Так было задумано...

«Огонь. Повсюду огонь. Незнакомые силуэты. Она уверенна, это плохие люди. Почему она в этом уверена? Не понятно. Что-то происходит. Она не может понять. Она вообще ничего не может разобрать. Она лежит, и не может двигаться, будто её что-то сдавило. Она начинает вертеть головой. Силуэты пропали. Что-то по бокам от неё. Кроватка? Она в детской кроватке? Но ведь она большая для детской кроватки. Она повернула голову влево. Дверь. Открылась дверь. Кто-то забежал. Женщина. Она похожа на эту женщину. Ей говорят, что она похожа на маму. Это мама? Но мама мертва. Потом боль. Резкая и нестерпимая боль в груди. Зрение расфокусировано. Боль прекратилась так же резко, как и началась. Её кто-то поднимает. Она увидела его лицо. Лицо. Знакомое до боли лицо, но на не знает этого мужчину. Или знает? Джейкоб? Нет это не Джейкоб. У Джейкоба нет шрамов на лице. Но он похож на Джейкоба. Это папа? Он вернулся к ней? Нет. Потом темнота. Голова тяжёлая. Она открыла глаза. Папы больше нет. Только огромная кошачья морда. Эта морда что-то держит в зубах. Он держит её. За что-то белое. Она почему-то уверенна что этот огромный кот держит её. Она подняла глаза вверх. Небо. Ночное, звёздное небо. Её опустили. Куда? На землю. Холодно. Спине холодно и груди больно. Она повернула голову. Лев. Это огромный лев. Он хочет съесть её? Голубые глаза. У львов бывают голубые глаза? Но тут резко захотелось спать. И она уснула…» Катрина вскочила. Грудь, там, где находятся её шрамы, сильно жжёт. Больнее, чем в прошлые разы. Из глаз потекли слёзы. Больно, ей очень больно. Она пытается не закричать, чтобы не разбудить девочек. Почему боль не прекращается? Ей снится один и тот же сон, вот уже месяц, каждый божий день. Именно с того момента, как в их купе вошли дементоры и она потеряла сознание. Катрина пришла в себя, только в школе. Через пару недель. В больничном крыле. После пробуждения так же болела грудь, но боль продлилась недолго. С ней был Лютик. Он исхудал, бедняга. Мадам Помфри дала ей зелья, шоколадку, и стала расспрашивать о самочувствии. Так же пожаловалась на Лютика, мол, он агрессивный и невоспитанный. Кэт извинилась за его поведение, и сказала, что чувствует себя нормально. Пробыв ещё пару часов в больничном крыле, на всякий случай, она с Лютиком отправилась в башню. По дороге, её окликнула профессор МакГонагалл. —Мисс Шепард. — встревоженно позвала её профессор. — Наконец-то вы очнулись. Как вы себя чувствуете? — Здравствуйте профессор. — поздоровалась она. — Со мной всё нормально, вроде. Что произошло? Мадам Помфри ничего не сказала. — Вы потеряли сознание в поезде и не приходили в себя. Профессор Люпин очень перепугался за вас, как, впрочем, и все мы. Обследовав вас, мадам Помфри заключила, что вы крепко уснули. Но вы пробыли в таком состоянии почти неделю. Ваши родственники оповещены, и, если случится что-то подобное снова, ваш дядя вас заберёт. — А, какое сегодня число? — Шестнадцатое сентября. Вот ваше расписание. — она подала пергамент. — Если вы не уверенны в своих силах, то можете сегодня и даже завтра не посещать занятия. Так же вам следует поговорить с преподавателями и обсудить пропущенное вами за это время. Поблагодарив профессора и спросив пароль от гостиной, Катрина отправилась в башню. МакГонагалл что-то недоговаривала. Просто уснула? На шестнадцать дней? Как бы то ни было, ей не нравилась перспектива того, что дядя может забрать её домой. Поэтому она приняла решение отдохнуть и прийти в себя, а на следующий день пойти на уроки. Вечером она даже посетила ужин, где её радостно встретили друзья и однокурсники. Они переживали за неё, расспрашивали как она себя чувствует, а также поделились последними новостями. Хагрид с этого года их новый профессор по Уходу за магическими существами, но первый урок прошёл негладко из-за выходки Малфоя, и теперь Хагрид давал им возиться только с флоббер червями (Катрине было невероятно жаль Хагрида), на уроке прорицания профессор Треллони предсказала Гарри погибель (где же она раньше ходила), поведали о первом уроке с профессором Люпином, он оказался замечательным преподавателем и она с нетерпением стала ждать его урока, так же они обсудили прочие мелочи. В тот вечер не обошлось и без Малфоя, который изображал из себя страдальца, когда ему это надо было. Заметив Катрину, он вместе со своим дружками, натянули капюшоны и стали прикидываться дементорами. Когда они подошли достаточно близко, Катрина встала из-за стола, подошла к Драко и легонько ударила его по раненой руке. Он сразу же схватился за руку, упал на пол и стал кричать. Театр одного актёра, не иначе. Судя по тому, как он корчился, она ему сломала её в трёх местах. Он так орал, что весь зал затих, после чего большинство студентов заржала. Драко вместе с друзьями поспешил удалиться. После ужина к ней подошёл Хагрид. Великан искренне выразил радость, по поводу её выздоровления, если можно так выразиться. Она в свою очередь поблагодарила его и выразила свои сожаления по поводу провалившегося урока. Хагрид ответил ей грустной улыбкой и пригласил её вместе с друзьями к нему на чай. Все с радостью приняли приглашения. Со следующего дня она исправно ходила на занятия, а по вечерам выполняла домашние задания, в том числе и за пропущенный период. Начались тренировки по квиддичу, Вуд был одержим победой, Катрина временами шутила, что, если надо будет ради победы сдать всю команду прямо в пасть Блэку, Оливер с удовольствием это сделает. Так же, Катрина ходила на дополнительные занятия к профессору Снейпу, он ей это предложил, чтобы она не потерялась в учебном материале из-за пропусков. Даже после того, как они разобрали материал за пропущенные дни, Катрина продолжала ходить на дополнительные. На них она либо помогала профессору с приготовлением некоторых зелий, либо он сам что-то варил, но при этом учил и девочку. Свободного времени практически не было, но это и радовало Катрину. Чем меньше она думает о своих странных снах, тем лучше её ментальное состояние. Боль стихла. Девочка легла обратно на подушку. Лютик лёг ей на грудь и стал урчать. "Пытается успокоить" - улыбнулась Катрина и принялась гладить своего питомца. Она взглянула на часы. 3:45. Днём будет как помятый валенок, если сейчас не уснёт. Среди уроков зелья, на котором надо быть максимально сосредоточенной, и дополнительные вечером. Нужно ещё немного поспать. Но сон не шёл. Катрина задумалась: а вдруг это не просто сны, а её воспоминания? О той ночи? Но как она может помнить то, что происходило тогда, если ей было около восьми месяцев от роду? Ещё и тот разговор с МакГонагалл. Просто уснула на шесть дней? Разумеется, причина в другом. Ей просто не говорят. И если все так и есть, то почему? Друзья ничего не знают о происходящем с ней. Поначалу Катрина думала, что всё это ей снится из-за сильного впечатления от встречи с дементором, и это просто злая шутка её воспаленного сознания. Неделя, две, три, но сны не прекращались. И вот сегодня сон изменился. Она видела родителей, по крайней мере, она так считает. К глазам снова подступают слёзы, ей резко стало страшно. Что если это действительно её воспоминания, то она в скором времени увидит смерть мамы? И, возможно, отца? Думать об этом было очень страшно. И лев. Разумеется, что её родители не держали у себя дома подобного зверя, Руфус бы точно о таком не умолчал. Откуда там мог взяться лев? Может кто-то из родителей был анимагом? Или же она сходит с ума? Столько вопросов, а ответов никто не сможет дать. Ещё немного подумав, Катрина решила поискать что-нибудь в библиотеке, часть ответов должна быть хотя бы там.

***

Катрина так и не уснула. Поднявшись в 6 часов, она, выполнив все утренние дела, оделась и решила повторить материал по истории магии и зельям. Через полтора часа встала и Гермиона. Девочка лениво потянулась на кровати и повернула голову в сторону кровати Катрины. — И давно ты встала? — зевая и потягиваясь спросила Гермиона. — Ммм, в шесть или около того. Выспалась? — Нет. Всю ночь какая-то чушь снилась. И уроки. — Гермиона принялась собирать сумку. — Ты что-то зачастила рано вставать. У тебя всё нормально? Ты выглядишь бледнее обычного… — Нет, но жить буду. Тоже всякая хрень снится. Не забивай голову. — махнула рукой Кэт и взглянув на сумку подруги, спросила. — Как ты таскаешь такую тяжесть? Спину пожалей. — У меня много уроков, постоянно бегать в башню я не могу, сама понимаешь. Знания требуют жертв. — весело заключила Гермиона. —Ты сегодня вечером свободна? — Нет, у меня дополнительные, но завтра я абсолютно свободна. Что ты хотела? — Ты отдалилась от нас, после того случая в поезде, стала раздражительной, мало спишь, я думала, может мы соберёмся все вместе, пойдём к Хагриду и просто проведём вечер как раньше. И ты расслабишься, наконец.—Гермиона умоляюще посмотрела на Кэт. Отдалилась? А ведь действительно. За последний месяц, они ни разу не собирались вместе, кроме того раза, когда ходили в гости к Хагриду. Так иногда перекидываются парой слов, и Рон с Гарри просят домашку. Даже на учёбу ходят по отдельности. — Да, прости… Просто столько всего навалилось… Конечно! Я с радостью! — оживлённо ответила Кэт. — Отлично. — обрадовалась подруга. — И на завтрак мы сейчас пойдём вместе! — Я хотела пойти в библиотеку. Мне нужно взять там кое-какую книгу. Иди без меня, я скорее всего не успею. — Ладно, но завтра утром ты от меня не отделаешься! Катрина подняла левую бровь и посмотрела вопросительно на Гермиону. — Это угроза? — та лишь засмеялась в ответ. Хмыкнув, Катрина оставила Лютику поесть, попить и схватив сумку направилась к выходу.

***

Снейп был крайне удивлён, увидев Шепард в такую рань в библиотеке. Она, по всей видимости, его не заметила, и он решил воспользоваться этим и посмотреть зачем она здесь. Неужели компашка Поттера снова что-то затеяла? Девочка остановилась посреди читального зала, и стала чесать нос. Она так делала, когда раздумывала над чем-либо. Северус принялся рассматривать её: впалые щеки, синяки под глазами, несвежий цвет лица и даже её некогда чёрные, цвета воронова крыла волосы, сильно потускнели. С каждым днем все хуже и хуже. Еще на прошлых дополнительных девочка выглядела гораздо свежее. Всё признаки недосыпа и недоедания. То, что она стала мало ест Северус приметил недели две назад. Но чем же она занимается по ночам? Вот она ринулась в обратную сторону и подошла к одному из шкафов с книгами. Что-то ищет, и судя по реакции, нашла то, что искала. Профессор аккуратно подошёл к ней сзади и стал рассматривать книги, на которые обратила внимание девочка. Сновидения, расшифровка снов, даже латинское писание о связи снов и магии она не оставила без внимания. Она знает латынь? А, девочка, оказывается, более талантлива чем он думал. Когда Катрина принялась складывать книги в сумку, он решил подойти и, как-бы, невзначай, взял книгу. Девочка резко развернулась в его сторону и схватила за руку и удивлённо захлопала глазами. Поняв, что это он, она отпустила его руку и отвела взгляд. Северус только в этот момент понял, что встал к ней чуть ли не впритык. Он раскрыл книгу, как-бы изучая, и абсолютно без эмоционально спросил: — Вы знаете латынь? Катрина вздрогнула и быстро отчеканила, даже не посмотрев на него: — Да, сэр. Не идеально, но на хорошем уровне. Умница. Надо будет ей предложить книгу с особыми рецептами зелий, на латыни. Но это позже. — Зачем вам эти книги? — строго спросил профессор. Девочка, наконец, подняла на него свои глаза. Да, вблизи она выглядит более болезненно. — Мисс Шепард, как вы себя чувствуете? Вид у вас очень болезненный. — Ну, нормально. Жить можно. — она отошла от него в сторону, нервно теребя мантию. Боится? Никогда за ней такого не было. Его боялась большая часть учеников в школе. Не сказать, что Снейпа это хоть немного волнует, но определённо забавляет, особенно реакция первокурсников. Даже новоиспеченный и «храбрые» гриффиндорцы опускают глаза при виде него и надеются испариться из помещения, лишь бы он их не заметил. Так было и с однокурсниками Катрины. На первом уроке, почти все, кроме слизеринцев и пары ребят с других факультетов, опускали глаза и не смотрели на него, пока он вёл урок. И то, те немногие, поглядывали с опаской. Но не эта девочка. Когда Северус перевёл свой взгляд на Поттера, когда перечислял фамилии и имена студентов из классного журнала, она сидела рядом. Катрина смотрела на него абсолютно спокойно, и без какой-либо опаски, в том время как Поттер пытался врасти в стул. Это был второй раз, когда Катрина Шепард смогла удивить его. Он сразу приметил её, ещё на распределении. Северус был уверен, что она будет распределена на Слизерин. Слишком уж девочка походила на свою мать, не только внешне, но и поведением. Высоко поднятая голова, прямая осанка, и «мразотное» выражение лица, как в своё время оценил Денеболу его друг. Казалось бы, типичная Блэк. В девочке ничего не говорило о том, что она дочь Грегора. Но, это всё на первый взгляд. Шляпа отправила её на Гриффиндор, чему Северус был искренне удивлён. Время показало, что в девочке как раз-таки намного больше от отца, чем от матери. Талант ловца, авантюрный характер, чувство юмора, верность друзьям, и суждение о людях по поступкам, а не по внешности. И, конечно, решение конфликтов с помощью кулаков. Считай, почти копия Грегора с лицом Дени. От матери в Катрине тоже оказалось не мало, но в основном не самое лучшее. Излишняя грубость, нелюбовь к критике, брезгливость, и, самое интересное, герпетофобия. Ах да, талант в зельях. Ещё одна вещь, которая очень удивила Северуса. Шепарды, по крайней мере два брата, которых он прекрасно знал, были абсолютны ужасны в этой дисциплине. Если у Джейкоба раз на раз не приходился, то Грегор два раза, чуть не угробил весь класс, без преувеличения, ядовитыми парами из своего котла. Про то, сколько раз его котлы взрывались Северус, при своей отличной памяти, точно вспомнить не может. Грег был в больничном крыле чаще, чем, возможно, каждый из учеников школы во всём Хогвартсе на тот момент. Они с Денеболой и Руфусом как могли помогали ему, чтобы его тупо не вышвырнули из школы за неуспеваемость. Талант девочки был не только удивительным, но и приятным открытием. Пока он расспрашивал Поттера на знание лёгких основ зельеварения, подняли руку, чтобы ответить ещё два человека. Грейнджер и Шепард. Первая была готова из юбки выпрыгнуть, лишь бы показать свои знания, в то время как Катрина сидела смирно и ожидала. На Гермиону он даже не обратил внимания, а Катрину всё же спросил, но задал совершенно другие вопросы. Просто из чистого любопытства. И она давала полные и развёрнутые ответы, пояснения и хорошо знала определения на уровень выше того, что изучалось на первом курсе. Это он спрашивал тоже из чистого интереса. И сюрпризы на этом не заканчивались. Поттер с Уизли с огромным удовольствием обсуждали своего «горячо любимого профессора», в очень негативном ключе. Если такое обсуждение всплывало при девочке, то она начинала яростно защищать профессора, даже слишком. О, и сколько раз Северус был свидетелем ссор Катрины с Роном, в которых Рон называл «проклятую летучую мышь» венцом зла, а девочка призывала его не мыслить поверхностно. Ещё одна вещь, которая удивила его. Исходя из всего, нынешнее поведение девочки было очень странным. — Я вас пугаю? — Нет! Просто вы так неожиданно подошли, я думала, что одна здесь. — Я заметил. Вам стоит показаться мадам Помфри, и я думаю мы перенесём наши занятия. Девочка принялась активно жестикулировать. — Нет! Не стоит, со мной всё нормально! Просто спала плохо… Снейп продолжил настаивать на своём. — Мисс Шепард, вы выглядите так, будто живёте в Азкабане. Сегодня вечером отдохните, а завтра придёте на занятия. — сказал Снейп тоном, не терпящим возражений, и протянул Катрине книгу. — Можете так же не приходить на урок, баллы с факультета снимать не буду. Не дождавшись ответа, Снейп направился к выходу. Он уже было вышел, как Катрина подбежала к нему и схватила за руку. — Профессор! Можно задать вопрос? Девочка выглядела так, будто решилась на что-то отчаянное. — Задавайте. — Вы же знали моих родителей? — Снейп в ответ лишь кивнул. — Скажите, вдруг вы знаете, был ли кто-то из них анимагом? Катрина не перестаёт его удивлять. Она не знает? — Они оба были анимагами. Неужели, ваш дядя или крёстный не рассказывали об этом? — она отрицательно покачала головой. — Хм, очень странно, если учесть, что Джейкоб и Руфус тоже анимаги. На лице у Катрины пронеслось множество эмоций: обида, злость, она даже сильнее сжала свою руку на его, непонимание. Она подняла свои глаза и спросила. — Лев. У отца была форма льва? Снейп кивнул, и она отпустила его руку. — Спасибо профессор, я пойду, а то опоздаю. — Девочка обошла его и скрылась за дверью. Подозрительно. Она не знала о том, что почти все её близкие анимаги, но откуда-то знала о форме отца. Что же у неё на уме? Снейп посмотрел на часы и, поняв, что и сам опаздывает на урок, вышел из библиотеки.

***

Катрина всё же решила вместо занятий, пойти к мадам Помфри и взять отгул на день. Всё вставало на свои места. Похоже, что действительно, ей снилась та ночь, когда она осиротела. Ведь она понятия не имела о том, что родители анимаги. Сны -, это игра нашего воображения, нельзя видеть того, о чём человек не знает. Первую половину дня она провела в своей комнате, читая одну из книг, взятых в библиотеке. Абсолютно бесполезное в её случае, но само по себе интересное писание. Наступило время обеда, и Катрина отправилась в большой зал, лишь для того, чтобы поговорить с друзьями. Войдя в помещение, она начала искать глазами друзей и очень удивилась не увидев их. Девочка собиралась уйти, как вдруг, кто-то схватил её за руку. — Катрина! Это была Гермиона. — Тебя не было на занятиях. Снейп сказал, что тебе плохо. Я думала ты в больничном крыле и отправила туда Гарри с Роном проверить. — Ты меня сейчас чуть в могилу не отправила. Пожалуйста, не делай так больше. — и вздохнув продолжила. — Я была у мадам Помфри и взяла отгул на день. Долго убеждать её не пришлось. Я правда выгляжу паршиво? Гермиона лишь закивала в ответ. — Тебе надо поесть. — и не дожидаясь ответа потащила подругу вглубь зала. — У тебя, для человека, который пашет за троих, слишком много энергии, Герм. — жаловалась Кэт, пока подруга тащила её к столу. — Я не голодна! Гермиона будто не слышала её. Или делала вид. Они обе сели на свободные места. Гермиона принялась накладывать курицу, картошку и салат в тарелку подруги. Катрина лишь обречённо вздыхала и взяла вилку. — Ты напоминаешь мне моего дядю. — Если вспомнить о гиперзаботе твоего дяди, то радуйся, что я не он. Ты выглядишь так, будто сама из Азкабана сбежала. Катрина удивлённо посмотрела на подругу. — Ты вторая за сегодня, кто упомянул Азкабан, при виде меня. — И кто первый? — Снейп. — реакция Гермионы заставила Катрину засмеяться. — И опережая твой вопрос. Я с ним встретилась в библиотеке. Он сказал, что выгляжу я как говно и на урок мне не приходить, а дополнительные будут завтра. — И он прав. — уверенно заявила Гермиона. — Сравнение ужасное, но определённо подходит в данной ситуации. Лицо Катрины исказилось от возмущения. — Я преувеличила между прочим! Разумеется, он не так сказал! И выгляжу я нормально! Гермиона лишь покачала головой и закатила глаза, а-ля, как знаешь. Она знала, что не стоит спорить с Катриной о её внешности, это всё равно, что опустить голову в пасть василиску. А всё из-за комплексов подруги. Человек не воспринимает критику ни в каком ключе. Так, в том году, Пэнси Паркинсон, попыталась подколоть Катрину, из-за аллергической сыпи на её щеке, а в ответ получила длинную цепочку из оскорблений, самым безобидным из которых было «мопс переросток». Пэнси еле сдержала слёзы, а Катрина потеряла очки факультета, потому что эту ужасную картину застал профессор Флитвик. Не сказать, что Гермионе было жаль Пэнси, но Катрина себя повела не лучше Малфоя. Взрывной темперамент и комплексы ужасное сочетание. Закомплексованность Катрины бесила Гермиону. Красота – понятие очень субъективное, но Катрина действительно красивая. Многие в Хогвартсе называли её самой красивой в школе. Даже в таком состоянии, назвать её страшной или не привлекательной язык не повернётся. Треугольная форма лица, высокий лоб, неширокие брови с восходящим концом, миндалевидные глаза, в комбинации с бровями создавали у Катрины «кошачий взгляд», высокие скулы, неширокий нос с прямой, тонкой спинкой, пухлые губы, формой напоминающие сердце, белоснежная кожа, длинные, густые чёрные волосы. Даже фигурой природа её не обделила, а квиддич только улучшал её внешний вид. Что, казалось бы, не так, не понятно. На фоне Катрины, Гермиона казалась абсолютно неказистой. — Извини… Ну с ебанцой я, на счёт своей внешности. Ничего уж не поделаешь. Я вот только научилась нормально свой шрам воспринимать. — А на первом курсе ты говорила, что гордишься им. — сквозь улыбку произнесла Герми. — Цыц. Ну надо же было показать себя «сильной и независимой». Вот я и показала. Подруги засмеялись. Отобедав, они пошли на выход из большого зала и столкнулись с мальчиками. — Вот вы где. Катрина, мы тебя везде искали! — возмущался Рон. — Извини. — Кэт пожала плечами. — Я до обеда была в башне. А тут меня Гермиона подстерегла и заставила есть. — Правильно сделала. — сказал Гарри. — Ты на ходячий труп похожа. Катрина сжала губы и в саркастической манере и произнесла. — На дементора. — Не обижайся. Я не хотел тебя обидеть. — Гарри поднял руки в примирительном жесте. — Но правда, ты сама не своя. —Я хотела с вами поговорить. Вы сильно голодны? — спросила Кэт парней. Живот Рона утвердительно заурчал. — Ладно. Пошли обратно. Уже всей четвёркой ребята вернулись в большой зал. Гермиона и Катрина сели на те же места, Рон и Гарри напротив них. — Так о чём ты хотела поговорить? — накладывая поесть спросил Гарри. — В общем… о своём состоянии. С того дня, когда я очнулась спустя пару недель, мне снится один и тот же сон. — начала Кэт. — И казалось хрен бы с ним, но во время сна мне становится так страшно, что я просыпаюсь и у меня болит мой шрам, либо это фантомные боли. Не знаю. — Охренеть! — прокомментировал Рон. — Почему ты не поговорила с преподавателями? — Потому что я думала, что это игра моего воспалённого сознания. Просто сильное впечатление от знакомства с одним из охранников Азкабана. — развела руки девочка. — Почему ты раньше нам не сказала? — встревожился Гарри. — Если ты не хотела разговаривать с преподавателями, то мы бы все вместе искали бы решение, как раньше. — Говорю же. Я думала это временно. До сегодняшней ночи… Сон был почти таким-же, как всегда. Только… Сегодня приснились и мои родители. — Вот почему ты так рано вставала… — грустно заключила Гермиона. — А что именно ты видишь в нём? — Горящую комнату. И тёмные силуэты. Так было изначально. Но сегодня я смогла его «контролировать». Я смогла двигать головой и поняла, что нахожусь в детской кровати. Потом в ту комнату вбежала мама. Я почти уверенна, что это была она. И резко её образ, сменился образом папы. И в конце сна, меня вытащил из той комнаты огромный лев. И я уснула в этом сне… — Подожди… Это твои воспоминания? — спросил Гарри. — Я так думаю. Но это странно. Мне и года не было. Как я могу что-то помнить? Это странно… По меньшей мере. — Откуда там мог взяться лев? — задал резонный вопрос Рон. — Ответ прост. Сегодня я ходила в библиотеку, искала книги про сны, и ко мне подошёл Снейп. Но это не суть. Когда он принялся уходить, я додумалась спросить его, был ли кто-то из моих родителей анимагом. Они же учились вместе, мало ли. Оказалось, что они оба были анимагами и у отца была, как раз, форма льва. Рон и Гарри молчали и очевидно были в замешательстве. Гермиона ничего не говорила, но вид у неё был задумчивый. Через пару мгновений она подала голос. — Я могу ошибаться… Но, возможно, ты Сновидец. — Что?! Да быть такого не может, она же не проклята! — не согласился Рон. Катрина и Гарри переглянулись. Они оба не понимали о чём говорят их друзья. — Ты не знаешь о Сновидцах? — удивилась Гермиона. — Это волшебники, по типу легилиментов, но гораздо сильнее. Они могут, при отточенном мастерстве, проникать в сознание любого человека и не только прочесть их воспоминания, но и изменить их. Так же и со своими воспоминаниями. Это редчайший дар, им обладали единицы, и появляется лишь у тех волшебников, кто находится под мощнейшим проклятием, чарами или заклятием. Проявляется он после сильного эмоционального потрясения. — объяснила девочка. — Я не утверждаю, но… — Стоп. Но, это невозможно… Проявляется он у тех, кто проклят и так далее… Но я не проклята, на мне не висит никаких заклятий. Ничего такого. — пожала плечами Катрина. — Ты можешь об этом не знать. Проклятий, заклятий такое множество. Но, если даже я не права, то тебе стоит поговорить с профессором Дамблдором. Видеть один и тот же сон, продолжительное время – это не нормально, Кэт. Катрина промолчала. Позже она предложила поговорить о чём-то ещё. Никто не стал настаивать, понимая, что ей нужно время переварить услышанное.