Зеленоглазый Куро-сан

      Он беспокоился.       Мерлин, как много времени прошло с тех пор, как Гарри Поттер в последний раз чувствовал нечто подобное?       Страх неизвестности захватил маленькое кошачье сердце, окутывая его своими тисками, сжимая и заставляя кое-как трепыхаться под воздействием давно забытых эмоций.       Учиха Шисуи — чертов лис! — пропал неделю назад, уйдя на какое-то пустяковое задание ранга С, и не вернулся. Гарри не находил себе места, а Итачи, впервые подошедший к нему самостоятельно и без обиняков, выглядел как самый настоящий живой труп! Уж поверьте, Повелителю Смерти есть с чем сравнивать, и Поттер сделал заключение, что ребенок так себя просто изведет.       Шисуи не было долго. Очень долго. И Гарри так и не узнал, вернулся тот или нет.       Ведь когда казалось, что хуже и быть не может, судьба как всегда ехидно усмехнулась и повернулась к нему одним неприличным местом. Все предельно просто — закончилось время пребывания его и Наруто в клане Учиха.       Спокойные дни помахали ручкой, когда Микото устроила прощальный ужин, Саске плакал весь вечер, Итачи, обеспокоенный проблемами вокруг, сжимал его пушистое тельце в своих железных тисках, а Фугаку в такой момент не ругался и делал вид, что кусок его торта утащил забредший в их дом призрак, а не один конкретный котик.       Год пролетел быстро и незаметно — Куро было жаль покидать этот дом, этот квартал, этих людей. Да, Учиха были немного сумасшедшие, помешанные на своей личной силе, очень взрывоопасные ребята. Но именно эти демоны стали для него чем-то привычным, чем-то родным. Гриффиндурки, право слово, все до одного. И он вместе с ними.       — Мяу, — грустно вздохнул Куро-сан, печальным взглядом провожая ворота клана, где стояла Микото, держа за руку Итачи. Фугаку вызвался их проводить до места новой дислокации и теперь держал на руках хныкавшего Наруто, который каким-то образом понимал, что нормальная жизнь у них закончилась. Умный мальчик вырастет.       Приют не впечатлил: старое, обветшалое здание, где ремонт видели в последний раз во время Первого Хокаге. Воспитатели и воспитанники злые как черти, одинокие и несчастные — нападение Демона не прошло даром и оставило свой уродливый отпечаток на лицах всех здесь живущих. Куча детей, оставшаяся сиротами, переполняла его — это сразу заметно по тесным комнатам, где вообще не продохнуть, ведь свободное место было разве что на подоконнике, если на нем не сидели-спали-ели. Приходилось ютиться, как-то выживать. Гарри увидел один раз глаза здешних бесов и все прекрасно понял — катализатором всех бед объявят его протеже.       Люди, как только узнают, а данные сведения просто невозможно будет спрятать, сделают из Наруто этого самого Демона. Ненормального. Мерлин, как же Поттер ненавидит человеческую глупость!       — Я бы не хотел такой судьбы мальчику, — как-то сказал старик Хокаге, смотря прямо ему в глаза, — Но информационную волну не остановить. Один слух там, другой здесь — вот и получается, что все всё знают, — лорд сгорбился и тяжело выдохнул дым, впервые закашлявшись от собственного табака, — Куро-сан, обещай! — нахмурился он, твердым голосом потребовав: — Обещай, что защитишь Наруто любой ценой!       Обещание было дано серьезным «мяу», сам же глава селения в тот день задышал даже как-то более спокойно. Уходя, он бросил на него печальный взгляд и прошептал что-то наподобие: «прости меня, Минато», а Куро-сан искренне не понял, к чему эти слова вообще были сказаны.       — Я отказываюсь! Ведь этот мальчик… Он же… — шепотом говорила очередная неудавшаяся сиделка другой.       «Этот мальчик» стало вторым именем Наруто за последние две недели после их переезда. Начиналось все обыденно и как-то просто. Многие даже посочувствовали, что в их приют попал очередной сирота из-за проклятого Девятихвостого. Но в какой-то момент кто-то обмолвился словечком о том, что еще с больницы того самого дня все знают, кто на самом деле этот ребенок, и все пошло через одно место.       Отношение, как и предполагал Куро, резко ухудшилось.       Нет, малыша не стали бить, изолировать, или исключать еду из его рациона, даже не сократили часы пребывания мелкого в игровой комнате с другими детьми, как это сделали бы те же Дурсли. Просто появились взгляды. Уничижительные, порой яростные, неприятные. Которые заставляли его, как эмпата, порой корчиться от нестерпимого желания пробить себе голову и вытащить из мозга канал, что отвечал за чувства.       Наруто же, несмотря на социум вокруг, все равно казался одиноким. Он тихо плакал, сжимая Куро-сана в своих руках, и непонимающе глядел на злых взрослых вокруг. Малыш искал несколько первых дней добрую и отзывчивую Микото-сан, кричал требовательное: «Сасе, Сасе, Сасе!», а ночами засыпал только в обнимку со своим питомцем. Мальчик отказывался здесь жить. И Куро был с ним солидарен. ***       Постоянная вседозволенность рано или поздно перерастет в беспредел, но у каждого беспредела есть своя грань, спотыкаясь о которую, она разбивается вдребезги. «Защитить любой ценой» стало постулатом.       — А-а-а! Демон!       В невербальный Протего врезалась табуретка. Куро-сан зашипел, Наруто заплакал, а поломанные игрушки, выданные его протеже, взлетели вверх. Старшие ребята, решившие «проучить демона», с дикими воплями выбежали из комнаты, толкая застывшую на пороге бледную воспитательницу. Молодая девушка молилась вслух, с ужасом в глазах смотря на хаос, развернувшийся в игровой комнате. Другие дети с интересом исследователей разглядывали произошедшее чудо.       Куро-сан был в бешенстве.       Хвост распушился, зеленые глаза метали молнии, с клыков капала черная жидкость, а усы нервно дергались каждую секунду. Доведенный до ручки эмпат желал крови и разрушений.       — Куо, — тихо позвал малыш сзади, без страха хватая его за хвост и резко дергая назад, — Куо, — позвал еще раз.       Гарри моргнул, приходя в себя. Игрушки, летающие уже под потолком, плавно опустились обратно на пол, Протего замерцал и исчез. Кот выдохнул сквозь зубы и требовательно посмотрел на изображавшую статую няньку.       — Мяу! — рыкнул он, заставляя ту очнуться. Девушка мигом выбежала из комнаты.       — Куо! — прижал его к своей груди Наруто, вдыхая запах пушистого тельца. Поттер предпринял попытку расслабиться.       Нет, если он что-то в ближайшее время не сделает со своим наследием, эта деревня получит демона намного хуже их Девятихвостого, а разрушения, которые он им обеспечит, и близко не сравнятся с тем, что сделал демон-Лис. Постоянное напряжение в ожидании известий о, не дай Мерлин, смерти мальчишки Шисуи, негатив, окружающий его на протяжении этих чертовых недель, копящийся и кипящий глубоко в душе, депрессия малыша, детство которого разбудило не самые приятные воспоминания — все это вылилось в закономерный итог — он перенапрягся. Последней каплей стало наплевательское отношение воспитателей к тому, что более старшие ребята решили применить рукоприкладство к его котенку, и все… бочка переполнилась.       Эмпатия имеет две стороны одной монеты. С одной можно купаться в счастливых и приятных эмоциях, заряжаясь и светясь как солнышко, а с другой можно потонуть в том дерьме, которое пытаются вылить на тебя злобные двуногие, не понимающие, что терпение разумного, каким бы он Архимагом ни был, вообще-то тоже имеет свойство заканчиваться. А Гарри Поттер редко отличался устойчивой выдержкой и всепрощением. Даже годы бессмертной жизни не убавили в нем той искры, которая отвечала за шило в одном месте.       Подумать только, простые люди заставили его применить силу! Чтоб им Моргана голая приснилась.       — Куо… — Наруто опустил голову, вновь начиная хныкать, — Сасе, Ита, Шисю…       «Шисю» отозвалось и у него в душе. От мальчишки ни слуху, ни духу — дементров лисяра даже весточки не прислал.       Хотя, кому ее посылать? Годовалому малышу и его питомцу? Смешно. Но мог бы и навестить того, кого доводил до кондрашки.       Гарри вздохнул.       Нет, с негативом надо что-то делать. Стресс не доведет ни до чего хорошего.       Вечером, оставив Наруто впервые за долгое время одного, но организовав такую защиту вокруг его кроватки, которая сможет и маггловскую ядерную бомбу выдержать, он покинул стены приюта.       Улицы Конохи встретили его многолюдностью. Уставшие простые люди возвращались домой после трудового дня, ниндзя — аналогично, только иногда заглядывали в бары, куда и лежал сегодня путь одного обычного кота. Только вот, вид ему стоит принять не пушистый наверное, вряд ли кто-нибудь продаст алкоголь животному.       Зайдя в темный переулок и убедившись, что на него не направлена ни одна эмоция какого-либо двуногого, Поттер подпрыгнул, возвращаясь в человеческое тело. Сразу бросилось в глаза то, что он кардинально отличается от местных разумных. И дело было даже не в одежде — трансфигурация ему в помощь, — проблемы доставляла его обычная внешность консервативного англичанина из другого мира.       Это все равно что сравнивать средневековье, пусть и с элементами будущего, и будущее с элементами прошлого. Две разные вещи, где сталкивается специфика современности с былыми временами. Традиции, манеры, язык, одежда и многое другое, что было упрощено и забыто в поздних годах, но ярко выражалось в ранних. И это еще если забыть о том, что Коноха больше была похожа своим поведением на некоторые страны Азии, по типу Кореи или Японии, а сам Гарри из Европы, где даже в его время существовал барьер между жизненным устоем общества таких разных людских категорий.       Если коротко и понятно — нужно замаскироваться под местных, иначе его разберут на составляющие и задавят вопросами: «откуда?» «куда?» «кто таков?». Полиция Листа не дремлет, да.       Фыркнув, молодой волшебник достал свою палочку и несколько раз взмахнул ею, шепча заклинание из школы метаморфов. Конечно, как Тонкс ему не стать — у девушки была способность врожденная, но вот покрасить свои волосы в светлый оттенок, чуть подправить лицо, делая его более плавным, округлым, да слегка уменьшить разрез глаз — это пожалуйста. Все-таки, Коноха — не страна восходящего солнца его родного мира — здесь редко можно встретить низеньких узкоглазых человечков. В этом ему и повезло, потому что строение тела, а именно — рост и вес, — он изменять не мог.       — Окулюс, — тихо произнес Гарри, делая ровный взмах палочкой и резко отводя ее в сторону, — Хм.       В появившемся небольшом зеркале отражался молодой парень со светлыми волосами, яркими голубыми глазами и аккуратными чертами лица. Куро немного видоизменил будущую внешность Наруто, убрав пигментные «усы» на щеках, уменьшив глаза и подбородок сделав более плавным. В принципе, даже за родственника немного сойдет, но мало ли голубоглазых блондинов по этой земле ходит?       Последний взмах палочкой — и вот его одежда стала аналогом формы ниндзя. Немного неудобная обувь, но терпеть можно, да и привыкнуть не проблема. Хмыкнув, он кивнул самому себе, рассеивая заклинание зеркала, и вышел из переулка.       «Бабах!» — это было первое, что его встретило. Какой-то неуклюжий ниндзя навернулся с крыши, явно запутавшись в собственных ногах.       «Бум!» — послышалось с какой-то торговой лавки недалеко, где продавец выронил корзину с капустой.       «Может, я перестарался и теперь выгляжу уж слишком симпатично для этих мест? — спокойно размышлял Гарри, идя в сторону развлекательного квартала, — Наруто станет настоящим красавцем в будущем, раз уж такая реакция на скромного меня, хех».       За прошедшие двадцать минут прогулки до бара, Поттер стал свидетелем того, как почти все шиноби Конохи резко разучились магичить своей чакрой, и почти каждый наворачивался либо с крыш, либо с деревьев, а обычные люди глупо вытаращивали глаза и о чем-то шептались — некоторые даже тряслись и кланялись.       «Йондайме-сама» преследовало его везде. К концу, Гарри даже немного надоело — внимание, если оно не относится к его природной красоте и могуществу, он не любил, хватило с него в прошлом. Но менять было что-то поздно — он успешно нашел подходящий бар, а по-новой искать безлюдные темные переулки не было никакого желания. Как эмпат, он уже задыхался в этом болоте шока и радости. Контраст с приютской ненавистью и злобой, заставлял искать лекарство от нервов, а не думать о безумии некоторых индивидуумов.       На второй час его посиделок в заведении «для взрослых» к нему кто-то решил присоединиться. «Кто-то» оказался интересный седой парнишка в маске на пол-лица восемнадцати-девятнадцати лет. Юноша, по-началу, не рисковал даже приближаться, но когда заметил, что волшебник уже выпивает, похоже, больше положенного, все-таки подошел.       — Хатаке Какаши, — представился парнишка, когда на него уставились недоуменные голубые глаза, — Разве вы меня не помните, сенсей? — несколько саркастично спросил он, поправляя протектор, закрывающий его левый глаз.       — Я без понятия кто ты такой, любезный, — махнул рукой поддавший немного Гарри, — Иди куда шел.       Однако, шиноби никуда не ушел, а даже наоборот — сел напротив и махнул рукой до сих пор обескураженной официантке. Та все прекрасно поняла и ушла за дополнительной выпивкой.       — Вокруг этого бара несколько отрядов АНБУ, «Минато-сенсей» — начал Хатаке таким тоном, как будто говорит о погоде и искренне желает кое-кому торнадо на голову, — Неудачная маскировка.       Гарри посмотрел на него, отмечая тонкую шею, спортивное телосложение и чересчур сильное напряжение.       — Я не шпион, я кот, мяу, — пьяно рассмеялся Поттер, слегка улыбаясь. Положив подбородок на костяшки пальцев согнутой руки, он лукаво сверкнул глазами, и поинтересовался: — А что, меня правда там ждет засада? Не думал, что теперь о таком объявляют возможному врагу.       Юноша даже как-то стушевался, но взгляда не отвел. Хмыкнув, Гарри в очередной раз пригубил саке, а потом поднялся на ноги. Обойдя стол, он приблизился к готовому напасть на него парню и наклонился так, чтобы их лица были слишком близко друг к другу.       — Я тебя запомню, Хатаке Какаши, — удивительно трезвым голосом изрек волшебник, и, прежде чем в баре появился сам Сандайме Хокаге, он исчез с громким «чпок», аппарировав ближе к приюту.       «К черту брутальную внешность голубоглазого мачо, — фыркнул он мысленно по-кошачьи, — пусть Наруто сам в будущем такое внимание терпит, а я соблазнить кого-нибудь смогу и так».       Вернув себе привычный вид в каком-то темном уголке и уже перевоплотившись в анимагическую форму, он внезапно почувствовал угрозу жизни своему протеже. Сигнальные чары, которые Гарри вплел в защиту Наруто, трубили о нежелательном ночном посетителе.       Забыв об осторожности, Куро-сан вновь аппарировал, сразу же выпуская черные когти и приготовившись использовать весь свой арсенал против врага на его территории.       Однако, возле кроватки спящего Наруто стоял тот, кого Гарри ну никак уже не ожидал увидеть в этой жизни.