Зеленоглазый Куро-сан

      Это должна была быть простая миссия на выявление возможного шпиона и потенциального врага. Он и не предполагал, что все зайдет так… далеко.       Сжав в руках восковую статуэтку, Шисуи прикрыл глаза, сосредотачиваясь на собственных мыслях.       Обычная миссия, каких миллион. Но…       — Ита-чан не должен был пострадать, — твердо проговорил мальчик, поднимаясь на ноги и выпрямляясь, — Вы должны были проконтролировать всю операцию.       Сзади раздался шелест листьев, подул легкий ветерок, а после на поляну опустилась густая, даже мрачная чакра. Шисуи не шелохнулся.       — Все предусмотреть невозможно, — ответил ему хриплый голос забинтованного почти полностью старика с деревянной тростью. Юный шиноби услышал, как она стукнулась о землю, а затем — проткнула одну из статуэток в откопанной яме, — Не было другого выхода.       — Выход есть всегда, вам ли не знать, Данзо-сама, — повернулся к нему маленький Учиха, прищуривая глаза, в которых на секунду блеснул шаринган, — Итачи — сын главы моего клана, мой друг, мой товарищ, а вы… Вы подвели его к черте.       Установилась звенящая тишина. Глаз старшего шиноби безразлично смотрел на яму, где покоились среди цветов его люди. Мертвые люди.       — Этот Куро появился после того, как Коноха получила нового джинчуурики, — наконец заговорил старик вновь, — Его нашел Хирузен возле трупов Четвертого и его жены. На совете кланов ко мне и старейшинам было применено сильное воздействие на сознание. Сколько бы я не боролся на тот момент, а выбраться не мог. Однако, последнее, что я помню — это зеленые глаза кота Куро. Потом — тьма.       Шисуи наклонил набок голову, задумчиво погладив подбородок, а старый ниндзя продолжил:       — Теперь убиты четверо моих людей, — припечатал глава АНБУ НЕ, — И убиты они неизвестным дзюцу. Ты когда-нибудь видел, чтобы человека после смерти превращали в статуэтку? Мы даже не можем исследовать трупы, чтобы понять, как он это сделал.       — Двоих пришлось устранить мне, — проговорил мальчик, также переведя взгляд на цветы и то, что осталось от недавних врагов.       — Это не отменяет того факта, что животное необычно и опасно, — покачал головой советник, — Вопрос лишь в том, опасен ли он для Конохи и ее жителей. Остальное меня не волнует.       Шисуи кивнул, выкидывая находку обратно в раскопанную землю. Он и сам не знал всей ситуации. Куро-сан был загадкой. Той тайной, над которой бьются уже почти год большинство ниндзя его клана, его командир и несколько посланных следить за котом АНБУ. Да что там говорить — сам Шисуи никак не может понять, что же такое этот Куро-сан.       Воспринимать человеческую речь способны многие животные — следует только приучить, а Призывы и вовсе рождены разумными — это не такая уж и проблема. Все бы было хорошо, если бы котяра не сделал несколько весьма грубых ошибок:       Куро все время находится рядом с джинчуурики — это раз.       Он воздействовал гендзюцу или ментальной атакой, как Яманака — это два.       И он убил одних из лучших бойцов Корня.       — Он защищал нас, — нахмурился юный шиноби, — Защищал меня и Итачи.       — В итоге у нас такие данные, — подошел поближе Данзо, поднимая голову к небу. Уже наступили сумерки. — Первое, кот явно не простое животное; второе, он умеет перемещаться в пространстве, как ты доложил; третье, воздействовать на сознание.       Шисуи кивнул и незаметно поежился. Самое ужасное было для мальчика — это чувствовать свою беспомощность, когда бежал со скалы и нес на себе друга.       Им управляли. Управляли, как настоящей марионеткой, а единственное, что мог сам Учиха сделать — это наблюдать со стороны, отойдя на второй план собственного разума. Он знал, он все понимал, но не мог абсолютно ни-че-го.       Ногти впились в ладони, боль отрезвила. Шисуи вздохнул, и на его лицо упала тень. Командир молчал, рассматривая что-то в небе. Наверное, очередной план под грифом секретности.       — Следи за ним, Шисуи, — спустя еще несколько минут, дал указание Данзо, — постарайся узнать, что он такое и является ли он угрозой нам. Прошло так мало времени с нападения Демона, если какая-то страна сейчас планирует объявить Конохе очередную войну… Нам всем придется тяжело. И не факт, что мы одержим на этот раз победу.       — Вас понял, Данзо-сама, — поклонился маленький шиноби, пряча в прикрытых глазах шаринган.       Старик исчез. За ним исчезли и статуэтки. Шисуи постоял еще с секунду и тоже использовал шуншин.       И никто не заметил блеснувший во тьме кроваво-красный глаз в прорези черно-белой маски. ***       Он над ним просто издевается.       Именно это решил Шисуи, когда спустя пять дней, честно устал сидеть в засаде и, не отрываясь, следить за каждым шагом Куро-сана.       Приказ Данзо он все-таки выполнял, хотя самому старику веры было на половину Рё со сдачей. Но оставаясь в тени, маленький Учиха являлся защитником своего клана, близких и друзей, так что Корень был нужен ему так же, как он был нужен Корню.       Гений, монстр, убийца. В свои почти девять, Шисуи отнюдь не гордился тем, кем стал. На самом деле, он искренне завидовал Итачи, у которого хоть немного есть детство, но вот еще больше он завидовал, как ни странно признавать — это Куро-сану. Вот где была абсолютная свобода, некая власть над глупыми двуногими, и плевать, что мохнатого подозревают чуть ли не в теракте, развязке очередной войны и присваивании в свои лапы самого джинчуурики Девятихвостого.       Но речь не об этом. Точнее, об этом, но не сейчас. Все дело было… в рыбе. В копченой, биджу ее дери, рыбе.       Давайте по-порядку:       Первый день слежки Шисуи наблюдал за трепыханиями кота в объятиях довольно крепкого и сильного для своего возраста Узумаки Наруто. Блондин тискал около трех часов безвольного и страдающего Куро, потом подключился к детской игре «доведи кота до кондрашки» и Саске-чан. Микото-сан только посмеивалась, а Фугаку-сан фыркал и временами пытался проткнуть наглого котяру палочками для еды, которую тот у него воровал, пока мужчина отвлекался на шумных детей.       Второй день слежки мало чем отличался от предыдущего, только теперь Куро-сан лез к Ита-чану, выводя того из меланхолии. Шисуи подозревал, что друг беспокоится о своем провальном полете с обрыва. Видимо, кот был того же мнения, недаром же он все время крутился рядом с Итачи, таская ему успешно украденную еду с тарелки главы клана.       А вот третий день начал показывать довольно странное поведение животного. Тот что-то постоянно вынюхивал, щурил свои зеленые глаза и плотоядно (как показалось юному Учиха) облизывался, взглядом гипнотизируя старый заброшенный склад недалеко от третьего полигона клана. На самом полигоне кот вальяжно лежал по несколько часов кряду, давая тем самым маленькому шпиону время на передышку.       Четвертый день ознаменовался поползновениями Куро-сана по некоторым домам рядовых Учиха и главному рынку Конохи. Шисуи предположил, что кот и правда рецидивист, и что-то замышляет — слишком уж было подозрительное поведение. Куро старался в своих походах быть незаметным, и даже сам ниндзя порой терял его из виду. За несколько часов того суматошного дня, Шисуи прокачал Каварими до беспечатного уровня, и, кажется, стал настоящим мастером маскировки.       На пятый и последний день слежки, Шисуи, наконец-то, выявил укромное место пушистого террориста и смог проникнуть туда. Как и подозревал, тайником этого усатого маньяка являлся тот самый склад недалеко от третьего полигона. Куро-сан там провел от силы часа полтора, за которые юный Учиха чуть пару раз не срывался, чтобы поймать преступника, так сказать, «с поличным», но каждый раз останавливал себя, ибо еще ничего не было доказано. Может быть, он немного заигрался в шпиона, все-таки, как ни крути, он еще ребенок, но ничего не мог с собой поделать, когда шаринган явно улавливал всю подозрительность ситуации.       И вот, дождавшись когда кот покинет свое убежище, мальчик наложил на себя великолепное «каварими-но-дзюцу», включил мангекью шаринган и, стараясь не особо фонтанировать чакрой, аккуратно вскрыл кунаем защелку окна. В первую очередь проверив все на предмет ловушек и не обнаружив те, Шисуи залез на подоконник и попал в пыльное помещение.       Обычный заброшенный склад, каких было несколько на территории клана. Заурядно в таких местах бродили, играли и что-то прятали дети, но кажется, здесь кроме тайн самого Куро-сана ничего больше не было. Додзюцу подмечало каждую деталь в полупустой комнате, но помимо дряхлой, поваленной, и временами дырявой, мебели, больше ничего не нашлось. Шисуи уже собирался уходить, разочарованный тем, что этот склад Куро наверное использовал просто для очередного ничегонеделанья, как в левом верхнем углу что-то мимолетно блеснуло.       Подойдя к нему ближе, мальчик внимательно присмотрелся к странной аномалии… и сел прямо там, где стоял.       «Откуда этот кот знает фуиндзюцу?!» — билась одна-единственная мысль в голове, пока юный Учиха рассматривал символы высококлассного фуин, вырезанные на тонкой досочке, под которой явно что-то было спрятано. Попытавшись кинуть в них кунай, Шисуи за это сразу же расплатился — тот отлетел в него со скоростью света. Благо, что доспехи Суусано были вокруг него, а мангекью пока несильно сажало его зрение за данную технику глаз.       «Биджев кошак» — вспомнил Учиха любимую фразу Фугаку-сана по отношению к Куро, теперь понимая, почему тот все время на мохнатого ругается.       — Тц, — вздохнул Шисуи.       «Любопытство сгубило кошку…» — думал он, пока мечом Суусано уничтожал фуин-символы на досках.       «Бам» — было мощно, а «бум» — еще мощнее.       Откашлявшись от пыли, Шисуи деактивировал мангекью, ощущая нарастающую мигрень, и перешел на «стандартный» шаринган.       — Какого?!.. — задергался у него глаз, задергалась бровь, задергался уголок губ, — Какого биджу?!       Он ожидал все, что угодно: очередные статуэтки, стащенное оружие, фуин-взрыв-теги, броню или важные документы с отчетами, но никак не это. Внизу развороченных досок лежал контейнер с… копченой рыбой, а рядом с ним — мешочек с монетами Рё.       — Я убью его.       Доспехи призрачного зеленого скелета вновь засияли вокруг маленького гения. ***       Идя сейчас рядом с Куро-саном к Итачи, что все-таки решился повторно спрыгнуть со скалы, Шисуи вновь глядел на кота мангекью шаринганом и, как всегда, видел странный черный туман вокруг пушистой фигуры.       «Опасен» — твердил разум.       «Загадка» — говорило сердце.       Куро-сан повернулся на пару секунд, прищуривая свои изумрудные глаза. Мгновение — и он уже на голове застывшего мальчика. Лапки раскрывают когти, хватая чуть вьющиеся волосы, и Шисуи слышит кошачье урчание.       — Мяу, — призывает котик, видимо, идти дальше, вдыхая его запах.       Учиха улыбается. Он опять далек от разгадки, но тем интереснее, не правда ли?