Геннадий Гараев
25 июля 2020 г., 18:12
Аня и Оксана мило общались возле кабинета химии. Оксана неожиданно начала следующий разговор:
— Кстати, хорошо, что мы попали на пересдачу, а то вылетели бы.
— Да, но жалко, что денег нет на еду, Лиля больше со мной не общается.
— А? Это та, которая вечно с тобой ошивалась?
— Ага. Нужно как-то выгоду вернуть…
— Ммм… А парень у неё есть?
— Не-а, а ты можешь устроить?
— Да. Более чем!
После разговора прошла неделя. Оксана искала любого парня, который согласился бы встречаться с Тахановой.
«Если она влюбиться, то потеряет бдительность, а дальше из неё можно верёвки вить. Она же глупая! Ничего даже не заподозрит!»
Спустя некоторое время узнала Ирка Селезнева о плане Ани и Оксаны. Девушка подключилась к поиску молодого человека для Лилии. Все лето они строили план, чтобы прошёл успешно и безотказно.
Под конец лета девушки нашли парня, который год назад по семейным обстоятельствам ушёл из колледжа, а теперь восстанавливается для получения знаний.
Парня приметила Ирка по старой дружбе:
— Ооо! Гараев вернулся! Надо же! На сколько месяцев? Или же решил доучиться?
— Ира. Что тебе нужно от меня? Мы же уже всё решили и договорились не общаться больше!
— Да. Но договоры имеют сроки. Мне нужна твоя помощь.
— Не собираюсь даже!
— Зря… Видимо мне придётся рассказать о твоей матери, да? Ох, какая жалость! Это же насколько нужно не ценить своего мужа, чтобы загнать его в гроб!
«Мама. Ты ведь не со зла, верно?»
***
В одной из квартир, в маленьком районе, в городе Н. слышались крики, ругань и истерики жены. Такое поведение уже было нормой для дома под номером семь, слушали соседи, как сказку на ночь. Ночь убаюкивает мальчика лет шести, который спит в своей кровати, возле разрисованной фломастерами стены. На руках темноволосого мальчика разноцветные дорожки фломастеров, они не отмываются даже под струёй воды. На его щеке виднеется красное пятно от пощёчины, оставленное мамой за испорченную стену. На губе, в самом уголку, кровоточащая ранка, которая изрядно щиплет при соприкосновении с худенькими пальчиками. Маленький Гена накрылся скомканным пуховым одеялом с головой, чтобы не слышать громкий разговор папы и мамы. Постепенно громкий разговор перешёл в истерику одного из родителей. Гена был напуган, уже не спал, а тихо плакал, смотря в бездонный потолок. Крики нарастали, после резкий хлопок и звук разбитой посуды, заставили мальчика подняться с кровати. Тоненькие ножки клацают по полу, выходя из спальни в коридор. Перед ним стояла высокая женщина лет двадцати семи, полная и с морщинками в области лба. Она не выглядела заботливой и любящей. Её лицо не привлекательное: синие круги под глазами, уставший и озлобленный взгляд, крепко сжатые губы, казались полоской или верёвочкой без единой эмоции. Гена смотрит на маму и вытирает слёзы руками. — Мама… Мне страшно… — Не смей реветь! Ты мужик или баба?! — Мужик. — Ну, так не реви! Весь в никчёмного отца! Тряпка! Женщина замахнулась на ребёнка, чтобы нанести очередной удар, но мужчина в чёрном свитере, схватил её за руку и оттолкнул в сторону. Мать с криком упала на колени, схватившись за голову. Папа взял на руки мальчика и направился в свою комнату, где закрылся на замок. Мужчина усадил Гену на пружинистую кровать, а сам подошёл к полке с лекарствами. Он взял белый бутылёк, из которого покатились таблетки на руку. Всю горсть мужчина заглотил разом, лишь покривил лицом и положил свободную руку на сердце. — Да… Разошлась наша мама. Бедная, ей сейчас тяжело. Сынок, не злись, она не хотела тебя обидеть. Не сдержалась, не стерпела… — Да, я понимаю. Папа, а как это, потерять работу? — Как? Просто. Вот, как меня, сначала сократили, а потом уволили! Новые специалисты нужны! А у меня вы, любимые, теперь ни с чем… Отец опустил взгляд в пол. Под бликами света его чёрные волосы переливаются в коричневый, нос становился ещё больше и бугристым. На макушке виднелись седые пряди, а больное и исхудавшее тело от вечной работы кривит и прижимает к низу. Мужчина взял в руки детскую книгу, которая лежала на полке с таблетками. — Хочешь, я почитаю тебе сказки? — Да, хочу! — Только давай договоримся, что ты постараешься заснуть. Папа подошёл к кровати и лёг рядом с сыном, приобнял его и стал читать сказки. Мальчик слушал папу, разглядывая огромный книжный шкаф возле стены. На полках стоят известные классики литературы, также некоторые из современников, но дело даже не в количестве, ведь шкаф старый и отошёл от стены. Ещё немного и свалится «красивый роман» кому-то на голову. В комнате кроме старого шкафа, большой пружинистой кровати и полки с таблетками практически ничего не было, не считая пару больших цветов в горшочках, которые стоят в каждом углу комнаты. Гена всегда любил находиться рядом с папой, не важно где и во сколько. Ему грело душу само его присутствие, ведь нежный и добрый тембр папы нельзя перепутать. Этот тембр летает в комнате, уносит в другие дали, в страны грёз и беззаботное детство. Мальчик дремлет на плече папы, который всё также монотонно читает добрую сказку.***
— И что ты расскажешь? Что моя мать всю жизнь работает, чтобы обеспечить семью? — Нет! Как тебя забрали органы опеки, как неоднократно приезжала полиция в вашу квартиру и многое другое! Тебе же стыдно за это, да? — Хорошо. Что нужно делать?— сказал Гараев, опустив взгляд и нахмурив густые брови. "Не понимаю, зачем я вообще согласился на это? Рассказала бы Ирка о моём детстве, да и что с того? Лучше я был бы посмешищем людям, чем подлецом… " Ирка Селезнёва ввела в курс дела парня, предлагая ему часть денег за помощь. Гараев не соглашается на махинации, но после девушка предложила ему спор: — Давай так, если ты сможешь её влюбить в себя и принести некоторую сумму денег, то мы тебя отпускаем. А если денег не будет, то заставим тебя выплачивать! — Что?! Да как ты вообще смеешь мне указывать?!***
С того разговора прошло несколько месяцев. Гена всё также пытался уйти от спора, даже уезжал из города на неделю, чтобы взвесить и принять решение, но не помогло. Всё мысли были о деньгах и девушке — Лилии Таханове. Парень смотрит на фотографию девушки и вспоминает фрагменты связанные с ней. «Да, я её помню. Лиля позапрошлым летом стояла возле остановки и ждала автобус. Даже странно подумать, что хотел с ней познакомиться. У неё было грустное лицо, небольшие круги под глазами и длинная коса на плече.» — Ха! А может, это судьба? Ладно, стоит попробовать.***
Тёмно-синее небо сгущалось, будет дождь. Гена курит, а Лилия опустила руки, сделала пару шагов назад и взглянула на парня. Гараев замер в ожидании слов, но Таханова продолжает молчать. — Ли? Что с тобой? — А? Да так, ничего… Задумалась. Их разговор прервал телефонный звонок, Гена взял трубку. Автоответчик оповестил парня о прибытии такси. Парень услышал нужную информацию и бросил трубку, схватил Лилию за запястье и повёл в сторону джипа чёрного цвета. Гараев усадил девушку в машину и сел на переднее сидение, рядом с водителем. Девушка не согласилась ехать в гости к Геннадию, поэтому сказала свой адрес. Всю дорогу они ехали молча. Гараев смотрит в окно, на проплывающие дома и заводы, а в голове крутилось лишь одно: «И надо же было родиться в этом городе… Ни красоты, ни природы.» После парень обернулся и взглянул на грустное лицо Лилии, такое же грустное, как и в первую встречу. Гена засмотрелся на девушку, но вышло так, что они столкнулись взглядами и оба вздрогнули от неожиданности. Парень застеснялся и отвёл взгляд, а Таханова рассмеялась и закрыла лицо руками. Звонкий и заразный смех заполнил тишину, на лице молодого человека появилась нежная улыбка. Машина остановилась возле частного дома, во дворе. Гараев расплатился за такси и вышел с девушкой из машины. — Ну что, пойду и я домой. — Так темно уже, а далеко идти. — Ой, да нормально! Я мужик, со мной ничего не будет. Ты о себе заботься, а я справлюсь. Молодые люди замолчали и стояли неловко. Гена взял Лилию за руку, а второй приобнял за плечо. Девушка уткнулась лбом в грудь. Так они стояли минуты две, вдыхали запах друг друга. Парень отпустил Таханову и сделал шаг назад. — Спокойной ночи, Ли. — Спокойной ночи… Грустный взгляд провожал Геннадия. Он шёл и не оборачивался, не желал быть слабым перед той, в чьих глазах он имеет значение.
