Близкие люди

      Прилетает Мэтт. Ему нравится бывать на других планетах Вселенной. Дома он появляется редко. Кэти скучает по брату и всегда рада, когда его рыжая растрепанная макушка оказывается в поле зрения. Она бежит к нему навстречу и запрыгивает на руки.       — Кэти! Я так рад видеть тебя, сестренка! — они обнимаются посреди холла.       — Я рада, что ты вернулся, — они идут в обнимку, и у Кэти сияют глаза. Мэтт — еще один оплот спокойствия и уверенности. Ее старший брат, поддержка, в которой она так нуждалась. — Как тебя встретили папа с мамой?       — Затискали, — смеется Мэтт. — Мама уже с утра у плиты. Она сказала, ты позвала Широ.       — Да. Ты ведь не против?       — Конечно, нет! Я скучал по своему другу. Думал, он сердится, что я пропустил свадьбу.       — Ты же знаешь Широ, он само понимание, — отвечает Кэти, закатывая глаза.       — Все тот же старина Такаши. Пойду найду его. Не проводишь меня?       — Он, наверно, в офицерской.       Брат и сестра идут рядом и обмениваются новостями. Звонки в космос и на другие планеты не то же самое, что шагать вместе, видеть родное лицо и иметь возможность прикоснуться. Кэти искренне радуется прилету брата. Интересно, что сказал бы Мэтт, если бы узнал о ее чувствах к Широ? О том, что он сделает с Лэнсом, когда узнает про их расширившую границы дружбу, лучше не думать.

***

      Сплошное дежавю. Кэти в своей комнате и мучается выбором наряда, а Лэнс снова роется в ее шкафу. Чудесные летние сарафаны с Кубы никуда не годятся в декабре. Когда на улице в районе нуля и моросит дождь.       — Почему ты мне раньше не сказала? Прошлись бы по магазинам в Плате, заодно навестили бы зануду-Кита.       — Ты просто соскучился по Космо.       — Не уходи от темы, — Лэнс хмурится. — И все-таки зеленая юбка.       — Нет, — стонет Кэти. — Только не снова она.       — Да, дорогая, да.       Лэнс выуживает юбку, находит подходящую рубашку, тонкий джемпер. Благодарит небеса за то, что у Кэти имеются колготки — еще не все потеряно, раз у девушки с ворохом мужской одежды есть капрон.       — И не забудь шарф, там сегодня холодно.       — Спасибо, мамочка, — шутит Кэти и начинает переодеваться прямо в комнате. Она стягивает толстовку через голову.       Лэнс тактично отворачивается, листая какой-то научный журнал, в котором он не понимает ни слова.       — Разве между нами не стерты все границы? — смеется Кэти, почти повторяя его слова на Кубе.       — Не до такой же степени, — не оборачиваясь, отвечает Макклейн.       В последнее время он чувствует, что надо эти самые границы немного очертить. То, что было так легко и просто на Кубе, здесь выглядело странно. К тому же вернулся Широ, а значит, все равно все внимание Кэти будет приковано к нему. Фотография, которую сделала Анна, не выходит у него из головы, и он довольно часто смотрит на нее, ругая себя на чем свет стоит за такую слабость, которая грозит перерасти в очередную трагедию. «Тоже мне герой-любовник», — сам себя клянет Лэнс. Он чувствует, что его несет течением горной реки, и на горизонте уже виднеется обрыв. Дальше только водопад и бесконечное падение вниз. И либо он выживет, либо снова погибнет.       Лэнс вспоминает, как на днях мучился с выставлением фотографий на тумбочку возле кровати. Три с лишним года там была всего одна карточка — он с Аллурой на первом свидании — снимок, который сделал робот Пидж. Он с тоской вспоминал, как признавался принцессе в любви. Он выложил тогда все, всю подноготную, практически умоляя ее сказать ему «да». Лэнс только спустя месяцы после ее гибели вспомнил, что она тогда так и не ответила ему. Но раз поцеловала, значит… любила?       После отпуска с Кэти у него появился ворох фотографий благодаря Анне. И ему очень хотелось поставить одну из них рядом с кроватью. Точную причину он не знал, официально-оправдательная звучала как «приятные воспоминания, которые греют душу». Но когда снимок с Кэти на пляже появился рядом с Аллурой, это показалось каким-то неправильным. Лэнс убрал фотографию с Аллурой, но тогда выходило, что Кэти — его новая возлюбленная. После этого Макклейн выудил снимок Кита с Акшей со свадьбы Широ и расставил все три фотографии на столике. Он остался доволен результатом. Ровно на две минуты. Акша и Кит, он сам и Аллура были влюбленными парами. Но он и Кэти — это другое.       «Черт знает что такое!» — Лэнс сгреб все фотографии и бросил их в ящик, с силой захлопнув его.       И все же Лэнс с особой тщательностью выбирал подарок для Пидж на предстоящее Рождество. И радовался тому, что она его пригласила на праздничный ужин. Даже Вероника, с которой отношения что у брата, что у Пидж, были несколько натянутыми, согласилась прийти, хотя он подозревает, что это скорее всего, чтобы следить за ним. Старшая сестра не довольна происходящим, но повлиять никак не может, поэтому ограничивается сердитыми взглядами в сторону обоих. Что наговорил Лэнс Веронике, Кэти не знает, но та больше не поднимает тему злосчастного утра, когда застукала их.       — Ну как? — Кэти готова.       — Супер, — Лэнс поворачивается и улыбается, он подходит к ней и поправляет волосы. — Иди развлекайся. Помни о цели.       — Моя цель почти два метра ростом, ее сложно не заметить и тем более — забыть.       — И то верно. Пойдем, я провожу тебя, мне все равно в ту сторону.       «Врет», — думает Кэти. Но ей приятна его забота и участие, и где-то внутри снова что-то колет, что она ведет себя неправильно.       — Как там Миллер?       — Лучше всех, на Кубе разгар сезона. Она еле успевает управляться с баром. Но ей, похоже, нравится.       Кэти кивает. Отпуск на острове — одно из лучших воспоминаний за ее жизнь. Там они могли быть собой и делать, что нравится и хочется. Давно она не чувствовала такой свободы. Здесь же надо вести себя прилично и соответственно статусу.       — Эй, Лэнс, — вдруг окликает задумавшегося друга Кэти, — не хочешь организовать здесь танцевальный клуб? Мне кажется, было бы интересно.       — Кэти-Кэт, кажется, я перестарался, обучая тебя сальсе, — смеется Лэнс. — Боюсь, Айверсон ни за что не позволит устраивать тут разврат.       — Какой разврат? — хихикает Кэти. — Это просто танцы. Ты можешь показывать движения и поскромнее, — она игриво подталкивает его бедром и смеется.       — Ладно, подруга, тебе пора, — они стоят у выхода из здания.       И откуда только появилась это внезапная неловкость? Раньше Кэти просто помахала бы ему рукой и убежала. Сейчас — хочет обнять, но не знает, можно ли это сделать.       — Сегодня у тебя или у меня? — спрашивает она вместо прощания.       — Если останутся силы, приходи. Спецуслуги не обещаю, но у меня всегда есть пара интересных игр на приставке специально для тебя.       Кэти, улыбаясь, выходит на улицу под колючий дождик, моросью падающий на ее волосы. Она бежит к автобусной остановке и не видит, как Лэнс задумчиво смотрит ей вслед, пока она не скрывается за поворотом.

***

      Дома у Холтов тепло. В гостиной горит электрический камин. Широ уже пришёл и разговаривает с Мэттом. Они над чем-то смеются, и у Кэти перехватывает дыхание, когда она видит Такаши, его искреннее веселье и красивые азиатские глаза, сузившиеся от смеха. «Неужели так будет всегда? Мамочки, я ног не чувствую».       — Пидж! — Мэтт замечает ее и подходит обнять сестру.       — Здравствуй, Кэти, — здоровается Широ. «Ну вот, опять».       Все садятся за стол. Сэм разливает по бокалам вино. Возле Кэти он медлит и смотрит вопросительно на жену. Кэти замечает это и протестующе восклицает:       — Мам, я уже большая девочка! И один бокал меня не убьет.       Коллин с подозрением смотрит на дочь и говорит:       — То-то Шей интересовалась у меня насчет омелы в ноябре.       Пидж вспыхивает, как спичка, мгновенно, она разевает рот, не зная, что сказать в свое оправдание. Она не знает, что известно маме и вообще кому и что известно. Но тут на помощь приходит Мэтт.       — Мам, Кэти скоро двадцать, — поддерживает он сестру. — К тому же Широ её потом проводит. Правда ведь?       — Конечно, — Широ, который сидит по правую руку от Кэти, смотрит на нее. — Со мной она будет в безопасности.       Она изо всех сил старается дышать ровно и вести себя, как обычно. И, наверно, у неё это получается, потому что ни брат, ни родители не замечают некоторого напряжения между капитаном и Пидж.       Возможно, это уютная домашняя обстановка. Или теплый смех мамы и папы, или приезд брата, или то, что этот вечер так похож на те немногие, которые были за прошедшие три года, когда Широ приходил в гости к Холтам, но Кэти постепенно расслабляется, успокаивается. Она чувствует себя дома, в кругу семьи — забытое чувство безопасности, которое всегда дарил ей Такаши — он был тем, кто всегда знал, что и как делать. И теперь его пост гаранта занял Лэнс. Но как бы ей ни было хорошо с ним и комфортно, Лэнс для неё больше брат, чем возлюбленный. Она никогда не посмотрела бы на него как мужчину, если бы не печальные обстоятельства.       Но сейчас Кэти не думает о Лэнсе. Она слушает рассказы Мэтта о его путешествии по планетам, она смеется над подколками со стороны папы, она шушукается на кухне с мамой о Ханке и Шей, она улыбается Такаши так, как делала это раньше, — свободно и без боли.       — Широ, как прошел медовый месяц? — спрашивает Мэтт. — Карибы?       — Да. Великолепно, — отвечает он несколько односложно и бросает мимолетный взгляд на Кэти.       — Я бы все отдал за недельку на побережье, — вздыхает Мэтт.       — А вот Кэти урвала себе даже две недельки, — отзывается отец.       — Да? — удивляется Мэтт.       — Она летала с Лэнсом на Кубу. Мальчик соскучился по семье, — объясняет Коллин со вздохом. Ей по-матерински жалко молодого человека, который в конце войны остался один.       Кэти и Широ обмениваются взглядами. Она садится чересчур прямо, нервно сглатывая.       — Хм, Кертис вроде бы упоминал, что вы заскакивали на Кубу? — припоминает вдруг Сэм.       — Да, мы заезжали буквально на пару дней. Кертис очень хотел попасть на Варадеро — до войны там был самый популярный курорт в Мексиканском заливе.       — Разве не там дом Лэнса? — с любопытством спрашивает Мэтт, глядя на Кэти.       — Да, там, — она шумно вдыхает воздух, набираясь решимости. — Мы случайно столкнулись с Широ и Кертисом однажды на пляже.       — О! Вот это была встреча, наверное! — восклицает Мэтт. «Да уж, та еще встреча», — думает Кэти, надеясь, что ее пылающие щеки спишут на вино. Брат, конечно, не имеет в виду то, что имеет в виду сестра, потому что для всех ее отношения с Лэнсом — тайна. Ее любовь к Широ — тоже. Она смотрит на него, ища помощи, и он всегда здесь, ее любимый Черный лев.       — Да, — непринужденно смеется Широ, как будто рассказывает забавную шутку. — Представляете, встретиться совершенно случайно на затерявшемся в океане острове? Мы все вместе поужинали, а потом Кэти и Лэнс весьма тактично не стали нам мешать. Медовый месяц все-таки, — он пожимает плечами, смущенно улыбаясь. И все понимающе кивают. Сэм и Коллин обмениваются теплыми взглядами, словно это у них был медовый месяц.       Только Широ видит, как сжалась челюсть Кэти, как подрагивает ее рука, которой она крутит бокал по столу. Но вскоре тема сменяется. Широ, Мэтт и Сэм переходят в гостиную, пока Коллин и Кэти готовят чай.       За окнами уже почти ночь, время пролетело незаметно. Кэти и Широ собираются в обратную дорогу. Такси стоит возле подъездной дорожки. Они прощаются с Мэттом и хозяевами. Все они живут неподалеку, и даже работают часто в одном месте, но каждый из них теперь занят своей жизнью. Поэтому Коллин и Сэм по-особенному тепло прижимают к себе Кэти, их выросшую малышку, которая, взмахнув расправившимися крыльями, выпорхнула из гнезда.       Широ придерживает дверцу для Кэти, потом обходит машину и садится рядом с ней на заднем сидении.       — Хороший был вечер, — говорит мужчина, и Кэти кивает. Широ внимательно смотрит на нее. Сейчас она та самая Кэти, которую он знает и помнит. Где-то в области груди теплом разливается неясное чувство. То, которое он всегда списывал на заботу о самой младшей из команды. Когда они только познакомились, она была еще совсем ребенком. Отчаянным и смелым ребенком, который нарушил все возможные правила, чтобы спасти свою семью. С таким же отчаянием она сражалась вместе со всеми остальными ребятами против захватчиков. И сложно сказать, насколько успешными они бы были без ее помощи и способности к IT-технологиям.       — Широ? — он все еще смотрит на нее, и Кэти улыбается ему.       — Я просто задумался.       — О чем?       — О том, как ты выросла и изменилась. И как нам повезло, что ты была с нами, — «Как мне повезло, что ты была рядом».       — Да, без меня бы вы долго не протянули, — смеется Кэти. Впрочем, она не так уж и гордится собой, она делала то, что нужно, вот и все.       Они едут вместе, спрятавшись в небольшой кабине машины ото всего мира. Тихо беседуют, вспоминая былые деньки. И когда такси останавливается у ворот Гарнизона, им не хочется выходить на улицу, потому что тут у них образовался уютный мирок только для двоих. Тусклые фонари Гарнизона напоминают Кэти, что у Широ есть муж, к которому ему наверняка не терпится вернуться. А Широ с тоской думает, что сейчас она пойдет не к себе в комнату. По сердцу неприятно скребет, но он даже сам себе не признается, что это ревность. Нет, он просто беспокоится. Всегда будет беспокоиться. Потому что она его маленькая Кэти.       Они вместе идут по коридору до развилки, откуда Широ в одну сторону, а ей — в другую. В последней попытке уберечь ее от Макклейна, Широ говорит:       — Хочешь, я провожу тебя?       — Хочу, — она надеется продлить очарование вечера хоть на пару минут и совсем не хочет с ним прощаться.       Они молча стоят у ее двери. Кэти теребит кончик шарфа, не глядя ему в глаза.       — Спокойной ночи, Кэти, — говорит Широ.       — Спокойной ночи, — отзывается она и заходит к себе. Закрывает дверь и стоит, прислонившись к ней. Она не знает, что и капитан Атласа замер, где стоял, размышляя над своими странными ощущениями от вечера. В конце концов, он трясет головой, запускает пальцы в волосы, растрепывая их, и быстро уходит к себе.       Кертис еще не спит. Он промучился ревностью весь вечер. Даже сходил в бар с Вероникой и младшими офицерами, чтобы отвлечься. Единственным его утешением была мысль, что Широ и Кэти будут на семейном вечере не одни. На лице Блэйка отражается заметное облегчение, когда его супруг появляется на пороге. Кертис откладывает книгу и тянет к нему руки. Широ улыбается в ответ и подходит к нему…

***

      Кэти лежит без сна. Сегодняшний вечер напомнил ей о том времени, когда она была по-настоящему счастлива. Она закрывает глаза, вспоминая мягкий взгляд Широ. Ей хочется верить, что так он смотрит только на нее (она даже не догадывается, что это так и есть), но потом вспоминает зачем-то свадьбу и страстные взгляды, которыми обменивались молодожены. Ей становится плохо до тошноты.       Она встает и идет к Лэнсу. Глупо думать, что ей удалось бы так быстро оправиться. Он спит, и она просто ложится рядом, как в первый раз, когда пришла к нему. Согретая его теплом, Кэти быстро засыпает.       — Как прошел вечер? — спрашивает Лэнс наутро, когда они вместе собираются выходить к завтраку. Кэти расчесывает волосы в ванной, а он поправляет гарнизонную форму возле зеркала в комнате.       — Очень хорошо, — отзывается Пидж. — О, нас чуть не поймали с поличным, — она выглядывает из ванной. — Родители и Мэтт сложили два и два и узнали, что мы столкнулись на Кубе с Широ и Шпалой.       Лэнс фыркает: Кэти иногда — сущее дитя. Потом вспоминает все те прозвища, что он давал Лотору. Мысль о нем неизменно возвращает его к Аллуре, а оттуда рукой подать до самокопания и печали.       — Что с тобой? — спрашивает Кэти, увидев странное выражение лица Лэнса.       — Ничего. Так, вспомнил старое, — он улыбается, отгоняя дурные видения. — Так Мэтт никого не подцепил себе в поездке?       — Нет, — Кэти закатывает глаза. — Мама переживает. Потому что ему пора бы уже завести семью. Ей не терпится понянчить внуков. Хотя вслух она этого не говорит, но я это точно знаю.       — Ты готова?       — Да. Идем.       Наплевав на всякую осторожность, они вместе выходят из его комнаты и идут к сторону столовой. Они здороваются с коллегами, кадетами и прочими знакомыми лицами. Некоторые смотрят им вслед с немым вопросом, другие — шушукаются за спиной, но большинство не верит, что между ними что-то может быть. Для всех Лэнс и Кэти — часть одной команды, почти семья.       — Покатаемся сегодня? — спрашивает Кэти.       — Нет. Снег. Боюсь, до весны придется оставить «развалину» в гараже.       Кэти грустно — ей нравилось кататься с Лэнсом. Вообще им, конечно, очень повезло, что снег не выпадал так долго. Но до Рождества остается меньше недели, и погода становится соответствующая.       — Не грусти, Кэти-Кэт, завтра сгоняем в город, заедем в молл и к Киту. Я слышал, что вышло продолжение «Легендарного защитника».       — Ого! Класс! — воодушевленно отзывается Пидж. — Хотя, если честно, странно видеть себя мультяшную на экране.       — Тебя еще хорошо нарисовали. Ты видела, какой они сделали мне подбородок? Он ведь совсем не такой! — возмущается Лэнс.       — А то, что фанаты склеили тебя в пару к Киту, тебя не так смущает? — хихикает Кэти, и Макклейн закатывает глаза.       Это отдельная тема для разговора. Эти разработчики совсем совесть потеряли. А фанаты — и того хуже. Кит, чтобы позлить Лэнса, иногда присылает ему рисунки, где они двое словно два влюбленных голубка. Макклейн неизменно бесится, оберегая свою репутацию ловеласа (хотя в нее мало кто верит после всей той истории три года назад), а Кит откровенно потешается. Но игра по Вольтрону захватывающая. И есть повод снова вспомнить славные денечки. Третья часть у Лэнса самая нелюбимая, там присутствует Лотор, вызывая в нем худших демонов.       — Ладно, молл и Кит с Акшей. Я согласна.

***

      Вообще дружба с Китом и Акшей — весьма странное явление. Замкнутый Когане таким и остался. Его галрийская подруга для Кэти всегда была загадкой. Как раз с ней она никогда не вспоминала время войны, чтобы избежать разговоров о ее первом командире, чтобы не вспоминать, кем он был, чем стал, и что команда Вольтрона с ним сделала. Чтобы не думать об Аллуре лишний раз с тоской.       С Акшей они разговаривали о настоящем: где была, что делала, как дела на работе. Акша была занята в земном подразделении «Клинков Марморы». Теперь, когда война закончилась и во Вселенной наступил мир, фактически быть боевой единицей «Клинкам» было не обязательно. Так что частично они перешли в ряды миротворцев и организовали гуманитарную помощь для народов, наиболее сильно пострадавших от тирании Заркона. В связи с этим Акша довольно часто отсутствовала дома. Но не зимой. В декабре она старалась больше времени проводить возле Кита. Ей были не совсем понятны все эти людские праздники, но она знала, что для Когане они имеют большое значение, хотя сам Кит никогда ничего подобного не говорил.       Кит и Лэнс, про которых ни за что нельзя было бы сказать, что они лучшие друзья на века, на самом деле неплохо ладили. И все те колкости, которыми они часто обменивались, просто скрывали привязанность молодых людей друг к другу. Обычно Лэнс трепался без умолку обо всем на свете, а Кит молча кивал. И лишь только самые близкие могли видеть, как слегка подрагивают уголки его губ, а где-то в глубине темных глаз плещется веселье.       — Планы на Рождество? — спрашивает Лэнс.       Они идут вместе по просторному торговому центру, только что вместе поужинав в симпатичном итальянском ресторанчике. Лэнс держит в руках продолжение к игре «Легендарный защитник». На обложке вся их мультяшная шестерка изображает из себя спецагентов. Они стоят попарно спина к спине и сложив руки в виде пистолетов. Кит и Широ, Лэнс и Ханк, Кэти и Аллура. Странно, но почему-то эта ненастоящая версия принцессы не заставляет Лэнса впадать в уныние. Он не воспринимает ее как настоящую. Это просто классная компьютерная игра.       Кит и Акша обмениваются взглядами, и Пидж поражается их синхронности и взаимопониманию без слов. Она им даже завидует, потому что ей хочется быть на таком уровне отношений, когда взгляда достаточно, когда не обязательно постоянно касаться человека, чтобы знать, что он всегда будет рядом. Кэти припоминает, что эти двое никогда не целуются на людях, не обнимаются и вообще ведут себя не так, как положено парочкам. И, пожалуй, самые яркие проявления их отношений можно было лицезреть только на свадьбе у Широ. Кит и Акша очень похожи своей замкнутостью. Что происходит в их квартирке, когда за ними закрывается дверь, сложно представить, и эта загадочность вызывает еще больше интереса.       — Проведем его в семейном кругу, — отвечает Кит.       — Прилетит Кролия и захватит Коливана, — подхватывает Акша.       — И зайдут Широ с Кертисом. У вас?       — А мы с Кэти-Кэт будем у нее, — беззаботно произносит Лэнс. Кит молча кивает.       — И про Веронику не забудь, — поспешно вставляет Кэти, чтобы Когане не подумал то, чего не должен, и чтобы, не дай боже, не доложил, кому не следует, не то, что надо. Она напрочь забыла, что приглашала брата и сестру Макклейн при Широ. Кит больше не пристает к Кэти с нравоучениями, что еще больше уверяет ее в том, что на свадьбе он был засланцем от Такаши. Ни Кит, ни Акша не задают им неловких вопросов. Поэтому общаться с ними в разы приятней, чем с кем-либо еще.       Кит и Акша идут слегка впереди. Им не надо держаться за руки, их связь сильнее всех этих штучек. Они идут рядом плечом к плечу, время от времени глядя друг на друга. Но не так, как обычные парочки: со слепым восхищением, немым обожанием и пущенными по ходу дела слюнями. В их взглядах уверенность в завтрашнем дне и спокойное признание факта, что вторые половины существуют и свои они уже нашли.       — Они странные, — шепчет Лэнс Кэти.       — Они счастливые, — возражает она, и Лэнс знает, что она права.       Кэти и Лэнс возвращаются к себе и до поздней ночи играют в видеоигру, засыпая прямо на диване.