Так было задумано...

—Снова не то…—Олливандер аккуратно забрал палочку из рук девушки. —А вы достаточно сложная клиентка, мисс Шепард. —он добродушно улыбнулся. —Прямо как Ваша мама. —он взглянул на Денеболу. —Мне палочку нашли побыстрее. —она была раздражена, но старалась не показывать этого. Выходило отвратно. Катрина и сама устала. Прошло, наверное, часа два – не меньше. Она вообще надеялась, что ей дадут похожую палочку, по свойствам, на прошлую – и дело в шляпе. Но, подобные палочки просто, либо не шли в руку, либо не слушались – магия какая-то, точнее не та, что нужна была. Но девушка терпеливо ждала – без палочки уже никуда. Свободного времени всё меньше и меньше, а значит надо тренироваться, улучшать свои навыки в дуэли. Мистер Олливандер принёс следующую. —Попробуйте эту. Катрина услышала, как недобро хмыкнула мама, но не обернулась, чтобы посмотреть по какому поводу такие реакции. Катрина взяла предложенную, тёмно-коричневую, изогнутую и так и сяк палочку. —Груша, волос единорога, тридцать четыре сантиметра, не гнётся. Девушка взмахнула и настольная лампа, стоящая на стойке, просто лопнула. —Чёрт… Прошу прощения… —Ничего, мисс Шепард. —он аккуратно забрал палочку. —Что же с Вами делать… —Например, не давать палочки похожие на палочки моих кузин – дело так с мёртвой точки не сдвинется. —Может быть… Может быть… —он пошёл дальше, к стеллажам. Катрина быстро развернулась к матери. —Мама! Зачем хамить?! —Затем, что ты не похожа на моих дур-кузин. Ну Меда – не дура. Оно понятно. Но Белла и Цисси, — имя матери Драко она произнесла с наибольшим презрением. —Это дно. Катрина не стала продолжать спор. Она очень устала, хотела есть и спать. Все силы и так уходили на стабилизацию дара. В тот раз она порезала себя всю, нисколько руками, сколько собственной магией. Сам процесс неизвестен, но то, что шрамы не удастся залечить ни одним заклинанием, мазью, зельем – уже стало поводом задуматься. Профессор Снейп выяснил это за считанные дни, и очевидно, не спал всё то время. Катрина невероятно благодарна ему и очень польщена – он не обязан жертвовать своим свободным временем и здоровьем, ради неё. Но он это делает, и что дивно, даже не скрывает сие факт. Вообще Снейп себя вёл… Не как Снейп. По отношению к ней. Он стал более добрым и внимательным. Кэт, само собой, не жалуется, а даже наоборот, как выразился Руфус, светится изнутри от счастья. Просто в её дивной, и полной живой фантазии черепной коробке, начали проявляться следы пустых надежд на что-то… Как и всегда до этого, казалось бы, но ведь они видятся каждый день, общаются и даже, вот новость, чаи распивают. От чего, те странные образы из её фантазий, приобретают своё живое воплощение. В некотором роде. И образовавшаяся пропасть, из-за которой у них были частые конфликты, проблематичные отношения и недопонимания – испарилась. Всё вернулось на тот отрезок времени, когда она была любопытной, но дико замученной третьекурсницей, и задавала профессору огромную кучу неудобных вопросов. Сейчас этими неудобными вопросами был Тёмный лорд. Снейп очень легко расставался с информацией, спокойно реагировал на её расспросы… Но, чем больше она знала – тем больше росло её беспокойство за профессора. Сейчас она присутствует на всех собраниях ордена, слушает все те ужасы, что творятся – убийства, пытки, похищения, пропажа других членов Ордена… А про то, как действуют сами Пожиратели – слушать не менее страшно. И распространяется эта жестокость не только на невинные души, которым не повезло попасться на пути этих тварей, но и те, кто некогда, служил Волан-де-Морту, а сейчас отвернулись от него. С одной стороны – их не должно быть жаль, не те люди, о которых стоит скорбеть. И всё же, в видении девушки, никто не заслуживает пыток, медленной и мучительной смерти, смотреть на то, как истязают родных и любимых. За преступления, намеренные, надо сидеть в тюрьме. Это не люди – это монстры. Самые настоящие монстры. Понимание этого должно было бы зародиться в Катрине ещё очень давно, но почему-то осознание пришло лишь сейчас. Поэтому страх за Снейпа рос. Она постоянно была на иголках, пока они не встретятся в доме, на очередном собрании, а после побеседуют. Только тогда она начинает успокаиваться – он жив, здоров, ему не угрожали, а значит, что беспокоится, вроде, не о чем. Всё же сердце девушки не на месте. Катрина никогда до этого так не переживала. Усиливали переживания и деятельность остальной части семьи. Все были в опасности, играли с огнём, но в самое логово, в самое опасное место ходил лишь он. Именно поэтому переживания за любимого мужчину были сильнее остальных. Олливандер прервал поток её мыслей, своим внезапным появлением. Он был крайне озадачен, но и, кажется, в некотором роде – в предвкушении. —Мисс Шепард, попробуйте эту палочку. —он подал футляр. Катрина, очень аккуратно, раскрыла его. Внутри лежала палочка невероятной красоты: чёрная, как смоль, с витиеватыми узорами, похоже на нечто кельтское, по всей длине. Катрина не шибко разбиралась в подобных вещах. Узор же на рукояти несколько отличался: здесь уже узор уходил во что-то незнакомое, плавно переходя в очертания лепестков роз. Рисунок был мелкий. По крайней мере так это видела девушка. Ей очень понравилась эта палочка, и она мысленно начала просить всевозможные высшие силы, чтобы эта оказалась та самая. Взяв палочку в руки, на кончиках пальцев, он почувствовала лёгкое покалывание. Очень приятное ощущение. Катрина осторожно взмахнула, и, приподняла футляр с другой палочкой. —Получилось. —Слава Мерлину. —Денебола подошла ближе. —Красивая какая… Правда, я что-то похожее видела… Только не пойму у кого… —Чёрное дерево, сердечная жила дракона, тридцать шесть сантиметров, не гнётся. —пояснил мастер. —У Вас, очевидно, много талантов и уникальная индивидуальность. Палочки из такой древесины подходят для очень своеобразных, но глубоких личностей. Поверьте моему многолетнему опыту. Катрина смутилась, а Денебола крайне заинтересовалась. —И сколько Вы таких продали? —Это четвёртая, но близняшка одна, из той партии дерева – отменного качества. И что удивительно – она находится в Вашем окружении, если не ошибаюсь. —У кого? —в нетерпении спросила девушка. —Северус Снейп. Чёрное дерево, перо феникса, чёрного – редкий экземпляр, тридцать восемь сантиметров, и так же – не гнётся. Был удивлён, когда эта палочка досталась этому мальчику – на первый взгляд нельзя было сказать, насколько он отличается от других. Катрина закашлялась, а Денебола, как-то странно, усмехнулась. —Да, Сев очень своеобразный – с этим не поспоришь. —она переступила с ноги на ногу, а её слова сочились от сарказма. — Сколько с нас? И ущерб тоже посчитайте, как-то неудобно получилось. —О, благодарю миссис Шепард. Только, боюсь, это займёт время. —Ничего. —Денебола пожала плечами и обратилась к дочери. —Я хочу чтобы… Раздался звон колокольчика, и на него обернулись мать и дочь увидев Гермиону и Рона. Герми сразу же подбежала к подруге, крепко обнимая. Катрина задорно засмеялась прижимая Гермиону к себе. —Откуда вы оба здесь? —Гермиона отошла от Кэт, чтобы та смогла поприветствовать Рона. —Рада видеть! Ответ на вопрос зашёл следом за ребятами. Руфус, как и всегда, улыбаясь во все тридцать два, вальяжно расхаживая по помещению, подмигнул Кэт. —У нас там теперь просто поселение из Уизли. —Денебола хмыкнула, сдерживая смешок, но это не удалось скрыть от внимательного взгляда мужчины. —И Гермиону тоже сказали прихватить. А мне то что? Я всегда рад помочь. —Мама и папа сказали нам всем собирать вещи, и что мы, временно, переезжаем. Куда, зачем – не объяснили. Джинни больше всех возмущалась. Фред и Джордж вообще отказались делиться информацией, и мы с Джинни пробыли в неведении вплоть до полного переезда. —жаловался Рон. —А уж когда мы… —Без подробностей. —грубо прервала Рона Денебола. —Мы не в штабе. —Да, конечно, миссис Шепард. —Рон виновато потупил взгляд и почесал затылок. —Может, пойдём отсюда? —тихо прошептал он Кэт. Девушки рассмеялись, а Гермиона кивнула подруге. —Мы пойдём. —сказала Кэт, помахав рукой маме и крёстному. Гермиона и Рон последовали за ней. —До свидания, мистер Олливандер! Он выглянул из-за стеллажей. —О, всего хорошего, мисс Шепард. Всего хорошего… —и нырнул обратно. Ребята вышли, громко переговариваясь. Денебола облокотилась о стойку, вопросительно взглянув на Руфуса. —Эта её привычка ставить перед фактом… —Бесит, да? —мужчина довольно заулыбался. —Потому что так ты делаешь, а? —Руфус игриво повёл плечико, подходя к подруге. —Не бесит, но раздражает. Ей всего пятнадцать, а ведёт себя так, словно знает больше других. —В какой-то степени это так. А что такого? Человек знает, чего хочет. Пофиг. Не дура и радуйся. Денебола не сводя взгляда с Руфуса спросила. —И мне очень интересно, откуда это. —О чём ты? —от женщины не ускользнуло то, как напрягся Руфус. А он понял, что, как и всегда, Денебола что-о задумала. Что-то нехорошее лично для него. —Я о том, что никогда пятнадцатилетняя девочка не будет себя вести, как более зрелая девушка, только если с ней не приключалось чего-то ужасного. И не смей всё скидывать на эти философские камни, василисков и прочую муть. Её дружки ведут себя так, как должны. —она приблизилась к Руфусу, словно кошка. —Вкладывай. Или я разложу Джейкоба. Руфус прокашлялся. —Значит прочухала… —Не тяни. Пока Олливандер набьёт мне чек, думаю, ты успеешь рассказать. Должен. —Руфус сразу поняла намёк, что если он этого не сделает – будет хуже. Денебола хорошая подруга, он это признавал, но и была в ней одна ужасная черта – эта женщина способна, если не убить, то покалечить, лишь бы добиться чего-то. Кого угодно покалечить, кроме семьи, к которой Руфус, на своё несчастье - не имел принадлежности. Он вздохнул, и немного помедлив, начал рассказ. —Ты же прекрасно знаешь, что Джейк разбазарил твои деньги. Я его не защищаю, но после «смерти» Грегора ему снесло башню. Он стал предпринимать попытки перепрыгнуть через Грегора, стать лучшим сыном… Ну ты знаешь, что он вечно комплексовал из-за того, что Грег, объективно, лучше, как человек. Взял все твои деньги, внес в какую-то хуйню, прокололся, потом начал в покер играть… Играл, играл, играл. Я особо в это не влезал, не видел необходимости. До одного дня. Подробностей не знаю, но один раз он проиграл огромную сумму очень влиятельному человеку… Просто нереальные деньги. —Сколько? —Лям. —мужчина облизнул пересохшие губы. —Галеонов. —Не дурно. —она хмыкнула. —И что? —И когда мы были в командировке, трёхдневной, дом оккупировали люди того человека. —щёки Денеболы побагровели. Она вскипала. —И напали на Агату и Кэт. Связали, пытали, требовали инфу. Там, Круцио и тому подобные вещи…—Руфус нервно потирал руки, переваливался с ноги на ногу. —И?! —Точно не знаю, как я уже говорил. Их спас Аластор, Дамблдор, и Марк, мой друган. —он выдохнул, нервно теребя шевелюру. —Агата сказала, что Катрина, в один миг, начала показывать характер, защищала её, выделывалась, получала сполна и чуть даже не умерла. Чудом, сейчас—то я понимаю каким, она выжила, её сердце выдержало все эти пытки. Денебола отвернулась от собеседника, сжав ладонь в кулаке. —Сколько ей было лет?! —Семь. Мы все понимаем, что именно это и послужило толчком, для более раннего взросления, потому что, когда Грюм стёр ей воспоминания, она, всё равно, изменилась. Сильно изменилась. Если раньше была достаточно тихой, то тут начала капризничать, спорить, аргументированно, смею заметить, хер слово вставишь, драться с ровесниками и теми, кто старше, читать более взрослую литературу, в игрушки играть перестала... Короче говоря – Кэт скаканула в психологическом развитии на несколько лет вперёд. Кажется, ещё и хорошее образование тоже сыграло на руку, Агата же её ебала как могла. Ну и взросление продолжалось, потом вся эта херня в школе… И вот. Так. Денебола долго молчала. Стояла невыносимая тишина в помещении, лишь изредка прерываемая рассуждениями Оливандера про торшер, и пощёлкиванием пальцами Руфуса. Он всегда боялся, именно боялся, что Денебола прознает про тот ужасный случай. Джейкоб действительно подставил всю их семью под страшный удар: не поставь Дени защиту жизни Кэт – что было бы? Ему страшно об этом думать. Но так же он прекрасно знал – Джейкоб любит мать и племянницу, как никого больше. Своих детей потерял (при страшных, как выяснилось, обстоятельствах), жена оказалась мразью, брата по жизни выделяли больше – да у многих бы крыша поехала. Вот и у Джейкоба поехала, только очень далеко. Руфус с ним разговаривал на эту тему, просил прощения за то, что сдал его с потрохами. Но, что очень удивительно, Джейкоб не злился. «Грегор имеет право знать.» — вот и весь ответ. Уж что творится в светлой головушке этого скрытного красавца – ему одному и известно, но Руфус переживал, о том, что узнай Денебола – Джейкобу конец. Отношения этих двоих самые напряженные. Мужчина делала ставку, что это из-за какого-то случая в их общем прошлом, о котором обмолвился Снейп, но знать ничего не знает. И Грегор не знает – он спрашивал. Удивительно, сколько тайн на такую небольшую компанию друзей… «Благо, не как у «Мародёров».» — раздумывал Руфус. —Жалкий. —Чего? —Руфус напрягся от того, каким жёстким тоном произнесла это слово Дени. Даже мурашки пробежали по позвоночнику. —Джейкоб – жалкий. Всю жизнь пытается проскакать выше Грегора. —она обернулась к Руфусу, с самодовольной усмешкой на лице. Жуткой усмешкой – эта «улыбка», с позволения сказать, исказила её лицо, предавая ему более ужасающий вид. А Денебола и без этого была ужасающей. —Только он всегда будет второсортным. Поделом. —она развернулась к стойке, и выражение её лица стало абсолютно обычным. —Жизнь этого идиота достаточно наказала. Руфус выпучил глаза. —И что ты не попытаешься его убить, проклясть, глаза вырвать, кол в жопу вставить… —Нет. Грегор не оценит. К тому же…—она цыкнула. —Катрина его любит. А это – проблема. Область для мести ограничена, так что, даже не буду пытаться. —А то, что Грегор его любит, типа, похуй? —Руфус, никто никого не любит. —она оценивающе оглядела его. —Как ты не понимаешь… Это простое желание зацепиться за прошлое, в котором всё было хорошо. Особенно у этих двоих: пока Джейк будет завидовать и тихо ненавидеть моего супруга - ни о какой любви и речи идти не может. Руфус рассмеялся. —Нет, Дени. Это просто ты любишь только одного человека. И больше никого. А я, Грегор, да даже Джейкоб с Северусом – мы умеем ценить и любить друзей. Она ничего сразу не ответила. —Четырёх. —Четырёх? Кто? —Катрина, Грегор, Сириус и Регулус. А осуждать меня за то, что я люблю больше всего дочь – не надо. Я мать, хуёвая, но мать. —А я и не осуждал. —Руфус скривился. —Просто я не думаю, что у вас с Грегором любовь – без обид. —он поднял руки в примирительном жесте. —Сколько людей – столько и мнений. Тебе виднее, спорить не стану, но сейчас вы оба больше походите на партнёров. —Миссис Шепард, вот Ваш чек. —Олливандер появился, словно, из неоткуда. —Мистер Монтгомери, добрый день. Руфус кивнул в приветственном жесте мистеру Олливандеру, и взглянув на Денеболу понял по её взгляду, что их диалог продолжения иметь не будет. Извинившись, он вышел из магазинчика, чтобы и дальше не нервировать подругу.

***

Красивая девушка, в дорогом, шёлковом вечернем платье рухнула на грязный, старый, ветхий пол. Падение вышло неудачным и синяя ткань зацепилась и порвалась о торчащий гвоздь из стены. Катрина не обратила на это, ровным счётом, никакого внимания. Она устала. От парада лицемерия, глупой и гнусной лести, Люциуса Малфоя «Кол ему в зад», Нарциссы Малфой «Пусть просто уйдёт подальше от планеты Земля», их сыночки-корзиночки и Блейза Забини. Блейз Забини, в представлении Кэт – умный молодой человек. Был таким. Слово «Нет» - не поддаётся его пониманию и сие субъект только и делает, что бегает за ней и выясняет, как ему её добиться. В общем – устала она от вечеринки, где собирается вся аристократичная срань всея Британии и выделывается друг перед дружкой тем, а кто же больше подлизал Фаджу, а кто же заключил удачный брачный договор, а у кого ребёнок родился, да такой, что аж как Геркулес – молнией из глаз стреляет и добермана придушил. Но ходит она на такие вечера, которые по мнению девушки проходят через чур часто, не ради приятных компаний или же интересного времяпрепровождения. Да там такого нет и в помине. Это её задание: смотреть, бдеть и выискивать информацию. Сначала Катрина решила, что Дамблдор над ней решил посмеяться, но как бы не так – информации и полезных сведений там вагон. Пусть, почти никто, не говорит напрямую о деятельности своей, или же деятельности Тёмного лорда, но она же телепат – вихрь мыслей этих снобов выдаёт их с головой. Благодаря выуженной информации Орден смог уберечь от верной гибели нескольких своих агентов, среди которых были Нимфадора и Руфус: одни из снобов устроили достаточно умную ловушку, в которою агенты почти угодили, потому что догадаться о том, что в них полетят огромные колбы с серной кислотой и нечтом, наподобие коктейля Молотова – даже больная фантазия Кэт не сотворила бы сие картину. Всех отозвали с того участка, а того аристократа Катрина больше не видела. С одной стороны было ужасное ощущение: он, наверняка, поплатился жизнью за неудавшийся план. А с другой – близкие её живы и здоровы. Ещё она выуживает полезную информацию из министерских стен, кою добыть никто из доверенных лиц Дамблдора в министерстве не смог бы. Почему именно Катрина? Всё очень просто. Все Уизли считаются «предателями крови» и в таких кругах они не вертятся (везунчики). А Шепарды, какой-никакой, а вес имеют. Но посылать туда Джейкоба, Грегора или, храни всех Мерлин, Денеболу – опасно. Сразу пошли бы подозрения, и возможные нападения и покушения. Этого то Дамблдор и пытается избежать. К тому же среди аристократической срани Катрина считается очень завидной невестой: приданное будь здоров, два великих рода, красавица редкая, а ко всему прочему далеко не дура. Кто ж не захочет попытаться прибрать к ручонкам такой экземпляр? Конечно, понадобилась легенда о том, что она сейчас переехала в Лондон от семьи (она и вправду живёт одна в квартире Руфуса, всё ради правдоподобности), дел с ними не имеет, лишь поддерживает общение, а сие вечеринки просто желание войти в светское общество. Само собой на самом деле в гробу она видела всё это. Все эти светские вечера выматывают как ничто другое. Пока Катрина лежала, неожиданно, она услышала знакомый голос. —Это безответственно с твоей стороны! Твои родители зря отдали свои жизни?! —Я ВСЕГО ЛИШЬ ХОТЕЛ ПОМОЧЬ! —это голос Гарри. Катрина навострила уши. —Сириус…—голос Римуса. —Подожди!.. Я задал тебе вопрос, Гарри и хочу получить полный и развёрнутый ответ! —Прекрати вести себя, как задница, Сириус! Завтра будем разбираться! —это мама. —Ему и без твоего режима «папочки» досталось! Всё! —Я хочу понять, какого чёрта он творит! Денебола не смей мешать! —Блэк! —это уже был отец. —Мистер Шепард, нет! Катрина и понятия не имела что случилось, почему Гарри здесь, что криминального в его деянии – пофиг. Но помыкать родителями – это просто ужасно. Её всегда трясло, когда о родителях Гарри говорили не с высоты их героического поступка, а с высоты «Ууу, что, зря они погибли, да?! Они ради тебя погибли, ПОМНИ ОБ ЭТОМ!» — Гарри думает об этом постоянно. И да – Катрина может это утверждать, она копошится в головах всех вокруг, раньше вообще бесконтрольно. И её бесят эти придирки – есть претензии, говорите по факту, а не давите на больное, от чего человеку всю жизнь страдать. Плохое расположение духа смешалось с усталостью и возмущением от услышанного. Она любит высказывать своё мнение направо и налево, а в плохом настроении - и подавно. С твёрдым намерением всё высказать Сириусу в лицо, и не только касательно данных слов, быстро вскочив на ноги, девушка кинулась на верх, на кухню откуда и доносились крики. Не Сириусу его уму-разуму учить во вопросах послушания, определённо, он и сам до сих пор дитё малое. —ПРЕКРАТИТЕ! —вот теперь и Гарри не выдержал. —Всё ребят, хватит! Вы уже все грани перешли! ГРЕГОР! —это Руфус, а затем стук, будто шкаф свалился на пол. —Грегор, блять, не пизди его! Катрина открыв дверь узрела картину: Гарри стоял за защищающей его от нападок Денеболой и Руфусом, Сириус и Грегор били друг другу морду, и Грегор, будучи более здоровым и сильным в физическом амплуа преуспевал в этом, Римус с осуждением поглядывал на кучку мала из двух взрослых мужиков, и как ни странно здесь был и Снейп, который единственный заметил прибытие Катрины, но по выражению его лица тяжело было предугадать, что он думает о происходящем. Как и всегда: лицо кирпичом. Оглядев её с ног до головы, профессор зелий вынул палочку и с помощью невербального разогнал дерущихся по разным углам. —На сим я вас покидаю. Говно выбить, теперь, есть кому. —Снейп развернулся и ушёл, приветственно кивнув девушке. Катрина ответила тем же, и как только закрылась за ней дверь, она грозно оглядела собравшихся. —Ну и что вы тут устроили?! —Сириус себя папочкой вообразил. —Денебола схватила Гарри за рукав спортивной кофты. —Пошли. —Денебола, он под моей опекой! —он потянул Гарри уже на себя. Тот как кукла на верёвочке: туда – сюда. Гарри вообще был отрешённый и просто доконали. Очевидно, случилось что-то очень серьёзное, что сильно вымотало его, и по всей видимости Сириус уже продолжительное время орал на него. —Под твоей опекой, а не в твоей полной власти! —заступилась Катрина. —Что случилось-то? Сириус побагровел пуще прежнего. —Катрина, при всём уважении и любви к тебе – не лезь! А то тоже получишь! —А ты моей дочери не угрожай, хмырь! —взревел Грегор. —Нашёлся, блять, воспитатель! —Полезу! Вот как только я услышала, как ты СНОВА манипулируешь гибелью Джеймса и Лили – я полезу. Совсем мозги отсохли?! Очнись, блять, ему больно это слышать! Больно! Весь пыл и злость сначала возросла, он побагровел, глаза засияли от гнева, но Сириуса в один миг и попустило. Он вообще весь сам не свой после новости о собственной смерти: орёт, злится, огрызается — вечно недовольный. Катрина и все окружающие всё понимают, да даже Снейп это понимает и не лезет в склоки с ним, но Сириус уже охренел в этой безнаказанности. Возможно просто тип человека такой: даёшь ему вседозволенность, а он только и рад – присядет на шею и ножки свесит. Но сейчас он перешёл грань, и может Кэт ошибается, но она продолжит стоять на своём. —Ладно. Хорошо. Но ты не должен был так себя вести! —нет, он не угомонился. —Как?! —не выдержала Катрина. —Нарушать правила. Девушка хлопнула в ладоши. —О! Кто это говорит, вы только посмотрите! Святой праведник! Да в сравнении с тобой Гарри ничего предрассудительного за всю жизнь не сделал! Одна ошибка не повод орать как резаный! —Да что ты знаешь о том, что я делал в его возрасте, Катрина?! Тебя там не было. —Руфус фыркнул после этих слов, чем обратил на себя всеобщее внимание. —А ты чего расфыркался? —Мне было вполне достаточно узнать, что ты находясь в здравом уме и трезвой памяти отправил человека на верную смерть в логово оборотня, что ты вместе с другом доебался до того же человека, который просто сидел у дерева и читал ебаную книжку, жестоко унизив перед лицом всей школы! —она резко развернулась к Люпину. —Не подумай, что это камень в твой огород, Римус, просто факт тупости твоего дружка. —тот кивнул в знак благодарности, ошеломлённо глядя на Кэт. Руфус раскрыл рот от изумления, Денебола теперь с большим интересом наблюдала за ситуацией, а Грегор лишь самодовольно ухмылялся. Сириус не ожидал такого количества объективных обвинений и впал в ступор. —Там… Всё это сложно и вообще… —Что сложно? Сложно было понять, что Снейп был бы труп? Сложно было понять, что это – зло? Сложно понять, что издеваться и унижать — это плохо? Что сложно, Сириус? Тебе было пятнадцать лет. Мне пятнадцать, Гарри пятнадцать. Скоро. Никому из нас такая дичь и в голову не придёт, в здравом рассудке. Мы никого ни разу не обидели с намерением принизить, растоптать просто ради развлечения, а не в целях самозащиты, и то, глупой. В ярости и так далее – не берусь утверждать. —она смотрела прямо ему в глаза. —Не тебе орать на него из-за нарушения правил! Лишь пытаться донести, и то, спокойно, без давления. Пора взрослеть, а не сидеть в амплуа обиженки на родителей, от которых ты мало чем отличаешься, смею заметить! —Подписываюсь под каждым словом. —начала Денебола. —Особенно про родителей. —цыкнула та. Катрина подошла к Гарри. Он был сильно поникший. —Пошли? —он устало кивнул. —Завтра обсудим всё за завтраком и чашкой чая. Адиос. —улыбаясь, как ни в чём ни бывало, и она сейчас не орала от накопившейся ярости, девушка, приобнимая друга за спину удалилась. Как только дверь за друзьями закрылась, все, кроме Сириуса и Денеболы сели за стол. Сириус побежал к серванту и достал бутылку огневиски и стакан. Отлив полный до краёв стакан он залпом осушил посудину. Руфус первый нарушил тишину. —Ребят, если я её разозлю – убейте. Иначе сопьюсь. —И меня. —поднял руку Грегор. —Меня тоже…—нехотя сказала Денебола. —Моих грешков хватит на сердечный приступ. —Я тоже впишусь… —Сириус, уже абсолютно спокойным голосом отозвался. —Я тоже… —Тебя что, серьёзно никто головой в какашки не тыкал? —удивился Руфус. —Да ладно, Римус? Как так? Как ты мог?! —смеялся он. Люпин пожал плечами. —Когда я начинал, не так прямолинейно, как Катрина, конечно, то он сразу в истерику, отрицание. Не знал, что панацея выглядит именно так. —Ох, она мне так тебя в ярости напоминает. —Грегор улыбался глядя на супругу. —Так же смотришь, вроде не на меня, но страшно до усрачки. Правду матку без запинки высказываешь и всё прямо в цель. —Да, в этом она на тебя похожа. —не своим голосом согласился Сириус. —Не ожидал от неё, если честно. —Нет, Сириус, ты не ожидал, что хоть кто-то осмелится напомнить тебе о том, кто ты и что ты из себя представлял, когда даёшь нотации, которые давать не смеешь. Это из разряда, если бы я «Катрина, надо обладать всепрощением!» —писклявым голос, театрально-воодушевлённо, Денебола изобразила послушницу монастыря, молящейся Богу. —А я ебала в рот всепрощение! Я никого в жизни не простила. Тут так же. Вынуждать сына Джеймса Поттера! Поттера! Не нарушать правила, установки и так далее – это мощно, брат мой. —Есть зерно истины в твоих словах, Денебола. Гарри истинный сын своего отца, это только слепой не заметит. Но есть одно «но»: мы жили в беззаботное время и за Джеймсом никто не охотился. —заступился за друга Римус. —Гарри следует напоминать его место, на данный момент, но я согласен с Катриной – не через напоминание о самопожертвовании родителей и не в таком тоне, и уж тем более не начиная с обвинений. Он сразу начнёт упираться и не станет слушать. —Но и не ему это делать. —вмешался Руфус. —Кто на Гарри имеет, именно, именно влияние? Дамблдор, Катрина с Гермионой, они умеют убеждать и воззвать к его определённым чувствам, так как нрав у обеих храни Господь, МакГонагалл, конечно же, и чуть-чуть Римус с Грегором. Остальных он любит и уважает, но не поддаётся нужному влиянию. Поттер барашек знатный. Ты, Блэк, для него как отец, старший брат – я уверен. Но давить на него не надо – так и похерить недолго это доверие. —он прокашлялся. —Ты для него живое напоминание о родителях, самый родной человек, блять, на свете и от тебя, сейчас, нужна поддержка, мать её, а не эта хуета. Как только он переступил порог ты орал, орал, орал, все косяки припомнил, будущие нагадал и уже похоронил! Даже Снейп выпал! —Я… Гарри не знает о том, что случится… —он терялся в словах. —И мне тяжко осознавать, что я могу не успеть научить его всему, что хотел, не хочу, чтобы он остался без того примера, в котором нуждается… —он опрокинул в себя стакан с новой порцией. —Я запутался… —Сириус. —Грегор подсел к нему и хлопнул по плечу. —Во-первых он имеет право знать, и узнать от тебя. А помощь в принятии ему обеспечена со стороны Катрины, которая ни за что не оставит его одного. Во-вторых – мы, —он указал на себя и Руфуса. —Тебя терпеть не можешь, по очевидным причинам, Катрина их озвучила, но и дать тебе погибнуть – не дадим. Ты брат моей любимой супруги, она любит тебя, ты дядя моей дочери, и она тебя любит, иначе не вмешалась бы в этот балаган и ни слова не сказал за эти недели твоего поноса во все стороны — я буду сражаться за твою жизнь на все сто процентов. Кэт правильно сказала – пора взрослеть. Это нас всех касается. —Неплохой ты мужик, Грегор, но друзей выбирать не умеешь. —хмыкнул Сириус. —Не понял?!—возмутился Руфус. —Всё, хватит этих соплей! —Денебола села за стол. —Давайте, лучше, обсудим ситуацию. У нас дементоры ходят по провинциям Лондона! —Согласен. —отозвался Люпин. —Это, как минимум, дико. —И что ты хочешь сказать по этому поводу, Денебола? —Сириус был окосевший от выпитого, но спокойный. —Что министерство пошло в атаку и теперь от лжи в газетёнке перешли в кардинальным действиям. Правда, на Фаджа это не похоже… Кто там может до такого додуматься? —А почему сразу министерство? —не согласился Сириус. —Мы знаем, что Белла вернётся. И кто сказал, что Волан-де-Морт уже не прибрал их к рукам? Дементоры прекрасное оружие для такой мрази. —Ох, навряд ли. Дамблдор уже бы прознал, мне кажется. —предположил Грег. —Да и он церемониться бы не стал – с фейерверком оттуда все вылетят, я уверен. А Гарри он хочет убить собственноручно и его бы просто похитили. —Тоже верно. —не стал спорить Сириус. —Амбридж! —уверенно заявил Руфус. —Такой злобной пизды днём с огнём не сыщешь. Безумная баба – я ебу! За Фаджа не то, что убьёт: замучает до смерти, плюнет в тебя, в кислоте растопит и даже не похоронит. Ещё она одна из тех, кто напрямую взаимодействует с дементорами. —Если она «злобная пизда» — это не значит, что она и виновата. —усомнился Грегор. —Сам посуди – она главная приближённая Фаджа и подставлять его, таким образом, не будет. Да и своей должности лишаться из-за шизика, без обид, она не стала бы… —Грегор, ты её пиздец как недооцениваешь. Мне честно, вот никто из министерства, даже Люциус, не приходит в голову, кто бы мог так жестоко поступить с пятнадцатилетним пацаном. Только Амбридж, и я уверен на все сто – это она. И цель одна: очистить имя Фаджа, потому что не все верят пророку. Гарри – национальная легенда, он тот, как считается, кто уничтожил главное зло того времени, и тут министр со Скитер и ей подобными заявляют, что он – псих. Не все в это поверят и подумают, что Фадж мудак! И будут правы! —Кто эта Амбридж такая? —не понимала Дени. —Та самая мадам, благодаря которой я не могу больше работать, легально во всяком случае. Ненавидит всех маглов, маглорождённых, полу людей по типу Хагрида, и всех, кто не подтирает зад Фаджу. —пояснил Люпин. —Ненавидит?! —взревел Руфус. —Да она огромное количество полукровок и полулюдей сослала в Азкабан по фальсифицированным обвинениям! Мы с Джейкобом еле вытащили Марка из её загребущих жабьих лапок! —Марк? А он кто? —Полувампир. —тишина. —Я не шучу. Я ж в аврорате личными делами одно время вертел. В его деле, в официальном документе, зафиксировано, что его мамка – вампирша. Сириус посмотрела на Римуса. —Я думал, он тоже оборотень, поэтому бледный, как поганка. —И я. —Ты сейчас шутишь. —не поверила Денебола. —Это как на половину вампир? Они размножаться не умеют! —Знаешь, это вопрос из разряда «А как появился на свет Хагрид?». —Грегор и Сириус прыснули со смеху. —Не знаю и знать не желаю! Но это правда! Ему шестьдесят два. А выглядит моложе меня! —Бред. —фыркнула женщина. —Хорошо. Кто ещё? —Кто угодно под руководством Фаджа. —добавил Руфус. —Из тех, кто приближён к делам Азкабана и охраны этого дикого местечка. Но не каждый решится так подставляться – это Азкабан, пожизненное, не говорю уже про минус работу. —Не вовремя вас турнули, пацанята. —женщина постукивала ноготками по деревянному столу, обдумывая что-то, известное только ей. —Марк же работает, эта пизда, о Мерлин, как её… Мерула Снайд. И Уингер. Они могут нарыть информацию, да и пора бы им перестать просиживать зад без дела. —Артура ты зачем со счетов сбросила, а Денни? —Грегор глядел прямо супруге в глаза. —Потому что он в пизде иерархии. От него толку, как любой бабе от Снейпа. —тут Грегор и Сириус начали откровенно, заливисто ржать. —О, Моргана, почему все мужики в моём окружении такие идиоты, что ржут со слова «пизда» и обсуждения их друзей-лузеров? Я спать. Завтра решим остальное. —цокая каблуками и виляя бёдрами Денебола пошла восвояси. —А ничего, что ты мужа забыла?! —Грегор громко выдохнул. —Ладно. Удачи, мужики. До утра. —Валяй. —попрощался Сириус. —Ага, удачи Грегор. —ухмыльнулся Люпин. —Тебе понадобится по жизни. —Тебе тоже, Римус. Все дамы рода Блэк, даже не под этой фамилией – те ещё штучки. —Римус с явным недопониманием уставился на Грегора, а тот подмигнул, давая пять Руфусу и ушёл под глухой смех Сириуса и громкий ржач Руфуса. —И что на него опять нашло? —спросил у друга Римус, покрываясь капельками пота. Сириус разошёлся от того, насколько сильно его забавляла сложившаяся ситуация, игриво глядя на друга. —Об одной доме с малиновыми волосами, к которой ты неровно дышишь, а ещё она дочь моей кузины. Никого и ничего не напоминает? —А ещё вы с ней оба ходите вокруг да около, когда уже ВЕСЬ Орден просёк, что вы хотите друг друга так же, как голодающий кусочек хлеба и стаканчик воды. —добавил Руфус. —Я ничего не упустил, Блэк? —Всё верно, Монтгомери. Люпин страдальчески застонал и зарылся лицо в свои ладони, откидываясь на спинку стула. —Идите вы оба нахуй, честное слово. — и через мгновение как-то резко встав со стула, что аж опрокинул его, Римус вызвал у Сириуса и Руфуса новую волну смеха. —Я спать. —и не глядя в лица двух наглецов поспешил на выход. Успокоившись Руфус поднялся с места. —Ох, я тоже пойду. —Давай. —Сириус остался сидеть один, обдумывая свои дальнейшие действия. И деяния прошлого.

***

Проснувшись следующим утром Катрину начала съедать совесть. Это было жестоко, с её стороны, тыкать Сириуса в его ошибки молодости. Да, ошибки ужасные и фатальные, но он уже не тот человек, не тот пятнадцатилетний придурок с огромным самомнением… Ещё же он в таком ужасном состоянии, после страшных вестей… Чувство стыда накрыло с головой вымещая все другие мысли, более важные, в реалиях происходящего в мире. Поднявшись с кровати Катрина включила на полную громкость, на которую только был способен проигрыватель Руфуса, альбом «The Works» группы Queen и понеслась сначала в душ, где подпевала неповторимому голосу Фредди Меркьюри в каждой песни, и под «I Want To Break Free», пританцовывая в стиле Фредди, пела и перемещалась на кухню, чтобы приготовить себе завтрак. Лютик вился под ногами, выпрашивая желтки яиц и молочко, а наевшись ринулся спать. —It's strange but it's true, yeah… где я-я-яйца-а-а… Аг-а-а-а… —закрыв холодильник ногой, и таща в руках пачку с яйцами и пакет молока продолжала наслаждаться любимой песней. — OH, HOW I WANT TO BE FREE, BABY! OH, HOW I WANT TO BE FREE! Музыка была отдельной страстью девушки. Из классических композиторов она просто обожала Людвига Ван Бетховена, что несколько иронично, если взять во внимание, что её злейший враг носит это имя. Но музыка, что написал этот человек, нашла место в сердце девушки ещё в пять лет, когда она впервые услышала «Лунную сонату». На фортепиано она способна исполнить любой его труд, для данного инструмента и его биографию знает от корки до корки. И судьба этого человека поразила её до глубины души: мальчик, через которого отец хотел заработать бабла, страдал и пахал, как не каждый взрослый, добился высот, оглох, но продолжил творить шедевры. Восхищает, вдохновляет, мотивирует. Главная любовь музыкальной сферы в нынешнее время – Фредди Меркьюри, собственно говоря. Катрина просто обожает этого человека, и даже имеются автографы. Это была странная случайность, когда в восемьдесят девятом году, на обычной улице Лондона, не особо людной, когда она шла с секции по фигурному катанию, как раз в эту квартиру, слушая в плеере «Spread Your Wings», без наушников, подпевая, она увидела его – очень худого, осунувшегося, но улыбающегося ей лично Фредди Меркьюри. Она просто застыла столбом, не веря собственным глазам – вот так встретить своего кумира, на обычной улице, с кошечкой в руках. Он мило поговорил с ней, поинтересовался, знает ли она другие песни, подписал ей футболку, в которой она была, диск, кассету и пожелал удачи по жизни и поблагодарил за то, что она слушает эти песни. Тогда Катрина ещё не знала, что он живёт неподалёку отсюда, и Руфус об этом прекрасно знал, поэтому и купил здесь квартирку. Он тоже огромный фанат Queen. Точнее жил – его не стало, когда она была на первом году обучения в Хогвартсе. Руфус прислал письмо, в котором рассказал, что мистера Меркьюри не стало. Занавес. Но музыка и песни Queen помогают ей не сойти с ума из-за происходящего в жизни, мотивируя и давая силы продолжать сражаться. И, как ни странно, именно Меркьюри повлиял на её отношение к не-людям. Когда Руфус объяснил Кэт, от чего именно тот умер, именно тогда она стала относиться к оборотням хорошо. Раньше боялась, не понимала, как и многие другие. Просто крёстный объяснил ей всё, через сравнение «Он болел болезнью под название СПИД, от него нет лекарств, лишь поддерживающая терапия. Болел давно и, знаешь, от него многие отвернулись и порицали за это. Это как наша ликантропия — люди фукают, но не знают, что это такое на самом деле. Но поверь, Кэт – люди, которые болеют этими болезнями – всё равно хорошие. Я одного знаю, милый парень.». В голове той маленькой девочки сошлась картинка: Фредди Меркьюри был хорошим, но с плохой болезнью, и получается, что оборотни и многие другие – такие же. После это понимание соотнеслось с кентаврами, великанами… Да со всеми. Размахивая мокрыми волосами из стороны в сторону, и напевая любимые песни, девушка готовила свой любимый омлет с луком. Справившись с готовкой и выключив магнитофон, девушка побежала с тарелкой и кружкой горячего чая к телевизору, чтобы посмотреть любимое утреннее шоу по BBC. Лютик сразу подбежал к ней, уютно устроившись с права от неё, недовольно фыркая от невозможности лечь на хозяйку. Девушка восседала в позе лотоса, и доступ питомцу на ноги был перекрыт. Когда девушка закончила с трапезой, то поспешила собираться в штаб, для встречи с Гарри. Вчера вечером она довела его до комнаты Рона и тот сразу лёг спать, под недоумевающий взгляд рыжего друга. Конечно же он слышал всё происходящее на кухне, ожидал, что Кэт прояснит ситуацию, но девушка тоже была в «танке» и ничего определённо рассказать не смогла. Дамблдор в те часы не появился в штабе, и она вернулась домой ближе к полуночи. Помыв посуду и проверив есть ли еда и питьё у Лютика она вернулась в комнату, где высушила волосы феном, собрала в незамысловатую причёску: неаккуратный пучок с торчащими локонами. Надела чёрный кроп-топ на тонких лямках, белую, полупрозрачную рубашку, мамин кулон, джинсовую мини-юбку и белые кеды, сделала лёгкий макияж и схватив рюкзак поспешила в штаб. Ей нравилось выглядеть на все сто, сразу все комплексы отходили на последний план, пусть уже и мало волновали её. По дороге до стоянки, чтобы доехать до нужной улицы на автобусе (в это время утра они всегда полны работяг, соответственно девушка не опасалась, что на неё нападут) Катрина решила зайти и купить всем друзьям пончики и эклеры, в местной кондитерской. Магловских денег ей хватало, Руфус слишком много обменял, хватит на несколько семей, чтобы год прожить и Катрина, будучи в некоторой степени транжирой, часто тратила их на разносортную ерунду. Доехав до штаба, её прямо в дверях поприветствовала покойная бабушка, орущая на Тонкс со своего портрета. —ПОГАНАЯ ПРЕДАТЕЛЬНИЦА, ГРЯЗНОКРОВЫЕ ВЫРОДКИ, УЁ… —Катрина сразу поспешила закрыть портрет, от греха подальше. —Гутен Морген. —Тонкс рассмеялась. —И что ты ржёшь? —По двое-трое сильных мужиков не могут закрыть этот портрет, а ты одна – можешь. Это же смешно. Девушка в ответ пожала плечами. —На самом деле страшно от того, что взрослые мужики до сих пор не выяснили под каким углом можно зашторить бабулю без проблем. Да ладно, после вчерашнего и ежу понятно, что мозгов там и нет. —А что вчера было? Сириус чернее тучи, в смысле даже чернее, чем обычно, а Римус за ним хвостом носится и просит поговорить с Гарри. Катрина вспоминая прошедший вечер недовольно сложила руки у груди и начала рассказ. —Проще говоря, когда я вчера вернулась с очередного шабаша чистокровной срани, услышала как Сириус дурниной орал на Гарри. Я была злая. Пошла орать на него, очевидно мои гормоны нашли идеальную жертву, высказала всё недовольство, ввела всех в ахуй и удалилась. С Гарри, разумеется, он был бледный, как снег. —Эх. —она ударила себя по ляжке. —Зря я так рано вчера ушла, надо было остаться. —Так ты знаешь, что произошло? Чего он орал-то? Тонкс устало вздохнула, смущённо покусывая губы. —Вчера я и Римус были вместе на дежурстве… Катрина в вожделении продолжения потёрла ладони друг о друга. —Так. Подожди. Вы целовались? —она играла бровками с явным нетерпением ожидая ответа на свой вопрос. —Что?! —щёки Доры вмиг стали пунцовые. —Нет! Нет, конечно! Нет! —Катрина скептично вскинула бровь. —С чего бы? —Эх! Общение с Тонкс заладилось в одно мгновение. Как, что и почему известно, наверное, лишь судьбе, но общий язык был найден с первой секунды. Начав знакомство с обыденных «Что ешь, пьёшь, слушаешь, читаешь…», где они сочетались как влитые, всё через неделю закончилось обсуждением мужиков и плавных признаний своих тайных пристрастий. Если Катрина совершенно спокойно отреагировала на рассказ Доры о тёплых чувствах (и далеко не только о платонических) к Люпину, и прекрасно её понимала, по мнению Кэт – Римус прекрасный мужчина для отношений и создания, даже, семьи, то Нимфадора, услышав в ответ признание Кэт впала в ступор. Без осуждения и подобных отягчающих она выясняла, как такое возможно, ведь Снейп-хмырь, а Катрина – вся хорошая, юморная и красивая. Проще говоря—противоположны они до нельзя. Приняв ответ в стиле «противоположность притягивает», дамы начали компанию по слежке за симпатиями друг дружки, после каждого собрания сплетничая. Катрина считала это забавным. Точнее забавным странные совпадения: их мамы – лучшие подруги (Кэт была удивлена тому факту, что у её матери есть друзья), кузины, и обе вышли замуж за «не тех», родили дочерей до одурения похожих, если только не внешне, и наплевали на традиции рода Блэк уйдя с головой в семью. А Катрина и Нимфадора, в свою очередь, влюбились в двух одногодок, врагов, в какой-то степени, членов Ордена Феникса, преподавателей Хогвартса и особо никаких надежд не питали, обе неуклюжие и любительницы поржать от души. Только вот, достаточно шустро Катрина выяснила, что у Нимфадоры случай далеко не безнадёжный. В один прелестный день, а точнее вечер, с неделю тому назад, Кэт уходя домой забыла в столовой сумку с кормом для Лютика. Она бы забила, если бы её питомец не был прожорлив, как целая рота голодающих солдат и вернулась в столовую, чтобы забрать сумку. Её взору предстала просто ошеломляющая картина: Дора уснула за столом, и похрапывая видела прелестные сны о бабочках, Люпине и их детках (прямая цитата), а из двери, ведущую на чердак со столовой (что-то по типу аварийного выхода), вышел Римус, вернувшись с задания. Всё бы ничего, но только вот, к огромному сюрпризу, Люпин подошёл к Тонкс, так лучезарно улыбаясь, как никогда до этого. Он улыбался не чаще Северуса, только если Снейп – далеко не человек позитив, то Люпина душила ликантропия и общая усталость от постоянных дежурств, вылазок и безденежья. И его глаза, он просто с огромнейшей теплотой смотрел на спящую девушку, вот в точности как папа Кэт на маму, что у девушки даже сердце от умиления защемило. Девушка застыла в дверях, в ожидании, а что же дальше. Римус только подошёл и немного подвинул стул, чтобы Дора не упала на пол, по окончанию погладив по волосам. Дважды два складывать не пришлось – всё было на поверхности. Но порешав, что пялиться неприлично, она притворившись, что спотыкается о собственные ноги (а это явление частое), залетела в столовую. Римус, очень любезно, подбежал к ней и помог встать на ноги, они перекинулись парой слов, Катрина пошутила про спящую Тонкс, и мужчина ей на это сказал, что «Приглядит». Она улыбнулась и попрощавшись удалилась. На следующий день, ни свет, ни заря, она примчалась в штаб и дождавшись Тонкс выпалила ей об увиденном. Та отказывалась верить в услышанное. Омрачало всё то, что Люпин, может и испытывает тёплые чувства, но очевидных первых шагов, да и каких-либо шагов делать не намерен. Причины очевидны: ликантропия и бедность. Кэт на собственной шкуре прознала, насколько он опасен, когда не принимает зелья. Сейчас такой проблемы, почти, не стоит, ведь Катрина вызвалась варить ему необходимое зелье, когда стоит такая необходимость, от чего тот сразу начал отказываться, мол это слишком дорого, он не хотел напрягать Катрину, неудобно и бла-бла-бла, но голос разума и половины Ордена-его друзей смогла убедить принимать помощь с её стороны. Ей же не сложно, затраты на ингредиенты – копеечные, она же «мажор» так называемый, и даже приятно помочь тому человеку, кто был и остаётся авторитетом, как преподаватель, и сейчас, считай, друг. Примерно, как Сириус, но на Люпина она ни разу не была зла. Тонкс приняв все сложности, решила, что сдаваться не будет. Римус и Дора начали близко общаться, оставаться тет-а-тет, их уже начали подкалывать все, кому не лень и есть дело. Особенно выделялись Грегор и Сириус – если второй, оно и понятно, лучшие друзья на то и есть, то отец просто любит засунуть свой нос в чужие, амурные, дела. —Сама всё прекрасно понимаешь. —Я чуть-чуть романтик в душе, поэтому надеялась, что дело прилично скакануло дальше. Ладно, не будем о грустном. Что там с Гарри? —А, вот были на дежурстве, и в самый неудобный момент Кингсли прислал патронус, сообщил, что на Гарри и его кузена напали дементоры. —Катрина не поверила своим ушам, и Тонкс это увидела в сменившемся выражении лица подруги. —Мы тоже не могли полностью осознать происходящее, но отправились в Литтл Уингинг, в дом тёти Гарри, забрали его оттуда. С нами был ещё Аластор и парочка других ребят. —Что он делал в Литтл Уингинг? —севшим голосом спросила Катрина. —Этот вопрос волновал всех. Я не знаю, что там конкретно произошло, потому что Сириус устроил истерику и они все заперлись на кухне: Гарри, Сириус, Римус, Грегор. Дамблдор предложил мне удалиться, так как дело набрало оборот и превратилось в семейные разборки. Спорить я не стала. —Хм. Когда я пришла там уже и мама и Руфус… и Снейп образовались. Кстати, —Катрина заулыбалась. —Когда я вчера ворвалась на кухню, а папа и Сириус лица друг другу били, Снейп взял, по разным углам их разбросал и сказал, что уходит, так как «Говно выбить есть кому». Вот гадаю – комплимент, иль что. Тонкс задумалась. —Думаю… комплимент. Не думаю, что он мог бы тебя оскорбить. Ты единственная, кто не получал от него наисвежайшей иронии и порции отборного сарказма с завуалированными оскорблениями и унижениями. —Ха! Ещё как может! Кхм. Было дело… Дважды. —Катрина обогнула подругу. —Пошли на кухню, а то у меня сейчас всё из рук вывалится. Тонкс направилась за ней. —И? —И он назвал меня… уродом. Генетическим. Знаешь, чем-то из разряда там, сиамских близнецов, одноглазых, с горбами… И меня такую уродливую можно в музей с такими же, замариновать и в баночку. Волосы Тонкс мигом приобрели красный цвет, сменяясь на жёлтый, синий и оранжевый, а лицо скривилось от гнева. —Он себя в зеркало видел?! Ублюдок! Как он мог? За что? Что ты ему сказала на это? —девушки быстро поднялись на этаж выше и зашли на кухню. Никого не было, а это значило, что чета Уизли или занята домом, или всё ещё спит, что странно. —По порядку: —Катрина села за стол, положив пакет со сладостями на стол, а Тонкс прямо перед ней. — Он оскорбил и Гермиону, её сначала, я заступилась, сказала, что права он не имеет переходить на внешность студентов, он же педагог. Нашла кого к морали призывать, м-да. —она хмыкнула. —И он мне кинул ответочку. Я вообще не реагирую на оскорбления, честно, но когда он меня обосрал – было НАСТОЛЬКО больно, обидно, неприятно, что я впала в ярость и дала ему пощёчину. Абсолютно потеряла контроль над собой. —Обалдеть! Шутишь! —Ни разу. Прямо перед всем классом я ему дала по щам. —Как ты живая осталась? —Тонкс гоготала. —Не знаю… Он быстро отошёл от ярости, праведной, поступила я отвратительно, и прогнал. Моя первая в жизни отработка и минус баллы. —А какой был второй раз? —Я – шлюха. Как выяснилось. Та самая, которая никогда в жизни не целовалась, не обнималась, не встречалась, и уж тем более не спала. Ничего не делала, но я шалапэ. Даже отцу грозился пожаловаться. Тонкс прищурилась. —Можно я его ударю? —Катрина хохотнула. —Он, хотя бы, для начала, объяснился? —Единственной моей подругой является, до тебя конечно, Гермиона. Из девушек только она входит в моё окружение, близкое, остальные – парни. Гарри, Рон, Фред и Джордж, Невилл… С Гарри я провожу очень много времени: квиддич, в этом году и Турнир, помогала как могла. С близнецами пару раз шалила… Может он вообразил, что я со всеми того-этого. Не знаю. Он не ответил, когда я задала этот вопрос. Множество раз. —Теперь я ещё больше не понимаю, как ты можешь его так сильно любить, Кэт. Как мужчину – он этого не заслужил. —Тонкс скривилась, а сбоку со стороны входа на кухню, вроде как из кладовки раздался грохот, будто там упал целый шкаф. —Что это?! —Это дом, который разваливается на части. Здесь постоянно что-нибудь грохнется тебе на голову или же, как под Руфусом на третьем этаже, пол развалится. Полки наверняка обвалились. Или в этой кладовке было что-то громадное. —девушка поправила волосы. —А на счёт Снейпа… Сердцу не прикажешь. И он не такой уж и плохой, как может показаться. Палку перегибает, но, в сравнении с тем, как он поносит Гарри – грех жаловаться. Дора хмыкнула. —Катрина… Ты – чудо. —Чудо – это я прелесть? Или чудо – это я отрыжка природы? Девушки рассмеялись. —И то и другое, но более в лаконичном значении. Снова раздался грохот, только теперь он сопровождался двумя воплями. Один вопль Катрина прекрасно узнала – это был Руфус. Девушки переглянулись и побежали выяснять, а что, происходит в коридоре.

***

—Сев, не будь задницей! —Всю жизнь ею был, с чего бы мне перестать? —Северуса уже доконало нытью Руфуса и он поспешил вниз, чтобы скрыться в библиотеке до прихода Дамблдора, или в лучшем случае, прихода Катрины. Эту ночь, после ухода из штаба, он провёл один на один с Люциусом, который ныл ничуть не меньше его друзей-близнецов. Только повод для нытья другой: Катрина категорически отказалась выходить за Драко. Какая неожиданность! Снейп прямо в лицо блондина начал насмехаться на тупостью этой затеи. Северусу просто не представлялась ситуация в которой девушка пойдёт под венец не по любви, за Малфоя, так ещё и угодит в такую тупую ловушку. Нонсенс одним словом. Пол ночи Северус объяснял горе-свахе то, что она не дура, что она горда, как мать, и что замуж выйдет только по любви, а его сыночка сделал всё возможное и невозможное, чтобы искоренить сие возможность, да даже дружбы ожидать – верх скудоумия. И это не считая того, что тут вся семейка последователи Волан-де-Морта и все эти попытки устроить брак – попытка сдать её с потрохами, о чём она прекрасно догадывается. Голова болела жутко, настроение было кошмарным. Слушать оскорбления в адрес, уж точно, самого замечательного человека в его жизни – апогей его терпения и сил. Он как никто знал, что такое обиженный мужчина, с растоптанной гордостью, но никогда не полагал, что у Люциуса такой отборный словарный запас в котором процентов сорок – это ёмкие оскорбления всего женского рода. К сожалению Нарцисса уже спала, после очередной вечеринки и не слышала всего происходящего. Такого она не потерпит в своём доме. Юная Шепард, которая за словами в карман не полезет, наверняка очень ёмко, иронично, не скрывая своего презрения послала Малфоя и весь его род куда подальше. Если вообще не прямым текстом – сейчас она характер показывает как только может, и не следит за тем, какой лексикон использует. Хотел бы Северус погулять на одном из этих вечеров. Чисто из спортивного интереса. Его приглашали, тот же Люциус, с целью познакомить Северуса с «интересными» личностями, да и просто выпить, поговорить. Но, есть «но» — красивая, утончённая, блистательная и манящая Катрина. Если он заявится на такой вечер, то просто не сможет отвести взгляд от этой девушки, он вообще стал неспособен НЕ смотреть на неё. А уж в красивых и дорогих платьях, прекрасно сидящих на спортивной фигуре, очерчивая каждый изгиб гибкого тела, как на неё лично сшитые, эти причёски, дорогой парфюм… Пытка. Одна сплошная пытка, которая не предвещает ничего хорошего. Люциус-хитрый лис, который сразу же заметит, что Снейп оценивает далеко не обстановку роскошного особняка какого-либо сноба, а рассматривает ту, на кого не имеет права глазеть в подобного рода ключе. И он отказывается каждый раз. При других обстоятельствах, при другом раскладе – Снейп бы полетел и один-два танца с ней урвал бы, даже с боем. Бороться с этими чувствами – невозможно. Катрина и сама принимает активное участие в его жизни. Единственный человек во всем свете, который подойдёт и спросит как он, что он, не сделал ли что-нибудь ему Тёмный лорд, не пришлось ли Северусу выполнять ужасные прихоти злобного хозяина. Она единственная, кого волнует, что с ним сейчас творится, когда он должен играть роль «верного приспешника», который сразу же после «приёма» должен нестись на всех парусах к Дамблдору и обратно. Как хомяк в клетке. И не стоит забывать про Круцио, когда попадаешься под горячую руку, Людвига, с его ужасными комментариями, из-за чего у Снейпа уже руках тянется к палочке, чтобы просто убить ублюдка и укус Нагайны. Шрамом больше – шрамом меньше. Без разницы уже. Такую уродливую кашу, как он – не испортить ничем. Снейп не понимал, за что ему такой подарок. Он ужасный человек, с говнистым характером, который не умеет нормально общаться с людьми и ценить этих людей. На его совести смерть, некогда, близкого человека, мальчик остался сиротой тоже по его милости. Как бы Северус ни отрицал какой-то сочувствия к Поттеру-младшему, или же свою вину во всем произошедшем – он это прекрасно осознавал. Слишком он умён, чтобы не понимать сколько дров наломал и к чему это всё привело. За что ему всё говно – это очевидно. Бумеранг всегда даёт о себе знать. За что ему доброта и забота девушки, которая и сама живёт в аду, и ей бы о себе самой заботиться в первую очередь, а не об экс-пожирателе смерти и к тому, кто оскорблял её ни за что – вопрос на миллион. —Я, конечно, понимаю, что не Кэт, но она обрадуется, если ты мне поможешь! —Северус остановился на ступеньке, раздражённо оборачиваясь к Руфусу. —И не надо на меня так смотреть! —А ты не пытайся манипулировать своей крестницей! —взревел Снейп. —Взяли моду с Грегором на пару! —Как ещё с тобой разговаривать, когда Кэт нет рядом? Только её и слушаешь. —Снейп в ответ на это лишь фыркнул. Конечно он слушает только Катрину. Потому что она не достаёт, не раздражает и всегда обращается в вежливой форме, не требуя, а прося. —Когда научишься нормально просить, а не «Северус, ты обязан помочь!» - приходи. —Блять, Сев. —Не…—со второго этажа раздался страшный грохот. —Это что ещё такое?! —Не знаю… Пойду посмотрю. Руфус обогнул Снейпа и побежал вниз. Так как Северус никуда особо не торопился, он решил тоже взглянуть какого чёрта там творится. Мужчины не говоря и слова друг другу достали волшебные палочки. Когда они спустились на второй этаж никакого шума больше не было. Лишь задорный смех со стороны кухни. —Там Катрина. —сказал Снейп. —Я знаю. —он чему-то усмехался и снова раздался уже приглушённый грохот. —Это что? Он подошёл к двери кладовой, направляя палочку, а Северус охранял тыл, и в одну секунду, и Северус даже не успел среагировать, на Руфуса из кладовки выскочил огромный хруп. Точнее нечто похожее на хрупа – это была то ли двухвостая собака, то ли волк, размером превосходящий анимагическую форму Сириуса Блэка и Руфуса вместе взятых, с белоснежной длинной шерстью, огромной вытянутой мордой, с красными, как рубины глазами, острыми зубами, которыми убить – секунда времени. Зверь хоть и рычал, но не представлял никакой угрозы. Видимой, во всяком случае. Он не нападал, не лаял, а лишь охранял дверь в кладовую, не пуская туда никого. Из кухни выскочили Катрина и Тонкс, а зверь перевёл свой взор на них. Он рыча и со странным интересом, подошёл к Катрине, которая стояла ближе подруги, и обнюхал девушку, после чего лизнул ей руку и начал ластиться. Если Тонкс напряглась при виде такой махины, неизвестного происхождения, то Катрина и бровью не повела. Она с интересом оглядывала животное, вплоть до того, пока тот не начал к ней ластиться. Руфус лежал, почёсывая ушибленный зад, а Снейп готовился напасть. «Если эта хрень только попробует сделать ей больно…». —Это кто? —спросила Катрина. —Мы в душе не ебём! Он выскочил на меня из кладовки! —Это что, я бы так спросила! Катрина… —Я не знаю, кто это. —девушка слегка наклонилась, чтобы рассмотреть зверя поближе. —Метис, по всей видимости. Или искусственно выращенная животинка. Честно – ни в одной книге не видела такую прелесть. Запомнила бы. —Кто сейчас в штабе? —холодно спросил Северус. —Дени, Джейк, Уизли, кроме Артура и Молли, Гарри и Герми. Может Сириус через чердак прибыл – без понятия, но его не видел. Ну и девушки. —он кивнул в сторону Тонкс и Катрины. —Может в кладовку заглянем? —предложила Нимфадора. —Он же там был? —Я сама. —вызвалась Кэт. —Он меня не цапнет, по всей видимости. Отойди, мой хороший. На удивление, неизвестное существо, сразу же исполнило просьбу. Катрина высунула палочку из невидимого чехла и приоткрыла шире дверь. На красивом лице сразу же появилось удивление и недопонимание. —А Вы кто? —спросила она и зашла внутрь, явно озадаченная. Не смотря на заданный ею вопрос Северус заметил как в её глазах проскочило то, что она узнала незваного гостя. Руфус и Северус переглянулись. —Кэт, кто там? —поднимаясь на ноги осведомился Руф. Мужчины попытались пройти, но зверь тут же начал рычать и охранять проход. —Как думаешь – его можно убить? —спросил Снейп. —Ага. Кэт за животинку прикончит. К тому же – раз искры не летят, зверь на неё не агрессирует – это кто-то знакомый. Только вот… я не ебу у кого такая хрень дома живёт. —Что у вас тут? —стук каблуков, строгий голос. Денебола. —Я пытаюсь… Риот?! —она застыла на ступеньке, в шоке глядя на зверя. Зверь запрыгал, затявкал глядя на женщину, виляя своими хвостами и высунул язык. —Тётя Дени – это что такое? —Тонкс, не ясно когда успела, стояла за Руфусом, держа наготове палочку. Денебола шустро спустилась, и в неверии подошла к зверю. Тот радостно запрыгал вокруг неё, ластясь, скуля от радости. —Ты где эту хрень нашла? —хмыкнул Снейп. —Это… Это не мой…—она нервно сглотнула. —Это питомец Регулуса. Молчание. Его резко прервал скрип двери, откуда вышла сначала Катрина, а за ней, во плоти и крови… Регулус Блэк.