Как улыбается Солнце

Ревность – шутка Сатаны над любовью.

— Мисс Харис? Наш зрительный контакт прервал Гудман. Помощник слегка встрепенулся и мигом потупился в свой блокнот. «Что же это было?» — Да, детектив? — Мы можем начать допрос? — Да, разумеется. Я плюхнулась в кресло напротив Гудмана. Боковым зрением я замечала, что время от времени, его помощник кидает мимолётные взгляды в мою сторону. Я бы тоже хотела взглянуть на него, но под пристальным взором детектива, так и не решилась сделать этого. Допрос прошёл достаточно быстро, я рассказала о всех странностях и мелких событиях, что меня беспокоили. Решила всецело довериться этому «восковому» дядюшке, мне он казался надёжным. Выйдя из кабинета тётушки, я направилась в сад. Хотелось проветрить голову и освежить мысли, к тому же, находиться в особняке было просто невыносимо. Казалось, что всё вокруг пропиталось кровью и смертью… В саду я заметила Элизу, которая зачем-то по локти засунула руки в садовый декоративный пруд и что-то недовольно бурчала себе под нос. — Рыбачишь? — Ох! Агата, ты меня напугала. – она резко подняла голову и испугано посмотрела на меня, а потом, поняв смысл сказанного, захихикала – Если бы… Ты представляешь, я потеряла свою серёжку, из того комплекта, что подарил Чарльз в мой первый день рождения в нашей семье. — А почему ты решила искать именно здесь? — Ну, когда я гуляла по саду, она ещё была, а после прогулки около пруда, пропала. Вот я и подумала… — Погоди, я кажется что-то вижу – Я присела в метре от Элизы и запустила руки в воду, а уже через секунду у меня на пальце болталась та самая пропажа. — Агата! Ты мой герой! Элиза кинулась ко мне с объятьями, забрызгав мокрыми руками, но мне было всё равно. Я тепло относилась к этой озорной и немного инфантильной девчонке. Обняв её в ответ, я предложила попить чаю в беседке. — Ни слова больше. Сегодня я угощаю! С этими словами Элиза двинула в сторону кухни, у неё как раз была дверь, выходящая в сад. Очень удобно, хочу заметить. В ожидании чая, я лежала на траве. Над головой проплывали ватные облака, лучи солнца, пробиваясь сквозь них, ослепляли, но это было приятное чувство. Наверное, лучи – это улыбка Солнца. И чем их больше, тем улыбка шире. Нужно это сфотографировать. Совершенно будничным движением тянусь к карману и понимаю, что телефон я не держала в руках ещё с ночи. «Я ОСТАВИЛА ЕГО В СПАЛЬНЕ ТЁТУШКИ!» От этого осознания, по спине пробежал мороз. «Мне же ещё и по поводу собеседования должны позвонить… Вот чёрт!» На горизонте показалась Элиза с подносом, на котором аккуратно были разложены две чашки на блюдцах, чайник и плетёнка с выпечкой. Только Элиза успела сесть возле меня, как я тут же сорвалась с места и начала тараторить: — Прости, Элиза, мне правда нужно идти, появились неотложные дела, я потом всё объясню, прости ещё раз. Попьём чай в следующий раз, обязательно! — Ээ… Агата подожди, ты куд… — Простиии, потом всё объясню. Я ускакала из сада, как будто я скаковая лошадь, на которую поставили целое состояние. Ноги сами принесли меня к спальне Аннет. К моему огромному сожалению, дверь была вдоль и поперёк опечатана жёлтой лентой, при чем ленты было тааак много, что хватило бы на опечатывание десяти таких дверей. Пока я пыталась расковырять хотя бы одну из них, дальше по коридору послышались шаги. Обшарив взглядом весь коридор, я заметила портьеры, за которыми оказался достаточно глубокий альков. Недолго думая, я нырнула в углубление, прикрыв себя тяжёлой тканью портьеры, истерически вжимаясь в стену. Шаги были размеренными и уверенными. Человек дошёл до двери спальни, остановился судя по всему, а потом продолжил идти в сторону… стоп! Что? АЛЬКОВА! Он идёт сюда! Я вжалась в стену ещё сильнее, будто могла пройти сквозь неё, как Гарри Поттер. Но я не Гарри Поттер, а это не волшебный вокзал, к сожалению. Вдруг портьеры резко распахнулись, а на меня смотрел тот самый помощник Гудмана. Сначала выражение его лица было гневным и напряжённым, но увидев меня в алькове, обнимающейся со стенной, его лицо стало более расслабленным, но всё же достаточно удивлённым. — Мисс Харис, что вы здесь делае… — Я всё объясню! – я так резко вытянула руки перед собой, размахивая кистями, что чуть не зарядила в голову бедному парню, благо реакция у него была хорошая, и он успешно увернулся. В коридоре опять послышались шаги. — Сэм! Ты тут? Это был Гудман, и судя по приближающимся шагам, шёл он в нашу сторону. «Да чтоб тебя!» Понимая патовость ситуации, я перепугано смотрю на Сэма, а он, словно улавливая моё смятение, начинает действовать. Я не совсем понимаю, как так получилось и за какое время произошло, но я стою, прижатая к стене, в объятьях Сэма, моё лицо упирается в его шею, и я слышу, как колотится его сердце, или это всё-таки моё… *** Я услышал, как кто-то буквально галопом гнался по лестнице на второй этаж, предполагаемо к опечатанной спальне, и это не могло остаться без моего внимания. Поднявшись следом, я заметил только, как слегка дёрнулись портьеры на алькове в коридоре. Что ж, значит наш загадочный «бегун» решил спрятаться там. Подойдя к дверям спальни, я коротко осмотрел ленты, одна из них была надорвана. Как известно «убийца всегда возвращается на место преступления». Я почувствовал, что сейчас могу взять главного подозреваемого и он уже не отвертится. Но каково же было моё удивление, когда, распахнув портьеры, я увидел перепуганные глаза Агаты. «Какого чёрта она здесь делает? Почему именно ОНА?» В коридоре послышались шаги и голос Гудмана. Глаза этой девчонки стали ещё шире и испуганней. Понятное дело, если Гудман сейчас застанет тут такую картину, а ещё и узнает, что это она пыталась нарушить целостность лент и попасть в комнату, то на неё свалится ещё больше подозрений, и, вполне возможно, её обвинят в убийстве. «Но ведь она его не совершала. Я чувствую это.» И я решил, что я помогу ей. Во что бы то ни стало, помогу. Потому что моя интуиция никогда меня не подводила. И я чувствую, что Агата Харрис невиновна. «Если Гудман меня здесь увидит, то по любому спросит, почему я околачиваюсь возле места преступления. А врать я не умею, тем более ему. Решено.» Я сделал шаг, второй. И вот я уже в алькове вместе с Агатой, за моей спиной сомкнулась ткань портьер, а руки сами потянулись обнять дрожащую девушку. Я думал она сейчас отпихнёт меня, но она прижалась сильнее, будто убегая от холода кирпичной стены. И тогда я положил ладони ей на спину, как бы отделяя её от холодного камня, но в то же время закрывая собой он внешнего мира. *** «У него такие тёплые руки…» Стена и вправду была невыносимо холодной, и такой тесный контакт спины и холодного кирпича с лёгкостью мог закончиться какой-то болезнью. — Сэм значит. – я шепнула это куда-то ему в ключицу. — Сэмюэль. Макото Сэмюэль… У нас ещё будет время познакомиться, а пока молчи. Чтобы сказать это, он наклонился к моему уху. Лёгкий поток воздуха пробежал по волосам, я ощутила его тёплое дыхание, и вся спина покрылась мурашками. В ответ я только смущённо уткнулась в его плечо. Тем временем шаги становились всё отчётливее, но Гудман больше ничего не говорил. Он прошёл мимо двери и направился к алькову. «Да вы издеваетесь?!» Гудман остановился напротив портьеры, а в следующее мгновение распахнул ткань. Но как оказалось это был совсем не Гудман. От удивления лицо Александра изменилось почти до неузнаваемости. Распахнув портьеры, он увидел сначала спину Сэма, а затем мои ошалелые глаза и половину лица, выглядывающего из-за плеча Сэма. Удивление тут же сменилось гневом. — Какого чёрта здесь происходит?! – он прошипел это, стараясь не привлечь внимания остальных людей в доме. Сэм медленно обернулся к нему, всё так же прикрывая меня собой. — Что конкретно из происходящего вас интересует, Мистер Нильсен? — Меня интересует, почему ты здесь обжимаешься с МОЕЙ девушкой?! Агата, что он делал? Глаза Сэма, после слов про девушку помрачнели, а мои глаза распахнулись так широко, что казалось, они сейчас выпадут из орбит. «Какая «моя девушка», что ты несёшь?» Я выскочила из-за спины Сэма, кинув гневный взгляд на Александра. — Всё в порядке. И с каких это пор я стала твоей девушкой? Алекс недовольно поморщил нос, но промолчал. — Так, давайте просто сейчас уйдём отсюда и обсудим всё в более спокойной обстановке, подальше от любопытных глаз и ушей. – голос Сэма прервал повисшее в воздухе молчание. — Хорошо, идите за мной. Сказав это, я направилась к своей спальне, парни молча пошли за мной. Своих «гостей» я усадила в кресла, а сама плюхнулась на кровать, напротив. Первым заговорил Сэм. — Агата, что ты делала возле спальни Аннет? — Я сейчас всё объясню. Дело в том, что я забыла там свой телефон. Когда я пошла ночью поговорить с тётушкой, я взяла с собой мобильный, а когда увидела произошедшее, то забыла о нём, по-моему, я швырнула его на кровать, точно не помню… — Всё верно, на кровати был телефон. Но ты же понимаешь, что он проходит как улика по делу. — Но он не имеет к нему никакого отношения, к тому же, он мне нужен! — Ладно к этому мы ещё вернёмся… Мистер Нильсен, позвольте полюбопытствовать, что вы делали возле спальни Аннет? Александр, до этого рассматривающий пол, резко повернул голову в сторону Сэма, а затем раздражённо произнёс: — Увидел сначала Агату, несущуюся на второй этаж, затем тебя, а потом вы долго не возвращались. Гудман тебя искал, и я сказал, что пойду посмотрю на втором этаже в коридоре, а он пусть поднимется на третий. — Должен заметить, что был крайне рад увидеть там именно вас. — Не могу сказать, что это взаимно. – Александр сощурился и недовольно цокнул языком. – Почему я застал вас в алькове в обнимку?! Сэму словно нравилось видеть, как бесится Нильсен, он расплылся в ехидной ухмылке и ответил: — Это наш с Агатой маленький секрет… Александр побагровел от злости. Я решила прервать эту бессмысленную перепалку. — Так что будем делать с моим телефоном? — Нужно его незаметно стащить. – Александр самодовольно сложил руки на груди, победно приподняв левую бровь. — Ага, и вызвать ещё больше подозрений этим… - его триумф разбился о скептицизм Сэма, как Титаник об ледяной айсберг. — Хорошо, что же нам предложит наш корейский друг? Лицо Сэма в миг помрачнело. Ледяным, почти загробным голосом он сказал: — Я – японец, это, во-первых. А во-вторых, Агата, оставь это мне, я решу вопрос с телефоном. Только пожалуйста, давайте обойдёмся БЕЗ самодеятельности. Затем он встал и коротко попрощавшись удалился из спальни. Александр фыркнул: — Вот же напыщенный индюк! — А ты невежественный болван. У него же японская фамилия, какой к лешему «корейский друг». Да и вообще почему ты так груб с ним? — Потому что он так вежлив с тобой. Чрезмерно вежлив. С этими словами Алекс сорвался с кресла и буквально вылетел из спальни. «Вот же характерный. И как понимать этих мужчин?» *** Выйдя из спальни Агаты, я первым делом позвонил фотографу, который снимал улики в спальне, это был мой близкий друг, поэтому я мог узнать всю нужную информацию и попросить о любой услуге. Затем спустился к Гудману, объяснил ему ситуацию. О приключениях в коридоре второго этажа я, естественно, рассказывать не стал. По поводу телефона Гудман колебался, но спустя некоторое время всё-таки дал добро. Мы как раз сегодня должны были распечатывать спальню. С фотографом я договорился, все фото, где был засвечен телефон он удалил, упоминания в описи улик тоже были уничтожены. Таким образом телефон остался чист. Спальню распечатали, судмедэксперты продолжили свою работу, а я втихую стащил телефон и под одобрительный кивок Гудмана вышел из спальни. Мне не хотелось просто так отдавать телефон, мне хотелось провести с Агатой какое-то время. Я не знаю, что это за чувство такое, но с тех пор, как я впервые её увидел, мне хотелось видеть её ещё чаще. Было решено написать записку и назначить встречу на парковке в 18:00. *** «Я раздобыл твой телефон, жду на парковке в 18:00» Именно такая записка проскользнула под дверью в мою спальню. Время пролетело достаточно быстро и вот уже 17:50, и я спускаюсь по ступенькам на первый этаж. На парковке никого не было. Из кустов показался Сэм, подзывая меня к себе. — Есть ли здесь поблизости место, в котором бы нас никто не побеспокоил? — Ээм… Ну да, а что ты… — Веди! Сэм пропустил меня вперёд, а сам пошёл следом с корзинкой для пикника в руках. — Зачем это? — Будем праздновать возврат твоего телефона. Там бутерброды. А ещё мне показалось, что ты очень мало ешь… В ответ я удивлённо улыбнулась, но вслух ничего не сказала. «Он… милый? Агата, соберись и перестань лыбиться как Чеширский кот!» Мы пришли в особенное для меня место, в детстве я часто сбегала сюда, чтобы побыть наедине со своими мыслями. — Какой вид! Сэм раскинул руки в восхищённом жесте и присвистнул. — Да… Я часто бывала тут, в детстве. Это моё «место силы». Пока я очаровано смотрела на колыхающиеся деревья и плывущие облака, Сэм расстелил плед и окликнул меня, приглащающе похлопав рукой рядом с собой. — Так, ты хотел поговорить о чём-то? Ты ведь мог просто отдать телефон, но зачем-то позвал на пикник… Сэм загадочно на меня посмотрел, а потом улыбнулся. — Ну я же говорил, что у нас ещё будет время познакомиться получше. Я подумал, что это вполне подходящий момент. После этих слов моё лицо почему-то вспыхнуло красным цветом, и я смущённо опустила глаза. — Если ты конечно хочешь знакомиться поближе со мной… - Сэм устремил на меня взгляд, полный надежды и любопытства. — …хочу. – я подняла глаза и наши взгляды встретились. Мне кажется, в тот момент даже ветер затих, облака остановились, деревья замерли, все звуки вокруг затихли. Я смотрела на этого удивительного парня, и впервые в жизни не знала, что сказать, что сделать дальше, я просто смотрела и не могла отвести глаз. *** Эта девушка… Почему, когда мы встречаемся взглядами, меня начинает бить током, сначала оконная рама, потом портьера над альковом, теперь корзинка с бутербродами. Чёрт, разве такое возможно вообще? Мир вокруг начал плыть, я видел только её глаза. Я ещё никогда в жизни не хотел смотреть кому-то в глаза вечно. Меня успокаивал её взгляд. Словно тело обволакивало тёплое морское течение, а ум останавливал поток мыслей, и оставалась только одна. Мысль об этой девушке. О том, как сильно мне нравится Агата Харис. *** Паузу прервала белка, пробежавшая по пледу между нами. Видимо мы сидели настолько неподвижно, что она приняла нас за два булыжника. Я расхохоталась. — Сэм, ты, наверное, Белоснежка. Он только недоумённо глянул на меня, а я рукой смахнула ящерицу, карабкающуюся по его рукаву. — Сначала белка, теперь ящерица, животные явно на твоей стороне. Он улыбнулся. — Забавно. — Что забавно? — Всё забавно. И завязался разговор. Мне было так легко и комфортно. Одна тема сменяла другую, Сэм много рассказывал о работе, о своём детстве и юношестве, как занимался стритрейсингом и почему решил стать помощником детектива. Я же в свою очередь рассказала о детстве, об отношениях с тётушкой, об учёбе и даже о своём лунатизме. Я не знаю почему, но я ему доверяла. Мне было спокойно рядом с этим человеком. Бутерброды постепенно закончились. Должна заметить, они были весьма вкусными. Сэм пообещал, что обязательно приготовит мне его коронное блюдо, но что это за блюдо, так и не сказал. Достав со дна корзины мой телефон, он торжественно вручил мне его со словами «больше не теряй». Я на радостях схватила пропажу и подскочив начала танцевать победный танец. Сэм рассмеялся. — И что, даже не поблагодаришь меня? И тут я поняла, что я даже спасибо не сказала… на радостях подскочила к нему, нагнулась и мимолётно чмокнула в щёку. — Спасибо. Сэм поднял на меня смущённый, но довольный взгляд. — Пожалуйста. Думаю, нам пора идти. Уже начинает темнеть. — Да. Наверное, лучше пойти по отдельности, тут как раз две дороги, ведущие к особняку. — Категорически против. Ты иди первой, а я буду держаться позади тебя, так мне будет спокойнее и нас никто не заметит вместе. — Ладно, как скажешь… Домой мы добрались без происшествий. Я поднялась к себе, приняла душ и завалилась спать. Где-то на краю моего сознания время от времени возникал образ Сэма, его голос, улыбка, взгляд. Пока я окончательно не провалилась в сон. Утром меня разбудил крик, я подскочила с кровати, подумав, что это был сон, но за дверью послышалась какая-то суматоха и крик повторился, кричала Марта…