Хогвартс читает книги о Гарри Поттере или изменим будущее

—Так, ну всё, — Фред махнул рукой, поднимаясь с места, — потом потрендите. Пока я не передумал, давайте сюда книгу и читаем дальше. Интересно же! — Думаю, мистер Уизли прав, — кивнул Дамблдор, глядя, как Ремус передает Фреду книгу, — пора продолжать. — Книг семь, а мы даже первую ещё не прочитали, — проговорила Гермиона, качая головой, — мы так их будем читать… Слишком долго. — У нас всё равно нет выбора, — вздохнул Гарри, разводя руками, — скорее бы уже мы дошли до момента нашей жизни, где мы не будем знать последствия нашего того или иного действия. — Не страшно? — тихо заметил Рон. — А лучше вообще закончить их читать, — разумно рассудил Гарри и, кажется, хотел добавить что-то ещё, да Фред, прокашлявшись, начал читать. — Глава 8. СПЕЦИАЛИСТ ПО ВОЛШЕБНОМУ ЗЕЛЬЕВАРЕНИЮ — Целая глава о Снейпе? — возмущённо проговорил Сириус, закатив глаза, — Где мои главы? — Расслабься, тебе посвящена целая книга, — с усмешкой заметил Ремус. — Ах, да, точно, — Блэк улыбнулся, разводя руками и расслабленно откинулся на спинку дивана, — как же я мог забыть, — Северус глубоко вздохнул, пытаясь не взорваться. — Вон он, смотри! — Где? — Да вон, рядом с высоким рыжим парнем. — Это который в очках? — Ты видел его лицо? — Ты видел его шрам? Этот шепот Гарри слышал со всех сторон с того самого момента, как на следующее утро вышел из спальни. За дверями кабинетов, в которых у Гарри были занятия, собирались толпы школьников, желающих взглянуть на него. Одни и те же люди специально по нескольку раз проходили мимо, когда он оказывался в коридоре, и пристально смотрели ему в лицо. — Кажется, постепенно я начинаю понимать, почему Поттер так ненавидит свою популярность. — И своих родственников. — Внимание — это, конечно, круто, — философски заметил Сириус, однако секундой позже скривился, — но, определённо не такое. — Никакого чувства такта! — возмущённо фыркнула Гермиона, закатывая глаза, — Надеюсь, ты не слишком зацикливал на этом внимание? — Пришлось попривыкать первое время, — Гарри вздохнул, поджимая губы. Гарри предпочел бы, чтобы они этого не делали, потому что они его отвлекали, а ему надо было сосредоточиться на том, чтобы добраться до очередного кабинета. В Хогвартсе было сто сорок две лестницы. — Откуда ты, черт возьми, это знаешь, Гарри? — фыркнул Джордж. — Неужто посчитал? — в тон ему усмехнулся Фред. Гарри закатил глаза. — Я просто прочитал «Историю Хогвартса», гении. — Почему я только сейчас узнаю о том, что ты её читал, Гарри? — тихо продолжила возмущаться Гермиона, — Мог бы хотя бы мне сказать! — При каких обстоятельствах, позволь узнать, я должен был это сказать? «Привет, я Гарри Поттер и я читал «Историю Хогвартса»? — Хотя бы! Одни из них были широкие и просторные, другие — узкие и шаткие. Были лестницы, которые в пятницу приводили Гарри совсем не туда, куда вели в четверг. Были лестницы, у которых внезапно исчезало несколько ступенек в тот самый момент, когда Гарри спускался или поднимался по ним. Так что, идя по этим лестницам, надо было обязательно прыгать. С дверями тоже хватало проблем. Некоторые из них не открывались до тех пор, пока к ним не обращались с вежливой просьбой. Другие открывались, только если их коснуться в определенном месте. Третьи вообще оказывались фальшивыми, а на самом деле там была стена. — Кошмар… — пробормотал Дадли, переводя взгляд на Гарри, — Как ты всё это запоминаешь? — Пришлось повозиться, — хмыкнул Гарри, прикусывая губу, — однако, скажем так, теперь у меня есть небольшой помощник. — А вот тут поподробнее, пожалуйста, — Сириус, сделав вид, что он искренне заинтригован, придвинулся ближе, закидывая руку крестнику на плечо. — О, тебе ли не знать, — фыркнул Поттер, отпихивая усмехающегося крестного. Запомнить расположение лестниц, дверей, классов, коридоров и спален было очень сложно. Казалось, что в Хогвартсе все постоянно меняется и сегодня все иначе, чем было вчера. Люди, изображенные на портретах, ходили друг к другу в гости. И Гарри был убежден, что стоящие в коридорах рыцарские латы способны бегать. Добавляли хлопот и привидения. Гарри всегда оказывался в шоке, когда сквозь дверь, которую он пытался открыть, вдруг просачивалось привидение. С Почти Безголовым Ником, призраком башни Гриффиндор и, следовательно, союзником, проблем никогда не было. Даже наоборот — он всегда был счастлив показать первокурсникам, как пройти туда, куда им надо. Но вот Пивз был опаснее двух закрытых дверей и ведущей в никуда лестницы — особенно если встретить его, когда опаздываешь на занятия. — Я не понимаю, — встрял Симус, перебивая одного из близнецов, — если Пивз такая заноза в за… мке, да, то почему бы его просто не выгнать? — Он не так плох, как кажется, — терпеливо пояснил директор, — просто к нему нужно знать… — Подход, да-да, мы помним, — буркнул Драко, — подход к сумасшедшему полтергейсту, это, конечно, очень профессионально и так в стиле Хогвартса, да. — Драко, прекрати, — прошептала Пэнси, дёрнув его за рукав мантии, — давай просто послушаем. Меньше отвлекаемся — быстрее прочитаем. — Малфой раздражённо вздохнул, однако вслух ничего не сказал. Пивз ронял на головы первокурсникам корзины для бумаг, выдергивал из-под них ковры, забрасывал их кусочками мела или благодаря своей невидимости незаметно подкрадывался и внезапно хватал за нос с хриплым криком: «Попался!» Казалось, что хуже Пивза ничего и никого быть не может, однако выяснилось, что это не совсем так. Школьный завхоз Аргус Филч оказался куда более неприятной личностью. В первое же утро Гарри и Рон обратили на себя его внимание — к сожалению, в плохом смысле слова. — Простите, а его внимание можно обратить в хорошем смысле? — Сириус подался вперёд, искренне удивляясь, — Боюсь, это то единственное, что у меня никогда не получится. — Не хочу разочаровывать, Блэк. Но, боюсь, это далеко не единственное. — Заткнись, Ню… — Читай, Фред, пожалуйста, я не хочу снова это слушать, — чуть ли не взмолился Люпин, поворачиваясь к близнецам. Филч застал их в тот момент, когда они пытались открыть одну из дверей. К несчастью, выяснилось, что именно за этой дверью начинается тот самый закрытый для всех коридор на третьем этаже, про который говорил на банкете Альбус Дамблдор. — Конечно, вы взламываете запретный коридор… почему я не удивлен? — устало пробормотал Ремус, под усмешку Сириуса. — Но тогда мы правда не специально! — хором воскликнули Гарри с Роном. — Значит, позже было ещё и специально? — тут же уловила Нимфадора, глядя на закатывающего глаза Люпина и быстро теряющих свою уверенность Поттера с Уизли. — Просто читайте, мистер Уизли, — махнула рукой Минерва, почти уверенная, что в ближайшей книге её ничего не удивит. Филч отказывался верить, что ребята просто заблудились. Смотритель был уверен, что они специально хотели проникнуть на запретную территорию, и угрожал запереть их в находящуюся в подземелье темницу. Но в самый критический момент их спас проходивший мимо профессор Квиррелл. — Случайно проходивший мимо именно Квиррелл, конечно, так он там случайно и шёл, ага, — пробормотал Гарри, хватаясь за голову, — Мерлин, почему я был такой тупой? — Успокойся, Гарри, — прошептала Гермиона, беря его за запястья и убирая его руки от его же лица, — во-первых, тебе было одиннадцать, а во-вторых, у тебя не было оснований подозревать его. — Вообще-то были, но я решил, что это всё Снейп. — Но Снейп и в правду выглядит подозрительно, Гарри, — Рон придвинулся ближе, в попытке поддержать друга, — прекрати, главное, что всё хорошо закончилось. — Именно, — тут же подхватила Гермиона, кивая. У Филча была кошка по имени миссис Норрис — тощее пыльно-серое создание с выпученными горящими глазами, почти такими же, как у Филча. — Странная кошка, — тихо заметил Сириус, дёргая Ремуса за рукав, — ей уже сколько лет? — Не страннее собаки, что превращается в «серийного убийцу», — в тон ему ответил Люпин. — Это другое! — возмущённо произнес Блэк, ударяя друга по руке, — Подожди, ты хочешь сказать, что она анимаг? — Мерлин… Она в одиночку патрулировала коридоры. — Она в одиночку патрулирует коридоры! — продолжил Сириус, — С ней явно что-то не то! — Сириус, обсудим это позже. Читай, Фред, — Сириус обиженно закатил глаза. — Я уже представляю, как сегодня ночью Сириус будет затирать Ремусу теории происхождения кошки Филча, — шепотом проговорил Гарри, посмеиваясь. — О чем вы там шепчетесь? — нахмурился Ремус, кивая в сторону трио. — Ни о чем! Стоило ей заметить, что кто-то нарушил правила — сделал хотя бы один шаг за запретную линию, — и она тут же исчезала, а через две секунды появлялся тяжело сопящий Филч. Филч знал все секретные ходы лучше, чем кто-либо другой в школе — за исключением, пожалуй, близнецов Уизли, — и появлялся так неожиданно, словно был привидением. — Если бы только близнецы, — улыбнулся Блэк, гордо вскидывая голову. — Да, есть ещё некие, кто знает больше нас, — хмыкнул Джордж. — И что-то мне подсказывает, что эти двое знают что-нибудь о них, — кивнул Фред, намекая на Люпина и Блэка. Ученики её ненавидели, и для многих пределом мечтаний было отважиться дать пинка миссис Норрис. — Пф, сделано, — довольно проговорил Сириус, гордо вскидывая подбородок, — ещё в первый учебный год, между прочим. — Ага, а потом вы ещё неделю драили кабинеты, — в тон ему отозвался Люпин, весело улыбаясь, Блэк лишь закатил глаза. — Это уже побочные эффекты. Но найти нужный кабинет было еще полдела, потому что занятия оказывались порой куда более непростыми, чем поиск той или иной комнаты. Как быстро выяснил Гарри, магия вовсе не сводилась к помахиванию волшебной палочкой и произнесению нескольких странных слов. — Неужели вы действительно на это рассчитывали, Поттер? — фыркнул Северус, с издевательской усмешкой глядя на ученика. — Мои знания о магии до поступления в Хогвартс были крайне скудны, как вы могли заметить, профессор, — холодно заметил Гарри и кивнул Фреду, прося продолжить. Каждую среду ровно в полночь они приникали к телескопам, изучали ночное небо, записывали названия разных звезд и запоминали, как движутся планеты. Трижды в неделю их водили в расположенные за замком оранжереи, где низкорослая полная дама — профессор Стебль — преподавала им травологию, науку о растениях, и рассказывала, как надо ухаживать за всеми этими странными растениями и грибами и для чего они используются. — Вау… — еле слышно протянул Дадли, завороженно вслушиваясь в слова и пытаясь уложить всё это в голове. — Что, Дадли, нравится? — поинтересовался Фред, сидящий неподалеку и услышавший шепот Дурсля. — Конечно же, нет! — тут же возмущённо вмешивается Вернон, — это всё бред чистой воды! — Я не к вам обращался, — спокойно отрезает Фред, перебивая на полуслове, — так, Дадли? — Э-это звучит… как из сказки какой-то… — тихо заметил он, стушевашись под взглядом сотни волшебников. — Магия — это и есть, в какой-то степени, чудесная сказка. — Надеюсь, что по традиции всех магловских сказок нас ждёт счастливый финал, — тихо заметил Гарри, напряжённо сглатывая, а Гермиона лишь грустно вздохнула. — Даже сказки бывают с грустным концом. Самым утомительным предметом оказалась история магии — это были единственные уроки, которые вел призрак Профессор Бинс был уже очень стар, когда однажды заснул в учительской прямо перед камином, а на следующее утро он пришел на занятия уже без тела. Бинс говорил ужасно монотонно и к тому же без остановок. Ученики поспешно записывали за ним имена и даты и путали Эмерика Злого с Уриком Странным. — А я давно говорила вам, Альбус, что нам нужно менять преподавателя по истории магии! — заметила Минерва, кивая в сторону Фреда с книгой, — Прямое доказательство того, что нам необходим более квалифицированный и заинтересованный в своей деятельности преподаватель. — Не переживайте, профессор, — вклинилась Амбридж, гаденько улыбаясь, не давая Дамблдору вставить и слова, — министерство обо всем позаботится! — Мерлин упаси, избавьте! — пробормотал Гарри, обращаясь к друзьям, — Второй Амбридж я не вынесу. Профессор Флитвик, преподававший заклинания, был такого крошечного роста, что вставал на стопку книг, чтобы видеть учеников из-за своего стола. На самом первом уроке он, знакомясь с курсом, взял журнал и начал по порядку зачитывать фамилии. Когда он дошел до Гарри, то возбуждённо пискнул и исчез из вида, свалившись со своей подставки. Ребята тихо посмеиваясь, покосились на профессора, который явно чувствовал себя слегка неловко. — Зато вы отличный учитель, профессор! — не думая ни секунды, довольно заявила Гермиона. — Да, это правда! — Согласен! — Флитвик улыбнулся выкрикивающим согласие студентам, польщенный их любовью к своей персоне. — Спасибо вам, ребят. — Плюс десять баллов каждому факультету? — с лёгкой надеждой и усмешкой поинтересовался Фред. — Это уже слишком, мистер Уизли. — Очень жаль. А вот профессор МакГонагалл была совсем другой. — Надеюсь, что ты думал о ней хорошо, Гарри, — пробормотал Рон, Поттер сглотнул, кивая. — Я всегда думал о профессоре хорошо, — также тихо ответил он, надеясь, что в книге не всплывёт никаких неожиданных поворотов. — Похвально, — хмыкнул Сириус, случайно услышавший их разговор. Гарри был прав, когда, увидев её, сказал себе, что с ней лучше не связываться. Умная, но строгая, она произнесла очень суровую речь, как только первокурсники в первый раз пришли на ее урок и расселись по местам. — Трансфигурация — один из самых сложных и опасных разделов магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе, — начала она. — Любое нарушение дисциплины на моих уроках — и нарушитель выйдет из класса и больше сюда не вернется. Я вас предупредила. — Очень сурово, профессор, — улыбнулся Ремус, склонив голову набок. — Всего лишь авторитет, коллега. — Безусловно, — кивнул Люпин, соглашаясь. — И тем не менее, нас не выгоняли ни разу за все наши фокусы, — тихо заметил Сириус, наклонившись к другу. — Мы были любимчиками, Бродяга. — Именно! После такой речи всем стало немного не по себе. Затем профессор МакГонагалл перешла к практике и превратила свой стол в свинью, а потом обратно в стол. Все были жутко поражены и начали изнывать от желания поскорее начать практиковаться самим, но вскоре поняли, что научиться превращать предметы мебели в животных они смогут еще очень нескоро. — Интересно, в какой жизненной ситуации нам может понадобиться превращать стол в свинью? — поинтересовался Джордж, перебивая Фреда. — Не знаю, но определенно необходимо, — нравоучительно заметил Фред и продолжил читать, пока в зале не разродилась дискуссия. Потом профессор МакГонагалл продиктовала им несколько очень непонятных и запутанных предложений, которые предстояло выучить наизусть. Затем она дала каждому по спичке и сказала, что они должны превратить эти спички в иголки. К концу урока только у Гермионы Грэйнджер спичка немного изменила форму — профессор МакГонагалл продемонстрировала всему курсу заострившуюся с одного конца и покрывшуюся серебром спичку Гермионы и улыбнулась ей. — Ох, вспоминаю наши уроки трансфигурации, — ностальгически вздохнул Сириус, — это было нечто. — Ещё бы, у тебя никогда не было проблем с ней, — усмехнулся Ремус, закатив глаза, — я даже слегка завидовал вам, потому что, чтобы быть на вашем с Джеймсом уровне, мне приходилось конкретно так зависать в библиотеке. — Мерлин, сам Ремус Люпин в чем-то завидовал мне, с ума сойти! — Сириус драматично приложил ладонь к сердцу, — я что, сплю? — Иди к черту, — цокнул Ремус, отворачиваясь и сдерживая усмешку. — Они такие дети, — заметила Молли, кивая в сторону Блэка и Люпина. Она не имела ничего против Сириуса и, тем более, Ремуса, но считала, что Сириус, как главный претендент на должность опекуна Гарри должен вести себя посерьёзнее. — Их молодость закончилась слишком рано и неожиданно резко, их можно понять, — вздохнул Артур, поджимая губы. Эта улыбка поразила всех не меньше, чем превращение стола в свинью, — ведь казалось, что профессор МакГонагалл вовсе не умеет улыбаться. — Видимо, вы всё же слегка перегнули, профессор, — улыбнулся Ремус. — Это всего лишь первое впечатление, — хмыкнула в ответ Минерва, качнув головой, — лучше ученики сразу поймут всю серьезность моего предмета и не будут относиться пренебрежительно. — Профессор МакГонагалл хоть и строгая, но справедливая, — философски заметила Тонкс и ученики, в особенности гриффиндорцы, согласно загалдели. С особым нетерпением все ждали урока профессора Квиррелла по защите от Темных искусств, однако занятия Квиррелла скорее напоминали юмористическое шоу, чем что-то серьезное. Его кабинет насквозь пропах чесноком, которым, как все уверяли, Квиррелл надеялся отпугнуть вампира, которого встретил в Румынии. Профессор очень боялся, что тот вот-вот явится в Хогвартс, чтобы с ним разобраться. — Ему бы, да в актерское, — хмуро заметил Гарри, потирая переносицу. — Как он вообще в Хогвартс попал-то, — также не весело произнёс Рон. — Интересно, где Дамблдор их вообще находит: что его, что Локонса. — О, Локонс вообще отдельная тема, — рассмеялся Невилл, сидящий неподалёку от трио. — Не напоминайте, — устало вздохнула Гермиона, отмахнувшись от вмиг повеселевших друзей. Тюрбан на голове Квиррелла тоже не прибавлял его занятиям серьезности. Профессор уверял, что этот тюрбан ему подарил один африканский принц, которому он помог избавиться от очень опасного зомби. Но по-настоящему никто не верил в эту историю. Во-первых, потому, что, когда Симус Финниган спросил, как Квиррелл победил зомби, Квиррелл покраснел и начал говорить о погоде. А во-вторых, потому, что тюрбан как-то странно пах, а близнецы Уизли уверяли всех, что это не подарок африканского принца, а просто мера предосторожности. — Прикиньте реакцию остальных, когда они узнают что было в этом тюрбане, — как можно тише прошептал Рон. — Иногда я даже рада, что практически напрямую связана с этими событиями, иначе ни за что бы не поверила в этот бред, — пробормотала Гермиона. — Технически, ты не видела это своими глазами, — шепотом заметил Гарри. — Не принимай слишком на свой счёт, Гарри, но тебе я верю больше, чем каким-то книгам, принесенными незнакомой женщиной в Хогвартс. — Я польщён. — И всё же, пока всё правильно, да, Гарри? — уточнил Рон, прикусывая губу. — Боюсь, что да. — У нас впереди ещё, как минимум четыре книги, чтобы свериться, — кивнула Гермиона, — даже не смотря на то, что эти книги пока о прошлом, информация, описанная в них, крайне конфиденциальна и доступна лишь узкому числу лиц, так что, у нас есть весомые аргументы, чтобы верить этим книгам. По их словам, под одеждой Квиррелл был весь обвешан дольками чеснока, и в тюрбане его тоже был спрятан чеснок, — Если бы чеснок… …поскольку профессор, боясь вампиров, желал быть полностью защищенным. И даже спал в том, в чем ходил по школе, — чтобы вампир не застал его врасплох. — Кстати, а кто-нибудь знает куда делся Квиррелл? — неожиданно поинтересовался Симус, — Я не видел его и не слышал о нем ничего после окончания первого курса. — Я, кстати, тоже, — кивнула Лаванда. — Да и я тоже. — Что-то здесь не чисто, — шепнул Ремус, схватив Сириус за руку, чуть выше локтя, — я тоже не знаю ничего об этом Квиррелле, кроме того, что он преподавал один год в Хогвартсе, а после словно исчез. К тому же, Гарри с Роном и Гермионой явно неодобрительно отзываются о нём, хотя и стараются не показывать этого, да и вообще он сразу показался мне странным. — Расслабься, разберемся. Хотя, думаю, с ним уже разобрались, раз нам неизвестно ничего о нем. — И всё же… За первые несколько дней учебы Гарри с облегчением убедился в том, что он не хуже, чем другие. Очень многие школьники родились и выросли в семьях маглов и, как и он, даже понятия не имели о том, кто они такие, пока не получили письмо из Хогвартса. — Это, кстати, очень странно, вот так вот резко и неожиданно выдергивать детей из их зоны комфорта, — заметила Гермиона, пожимая плечами, — может, кому-то морально тяжело так резко и кардинально менять свою жизнь. — Правда! Почему нет никакого «дошкольного образования», как говорят маглы? — тут же поддержал какой-то пуффендуец. — Мы подумаем об этом, господа, — встряла Амелия, кивнув. К тому же первокурсникам столько всего предстояло выучить, что даже Рон, родившийся в семье волшебников и кроме родителей имеющий пятерых старших братьев, не имел особого преимущества перед остальными. — Нашёл, конечно, с кем сравнивать, — фыркнул Фред, собираясь продолжить, однако был перебит Ремусом. — Очень зря ты так, Фред, — хмыкнул Люпин, качнув головой, — Рон, на самом деле, большой молодец, как минимум, с защитой от темных искусств он отлично справлялся и я уверен, что справляется до сих пор. — Спасибо, профессор Люпин, — тихо выдохнул Рон, чувствуя, что краснеет. — А ещё Рон отличный друг! — тут же добавил Гарри, — И, я уверен, что вы убедитесь в этом, когда мы приблизимся хотя бы к концу нашего первого курса. Пятница стала для Гарри и Рона великим днем. Они наконец смогли спуститься в Большой зал на завтрак, ни разу не сбившись с пути. — Быстро вы справились, — рассмеялась Тонкс, улыбаясь. — Жизнь научила, — тяжко вздохнул Гарри, сдерживая усмешку. — Тяжёлая жизнь волшебников, — добавил Сириус, усмехаясь. — Не то слово! — Что у нас там сегодня? — спросил Гарри, посыпая сахаром овсянку. — Два занятия по зельям — заниматься будем вместе со слизеринцами, — ответил Рон. — Занятия ведет профессор Снейп, а он их декан. Говорят, что он всегда и во всем на их стороне, выгораживает их перед остальными преподавателями и ставит им лучшие отметки. Вот как раз и увидим, так ли это. — Хотел бы я, чтобы МакГонагалл всегда заступалась за нас, — задумчиво произнес Гарри. — На самом деле, — прервал Гарри, задумавшись, — сейчас я могу сказать, что в каких-то критических ситуациях профессор МакГонагалл на нашей стороне, так что — это даже круто, что мы сами решаем свои проблемы, когда это возможно. — Правда! — Профессор МакГонагалл вообще лучшая! — хором проговорили Джордж с Фредом. — Не спорю, что такой подход самый правильный, — тут же кивнул Ремус, довольный рассуждениями Гарри. Минерва, приятно удивлённая таким вниманием, улыбнулась, искренне гордясь своими учениками. Профессор МакГонагалл была деканом факультета Гриффиндор, но это не помешало ей позавчера дать им огромное домашнее задание. Пока они завтракали, прибыла почта. Теперь Гарри уже привык к этому, но в свое первое утро в школе он даже испугался, когда во время завтрака в Большой зал с громким уханьем влетело не меньше сотни сов. Они начали кружить над столами, высматривая своих хозяев и роняя им на колени письма и посылки. Пока Букля не принесла Гарри ни одного письма. Сова иногда залетала в зал вместе с другими, чтобы посидеть у него на плече и ласково похватать его клювом за ухо. — Букля милашка, — улыбнулась Джинни, вспоминая сову Поттера. А потом, съев кусочек тоста, улетала в совятню, как называли в школе домик, где жили совы, и там спокойно засыпала. Но этим утром Букля, приземлившись между сахарницей и блюдцем с джемом, уронила в тарелку Гарри запечатанный конверт. Гарри тут же вскрыл его — он просто не мог спокойно завтракать, не прочитав свое первое письмо. — Почему ты не писал ему? — шепотом поинтересовался Сириус, сглатывая. Всё это звучало для них очень грустно и тяжело. — Я… я думал, что буду мешаться, был уверен, что у него любящие родственники, да и он наверняка меня не знает. Я, конечно, знал, что Петунья, мягко говоря, не очень относится к магии, но я не думал, что её отношение к магии перерастет в ненависть к её племяннику, хотя, следовало бы догадаться, — Ремус выдохнул, потирая переносицу, — я полный идиот. — Прекрати, от твоего саморазрушения сейчас ничего не изменится, — коротко отрезал Сириус, качнув головой, — нужно разрешать проблемы хотя бы теперь, в настоящем. Дорогой Гарри, — было написано в письме неровными буквами. — Я знаю, что в пятницу после обеда у тебя нет занятий, поэтому, если захочешь, приходи ко мне на чашку чая примерно часам к трем. Хочу знать, как прошла твоя первая неделя в школе. Пришли мне ответ с Буклей. Хагрид. — Оу, это так мило, — улыбнулась Анджелина, кивая Хагриду, — ты отличный друг! — Спасибо, — пробормотал Хагрид тепло и слегка смущённо улыбаясь. Гарри одолжил у Рона перо, нацарапал на обороте письма: «Да, с удовольствием, увидимся позже, спасибо» — и вручил письмо Букле. Гарри повезло, что впереди его ждал чай с Хагридом, потому что занятия по зельеварению оказались самым неприятным из всего, что с ним пока произошло в школе. — Вот теперь пути назад у нас уже точно нет, — Гарри слегка нервно выдохнул, прикрывая глаза. Нет, он не боялся Снейпа, как, к примеру, Невилл на третьем курсе, он, скорее остерегался его. Наверное, любой обитатель Хогвартса в той или иной степени остерегался Снейпа, мало ли чем может закончиться встреча с грозой подземелий. Гарри очень красочно представил, как профессор узнаёт о том, как они копали под него весь первый курс или как Гермиона поджигала его мантию, или как она же воровала у него ингредиенты для оборотного или… Гарри нервно сглотнул, тихо пробормотав: — Кажется, нам конец. — Да ладно, — также тихо ответил Рон, однако судя по его взгляду, он был полностью согласен с товарищем, — выкарабкаемся. На банкете по случаю начала семестра Гарри почувствовал, что профессор Снейп почему-то невзлюбил его с первого взгляда. К концу первого урока он уже понял, что ошибся. — Что? — Джордж перебивает брата, удивлённо смотря в его сторону, — Быть такого не может. — Что, Поттер, надеетесь на какую-то симпатию от моей персоны? — Северус усмехнулся, прожигая недовольного Поттера взглядом, — Слишком самоуверенно с вашей стороны. — Гарри закатил глаза, собираясь ответить, однако Фред перебил его. — Вы сначала дослушайте, а потом уже обсуждайте! Профессор Снейп не просто невзлюбил Гарри — он его возненавидел. — А, — Джордж поднял руки, показывая, что сдается, — вопросов нет. Кабинет Снейпа находился в одном из подземелий. Тут было холодно — куда холоднее, чем в самом замке — и довольно страшно. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные. — Как будто логово маньяка в каком-нибудь магловском ужастике, — шепнул Ли сидящему неподалеку Симусу, прекрасно зная, что тот поймет. Финниган воодушевленно кивнул, соглашаясь. Снейп, как и Флитвик, начал занятия с того, что открыл журнал и стал знакомиться с учениками. И, как и Флитвик, он остановился, дойдя до фамилии Поттер. — Ох, не к добру это, — пробормотал Ремус, краем глаза наблюдая за эмоциями крайне импульсивного Сириуса. — О, да, — негромко произнес он. — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость. — Началось, — устало вздохнул Гарри, закатывая глаза. — Да ладно тебе, Гарри, — отмахнулся Рон, — пока ещё всё не так страшно, вот когда мы начнем его подозревать… — Или когда книжная я подожгу ему мантию… — Если что, мы тебя прикроем! — тут же возразили Гарри с Роном. — Очень благородно с вашей стороны, но, боюсь, даже это меня не спасет. Драко Малфой и его друзья Крэбб и Гойл издевательски захихикали, прикрыв лица ладонями. Закончив знакомство с классом., — Сомнительная церемония знакомства, — пробормотал Сириус, делая глубокий вдох, в попытке успокоиться. Он знал, что никогда не обладал особой возможностью скрывать эмоции и на своей памяти всегда был импульсивен, но после Азкабана, словно, что-то щёлкнуло и периодически Сириус ловил себя на мысли, что в какие-то моменты он не в ладах со своими эмоциями, чувствами и действиями. Сириус отчаянно пытался успокоить себя мыслью, что ему просто нужно время. Немного, просто, чтобы провести время с близкими, разобраться в себе и, наконец, успокоиться, принять себя и ситуацию вокруг. Снейп обвел аудиторию внимательным взглядом. Глаза у него были черные, как у Хагрида, только в них не было того тепла, которым светились глаза великана. Глаза Снейпа были холодными и пустыми и почему-то напоминали темные туннели. — Звучит пугающе, — пробормотала Нимфодора, вздрогнув. — Учитывая то, что картинку мы видим глазами одиннадцатилетнего ребенка, Снейпу явно надо пересмотреть свои методы обучения, — в тон ей ответил Ремус, смотря куда-то вперёд. — Я бы начала с его компетентности в данной профессии, — буркнула Анжелина себе под нос, закатив глаза. — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он. Снейп говорил почти шепотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Как и профессор МакГонагалл, Снейп обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. Как и на уроках профессора МакГонагалл, здесь никто не отваживался перешептываться или заниматься посторонними делами. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Фред делает театральную паузу, прекрасно видя что дальше. Чарли хмурится, но, кивнув, тихо проговаривает: — Звучит очень круто и воодушевляющее. — Да, не то слово, — Билл тут же отзывается, кивая брату, — аж захотелось зельеварением заняться! Правда, на кой черт оно мне в банке, но всё же… Вдоволь наслушавшись восхищённых перешептываний, Фред, чуть ли не замогильным голосом продолжает: — Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки. — Северус, — Ремус обречённо застонал, уронив голову на ладони, — а ведь всё было так хорошо! — В этом весь Снейп, — Гарри пожал плечами. — Северус, кажется, это было слишком, — шепнула Минерва, сидящему неподалёку коллеге. После этой короткой речи царившая в курсе тишина стала абсолютной. — Ещё бы, — буркнул Рон, — после такого даже дышать страшно становится. — Черт, — пробормотал Оливер, — а я даже не помню речь на нашем первом курсе. — Это нормально, Оли, — тут же возник Фред, чуть наклоняясь в сторону Вуд, — а знаешь почему? — Оливер склонил голову, собираясь ответить, однако не успел открыть и рта, как был перебит Джорджем. — В твоем-то возрасте… — Идите вы, — Оливер засмеялся, кидая подушку в улыбающихся близнецов. Он, конечно же, не скажет этого, но он скучал по ним. Гарри и Рон, подняв брови, обменялись недоуменными взглядами. Гермиона Грэйнджер нетерпеливо заерзала на стуле — судя по ее виду, ей не терпелось доказать, что уж ее никак нельзя отнести к стаду болванов. — Ох, Мерлин, — она устало уткнулась лицом в ладони, — всё-то ты замечаешь, Гарри. — Гермиона, не я писал эти книги! — возмущённо в тысячный раз проговорил Гарри, — Это только первое время всё плохо, потом, когда мы подружимся, всё будет отлично. — Да, там скорее выставленными идиотами будем мы, потому что уже давным-давно умерли бы без тебя, — тут же подключился Рон, пытаясь успокоить и подбодрить подругу. — А я вполне себе понимаю тягу Гермионы показать себя и свои возможности, — вклинился Ремус, пожимая плечами, — это нормальная реакция для человека, который попал в другой, совершенно новый для него мир. Учитывая то, с каким нетерпением волшебники ждут возможности попасть в Хогвартс, что говорить о маглорожденных, которые узнают о Хогвартсе за ничтожно маленькое до отбытия время? К тому же волшебники часто принижают возможности людей, родившихся не в семье волшебников, а в семье маглов, так что, желание Гермионы доказать свои возможности вполне логично. — Спасибо, — Гермиона подняла голову, улыбнувшись, — это правда именно так. — маглорожденные переглянулись, перешептываясь, в той или иной степени соглашаясь с проницательным Люпином. — Поттер! — неожиданно произнес Снейп. — Как обычно, — буркнул Гарри, — как что, так сразу Поттер. — Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни? — Ремус, мне кажется или это программа не первого курса? — шепнул Сириус, стараясь выглядеть как можно спокойно. — Очень может быть, но я не уверен. В любом случае Гарри не может знать этого, только из дополнительных источников. «Измельченный корень чего с настойкой чего?» — хотел переспросить Гарри, но не решился. — Это было бы феерично, — рассмеялся Симус, представляя лицо Снейпа на такой ответ. Он покосился на Рона, но тот, похоже, был не менее ошарашен вопросом. Зато Гермиона Грэйнджер явно знала ответ, и ее рука взметнулась в воздух. — Я не знаю, сэр, — ответил Гарри. — Зато честно, — кивнул Рон, усмехнувшись. — А что мне ещё было делать, если я правда не знаю? — Да нет, это самое верное решение, я считаю. На лице Снейпа появилось презрительное выражение. — Куда же без этого. — Так, так… Очевидно, известность — это далеко не все. Но давайте попробуем еще раз, Поттер. — Мерлин, Снейп, я не думал, что ты опустишь так низко, — не выдержал Сириус, закатив глаза, — то, что у тебя были плохие отношения с Джеймсом не должно влиять на Гарри! — Что? — пробормотал Гарри, нахмурившись, — О каких плохих отношениях идёт речь? — Я бы ещё посмотрел кто из нас опустился ниже, Блэк, — презрительно фыркнул Северус, с усмешкой закатывая глаза, — знаешь, осквернитель рода, узник Азкабана, убийца двенадцати маглов, а ко всему прочему предатель семье Поттеров — всё это висит ни на моём имени. — И это мне говорит Пожир… — А ну-ка заткнулись оба! — рявкнул Ремус, делая глубокий вдох, — Я понимаю, что вам критически не хватает препираний друг с другом, но, в конце концов, уймитесь хотя бы при детях! Вы ведёте себя хуже первокурсников, даже они сидят спокойно! — Первокурсникам просто позарез интересно что было с Поттером, пока они еще под стол ходили, — шепнул Чарли Биллу, тот хмуро кивнул. Сириус продолжал прожигать Снейпа гневным взглядом, Северус не отставал от него, Минерва устало вздохнула, кивнув Фреду. — Читайте, мистер Уизли, — Фред молча кивнул и открыл рот, чтобы продолжить, но Гарри его перебил. — Так, стоп, о каких взаимоотношениях моего отца и Снейпа шла речь? — Понимаешь, Гарри… — Мистер Поттер, в книге будет ответ и на этот вопрос, боюсь вам просто нужно немного подождать, — проговорила Джоан, внимательно наблюдая за Гарри. — Но… — Читай уже, Фред! — Я должен узнать у Сириуса или Ремуса, — пробормотал Гарри, потирая виски, вопросов становилось только больше. Снейп упорно не желал замечать поднятую руку Гермионы. — Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? — Зато теперь мы навсегда запомнили это, — буркнул Гарри, закатив глаза. Гермиона продолжала тянуть руку, с трудом удерживаясь от того, чтобы не вскочить с места. А вот Гарри абсолютно не представлял, что такое безоаровый камень. И старался не смотреть на Малфоя, Крэбба и Гойла, которые сотрясались от беззвучного смеха. — А сам-то знал? — фыркнул Невилл, глядя на Малфоя, тот поджал губы, закатывая глаза. — Представь себе, Лонгботтом, знал. — Знал ли действительно? — усмехнулся Блейз, сидящий неподалеку. — Иди к черту, ты думаешь, я помню, что было пять лет назад? — Справедливо. — Я не знаю, сэр, — признался он. — Похоже, вам и в голову не пришло почитать учебники, прежде чем приехать в школу, так, Поттер?! — Разве не твоя обязанность учить детей тому, что написано в этих учебниках? — Сириус, хватит. — Неужели ты не согласен со мной?! — Сириус резко повернулся к Люпину, глаза его метали молнии. Люпин спокойно кивнул, наклоняясь к уху Блэка. — Сириус, твои обвинения вполне логичны и понятны, но разборки не должны проходить в присутствии детей, которых он учит. Позже, когда весь Хогвартс не будет греть уши в зале, мы разберемся со всем, а сейчас, пожалуйста, постарайся взять себя в руки. Я понимаю, что ты переживаешь за Гарри, я тоже переживаю и, думаю, ещё половину сидящих здесь точно, но для начала нам нужно дочитать эти треклятые книги, чтобы понимать как действовать, так что, пожалуйста, попытайся успокоиться. Ради Гарри. Сириус резко выдохнул, прикрывая глаза. В голове, словно, только сейчас расступился какой-то туман и Блэк осознал — конечно, он сидит здесь далеко не просто так и даже не ради своего оправдания и очищения своего имени, нет, он тусуется здесь ради Гарри и только ради него. — Д-да… — Сириус открыл глаза, глядя на Люпина, который, нахмурившись, ожидал от него чего-то, хотя бы кивка. Блэк медленно кивнул, не сводя с него взгляда, — ты прав. Как обычно. Ради Гарри, да. Извини. — Ремус, удивлённо приподнял брови, но удовлетворённо кивнул, хлопнув друга по плечу. — Ты в порядке? — Гарри аккуратно дотронулся до другого плеча крестного, окончательно выводя Блэка из своеобразного транса, тот быстро кивнул, натянуто улыбнувшись. Северус, наблюдающей за всей этой картиной открыл рот, собираясь сказать что-то колкое и язвительно, однако не успел, получив толчок от сидящей рядом Минервы и её весьма красноречивый взгляд. Фред, наконец, продолжил. Гарри заставил себя не отводить взгляд и смотреть прямо в эти холодные глаза. По правде, он читал свои, новые учебники, пока жил у Дурслей, но неужели Снейп рассчитывал на то, что он наизусть выучит «Тысячу волшебных растений и грибов»? — Читал он, — фыркнув, пробормотал дядя Вернон. Находится здесь, в обществе этих сумасшедших было ему омерзительно, никакие волшебные фокусы, которые, кажется подействовали на его жену и сына не могли перебить его ненависть ко всему этому. Снейп продолжал игнорировать дрожащую от волнения руку Гермионы. — Хорошо, Поттер, а в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха? Гермиона, не в силах больше сидеть спокойно, встала, вытягивая руку к потолку. — М-да уж, — устало вздохнула Гермиона, — тяжко нам придётся. — Я не знаю, — тихо произнес Гарри. — Но мне кажется, что Гермиона это точно знает, почему бы вам не спросить ее? — Воу, полегче, Гарри, — рассмеялся Джордж, с искренним восторгом смотря на усмехнувшегося Поттера. — Так можно и наказание со штрафными баллам словить, — подхватил Фред. — Как жаль, что нельзя отнимать баллы во время чтения, — злобно буркнул Северус. Послышался смех. Гарри нервно оглянулся, чтобы увидеть, кто еще над ним смеется, кроме Малфоя и двух его приятелей, — ему показалось, что смеявшихся было человек десять, как минимум, — и встретился взглядом с Симусом. Симус одобрительно подмигнул ему, и Гарри подумал, что смеются, видимо, не над ним, а над его ответом, который почему-то всем показался остроумным. Ремус вздохнул, устало потирая глаза. Этот момент в очередной раз показывал, что Гарри был не очень уверенным в себе и в какой-то степени боялся общественного мнения. Ему хотелось поговорить с ним об этом, помочь решить проблемы, ведь он в какой-то степени виноват в том, что Гарри вырос таким, не познавшим любви и заботы родственников в таком юном возрасте. — О чем задумался? — Люпин почти вздрогнул, переводя взгляд на наклонившуюся к нему Нимфадору. — Да так, — он покачал головой, отмахиваясь, — пытаюсь составить психологический анализ личности маленького Гарри. — То есть? — Пытаюсь проанализировать его мысли, слова и поступки и сопоставить со всем тем «хорошим», что ему досталось от Дурслей. — Ты же не думаешь, что виноват в этом, да? — тут же подключился Сириус, услышавший их разговор. Даже несколько лет в Азкабане не могли заставить его забыть характеры и черты его самых близких людей — его друзей. И он, как никто другой в этом зале знал, что одно из любимых занятий Люпина — винить себя во всех смертных грехах, — В том, что Гарри рос без любви и заботы виноваты лишь Дурсли, которые должны были дать ему это в тот момент его жизни. Нет смысла винить себя в этом, нам нужно двигаться дальше, ты же сам говорил. — От кого я слышу такие слова? — Ремус удивлённо уставился на Блэка, — Неужели прозрел? — Пришлось, сам понимаешь, — Сириус рассмеялся, садясь обратно. Но как бы там ни было, Снейп его таковым не нашел. — А вот это уже проблема. — Сядьте! — рявкнул он, на мгновение повернувшись к Гермионе. — Грубо. — А вы, Поттер, запомните: из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти. Безоар — это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов. А волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, также известное как аконит. Поняли? Так, все записывайте то, что я сказал! Все поспешно схватились за перья и зашуршали пергаментом. Но тихий голос Снейпа перекрыл поднявшийся шум. — А за ваш наглый ответ, Поттер, я записываю штрафное очко на счёт Гриффиндора. — Эх, а я уже было понадеялась, что мы обойдемся без этого, — кисло вздохнула Тонкс. — Думаю, на уроках Снейпа нет смысла надеяться на что-нибудь хорошее, — тихо буркнул Сириус в ответ своей племяннице. Для первокурсников факультета Гриффиндор уроки Снейпа обещали быть не самыми приятными. После того как Снейп усадил Гарри на место, произошло еще кое-что совсем безрадостное. — Да куда так много безрадостного на один урок-то? — вздохнул Чарли, покачав головой. Снейп разбил учеников на пары и дал им задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов. Он кружил по классу, шурша своей длинной черной мантией, и следил, как они взвешивают высушенные листья крапивы и толкут в ступках змеиные зубы. Снейп раскритиковал всех, кроме Малфоя, которому, очевидно, симпатизировал. — Ещё бы он ему не симпатизировал, — шепнул Гарри друзьям. — Что-то не так, Поттер? — громко поинтересовался Малфой, Гарри сжал зубы медленно выплевывая. — Всё отлично, можешь не переживать. — И не собирался. В тот момент, когда Снейп призвал всех полюбоваться, как Малфой варит рогатых слизняков, темница вдруг наполнилась ядовито-зеленым дымом и громким шипением. Невилл каким-то образом умудрился растопить котел Симуса, и тот превратился в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое они готовили в котле, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников. Через мгновение все с ногами забрались на стулья, а Невилл, которого окатило выплеснувшимся из котла зельем, застонал от боли, так как на его руках и ногах появились красные волдыри. — О нет, — Невилл поморщился, уже забыв о том, как прошел его первый урок зельеварения. — Черт, мало приятного, — Билл вздрогнул, сглатывая. — Я надеюсь вы в порядке, Невилл? — с явным французским акцентом проговорила Флёр, встревоженно смотря на Лонгботтома. Тот, скрыв явное удивление от того, что Флёр запомнила его, с улыбкой проговорил: — Да, со мной всё отлично, спасибо, мисс Делакур, — Флёр заметно повеселела, удовлетворённо кивнув. — Идиот! — прорычал Снейп, одним движением ладони сметая в угол пролившееся зелье. — Не думаю, что это самая правильная реакция, профессор, — с деланным спокойствием произнесла Августа, смотря на Снейпа, — вам нужно указывать на ошибки, но никак не оскорблять учеников. — Как я понимаю, прежде чем снять котел с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза? Невилл вместо ответа сморщился и заплакал — теперь и нос его был усыпан красными волдырями. — Зельеварение никогда до добра не доводило, — буркнул Дин сидящему рядом другу. — И не говори! — Отведите его в больничное крыло, — скривившись, произнес Снейп, обращаясь к Симусу. А потом повернулся к Гарри и Рону, работавшими за соседним столом. — Вы, Поттер, почему вы не сказали ему, что нельзя добавлять в зелье иглы дикобраза? Или вы подумали, что если он ошибется, то вы будете выглядеть лучше его? Из-за вас я записываю еще одно штрафное очко на счет Гриффиндора. — А вот это уже даже для меня край, Северус, — Ремус скривился так, словно не хотел бы готовить этого, по крайней мере сейчас, — ты не можешь вешать на Гарри и Рона вину за это. — Я думаю мы все здесь прекрасно понимаем, что они не виноваты в произошедшем, — хмуро добавил Сириус. — Обсудим это позже, господа. Читайте, мистер Уизли. Это было ужасно несправедливо. Гарри уже открыл рот, чтобы возразить, когда Рон пнул его под столом. — Не нарывайся, — прошептал Рон. — А вот это правильно, — тут же похвалил Артур сына, — а то ещё больше штрафных баллов получить можно. — Ещё и отработку схлопотать, — подхватила Андромеда, кивая. — Я слышал, что Снейп, если разозлится, может очень сильно навредить. Час спустя, когда они вышли из темницы… — Из темницы, — весело усмехнулся Гарри, обращаясь к друзьям, — по другому и не назовешь. …и поднимались по лестнице, голова Гарри была полна всяких неприятных мыслей, а радостное настроение с которым он приехал в Хогвартс, совсем улетучилось. — Тоже мне нашёл из-за кого переживать! — тут же подхватил Сириус, махнув рукой, — Забей и наслаждайся всеми остальными прелестями Хогвартса. — Верно, — кивнула Амелия, на удивление многих, соглашаясь с Блэком, — всегда нужно искать что-то хорошее и не зацикливаться на плохом. В первую же неделю пребывания в школе он заработал два штрафных очка — и все из-за того, что Снейп почему-то возненавидел его. — Интересно почему же, — тихо бросил Сириус, поворачиваясь к Ремусу, — скажи мне, может, конечно, за годы в Азкабане я потерял способность объективно мыслить, но, это же несправедливо, да? — Нет, ты прав, это чертовски несправедливо, — хмуро ответил Ремус. — Нужно будет поговорить со Снейпом, — тихо вмешалась Нимфадора, качнув головой, — в конце концов, это не дело. — Думаю, Минерва и Альбус найдут что сказать, но да, ты права, нам тоже следует отметиться с предъявлениями. И он очень хотел бы узнать почему. — Теперь этот вопрос волнует меня ещё больше, — вслух заметил Гарри. — Поверь, Поттер, нас теперь тоже, — в тон ему ответил Смитт. — Вы узнаете ответ на этот вопрос, мистер Поттер, — спокойно отозвалась Джоан. — Хоть это радует… — Выше нос, —подбодрил его Рон. — Фреду и Джорджу тоже не везет на уроках Снейпа. Знаешь, сколько штрафов они у него получили? — Что бы мы не говорили, — начал Джордж, — но мы понимаем, что иногда перегибаем. — И большинство наших штрафных баллов вполне заслужены, — подхватил Фред, кивая. — В отличии от штрафных баллов Гарри! — кивнула Лаванда, подхватив мысль близнецов — Именно. — Слушай, а можно, я пойду с тобой к Хагриду? — А ты молодец, Рон, — хмыкнула Анджелина, улыбаясь, — поддержал Гарри. — Он с такими кислым лицом вышел оттуда, что нужно было что-то делать, — Рон улыбнулся, глядя на то, как Гарри с усмешкой закатывает глаза. Без пяти три они вышли из замка и пошли по школьной территории к дому Хагрида. Он жил в маленьком деревянном домике на опушке Запретного леса. Над входной дверью висел охотничий лук и пара галош. Когда Гарри постучал в дверь, ребята услышали, как кто-то отчаянно скребется в нее с той стороны и оглушительно лает. А через мгновение до них донесся зычный голос Хагрида: — Назад, Клык, назад! Дверь приоткрылась, и за ней показалось знакомое лицо, заросшее волосами. — Заходите, — пригласил Хагрид. — Назад, Клык! Хагрид пошире распахнул дверь, с трудом удерживая за ошейник огромную черную собаку. Как называется эта порода, Хагрид не знал, хотя и пояснил, что с такими собаками охотятся на кабанов. — Ага, а ещё ловят гигантских пауков, — буркнул Рон, вздрагивая. — Я бы сказал убегают от гигантских пауков, — нравоучительно поправил Гарри. — Или ищут единорогов в запретном лесу посреди ночи, — тихо пробормотал Малфой, вспоминая свой первый курс. В доме была только одна комната. С потолка свисали окорока и выпотрошенные фазаны, на открытом огне кипел медный чайник, а в углу стояла массивная кровать, покрытая лоскутным одеялом. — Вы… э-э… чувствуйте себя как дома… устраивайтесь — сказал Хагрид, отпуская Клыка, который кинулся к Рону и начал лизать ему уши. Было очевидно, что Клык, как и его хозяин, выглядел куда опаснее, чем был на самом деле. — Да, Клык — просто прелесть! — подхватила Парвати. — Это Рон, — сказал Гарри. В это время Хагрид заваривал чай и выкладывал на тарелку кексы. Кексы соприкасались с тарелкой с таким звуком, что никаких сомнений в их свежести не возникало — они давным-давно засохли и превратились в камень. — Ох, нет, — пробормотал Ремус, — еда Хагрида не всегда самая… лучшая. — Вам ли об этом не знать, верно? — весело заметила Андромеда, сидящая неподалеку, Ремус с Сириусом усмехнулись. — Еще один Уизли, а? — спросил Хагрид, глядя на веснушчатое лицо Рона. — Я полжизни провел, охотясь на твоих братьев-близнецов. Они все время… ну… пытаются в Запретный лес пробраться, а мне их ловить приходится, да! — Всё таки интересно читать, понимая что речь идёт о тебе, — заметил Фред, усмехаясь. — Вот поэтому я только слушаю, — отозвался Гарри. — Кстати, по поводу запретного леса… А кто сказал, что у нас не получилось? — улыбнувшись, проговорил Джордж, — Не с первого раза, конечно, но… — А мы на первом курсе там побывали, — как ни в чем не бывало заметил Гарри. — Какого черта вы там забыли? — тут же нахмурился Ремус, переводя напряжённый взгляд на золотое трио. — И на втором, вообще-то, — добавил Рон. — Да и на третьем, можно сказать, тоже, — кивнула Гермиона. — Да чем вы занимались все эти годы? — возмутился Джордж, с некоторой обидой смотря на брата и его компанию. — И почему нас не позвали? — также обижено подхватил Фред. — Обстоятельства, — только и ответил Гарри, пожимая плечами. О каменные кексы легко можно было сломать зубы, но Гарри и Рон делали вид, что они им очень нравятся, и рассказывали Хагриду как прошли первые дни в школе. Клык сидел около Гарри, положив голову ему на колени и пуская слюни, обильно заливавшие школьную форму. — Какая прелесть, — саркастично пробормотала Астория, скривившись. Гарри и Рон ужасно развеселились, услышав, как Хагрид назвал Филча старым мерзавцем. — А эта кошка его, миссис Норрис… ух, хотел бы я познакомить ее с Клыком. Вы-то небось не знаете, да! Стоит мне в школу прийти, как она за мной… э-э… по пятам ходит, следит все да вынюхивает. И не спрячешься от нее, и не обманешь… она меня нюхом чует и везде отыщет, во как! Филч ее на меня натаскал, не иначе. — Она почти со всеми так себя ведёт, не бери в голову, — заметил Сириус, махнув рукой. Гарри рассказал Хагриду про урок Снейпа. Хагрид, как и Рон, посоветовал Гарри не беспокоиться, потому что Снейпу не нравится подавляющее большинство учеников. — А вот это уже чистейшая правда, — хмуро пробормотали половина учеников. — Но мне кажется, он меня ненавидит. — Да ерунда это! — возразил Хагрид. — С чего бы это ему? Однако Гарри показалось, что Хагрид, произнося эти слова, чуть-чуть отвел взгляд в сторону. — Хагрид абсолютно не умеет врать, — заметил Дин. — Хагрид наверняка что-то знает, — шепнул Гарри, наклонившись к друзьям, — я понял это ещё тогда, но сейчас только убедился, — нужно попробовать узнать у него что-нибудь. — Гарри, — мягко начала Гермиона, — может лучше подождать? Если в книге всё равно будет ответ… — Неизвестно когда он будет, Гермиона! Мне нужно сейчас. — Тогда лучше поговорить с Сириусом и Ремусом, — заметил Рон, — они точно знают больше. — Тут ты прав. Надо попробовать. — А как твой брат Чарли? — поспешно поинтересовался Хагрид, повернувшись к Рону. — Мне он жутко нравился: уж больно хорошо он со зверьем умел обращаться. — О, спасибо, Хагрид, мне тоже было приятно коротать Хогвартские будни в твоём присутствии, — Чарли искренне улыбнулся, кивая великану, Хагрид улыбнулся в ответ. Гарри спросил себя, не специально ли Хагрид сменил тему разговора. — Естественно специально — это и ежу понятно, — заметил кто-то из маглорожденнных с Райвенкло. — Что-что? — Магловское выражение. Пока Рон рассказывал Хагриду о Чарли, который изучает драконов, Гарри взял кусок бумаги, лежавший на столе под чехлом для чайника Это была вырезка из «Пророка». ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ О ПРОИСШЕСТВИИ В БАНКЕ «ГРИНГОТТС» — гласил заголовок статьи. Продолжается расследование обстоятельств проникновения неизвестных грабителей или грабителя в банк «Гринготтс», имевшего место 31 июля. Согласно широко распространенному мнению, это происшествие — дело рук темных волшебников, чьи имена пока неизвестны. Сегодня гоблины из «Гринготтса» заявили, что из банка ничего не было похищено. Выяснилось, что сейф, в который проникли грабители, был пуст, — по странному стечению обстоятельств, то, что в нем лежало, было извлечено владельцем утром того же дня. Мы не скажем вам, что лежало в сейфе, поэтому не лезьте в наши дела, если вам не нужны проблемы, — заявил этим утром пресс-секретарь банка «Гринготтс». — Опачки, сюжетно-важная информация? — с усмешкой заметил Симус. — Мы что, детектив читаем? — возмутился Гарри. — Тогда скорее фантастику, — заметил Ремус. — С точки зрения маглов — тогда уж фэнтези, — подхватила Гермиона, усмехнувшись — Мерлин, о чем они? — вслух вздохнул Драко, однако ответа не получил. Гарри вспомнил, как в поезде Рон рассказал ему о том, что кто-то пытался ограбить «Гринготтс», но Рон не назвал дату. А теперь… — Хагрид! — воскликнул Гарри. — Ограбление «гринготтса» произошло как раз в день моего рождения! Возможно, грабители проникли туда, как раз когда мы с тобой там были! — В Гринготтсе множество сейфов, почему ты отбросил варианты того, что это может быть вообще не связано с вашим визитом туда тем же утром? — поинтересовался Билл. — Просто Хагрид обмолвился о том, что это очень важно и секретно, к тому же дата и время совпадали, — Гарри пожал плечами, поворачиваясь к Биллу, — честно, я просто выдвинул теорию, которая была выгодна мне и подходила под все факты, что у нас были, а потом, мне повезло, что в последствии она оказалась правдивой. На этот раз не было никаких сомнений в том, что Хагрид избегает взгляда Гарри. Великан промычал что-то нечленораздельное и предложил Гарри еще один каменный кекс. Гарри вежливо поблагодарил его, но кекс брать не стал, а вместо этого еще раз перечитал заметку. По странному стечению обстоятельств, то, что лежало в сейфе, в который проникли грабители, было извлечено из него владельцем утром того же дня. Тем утром Хагрид кое-что извлек из сейфа номер семьсот тринадцать — маленький коричневый сверток. Не это ли искали воры? — Не смотря ни на что, ты довольно быстро сложил все факты в кучу, молодец, — усмехнулся Ремус, похвалив Гарри, хотя догадывался, что в последствии это вряд ли сыграет такую уж хорошую роль для безопасности Гарри. Когда Гарри с Роном шли обратно в замок на ужин, карманы их были набиты каменными кексами, от которых они из вежливости не смогли отказаться. Гарри думал, что ни один из уроков не дал ему столько поводов для размышлений, как встреча с Хагридом. — Ещё бы, — буркнул Северус себе под нос, однако выступать не решился — мало ли. Если Гарри был прав, то Хагрид забрал из сейфа сверток как раз вовремя, но случайно или нет? И где этот сверток хранится теперь? Ведь чтобы его не выкрали, требуется гораздо более надежное место, чем «Гринготтс»? И еще Гарри спрашивал себя, не знает ли Хагрид о профессоре Снейпе чего-нибудь такого, о чем не захотел ему рассказывать. — Да ты чертов Шерлок, — усмехнулся Симус и поймав недоуменные взгляды чистокровных закатил глаза, — серьезно, вы не знаете Шерлока Холмса? Как вы вообще живёте… — Шерлок Холмс — это персонаж-детектив в произведениях популярного британского автора. Он известен своей дедукцией и умением раскрывать преступления из, казалось бы, самых неочевидных вещей, — добавила Гермиона. — Всё, эту главу мы пережили, — устало сказал Фред, закрывая книгу, — кто теперь читает? — Давайте я, наверное, — предложила Андромеда, левитируя книгу к себе, — Глава 9. Полночная дуэль. — Мерлин, Гарри, ты что, успел с кем-то сцепится в первый месяц обучения? —устало вздохнул Люпин. — Я бы сказала в первую неделю, — хмыкнула Гермиона. — Давайте дружно подумаем с кем Гарри мог не сойтись во взглядах? — Даже не знаю, — в тон подхватил Фред и рассмеялся. — Так что, читаем? — Давайте перерыв десять минут, а то у меня затекло всё на свете, — Фред поднялся со своего места, начиная разминать спину и шею.