странным голосом. Данная тема не приносила ему удовольствия, и это было чудесно заметно. — Больше узнаешь потом, если будешь послушна, киса, — бархатным и тихим голосом произнёс Нильсен. — И, кстати, ты выглядишь очень мило, когда ревнуешь, — прошептал на ухо, заставляя девушку содрогнуться.       — Я не ревновала, Александр, — громко отвечает Агата, немного отодвинувшись от Нильсена. — Я просто поинтересовалась, — выдыхая произнесла брюнетка. Она вытащила ноги из воды и села в более удобную позу.       — Ок, моя очередь, — спокойно сказал Нильсен. — У меня будет вопрос идентичен твоему, — вздохнул он, беря бутылку с вином в руку и разливая содержимое в бокалы. — Кем приходится тебе тот блондин, с которым ты сидела в саду позавчера? — его тонкие, длинные пальцы обхватывают ножку бокала и преподносят к губам. Было в этих движениях что-то аристократичное и привлекательное.       — Он мой лучший друг с детства. Мы вместе росли, пошли в школу и сидели за одной партой одиннадцать лет, — немного улыбнувшись произнесла Харрис, вспоминая прошлое. — Я встретила его, когда гуляла. Мы начали говорить о прошлом и я пригласила его к нам, — закончив, брюнетка выдохнула и взяла вино в руки, но так и не сделала глоток. — А почему ты спрашиваешь, Александр? Ревнуешь? — с хитрой улыбкой спросила Харрис.       — Если бы я ревновал, katten, ты бы это точно узнала, — наклоняет голову и, заправив прядь волос за ухо, произносит очень тихо. — Это всё, что ты хотела спросить? — он вопросительно выгнул бровь и снова надпил вино с бокала.       — Нет, не всё, — в каком-то странном тоне произнесла девушка, пристально смотря на лицо шатена.       Алкоголь в крови англичанки начал действовать и она уже без стеснения смотрела на губы Нильсена. Ей резко захотелось поцеловать его, чтобы вновь ощутить на своих губах вкус его губ. Харрис хотелось этого, очень сильно хотелось. Именно то желание, которое брюнетка не могла подавить, если бы очень хотела. Не долго думая, она пододвигается к Александру вплотную и, разместив ладони на скулах парня, впивается в его губы своими. Он хоть и не ожидал от неё таких резких действий, но всё же, быстро среагировав, ответил девушке. Его поцелуй, как и обычно властный, грубый и немного нежный. Но чем дальше всё это заходило, тем властнее были движения Александра. Он без каких-то стеснений начал углублять поцелуй, доставляя удовольствие и себе, и Харрис. Одна рука ложится на девичью шею, а вторая зарывается в длинные, шёлковые волосы, немного сжимая их. Ему определённо нравится запах, исходящий от них. Легкий аромат сладкой карамели и цитруса. Нравится, как её слегка холодные и хрупкие ладошки ложатся на его скулы, аккуратно поглаживают их. Движения у Харрис очень нежные и аккуратны, а поцелуй очень сладкий и отдаёт сочным ананасом. А он обожает этот фрукт. Не долго думая, Александр перемещается на шею девушки, оставляя там несколько влажных и горячих поцелуев. Он прикусывает нежную кожу на шее, чем вызывает возбужденный стон из уст девушки. И это радует его. Всегда радовало. Губы парня перемещаются на ключицы Агаты, проделывая подобные движения, что были на шее. От наслаждения она вдыхает и тоненькими пальцами сжимает воротник его светлой рубашки.       — Так вот чего ты хотела на самом деле, katten, — самодовольно произносит Нильсен, прекращая поцелуй.       — Ты обломал мне весь кайф, Александр, — возмущено произносит брюнетка, прожигая его взглядом.       — О, милая, как же я обожаю, когда ты злишься. Ты такая милая, — милым и тёплым голосом произносит швед, улыбаясь девушке.       И Агата сдаётся, она не может долго злится на него. Особенно после того, как увидела эту чертовски привлекательную улыбку.       — Ты поплатишься за это, Нильсен, — угорающе произносит Агата со смехом.       — Если это произойдёт в кровати, то я не против, солнце, — он закусывает губу, а после этого притягивает девушку за шею и вновь целует. Его поцелуй был коротким, но очень приятным. — У тебя очень красивые глаза, Агата, — без сарказма или шуток произносит шатен, отрываясь от девичьих губ. Это был приятный комплимент, от которого сердце девушки начало биться сильнее. Услышать комплимент от самого Александра Нильсена было очень неожиданно, но так приятно.       — Это шутка или комплимент? — с сомнением в голосе спросила она.       — Комплимент, Агата, — без сомнения отвечает он. — У тебя реально красивые глаза.