Will you be my world?

Три года спустя.

Питер вздыхает, переворачиваясь на спину, и смотрит в потолок. Как всё докатилось до такого? Ещё вроде вчера он только впервые пришёл к маме на работу в девять лет, потому что было невыносимо терпеть всё, а сейчас ему уже четырнадцать. Как так получилось, что время летит слишком быстро? И только две вещи теперь остаются неизменными: Пеппер улетела в командировку, и Тони снова на миссии. Нет, они наладили свои отношения, кажется, даже сближаясь сильнее, чем было до этого. Он даже как-то обмолвился, что ему ужасно не по душе геройство Старка, ведь тот рискует собой каждый раз, но тот всё равно его любимый Мститель. Роуди же всё время подкалывал их тем, что: «яблоко от яблоньки недалеко падает», когда у них выходит что-то похожее. И нет, им это не нравится. Как вообще можно было так подумать? Остальные на это либо усмехались, либо просто пропускали мимо, потому что и без этого дел немало. Признаться, Паркер до сих пор половину команды не очень любит. Точнее, нравятся ему лишь трое. С Наташей они просто могут поговорить о чём-либо, постепенно сближаясь. С Клинтом веселее, потому что тот знает, как общаться с детьми, да и просто смешно шутит. С Беннером интересно проводить время в лабораториях, хотя это случается редко в силу того, что у него не хватает на это времени часто, ведь ему, наконец-то, позволили проходить официально стажировку в компании. Про Роуди и говорить не стоит, так как это немного выше всех Мстителей. Однако ещё есть Тор и… — Ты вставать будешь или нет? Знаешь, я в няньки не нанимался, поэтому поднимай свой зад и иди на кухню, — раздаётся от двери не слишком довольный голос, на что Питер закатывает глаза. Это и есть то самое «и». Иногда он жалеет даже, что дал тот совет Одинсону, потому что буквально через год после нападения тот появился в Башне со своим братом, с которого были сняты обвинения под ответственность Тора. Ему, однако, забыли об этом сообщить, из-за чего парень чуть не закричал на весь этаж, когда ночью увидел Локи на кухне. Это была самая странная встреча, ведь вместо обычного приветствия он кинул в него первое попавшееся под руку. Признаться, сейчас Паркер даже не помнит, что же попало под раздачу, но факт остаётся фактом. Потом, конечно, прозвучали извинения, что не особо помогло. Поэтому их отношения сейчас сложно назвать даже «просто знакомые», и Мстители не устают удивляться, как Лафейсон ещё не убил какого-то ребёнка, который довольно часто грубит ему на его некоторые высказывания. — Раз не нанимался, то можешь спокойно вернуться в свой Асгард, где дождёшься своего братца, а меня оставить в покое, — усмехается Питер, переворачиваясь на другой бок и накрываясь сверху одеялом. Будет он ещё слушать этого Бога. Как же. Локи закатывает глаза, думая, почему вообще с ним водится. Даже для самого себя это всё выглядит странно, но об этом можно подумать позже. Ага, позже. Уже два года это «позже» мелькает в голове, а внятного ответа найти не получается. — Что лучше: Эверест или Тихий океан? — спрашивает с ухмылкой Лафейсон, опираясь на дверной косяк. Не хочет по-хорошему, значит будет по-плохому. Паркер распахивает глаза, догадываясь, что значит этот вопрос, поэтому через полминуты уже стоит на ногах, лохматя себе волосы. Нечестно это всё. Человек против мага ничего не может сделать, а тот это понимает и ухмыляется шире, уходя из комнаты. Не будь у них таких странных взаимоотношений, он бы непременно расспросил его обо всей магии, но не судьба. Кто первый всё это начал — никто не знает. Навряд ли в этом виновата та встреча на кухне, но другого ничего придумать не было возможности, ведь какая ещё может быть причина? Напряжение между ними, кажется, могут почувствовать даже сотрудники с первого этажа Башни, не говоря уже о Мстителях, когда те с ними в одном помещении. Можно было бы подумать, что это из-за страха со стороны парня, однако все с самого начала убедились в том, что такого и в помине нет. Питер не боялся Локи никогда, поэтому теперь выстраивались целые теории по этому поводу. Только вот зря, потому что даже сами виновники всего этого не могут назвать причины. — Ну и зачем ты поднял меня в такую рань? — спрашивает Паркер, заходя на кухню и сразу же падая на стул. — Помнится, тебя просто просили проследить, чтобы я не прогулял школу и нормально лёг спать. До школы ещё полтора часа. — Зная тебя, можно сказать, что и их не хватит на то, чтобы ты собрался и пошёл в школу, — пожимает плечами Лафейсон, ставя перед ним тарелку с завтраком, и отходит к плите. Ему жизненно необходим сейчас кофе, иначе кто-то может пострадать. — Зная меня? Не смеши. Ты ведь даже мой возраст не знаешь, не говоря уже о другом, — фырчит парень и начинает есть, думая, что тот прав насчёт опоздания, но признавать этого не хочется. — Четырнадцать. Признаюсь, в детстве ты был получше, — усмехается он, кидая на него насмешливый взгляд, и делает глоток кофе, чуть морщась, когда на язык попадает обжигающая жидкость. — Время. — Вижу, — грубо бормочет Питер, убирая грязную тарелку в раковину и уходит в свою комнату. Нет, это просто домыслы. Такого не может быть. Такого никогда не будет. Это просто расшатанная и глупая фантазия. Ему просто кажется. Да. Кажется.

***

— Я его ненавижу, — уверенно произносит Паркер, садясь рядом с Недом, и сжимает руки. — Да ладно? За те двести пятьдесят раз, что ты мне это сказал, я уже понял, — смеётся Лидс, пихая друга в плечо. — Что на этот раз? — Он сказал, что в детстве я был лучше, понимаешь? В детстве. Это невыносимо просто. Я тоже могу сказать, что в детстве этот… Бог был лучше, по рассказам его брата, — обиженно произносит парень, убирая рюкзак на пол и вздыхая. Ему повезло, что у него есть такой лучший друг, которому можно всё рассказать. Да, что-то всё равно остаётся в секрете, но роли это почти не играет. — Они ещё не вернулись? — спрашивает Нед, видя в глазах напротив не только злость, а ещё волнение и переживание. — Нет. Мама завтра возвращается только поздно вечером, а от них ничего. Только по новостям передают о том, что их видели в Заковии. Там сейчас происходит что-то. Я не успел посмотреть, потому что меня выпнули в школу, — вздыхает Паркер, сжимая волосы на голове, и с одной стороны благодарит Локи за это. Он бы не смог оторваться от новостей, переживая ещё сильнее. — Чёртов Альтрон. Кто вообще школу не закрывает на такое время? — Они думают, что здесь нам безопаснее, чем одним дома, — пожимает плечами парень, понимающе улыбаясь. — Всё будет хорошо. Мстители прикончат его, поэтому не переживай. Хочешь ко мне после уроков? Соберём лего и сделаем уроки. — Я бы с радостью, но меня моя «няня» не отпустит, а тебе встречаться с ним не советую, — фырчит Питер, проводя ладонями по лицу. — Ненавижу его. Как же хочется поверить в свои же слова.

***

Паркер надеется, что по приходу домой встретит Тони и остальных. Живыми, желательно. Однако все надежды разбиваются о суровую реальность, где дом пустует, а по новостям передают новые события, что становятся всё ужаснее и ужаснее. Хотя бы радует, что Лафейсон тоже направился туда, чтобы помочь остальным. Это лучше, чем следить за подростком. На каком моменте он засыпает, Питер не помнит. Его просто вырубило на диване, хотя спать до этого не хотелось совсем. Однако факт остаётся фактом, даже если таким. Просыпается парень только от мягких поглаживаний и какого-то грохота на кухне. — Малыш, не хочешь проснуться? — спрашивает до боли знакомый голос, на что он качает головой с улыбкой. Просыпаться не хочется, а вот получить побольше поглаживаний даже очень. — Карапуз, тебе уже давно не девять, чтобы я тебя на руках нёс в комнату, — смеётся другой знакомый голос, и в нём слышится усталость. Безумная усталость и желание отдохнуть. Паркер сразу же раскрывает глаза, видя маму и Тони, что сидят с разных сторон от него на диване и с улыбками смотрят на него. Боже, это именно то, что ему нужно сейчас. Видеть их здоровыми, хоть и помятыми после долгого дня. — Когда вы вернулись? — спрашивает Питер, садясь и потирая руками лицо, после переводя взгляд на Старка. — Ты не ранен? Как Мистер Роуди? Всё хорошо? Тони закатывает глаза от шквала вопросов и просто обнимает его, потрепав по кудряшкам. Пеппер тихо смеётся с них и подсаживается ближе, обнимая сына со спины и кладя голову ему на плечо. Кто бы знал, как сильно она переживала за них, находясь почти на другом конце света? И так каждый раз, когда у неё командировки или совещания, происходит что-то ужасное, из-за чего приходится волноваться всё сильнее и сильнее. — Я в порядке, карапуз. Не ранен, просто устал. У Роуди только царапины, поэтому не волнуйся, — шепчет Старк, обнимая и Пеппер, поцеловав её в щёку. — Всё куда лучше, чем хорошо, ведь я дома, а вы рядом. Альтрона больше нет, поэтому не волнуйся. Питер поднимает голову, заглядывая ему в глаза, и понимает, что да, всё хорошо. Только это не отменяет того, что что-то тревожит Тони. Что-то важное и ужасное, похожее на разрушения Заковии, которые понесли за собой последствия. Серьёзные и мучительные. — Мы всегда будем рядом. Что бы ни произошло, — также тихо шепчет он, обнимая его сильнее, и сжимает ладонь мамы, прикрывая глаза. Как бы сильно ему ни хотелось помочь, Паркер не знает, как это сделать. Старк наверняка не позволит этого сделать, ведь это не то, что должно волновать ребёнка. Но это волнует его намного сильнее всего остального. Только Питер так и не замечает, как эти слова помогают Тони. Зато замечает Пеппер, нежно улыбаясь мужчине, и одними губами шепчет три слова, которые после получает в ответ. «Я люблю вас». Большего для успокоения ему и не нужно. Его семья с ним. И ничто не может этому помешать. Как же он ошибался…