Фонтан феи Фортуны

      Август 2004              Музыка оглушительно била по ушам. Его лучший друг выбрал удачное место, чтобы напиться, но не совсем удачное для разговоров. Этот клуб был открыт совсем недавно, и Драко оказался здесь впервые после своего возвращения.       Он окинул взглядом Блейза, отмечая, что тот стал ещё более спортивным. Они не виделись всего несколько месяцев, а он уже успел стать чуть ли не чёртовым бодибилдером. Малфой всегда завидовал ему в этом плане. Забини не приходилось прилагать слишком много усилий, чтобы выглядеть спортивным, достаточно было тренировок по квиддичу и пару походов в спортзал в неделю. Драко же приходилось тренироваться в два раза усиленнее, чтобы выглядеть хотя бы немного похожим на него. Его спина уже стала более широкой, а руки мускулистыми, но для него не было предела совершенству. Он во всём стремился быть идеальным. Как и образ его сраной жизни сейчас.              Сегодня была пятница, и с каждым часом людей становилось всё больше. Всюду сновали волшебницы, одетые так, что позавидовала бы любая магла. Блейз то и дело провожал их взглядом, иногда подмигивая обратившим на него внимание.              — Нет, ну ты видел? И когда только эти чертовки поняли, что можно надевать что-то помимо скучных мешковатых мантий? Салазар, какие ножки!              — Уверен, что, если бы они так одевались на службу в Министерство, ты был бы первым, кто устроился туда на работу, — Драко не удержался и тоже проводил глазами одну из волшебниц с ярко-рыжими волосами. Она перехватила его взгляд и подмигнула ему.              — Рассказывай, что я пропустил? Америка стала слишком скучной для тебя, и ты решил наконец вернуться? — Блейз жестом заказал ещё две порции огневиски. Перед ними моментально материализовались два гранёных рокса.              — Америка была перевалочным пунктом. Сейчас стараюсь обосноваться здесь. Уже инвестировал в пару проектов, но они такие незначительные, что и упоминать не стоит. Теперь стараюсь добиться покупки акций в корпорации Огдена. Мне явно не помешает доля в крупнейшем семействе по производству огневиски, — Драко чокнулся с Блейзом своим стаканом и за секунду выпил всё до последней капли. — А что ты? Всё так же противишься работать на меня?              — Работать на такого говнюка, как ты? Сразу дай мне петлю, а лучше кинь в меня Авадой, — хохотнул друг, за что получил шутливый толчок от Драко.              — Я серьёзно. Ты знаешь, насколько хорошо идут мои дела сейчас. И знаешь, что получишь очень выгодную долю. Не понимаю, почему ты отказываешься.              — Пусть все лавры достанутся тебе. Мне достаточно моих виноградников. Кстати, я привез тебе новое вино. В этот раз получилось просто охренительно прекрасно. — Блейз заказал ещё две порции виски.              — Мерлин! — послышался звонкий голос, и оба мужчины повернулись, чтобы увидеть девушку со смутно знакомыми чертами лица.              Коротко стриженные чёрные волосы, зелёные глаза, курносый нос. Драко едва узнал её. Блейз, судя по выдоху, был так же под впечатлением.              — Пэнси Элоиза Паркинсон! Какая встреча! — Последовали неловкие объятия и множество расспросов.              Драко наблюдал за ними со стороны, не зная, как реагировать. Она похорошела. Ей очень шла эта причёска, подчёркивающая острые скулы, а на лицо был нанесён искусный макияж. Пэнси очень похудела и сейчас была облачена в ярко-жёлтое платье. Драко видел похожие наряды у Астории и знал их стоимость. Она кокетливо поправила причёску, и в свете неоновых огней мелькнуло кольцо с бриллиантом. Помолвлена. Судя по всему, её жизнь сложилась прекрасно.              — Как ты, Драко? Я слышала о твоей помолвке, — все только о ней говорят, ну сколько можно, — поздравляю.              — Спасибо, Пэнс. Судя по всему, тебя тоже можно поздравить, — он кивнул на её ладонь, которая сейчас лежала на его плече. Раньше Пэнси постоянно касалась его, и с годами эта привычка словно никуда и не ушла.              Она ослепительно улыбнулась, неловко убирая руку. Наверное, поняла, что это лишнее. Сколько они не виделись? Больше пяти лет точно. Драко часто замечал её фото в журналах, которыми перед ним гневно трясла Астория. Он знал, что Паркинсон стала известным стилистом, и этот факт отчего-то очень злил его невесту.       Пэнси выглядела очень счастливой. В груди Драко поселилось странное спокойствие при виде неё. Словно вернулся твой друг из прошлого, с которым тебя больше ничего не связывает, но приятно осознавать, что у него всё удачно сложилось в жизни. После стольких лет его безразличия по отношению к Пэнси он действительно был рад видеть её такой сияющей.              — Драко, я хотела тебе написать, но за эти пять лет так и не решилась, — она нервно затеребила ремешок своей сумочки, а затем подняла на него глаза. В них плескался стыд. Отчего-то Драко подумал, что Пэнси вообще впервые испытывает это чувство. — Мне невероятно жаль, что я так поступила с тобой. Я повела себя как последняя сука, и мне жаль, что тебе пришлось пройти через эти испытания по моей вине. Я искренне прошу за это прощения. Я была тупой идиоткой и не осознавала, что творю.              — Всё в порядке, Пэнс. Я не злюсь на тебя. — Больше нет.              Он действительно уже давно перестал злиться. Драко ещё тогда знал, что только он виновен в случившемся. Пэнси просто подлила масла в огонь, но не более того. Он предал её, и всё, чего ей хотелось тогда, это мести. Драко прекрасно понимал её чувства, поэтому не мог винить в том, что она пыталась сделать ему больно. В конце концов, они оба совершили множество ошибок и глупостей, за которые понесли наказание.       Они пообщались ещё какое-то время, обсуждая её предстоящую свадьбу, карьеру и личную жизнь, и после расстались, на этот раз окончательно. Гештальт был закрыт. Больше их ничего не связывало.              Какое-то время Драко и Блейз сидели молча, словно оба старались переварить эту неожиданную встречу. Затем Забини поставил стакан на барную стойку, громко вздыхая.              — Кажется, мы окончательно повзрослели.              — Кто-то навсегда останется ребёнком, — ухмыльнулся Драко, смотря на друга.              — Да неужели? Тогда, может, расскажешь мне, как пожертвовал кучу галлеонов в фонд Грейнджер? — Блейз будто только и ждал, когда сможет задать ему этот чёртов вопрос.              — Не вижу здесь связи, — хладнокровно произнёс Драко, делая вид, что не понимает, к чему тот ведёт.              — Годы идут, а ты всё так же строишь из себя дебила. Думаешь, я не понимаю, зачем ты внёс такую сумму в фонд маглорождённой? Ты правда считаешь, что я поверю в твои россказни о том, что тебя действительно заботит судьба этих бедных волшебников в треклятой Африке? — Блейз старался вывести его на чистую воду. Он, как всегда, видел его насквозь.              — У тебя железная выдержка, Забини. Тебе ведь с самого начала не терпелось задать мне этот сраный вопрос?              — Ты можешь только позавидовать моей выдержке, Малфой, — в тон ему ответил Блейз. — Скажи спасибо, что я не послал тебе громовещатель, как только прочитал «Пророк».              — Я знаю, к чему ты ведёшь. Но ты, блять, ошибаешься. Всё в прошлом. — На одну разрушающую его внутренности секунду Драко вновь представил образ Гермионы в своей голове. Так отчётливо, словно она никуда и не уходила. Огневиски не справлялся со своей задачей. Драко был всё ещё в состоянии воспроизвести всю её в своих мыслях. Она крутилась там, как долбаная заезженная пластинка.              — Как Астория отреагировала на столь щедрый жест?              — Нормально.              Нормально — это последнее слово, которым можно было описать данную ситуацию. Астория устроила настоящий скандал с криками и дикой ревностью. Он заверил её, что это лишь для того, чтобы его заметили нужные люди. Что это выгодно для его компании. Это могло обелить его имя. Чистокровный волшебник, в прошлом Пожиратель смерти, пожертвовал значительную сумму в фонд Золотой девочки.              Блейз молчал, продолжая сканировать Драко испытывающим взглядом. Ложь сорвалась с губ Малфоя слишком легко, он словно выдал заготовленную фразу на предмет вот таких расспросов. Он не хотел делиться истинными причинами даже с лучшим другом. Потому что всё это не имеет значения.       Драко раздражённо достал пачку сигарет и закурил. Блейз последовал его примеру.              — Ты хотя бы любишь её?              Драко задумался. Он уважал Асторию, ценил её за поддержку после Азкабана, она была желанна для него в постели, но любил ли он её?              Определённо нет.              Драко знал, что это лишь выгодная сделка для их семей. Она получит в мужья чистокровного волшебника, наследника древнего рода, а он заручится поддержкой её отца. Все были в выигрыше. Любовь здесь была абсолютно ни при чём. Он больше не позволит этому треклятому чувству разрушить его жизнь. Не теперь.              — Я уже любил. Это больно, бессмысленно и преувеличенно, — едва скрывая горечь, произнёс Драко и сделал ещё одну затяжку.              — Знаешь, я никогда не видел тебя таким счастливым, как на седьмом курсе. Даже не знаю, совпадение ли то, что в тот период ты встречался с одной прелестной грязнокровкой.              Драко поднял на друга холодный взгляд, словно стараясь испепелить его. Блейз стойко выдержал его, не собираясь так просто сдаваться. Весь его вид говорил о том, что он будет стоять на своём до последнего.              — Хватит так смотреть на меня, убивать взглядом ты ещё не научился.              — Тогда заткнись, и давай выпьем ещё.              — Сбегаешь от правды, Малфой? Хочу напомнить тебе, что знаю тебя лучше остальных. И я помню… через что тебе приходилось пройти. И как бы меня ни раздражали эти херовы сантименты, но я, блять, уверен, что ты сейчас совершаешь большую ошибку.              — Да ты даже не понимаешь, о чём говоришь! — Драко вспылил, с громким стуком поставив стакан на стойку. — Закрыли тему.              Блейз тяжело вздохнул, но кивнул, соглашаясь прекратить этот разговор. Он повертел стакан в руке, наблюдая за янтарной жидкостью в нём, а затем поднял глаза и уставился куда-то в сторону. С каждой секундой его глаза расширялись всё сильнее.              — Мать твою, да быть этого не может. Это что?..              Драко повернул голову, смотря в том же направлении, куда был устремлён взгляд друга. Мерлин, это что, Грейнджер?              Он во все глаза смотрел на красотку с кудрявыми волосами, которая прямо сейчас двигалась на танцполе так, что ему даже пришлось прикрыть рот. Танцуя под ритмичную музыку, она плавно двигала бёдрами, приковывая к себе внимание многих парней. Она завела пальцы в кудри и откинула голову, отдаваясь ритму музыки. Драко, не отрываясь, наблюдал за её плавными линиями тела, одетыми в чёртово чёрное платье, которое едва прикрывало колени. Этот образ делал Грейнджер такой горячей, такой чертовски притягательной, что Драко нервно сглотнул.              Какого, блять, чёрта они вновь пересекаются? Как будто в каком-то дешёвом фильме, судьба вновь сталкивает их вместе. Кто-то сверху словно издевается над Драко, заставляя сгорать в агонии при виде неё.              Она была такой раскрепощённой, такой уверенной в себе, что Драко потребовалось приложить все усилия, чтобы не вскочить со стула и не направиться к ней. Лишь здравый смысл удержал его на месте. Салазар, дай ему сил.              — А мисс Гриффиндор умеет удивлять. Салазар меня раздери, какая же она… — Блейз попытался найти подходящее слово, открывая и закрывая рот.              Драко был согласен с ним. Какая же она… сексапильная? Притягательная? Желанная? Всё вместе, чёрт возьми. Он не мог отвести от неё взгляда. Её щеки раскраснелись от зажигательного танца, а глаза игриво сверкали. Интересно, сколько она выпила? Драко не мог представить, чтобы Грейнджер в здравом уме могла так зажигательно танцевать, не стесняясь людей вокруг себя. Хотя, возможно, она изменилась. Возможно, он никогда и не знал её достаточно хорошо.              Она, казалось, даже не замечала вокруг себя восторженные взгляды мужчин, которые начали виться вокруг неё, но боялись подойти ближе. Гермиона была полностью поглощена танцем и музыкой. Когда она, вновь откинув голову, провела руками по своей талии и бёдрам, Драко сглотнул, сжимая пальцы в кулаки. Это было настоящей пыткой. Смотри, но больше никогда не прикасайся. Ох блять, что же ты творишь…              — Не знаю, с кем она может завершить сегодняшний вечер, но я был бы не прочь, если со мной. И, раз уж так удачно сложилось, что твои чувства далеко в прошлом, ты наверняка не будешь против, если я приударю за ней, а, Малфой? — Драко старался не измениться в лице, когда услышал это. Подсознательно он понимал, что Блейз старается вывести его на какие-то эмоции, чтобы доказать свою правоту.              — Валяй, мне похуй, — безразлично бросил он, вновь поджигая сигарету.              Блейз продолжал смотреть на Малфоя, словно давая ему шанс остановить его, но, увидев на лице Драко скуку, встал и рысью направился на танцпол, пробираясь к ней, к Грейнджер.       Драко напряжённо уставился ему в спину, моментально меняясь в лице. Он понимал, какую игру ведёт Блейз, понимал, что тот вряд ли станет тащить Грейнджер в постель, потому что они херовы лучшие друзья. Но кто знает, смог бы остановиться Драко, если бы увидел бывшую возлюбленную Блейза, настолько привлекательную и свободную? Быть может, Блейз тоже не сможет устоять?              Драко видел, как друг подошёл к ней и аккуратно взял её за локоть, что-то шепча на ухо. Он видел, как Гермиона удивлённо посмотрела на Блейза, а затем улыбнулась, вероятно на сказанные им слова. Он видел, как тот поднял руку и игриво заправил одну из её кудряшек за ухо, коснувшись костяшками раскрасневшихся щёк. Так же, как когда-то давно делал он, Драко, а сейчас она позволяла делать так Блейзу. Видел, как Грейнджер смущённо закусила губу, продолжая смотреть в глаза Забини. Он что, блять, гипнотизировал её? Почему она так смотрела на него? Какого. Хера.              Когда Блейз положил ладонь ей на талию, Драко на секунду показалось, что он находится на уровне полного помешательства. Он никогда не думал, что способен возненавидеть своего лучшего друга, но прямо сейчас был готов пересечь эту черту. Это было пиздец как неприятно — видеть, как он ухлёстывает за ней. Видеть, как она не сопротивляется ему. Конечно, Блейз довольно привлекателен и мастерски пользуется этим, но почему она поддаётся его обаянию?       Драко всегда был собственником, и сейчас ему хотелось ударить Блейза посильнее, чтобы он даже не думал больше приближаться к ней. Мерлин, это даже смешно, она никогда не принадлежала Драко, но ему хотелось схватить её и спрятать как можно дальше, чтобы никто больше не посмел прикоснуться к ней.              Прямо сейчас убери, блять, от неё свои руки, а то тебе не поздоровится.              Драко вновь заказал себе выпить, с остервенением сжимая бледными пальцами стакан и делая глоток. Он, словно коршун, продолжал наблюдать за ними, выпивая всё до последней капли. Драко уговаривал себя не поддаваться на провокацию, он понимал, что Забини вряд ли зайдёт дальше демонстрации своей сексуальности и попытки вывести Малфоя из себя. Его даже не заботил сейчас тот факт, что он вообще настолько бурно реагирует на эту сцену. Прошло пять долбаных лет, а ты всё так же сходишь с ума, когда кто-то ухлёстывает за ней.              Блейз вновь что-то начал говорить ей на ухо, и Грейнджер покраснела ещё сильнее. Драко был готов поклясться, что губы Забини слегка коснулись её мочки. Он и не заметил, как с такой силой сжал кулаки, что его ногти впечатались в кожу, оставляя на ней полумесяцы.              Когда Забини взял её за руку и начал куда-то уводить, Драко показалось, что его заставили гореть заживо. Он спрыгнул со стула и быстрым шагом направился к ним, наплевав на свои предубеждения и забив на здравый смысл. Кулаки чесались от желания врезать Забини по лицу. Блейз собирался перейти черту, а Драко не мог этого допустить, даже если это будет прямым доказательством того, что она ему по-прежнему небезразлична. Ему похуй, она не должна уйти с его лучшим другом. Только не с ним.              — Какого хера ты творишь?              Когда он с силой схватил Блейза за рукав пиджака, разворачивая к себе, то увидел торжество в его глазах. Как если бы Драко сказал ему, что болгары выиграли кубок мира по квиддичу.              Гермиона подняла на него взгляд, и её лицо изменилось за секунду. В карамельных глазах плескалось сладкое опьянение, но, увидев его, она будто моментально протрезвела.       Драко несколько секунд позволил себе полюбоваться ею, пока не услышал насмешливый голос друга:              — Ты херов лицемер, Малфой.              Пусть будет так. Драко был готов согласиться с чем угодно, лишь бы он прекратил издеваться над ним.              — Прости, котёнок, ты мне явно не по зубам, — Блейз повернулся к Гермионе, обращаясь к ней, и ласково погладил её по волосам. Затем вновь повернулся к Малфою. — Аппарируй её домой. Сама она явно не справится, в ней слишком много алкоголя.              Похлопав Драко по плечу, Забини исчез в толпе, оставляя растерянную Грейнджер наедине с ним. Моментально воздух раскалился, когда они остались вдвоём. Вокруг была куча людей, но словно никого больше не существовало. Они смотрели друг на друга долгие секунды, не решаясь заговорить. Затем Гермиона фыркнула и направилась к выходу, не обращая на него никакого внимания. Драко напрягся, но последовал за ней. Она действительно не в том состоянии, чтобы аппарировать самостоятельно.

***

      В этот злополучный вечер Гермиона отправилась на небольшую вечеринку к Кэти Белл. Рон сделал ей предложение на прошлой неделе, и она позвала подруг, чтобы отпраздновать это событие. На взгляд Гермионы, всё развивалось довольно стремительно, но если ребятам так было комфортно, то почему бы и нет. Ведь главное, чтобы её лучший друг был счастлив.              Джинни пробыла с ними совсем недолго, в последнее время ей было всё тяжелее выбираться куда-либо, поэтому она извинилась и аппарировала домой. Гермиона дала себе обещание, что останется ещё на часок и тоже отправится домой. Даже несмотря на то, что завтра был выходной, она не особо любила такие шумные места.              Девушки сидели за большим круглым столом, выпивая шампанское и бурно обсуждая предстоящую свадьбу. Глаза Кэти блестели то ли от эмоций, то ли от алкоголя. Гермиона пила совсем немного, в ней было всего два бокала шампанского. Она уже не помнила, от кого поступила идея заказать несколько коктейлей. Все уговаривали её присоединиться, и, когда даже Луна согласилась попробовать, Гермиона всё же поддалась уговорам.       Она выпила один коктейль, мысленно удивляясь, что практически не ощутила алкоголь. Потом последовал ещё один, а затем ещё один. Гермиона абсолютно не чувствовала опьянения, продолжая болтать с девчонками. Она впервые за долгое время расслабилась и стала такой вдохновлённой в окружении подруг, что когда встала сходить в уборную и пошатнулась, то поняла, что очень пьяна. Коктейли сыграли с ней злую шутку: они были такими вкусными, и Гермиона не заметила, как плавно они ударили в голову.       Из дамской комнаты она уже вернулась настолько опьянённая, что сразу потащила девчонок танцевать. К слову, они были не трезвее Гермионы, поэтому она не стала переживать по этому поводу. Всё, чего она хотела на тот момент, так это отдаться музыке и танцевать всю ночь. О последствиях она подумает завтра.              Отрываясь с подругами под зажигательную песню неизвестного ей исполнителя, Гермиона ощущала себя такой раскрепощённой, такой окрылённой, такой желанной для многих парней. Она видела все эти взгляды, обращённые на неё, и понимала, что абсолютно не прогадала с платьем. Его помогла выбрать Джинни, когда на днях они отправились по магазинам, чтобы выбрать наряд на вечеринку.              Музыка оглушительно била по ушам, а алкоголь заставлял мозг полностью отключиться, не беспокоясь о последствиях. Гермиона была благодарна родителям за уроки танцев в детстве, которые подарили ей великолепную пластичность и чувство ритма. Она отдавалась музыке, запрокинув голову, качала бёдрами в такт песне, громко смеялась вместе с Ханной и Анжелиной. Немного позже девочки устали и решили пойти отдохнуть, но Гермиона осталась на танцполе. Она так давно не танцевала, что сейчас решила оторваться на полную. Неизвестно, когда ещё ей выпадет такая возможность.              Когда она почувствовала, как её деликатно взяли за плечо, то даже не удивилась. Она была уверена, что кто-то захочет с ней познакомиться. Если честно, она и сама была не прочь, ей уже давно не хватало мужского внимания.       Увидев перед собой знакомое лицо, она удивилась, рефлекторно отходя на шаг назад.              — Забини?              — Привет, красотка. Шикарно выглядишь, — он наклонился к её уху, чтобы его было слышно. Гермиона смущённо улыбнулась.              — Не ожидала тебя здесь увидеть, — Гермиона рассматривала его лицо. Забини заметно возмужал и выглядел довольно привлекательным. Гермиона заметила ещё в школе, что он был очень хорош собой, а сейчас его сексуальность приумножилась в несколько раз.              — Это взаимно. Ты очень круто танцуешь. Просто глаз не оторвать, — Блейз аккуратно убрал кудрявую прядь волос с её лица, слегка касаясь пальцами щеки. Она вспыхнула ещё сильнее.              Мерлин, как же она пьяна.              — Прекрати меня смущать, а то я подумаю, что ты заигрываешь со мной. — Что ты несёшь, Гермиона?              Она продолжала смотреть на Забини, закусив губу. Его тёмно-карие глаза гипнотизировали, притягивали, словно магнитом, и у неё не было шанса выбраться из этого порочного омута.       Интересно, скольким девушкам он разбил сердце?              Блейз ухмыльнулся, что не укрылось от неё. Затем аккуратно, будто не нарочно, положил ладонь ей на талию, вновь склоняясь к уху. По спине Гермионы побежали мурашки от его бархатистого голоса.              — Ты здесь одна?              — Я с девочками, — она неопределённо махнула куда-то назад и немного покачнулась. Ещё чуть-чуть, и она бы упала, но Блейз крепко держал её за талию. Мерлин, она больше не будет столько пить.              — Неужели такая привлекательная девушка, как ты, здесь без парня? Поверить не могу, они столько теряют, — его пухлые губы ненароком коснулись её мочки, и по телу Гермионы словно прошёл разряд тока.              Где-то на подсознании билась мысль, что это действие треклятого алкоголя и что при обычных обстоятельствах она бы ни за что не поддалась на эти подкаты, тем более со стороны Блейза Забини, каким бы сексуальным он ни был. А он действительно был очень сексуален, этого не признала бы только идиотка. Но Гермиона была очень пьяна, плюс ко всему у неё давно не было мужчины.              Как же давно у неё не было чёртового мужчины.              — Сколько ты выпила? — Его пальцы поглаживали её поясницу, но ниже руку он не опускал.              — Не знаю. Разве это важно? Я просто веселюсь, — Гермиона улыбнулась, продолжая смотреть Забини в глаза.              В клубе было душно и пахло алкоголем, танцами и раскрепощённостью. Гермиона ощущала приятный восточный запах, исходящий от Блейза. Эта какофония громких звуков и ароматов заставила её покачнуться. Голова начала кружиться, захотелось выйти на улицу и вдохнуть прохладный воздух в лёгкие, чтобы немного протрезветь.              — Ты можешь вывести меня на улицу? Здесь очень душно.              — Конечно. Давай по пути возьмём тебе воды, ты слишком пьяна.              Блейз взял её за руку и потянул к выходу, расталкивая людей. Гермиона безвольно плелась за ним, мечтая оказаться в своей тёплой постели и провалиться в сон. Нужно попросить Забини аппарировать её домой. Ей точно не хотелось, чтобы из-за алкоголя у неё произошёл расщеп.              Внезапно Блейз остановился, и она врезалась в его спину, едва удерживая равновесие на высоких каблуках. Гермиона собиралась разразиться гневной тирадой, но подняла голову и почувствовала, как медленно погибает.              Дымчатые глаза, метающие ледяные молнии, сейчас смотрели на неё со злостью и едва заметной тоской. Мерлин, почему он здесь? За что ей такое наказание? В чём она провинилась, если столкнулась здесь именно с ним?              Внезапно её опьянённый разум поразила догадка. Ведь они были лучшими друзьями, наверняка являются ими и сейчас. Неужели это был какой-то дурацкий спор? Вдруг они заключили пари, что Блейз сможет затащить её в постель сегодня ночью, а Малфой только и рад поиздеваться над ней?              Чёртов сукин сын.              Гермионе стало так тошно, что она едва удержалась на ногах. Она услышала, как Забини что-то сказал ему про лицемерие, а затем он погладил её по волосам и скрылся в толпе. Когда она поняла, что осталась наедине с Малфоем, у неё словно земля ушла из-под ног.              Он пялился на неё с осуждением и продолжал молчать. Гермиона дерзко смотрела ему в глаза, игнорируя шум в голове. Она не станет чувствовать стыд за то, что сейчас безнадёжно пьяна и едва стоит на ногах. Не станет испытывать и жгучего желания подойти к нему ближе, касаясь пальцами обнажённой шеи. Сейчас она просто развернётся и уйдёт отсюда прочь, на воздух, подальше от него, а затем закажет такси и уедет домой, чтобы провалиться в сон и забыть этот вечер и его осуждающий взгляд. Пусть катится к чёрту он и его дьявольские глаза. Она не станет думать о нём.              Фыркнув, она развернулась и нетвёрдой походкой направилась к выходу, расталкивая танцующих людей. Она чувствовала его присутствие за своей спиной, когда вышла на свежий воздух, и это разозлило её ещё сильнее.       Какого чёрта он шёл за ней?       С неё было достаточно.              — Чего тебе? — она обернулась и яростно сверкнула глазами.              — Скажи, где ты живешь. Я аппарирую тебя домой, — его тон был таким холодным, что Гермиона невольно съёжилась. Но гнев наполнил её до краев, и внезапно она громко рассмеялась.              — Ох, а не пойти бы тебе к чёрту, Малфой? Я сама доберусь до дома, и твоя помощь мне точно не нужна. Сожалею, что испортила твои планы и ты проиграл свой чёртов спор!              — Ты пьяна и несёшь какой-то бред, — вздохнул Драко, потирая пальцами переносицу.              — Уж извини, что не поддалась на провокации Забини и не стала трахаться с ним! Уверена, ты очень разочарован данным фактом! — выкрикнула она, на что Драко резко поднял голову и яростно сжал губы.              — Ты что, правда считаешь, что я способен на такое? Мерлин, Грейнджер, ты абсолютно не изменилась. Даже спустя столько лет ты всё равно считаешь меня мразью.              Его слова были словно пощёчина, а взгляд серых глаз походил на удар ножом в живот. Гермиона замолчала, осознавая, как он смотрит на неё. Этот взгляд был больнее любых сказанных слов.       Она развернулась, собираясь как можно скорее уйти, чтобы перестать испытывать тупую боль, распространившуюся по всему телу, но действие алкоголя было сильнее. Гермиона поняла, что теряет равновесие. От падения её спасли крепкие мужские руки. Она уткнулась носом Драко в грудь, чувствуя его ладони на своей талии. В ноздри моментально ударил до боли знакомый аромат, перемешанный с запахом огневиски и сигарет. Он начал курить?              Драко притянул её к себе, задерживая свои руки на её талии намного дольше необходимого. Носом он невольно зарылся в её кудри, но затем быстро отодвинул её от себя, словно прокажённую. Гермиона чуть было не сдержала разочарованного стона.              Пожалуйста, не отодвигайся от меня.              — Адрес, Гермиона, — по слогам произнёс он, придерживая пальцами её подбородок и заглядывая в глаза.              — Ланкастер-роуд, 21. Это в Ноттинг-Хилле, — она продолжала смотреть в его лицо, понимая, что падает-падает-падает.              Малфой сурово кивнул, затем вновь приблизился к ней, обхватывая за талию. Помешкав долю секунды, он посмотрел на неё и произнёс:              — Держись крепче, Грейнджер.              Она прижалась к нему, готовясь к ужасным ощущениям от аппарации. Его запах вновь заполнил её ноздри, а в месте, где пальцы сжимали талию, пронёсся табун мурашек.       Прошла секунда, и они исчезли с шумной улицы.

***

      Драко никогда не бывал в Ноттинг-Хилле. Когда Грейнджер назвала ему адрес, он несколько раз проговорил у себя в голове место назначения, надеясь, что не ошибётся. Но, раскрыв глаза после аппарации, он понял, что, скорее всего, сделал всё правильно.       Они оказались в тихом районе Лондона. Драко огляделся вокруг. Здесь было очень умиротворённо и уютно. Улицу заполнили разноцветные дома, и на секунду Драко показалось, что он где-то в Амстердаме. Но нет, вот они стоят перед двадцать первым домом, прямо напротив двери, где проживает Грейнджер.              — Ох, меня сейчас стошнит, — прохрипела она, закрывая рот ладонью, а затем ринулась к открытой помойке и нагнулась над ней.              Послышались булькающие звуки. Драко тяжело вздохнул и подошёл к Гермионе, практически ласково собирая её волосы и держа их, пока её рвало. Он поглаживал её по спине в ожидании, пока она очистит желудок. Салазар, он никогда не держал волосы девушке, пока её тошнит. Более того, ему всегда было настолько отвратительно видеть девушку в таком состоянии, что он не мог себе даже представить, в какой реальности ему удастся попасть в такую ситуацию.              — Ох, как же мне плохо, — простонала Гермиона, наконец подняв голову.              — Неудивительно, — Драко по-джентельменски предложил ей свой белоснежный нагрудный платок.              Она вытерла им губы и усмехнулась, рассматривая итальянский шёлк и вышитые на нём инициалы.              — Постираю и обязательно верну.              — Можешь оставить себе, — фыркнул Малфой, продолжая держаться особняком. Ему нужно было лишь завести её в квартиру и убраться отсюда как можно дальше. Подальше от неё.              Гермиона промолчала, начав рыться в своей бисерной сумочке. Драко подумал, что она ищет палочку, и уже было хотел достать свою, чтобы открыть дверь, когда она достала то, что так долго искала. Брови Малфоя удивлённо поползли наверх.              — Ключи? Серьёзно, Грейнджер? — он еле сдержался, чтобы не захохотать.              — Тебя так это удивляет? — она моментально ощетинилась, недовольно окинув его взглядом.              — Я не знал, что тебя нужно научить такому элементарному заклинанию, как Алохомора. Напишу в Хогвартс жалобу, что учеников не обучают там должным образом, — он начал потешаться над ней.              — Ха-ха, ты остался таким же остроумным. Чтоб ты знал, мой замок не способно открыть ни одно заклинание. Только эти ключи, которые заколдованы определённым образом.              Она вставила ключ в замок не с первой попытки. Когда ей это наконец удалось, Гермиона распахнула дверь и прошла в тёмный коридор, включая свет и попутно сбрасывая с себя туфли. Малфой замешкался, а затем зашёл за ней следом, уверив себя, что всего лишь проследит, чтобы она легла спать, и сразу уйдёт отсюда.              — И для чего такая защита, Грейнджер? Кого ты боишься? — он прошёл за ней в гостиную, попутно рассматривая интерьер.              — Как будто в мире мало недобросовестных людей.              Драко фыркнул. Внезапно он услышал мяуканье и, опустив голову, увидел рыжего кота. Тот начал обнюхивать его, а затем подошёл ближе и потёрся о ногу. На дорогих брюках моментально остались волоски от кошачьей шерсти. Омерзительно.              — Глотик, милый, не приставай, — Гермиона вновь пошатнулась, собираясь погладить кота. Драко подхватил её под руки, удерживая от падения.              — Так, пойдём-ка умоем тебя.              Найдя ванну, он приблизил Гермиону к умывальнику, ополаскивая лицо прохладной водой в попытке хотя бы немного отрезвить её. Это было абсолютно безрезультатно. Чёрт, может, стоит аппарировать к себе в квартиру и прихватить зелье мгновенной трезвости? Нет, плохая идея, она может натворить глупостей за это время. Нужно уложить её спать.              — Так, давай-ка на ручки, пьянчужка, — Драко подхватил её, прижимая к себе. Гермиона положила голову ему на грудь, обхватывая ладонями шею Малфоя. Когда её пальцы коснулись его кожи, по телу пробежала дрожь.              Контроль.              Толкнув дверь её комнаты, Малфой прошёл внутрь, попутно включая ночник. Приглушённый свет мягко озарил просторную светлую комнату. В ноздри Драко моментально ударил её аромат. Чёрт, её запахом был пропитан каждый дюйм этой комнаты. Он был повсюду, словно насмешка из прошлого, напоминание о том, что она никогда не принадлежала ему.              Посадив Гермиону на кровать, он раздумывал, стоит ли переодеть её. Нет, это абсолютно провальная идея. Он не мог смотреть на неё без одежды, он и так зашёл слишком далеко, когда заявился сюда. Какого Мерлина он вообще здесь забыл? Она не его забота. Но Драко было необходимо знать, что она в безопасности. Он не мог оставить её одну.              Гермиона сама начала стягивать с себя одежду, будто забыв о его присутствии. Она расстегнула платье и стянула его до талии, обнажая грудь в чёрном кружевном белье.              Ох блять.              Драко знал, что ему необходимо отвернуться и дать ей возможность переодеться, но продолжал рассматривать её тело, как хренов мазохист. Каждый изгиб её тела был напоминанием о прошлом, таком далёком, словно мираж. Это медленно убивало его.              Он намеренно лишал себя возможности забыть о ней.              Гермиона замешкалась в районе бёдер, совершая бесполезные попытки снять с себя ткань, и Драко решился помочь ей. Немного помедлив, он аккуратно помог стянуть платье, наблюдая за каждым сантиметром раскрывающегося перед ним тела. Он старался сделать всё, чтобы нечаянно не коснуться её кожи, хотя и отчаянно мечтал сделать это.              Увидев полоску от трусиков, Драко сглотнул, продолжая снимать с неё платье. В итоге оно упало к её ногам, и она предстала перед ним манящая, соблазнительная в чёрном кружевном комплекте, отчего у Малфоя ненадолго помутнился рассудок.       Вкусы в нижнем белье у неё тоже изменились: раньше она носила простое хлопковое, а теперь на ней эти тонкие кружева. Она выглядела как настоящая женщина, знающая себе цену. Он бросил взгляд на её плоский живот, на пупок, на россыпь родинок над тазовыми косточками. Как часто он целовал её в это место, пересчитывая губами каждую родинку, спускаясь ниже и проводя языком по её влажной плоти.              Остановись. Прекрати думать.              Драко ощутил нарастающую пульсацию в области паха и поспешно отвернулся, решив, что лучшим решением будет срочно одеть её в какую-нибудь пижаму, желательно в самую антисексуальную. Он открыл комод и достал первый попавшийся комплект, состоящий из простой хлопковой майки и шорт.              — Я никогда не считала тебя мразью, Драко, — раздалось у него за спиной, и он резко обернулся, смотря на неё.              Она продолжала сидеть в той же позе, но теперь смотрела на него. Взгляд карих глаз словно немного прояснился. Теперь в них появились отчаяние и боль.              — Я пыталась найти тебя после Азкабана. Я хотела вернуть тебя.              Что?              — Я так много хотела тебе сказать… Я пыталась всё исправить. Но ты не дал мне ни единого шанса. Ты просто исчез, испарился…              Нет, нет, замолчи. Боже, просто замолчи.              — А когда я смогла узнать твоё местоположение, ты был с ней. С Асторией, — в её словах было столько горечи, что ему хотелось засунуть руку в грудную клетку и вырвать своё сердце к херам.              Она не может говорить серьёзно. Мерлин, нет. Она просто пьяна и несёт чушь. Это не может быть правдой.              Драко знал, что она не оставляла попыток навестить его в Азкабане. Но он не знал, что она продолжала пытаться после его освобождения, пока он старался залечить своё израненное сердце и спрятаться в другой стране.              Нет. Она лжёт. Это всё херова ложь.              — Ты пьяна. Тебе нужно поспать, — это всё, что он смог выдавить из себя.              — Тогда я правда думала, что смогу всё исправить. Но теперь понимаю, что немного опоздала с извинениями, — она продолжала говорить, будто не слышала его.              Замолчи. Заткнись сейчас же. Он был на грани, она, блять, сводила его с ума своими словами. Зачем она всё это говорит? Драко хотел толкнуть её на кровать и заткнуть ей рот. Подушкой, рукой, поцелуем. Чем угодно, лишь бы она перестала говорить.              — Теперь это неважно, Грейнджер. У тебя своя жизнь, у меня своя. К чему эти херовы разговоры, — он резко приблизился к ней и просунул её голову в майку, натягивая ткань на тело.              Она не может говорить серьёзно.              — Я просто хотела, чтобы ты знал. Конечно, всё в прошлом.              Она позволила себя одеть, игнорируя его взгляд. Он знал, что сделал ей больно своими словами, это было видно по её лицу, но она сделала ему больнее в тысячу раз. Прямо сейчас, когда зачем-то заставила поверить, что он всё же был нужен ей так же, как и она ему.              Гермиона качнулась и упала на кровать, моментально закрыв глаза. Драко продолжал стоять на месте, не решаясь подойти ближе. Словно если сделает хоть шаг в её сторону, то точно не сможет уйти. Ему нужно срочно убираться отсюда, бежать как можно скорее. Он больше не мог позволить себе быть слабым, он не станет вновь совершать эту ошибку, забываясь рядом с ней.              Нет, больше не станет.              «Конечно, всё в прошлом».              Как же он ненавидел её сейчас. За то, что оказался здесь. За то, что она позволила себе признаться в таком сокровенном спустя кучу времени, когда он наконец попытался её забыть и двигаться дальше. За то, что никогда не забывал.              Гермиона шевельнулась, переворачиваясь на бок. Лунный свет, попадающий через окно, осветил её умиротворённое лицо, и на несколько секунд Драко разрешил себе полюбоваться ею. Всего несколько секунд, не больше.              Он всё же сделал шаг, подойдя к кровати, и накрыл Гермиону одеялом. Она тихонько сопела, проваливаясь в сон, а её ресницы слегка подрагивали.       Драко не знал, сколько времени простоял у её изголовья, отпечатывая в памяти каждую черточку её лица. Хотя он никогда и не забывал его. У него не было ни шанса забыть.              Пообещав себе, что это их последняя встреча, он отошёл, собираясь уйти прочь, но его запястье обхватили её пальцы, заключая в плотное кольцо.              — Прошу, не уходи. Пожалуйста, не оставляй меня, Драко, — с придыханием прошептала она, поднимая голову.              Его словно поместили в раскалённый котёл, когда он услышал её шёпот. Мерлин, нет. Зачем ты так со мной? Если это ещё одно испытание, то он не готов проходить его. Ему просто не хватит сил бороться.              В её голосе звучала такая неприкрытая мольба, что Драко понял, что готов вновь разрушить свою стену ради неё. Неважно, насколько он будет отдаляться. Неважно, насколько далеко уедет, даже если это будет другая сраная Вселенная. Она всегда будет в его голове.              — Я здесь. Я не уйду, пока ты не проснёшься. Обещаю.              Она удовлетворённо кивнула, вновь положив голову на подушку, но не отпустив его запястье. Он переплел их пальцы и начал рисовать невесомые узоры на её ладошке большим пальцем. Гермиона улыбнулась, а затем закрыла глаза, снова проваливаясь в сон. Она засопела, и Драко нехотя высвободил ладонь, а затем позволил себе провести костяшками по её щеке.              Как же я люблю тебя, если бы ты только осознавала это.              Он вышел из её комнаты, стараясь не оглядываться. Драко расположился на диване в гостиной, подтянув под себя ноги и накрывшись пледом. Только сейчас он осознал, насколько сильно устал.              Он просто дождётся, когда она проснётся, и сразу уйдёт. Ведь он обещал, что не оставит её сегодня. Он просто выполняет своё обещание.              Да, но ещё он обещал себе, что это их последняя встреча.              «Конечно, всё в прошлом».              Драко уже дважды нарушал обещание, данное себе, когда дело касалось Гермионы Грейнджер.