Его воля будет исполнена/His Will Be Done

-==== ][ ====-

      На его флагмане было много разных видов авгуров. Мощные радары, способные обнаруживать самые маленькие зонды. Грав-детекторы для обнаружения даже самых хорошо замаскированных судов. Электронно-магнитные сканеры для обнаружения даже самых слабых энергетических и магнитных сигнатур. Всё это и многое другое, но Куоррен решил наблюдать за этой битвой исключительно через поле видения оптического увеличителя "Наследия", через голографический экран на мостике корабля.       И лорд-адмирал смотрел с мрачным очарованием, не меньше, как… что-то, смутно гуманоидное, устремляется к "Убийце планет", испуская переливчивые лучи лэнсов, чтобы пробить пустотные щиты корабля Воителя. С трепетом, поскольку оно без труда поставило корабль архипредателя на место. С благоговением, когда он стал свидетелем внушающей трепет вспышки, вырвавшейся из орудия «Нова», снаряд которого врезался в самое сердце еретического корабля и чуть не расколол его надвое.       И оно перешло к всеобъемлющему и почтительному уважению, когда он наблюдал, как оно наклонилось к надстройке и мостику "Убийцы планет" в попытке нанести последний смертельный удар по кораблю Воителя. Куоррен воздержался от салюта в тот момент – он должен был поддерживать свою стойкость. Будут государственные похороны, которые он лично устроит и обеспечит, где он выразит свои соболезнования этой загадочной… вещи? Человеку? Женщине? За её жертву Империуму.       Конечно, между неслышной третьей стороной, которой, как предположил Куоррен, был сам Разоритель, и молодой женщиной, которую он считал практически сумасшедшей, продолжалась беспрерывная детская перебранка. Это походило на что-то похожее на то, о чём бормотал бы возбуждённый студент схолы или курсант первого курса Военно-морской академии. Он хотел знать, на что он смотрит, как нечто, отдалённо похожее на человека, могло иметь авгурный профиль линкора, и не меньше «Апокалипсиса». Если ныне сильно повреждённый флагман архиеретика и был хоть одним признаком, то огневая мощь у этого определённо была равной одному линкору.       Он продолжал наблюдать через самый сильный увеличитель, как это существо врезалось в мостик "Убийцы планет", оставив тонкий луч выхлопа двигателя. Когда мостик "Убийцы планет" заполнила вспышка света, даже через бездну космоса столкновение стало очевидно. Затем что бы это ни было исчезло вместе с парадоксальным пикт-символом из его голосферы. Позор. Он слышал возгласы и аплодисменты среди офицеров и рядовых на мостике его флагмана, пока разворачивалась цепь событий.       – Великий день, мой лорд-адмирал, – сказал ему фон Сигер, – Странный, но, тем не менее, отличный день.       Фон Сигер вернулся, чтобы встать рядом с ним после своего краткого набега на пост офицера авгуров. Куоррен барабанил пальцами, его рука покоилась на личном командном троне, на который он опирался. Он никогда не имел привычки сидеть на нём, предпочитая стоять.       – Полагаю, это действительно так. Понадобится довольно… интересный стиль, чтобы описать то, чему мы только что стали свидетелями, хотя бы отдалённо правдоподобно для командования Сегментума. Полагаю, пока мы говорим, эта битва записывается?       – В самом деле, лорд-адмирал. Хотя, я полагаю, Сегментум почувствует большее облегчение от того, что после сегодняшнего дня Кадия всё ещё может существовать.       – Может быть, – он шагнул вперёд и остановился перед ограждением, отделявшим командный подиум от мостика прямо под ним. Ему всё ещё нужно было командовать флотом, – Статус флота Предателей на орбите Кадии?       – Милорд, – сказал один из самых высокопоставленных офицеров, – Предатели, те, которые всё ещё могут это сделать, начинают прерывать бой с нашими военными кораблями. Сообщается о том, что они пытаются выдвинуться для поддержки своего флагмана.       – Слишком поздно спохватились, – он смотрел через пустоту на далёкий красный линкор, выпускающий атмосферу и пылающий в пустоте, – Статус "Убийцы планет"?       – Датчики наших ауспексов указывают на серьёзные внешние и внутренние повреждения, – сказал молодой офицер за пультом авгуров, – Его варп-двигатель, кажется, нефункционален. Ядра его реактора также, похоже, неисправны, поскольку его вентральные шпили выбрасывают большое количество плазмы в явной попытке очистить системы, – пауза, – Несколько ударных кораблей отстыковались и отступают от него, милорд, и…, – ещё одна пауза, информация на экране офицера прокручивается ещё быстрее, – Множественные внутренние взрывы, милорд! Это реакторы выходят из строя!       Он позволил себе усмехнуться.       – Ещё более славный день для Императора. Свяжитесь с Кадией и сообщите лорду-кастеляну, что его мир всё ещё будет существова…       Яркая, ослепительная вспышка света заглушила всё остальное на мостике "Наследия Савона", когда часть мостика "Убийцы планет" исчезла в колоссальном взрыве изнутри, выдающим детонацию снаряда «Новы». Это была просто прелюдия к финалу, поскольку "Убийца планет" ещё больше разорвался на части из-за новых взрывов, ибо его реакторы вышли из строя и взорвались, забрав всё остальное с собой. Буквально через мгновение ужасный флагман Абаддона исчез, превратился в столько раскалённого шлака, пылающих кусков и обломков, что огромный огненный шар распустился и умер.       То, что раньше было аплодисментами, превратилось в буйный торжествующий рёв, когда осознание гибели корабля пронеслось по мостику и, несомненно, остальной части флота и Кадии. Существенная часть его хотела веселиться вместе с ними, участвовать в разгуле. Но всё ещё оставалась вражеская армада.       – Авгуры, отчёт о состоянии, – рявкнул он, – Диспозиция вражеской армады.       Пауза, пока несколько офицеров восстанавливали правильную выправку.       – Сэр, они… они бегут. Обнаружены несколько попыток совершить Варп-прыжок и… Сэр, это "Его воля"!       Куоррен повернул голову, и пикт-символ на голосфере, обозначающий "Убийцу планет", моргнул и исчез навеки, уступив символу, обозначающему загадочный корабль… человека.       Конечно, они выживут. Они только что лично завершили Чёрный Крестовый поход. Убили Абаддона? Возможно. Несомненно, это не "Его воля", а кто-то или… что-то, с чем он хотел бы встретиться, чтобы лично выразить свою благодарность. Не только ради того, чтобы спасти своих подчинённых, не только ради того, чтобы спасти Кадию…       Но ради спасения Империума.       – Связисты, передайте ей – им, – скомандовал Куоррен, – Попросите, чтобы они поскорее установили связь с "Наследием Савона".       – Так точно, сэр, – ответил техник, повинуясь полученному приказу.       Куоррен повернулся к голосфере, наблюдая за пикт-символом, который направился к остальной части боевого флота Абаддона. Пока он смотрел, беспорядок красных пикт-символов нарушил их жёсткое построение. Многие из них моргнули, когда выполняли аварийные Варп-прыжки. Другие либо всё ещё пытались отступить в Варп, либо не могли. «Кровожадно», – подумал Куоррен, наблюдая за исчезновением трёх ближайших к "Его воле" кораблей, на этот раз отмеченных красным 'Х', указывающим на их полное уничтожение. Даже отвернувшись от передней части мостика, он мог краем глаза видеть вспышки света через обзорные экраны, когда эти корабли умирали огненной смертью.       В течение следующей минуты "Его воля" – или то, что притворялось "Его волей" – уничтожило ещё несколько боевых кораблей огнём её – его – лэнсов, пугающе точных даже на огромных расстояниях в космосе. В конце концов, они все исчезли, либо отступив, либо будучи уничтожены. Куоррен насчитал в общей сложности восемь уничтоженных противников: шесть гранд-крейсеров, затем одинокий линкор "Осквернитель", неспособный войти в собственный Варп-разрыв из-за того, что его двигательные трубы были разорваны огнём лэнсов. И "Убийца планет". Восемь боевых кораблей Хаоса, о которых Сектору больше не придётся беспокоиться.       Все уничтожены чем-то – кем-то – о чём, как он подозревал, ему придётся беспокоиться.

-==== ][ ====-

      Вилл отключила свои оружейные системы, свои лэнсы и второстепенные батареи, делая спокойные, но очень дрожащие вдохи. Они ушли. Ушли или погибли. Её блестящая стратегия отхода сработала, и она сразу же покончила с этим уродливым красным бельмом на глазу почти только выхлопом двигателя – и огромным снарядом «Новы», конечно. Хотя последний был скорее средством дать ей возможность эффективно использовать свои двигатели. И не имея больше вражеских сигналов на своих авгурах или визуальных контактов, она убрала в кобуры свои лаз-пистолеты, позволив стволам остыть до комфортной температуры. Она могла наконец взять перерыв.       И ответить на раздражающее мушиное жужжание в своём ухе. Или, скорее, попытки с ней связаться. Ближайший Имперский военный флот, несомненно, осаждён еретиками. Или ранее был осаждён, заметила она, поскольку все корабли, с которыми они сражались, поджали хвосты и побежали так, как презираемые Императором трусы.       – "Наследие Савона", это "Его воля", слышу вас чётко и ясно, – наконец сказала она после нескольких явных приветствий, – Извиняюсь за запоздалый ответ, я была занята сражением.       Её феи-связисты вежливо сообщили ей, что она получает запросы от флагмана боевого флота почти с момента её неожиданного появления на поле битвы.       Удар, когда молодая женщина на противоположном конце либо сообщила начальству что она ответила, либо оправлялась от охватившего её благоговения из-за её выступления. Может быть.       – "Его воля". Или кто бы ни выдавал себя за этот корабль, это лорд-адмирал Кадианского линейного флота Куоррен. Немедленно идентифицируйте себя.       Глаза Вилл расширились. Её осанка автоматически и инстинктивно распрямилась так, как в присутствии командира. Адмирал. Он просил её идентифицировать себя и поэтому она предоставила свою секвенцию транспондера, передавав оную по длинноволновому каналу. Это был уникальный идентификационный код, заключённый в специальном компоненте когитатора, которым обладал каждый военный корабль Имперского флота, идентифицирующий его как этот и исключительно этот корабль и позволяющий другим судам лучше отделять друзей от врагов.       – Да, лорд-адмирал. Могу ли я получить разрешение приблизиться к, гм, – она проверила название корабля на своих авгурах, – "Наследию Савона"?       Ещё одна долгая пауза. Вероятно, для подтверждения того, что она была подлинной, так сказать. И потрясающей.       – Разрешение предоставлено, вы можете приблизиться. Обесточьте всё оружие и поддерживайте минимальную тягу при приближении. Лорд-адмирал Куоррен, конец связи.       – Спасибо, адмирал.       Она сделала так, как он приказал, переключив свои лэнсы в режим ожидания и уменьшив мощность своих главных двигателей, широко развернувшись в сторону "Наследия" и, почти полностью полагаясь на свои маневровые двигатели, направившись к флагману Кадианского флота. По крайней мере, от него остался флот – там было мало кораблей, всё ещё находящихся в боевом состоянии. Многие были сильно повреждены, их корпуса ковыляли к любым спасательным и ремонтным судам, которые сами по-прежнему работали. В лучшем случае кораблей было достаточно для одной функциональной ударной группы. Вилл надеялась, что подкрепления уже были в пути.       Приблизившись, Вилл заметила, что "Наследие Савона" был линкором класса «Воздаяние». Универсальный солидный военный корабль с массивными макро-пушками в бортовых отсеках и батареями лэнсов в дорсальных башнях. Вокруг него было множество ударных кораблей, несомненно, стаи пустотных истребителей и бомбардировщиков для использования против других военных кораблей и даже планетарных целей. Ей стало интересно, кем был Савон и что он сделал, чтобы такой почтенный корабль был назван в его честь. Как ей виделось, это было эффективное судно, чтобы выступать в роли флагмана. И это было так, она сама исполняла подобную роль.       Всё ещё исполняла, вроде как.       Лорд-адмирал. Каким он будет? Она не могла дождаться встречи с этим человеком. Однако через её вокс он говорил немного дерзко и враждебно. Подойдя ближе, она почувствовала на себе авгуры "Наследия", его сканеры и детекторы исследовали её кожу и корпус.       Её кожа. Она всё ещё чувствовала себя военным кораблём, двести миллионов тонн, заключённые в держащиеся в тонусе мускулы, ощетинившейся всевозможным оружием в кобурах и ножнах на талии и бёдрах, пламя её реакторов горело в её груди…       Это было странно. Она вытянула руки перед собой, в порядке опыта ощущая, как сжимает и разжимает пальцы и вращает запястьями. Её руки и предплечья были в перчатках, и она взяла кончики пальцев одной руки и потянула, упомянутая перчатка соскользнула. Она почувствовала, как ткань скользит по её коже, когда ту впервые обнажают. Странно. Она поднесла обе руки к своей груди, нежно сжимая её ими и отмечая различные ощущения, исходящие не только от её рук, но и от груди, её груди сжимались, когда она прижимала к ним руки. Это было… удивительно.       Вилл осторожно надела перчатку, прежде чем взяться за что-то, что она заметила: свои волосы. Блестящие золотисто-блондинистые, заплетённые в длинную ниспадающую косу, тянущуюся чуть ниже её бедер. Она взяла её в руки, дивясь невероятному золотистому цвету. Великолепное золото Императора. Она потянула за свой заплетенный в косичку хвост, испытав лёгкий дискомфорт в корнях, где волосы соприкасались с её кожей головы. Захватывающе.       Она продолжала играть с хвостом весь оставшийся путь до "Наследия Савона".

-==== ][ ====-