Полюби мою тьму

В небольшой комнате царил слабый приглушенный свет, мешая ночной тьме забраться внутрь. Тени танцевали свои замудренные танцы и скакали по стенам, пока горела одна единственная свеча. Гостья этой небольшой комнаты сидит за письменным столиком и пишет уже несколько часов подряд. В этот вечер Люси поняла, что нужно записывать всё то, что с ней произошло или произойдёт когда-нибудь. Черт знает зачем ей это, но записывать нужно, поэтому уложив темноволосого мальчика спать на одну единственную кровать здесь, сама девушка взяла в руки перо. Она так долго не творила на бумаге, что сейчас ей казалось всё нереальным. Писать пером, она умела так как родом из знатно семьи, а вот выразить все свои чувства, весь страх, ужас и ненависть к самой себе оказалось сложнее, хотя она и писательница, даже журналисткой работала, но было странное ощущение пустоты. Люси писала не только про свои чувства к произошедшему, а к Зерефу. Она писала, как сильно привязалась к нему, как горько и тихо плакала, когда в пожаре сгорел новорождённый Нацу и то, что бросать его не хочет. Люси думает, что нельзя вот так поступать. Наверное, здесь есть тот, кто разбирается в магии, но сейчас возвращение домой ей сейчас не столь важно. Да и друзья, скорее всего признали её мертвой, главное, чтобы ключи от духов они отдали в хорошие руки. Её бессовестное вмешательства в историю тоже волновало, а что будет дальше? Если Зереф не захочет воскрешать брата и проклятье не получит? Значит Люси перечеркнёт всю историю, всё то, что когда-то должно случиться… от этого становится жутко. Девушка наконец откладывает перо на стол и смотрит на все исписанные ею листы. Она всегда перечитывала свои произведения, но сейчас ей меньше всего хотелось сделать это. Она просто отложила всё в сторону и присела на краешек кровати. Нет, ну Люси точно обезумела, однако сама девушка не считает, что делает какие-то запретные вещи, она просто узнала Зерефа с другой стороны. Сейчас же это был не величайший тёмный маг, что вгонял все Королевства в священный ужас, а обычный ребёнок с испорченной психикой. Ужасно до дрожи. Люси тяжко вздыхает и натягивает на мальчика простынку, чтобы тот не замёрз из-за открытого окна. Ветер здесь холодный, пронизывающий. Самой девушке спать не хочется, да ей ничего не хочется. Даже возможно, когда она смотрит на эти звезды через маленькое окно, то где-то там и Нацу тоже смотрит. Они прошли через многое, пережили все грустные моменты и были рядом в трудную минуту. Даже тогда, когда Нацу грусти из-за случившегося с братом, когда тот винил себя во всем, она была рядом. А вот сейчас Люси просто решает бросить всю свою жизнь так как сильно привязалась к Зерефу. Люси сумасшедшая и не отрицает этого. Возможно ли вообще так привязаться, так полюбить ребёнка, зная, что его ждёт в будущем? — Спи спокойно… — Люси аккуратно гладит Зерефа по его бедным и пухлым щёчкам, думая, что делать дальше. Разумнее всего было бы остаться в этом месте. Деревня здесь красивая и пригодная для жизни, а люди добрые и отзывчивые. Женщина приняла в дом незнакомку с ребёнком на руках только потому, что того просила соседка. А ведь она даже выделила комнату и поесть принесла. Люси зевает громко и ложиться рядом на постель, чувствуя, как ворочается Зереф. Как бы сильно девушка не хотела засыпать, но сон нужен был. Люси только расслабилась и моментально заснула, забывая обо всём.

***

Когда Люси просыпается, то солнце уже высоко, а на улице раздаётся громкий детский смех. За эти две недели Люси никогда не чувствовала себя настолько отдохнувшней, а сейчас словно все тревоги и переживания ушли. Ей казалось, что она выспалась на месяцы вперёд. Правда, иногда ей приходилось в ужасе вскакивать, когда Зереф начинал кричать и плакать, его мучали кошмары. Зевнув, девушка поняла, что ребёнка нет в кровати, что заставило напрячся. Зереф непредсказуемый ребёнок и что он сделает дальше понять сложно. А вдруг он убежал? Или решил прогуляться и заблудился? А вдруг его украли, а Жанетт причастна к этому и не та за кого себя выдаёт?! Люси вскакивает с кровати, словно молнией ошпаренная и бежит вниз по лестнице. «И не минуты покоя!» – заклинательница выходит в маленький дворик и застаёт странную картину. Вот чего-чего, а этого она точно не ожидала!Зереф сидел на траве рядом с двумя мальчиками и делал что-то из палочек, да при чем усердно хмурил брови. Спокойной выдохнул, поняв, что зря так волновалась и обвиняла бедную Жанетт в двуличности, она подходит ближе к компании. — Люси! – мальчик странно улыбается и встаёт протягивая ей те самые палочки. — Свяжи, пожалуйста. Эти самые палочки оказались человечком, если их правильно связать. Палочки ножки, ручки и голова из абрикоса. Смешно и не практично, но вполне ожидаемо, если вспомнить в каком Люси времени. — Как давно ты встал? — спрашивает девушка и связывает туловище. — Солнышко встало и я встал. Но ты спала, поэтому я ушёл к Жанетт, а она познакомила с Милом и Карлом! —Зереф указывает на двух мальчишек, которые ждали, пока вернётся их новый друг. — Но они мне не нравятся. Пристают ко мне вечно, а давай то, а давай это! Люси тихо посмеивается, понимая, что Зереф не меняется. Но, единственное, что радовало девушку, так это то, что мальчик не впадает в истерики по поводу смерти семьи. Люси прекрасно видела, как Зереф дорожил своим младшим братом, как он опекал и заботился, даже лучше матери. Будет прекрасно, если они начнут новую жизнь. — Они хотят подружиться с тобой, стать твоими хорошими друзьями, — Люси протягивает ребёнку готовую куклу и улыбается. — Ты будешь играть здесь? Никуда не уйдёшь? Зереф мотает головой и убегает к двум мальчишкам, видимо то, что они ему не нравятся преувеличение. Тяжко выдохнул и в который раз убедившись, что жизнь матери нелегка, она заходит в дом. — Доброе утро, Люси, как ты спала? — на кухне её встречает Жанетт. Женщина улыбается и светится, а Люси просто завидует её весёлому настроению. — Доброе утро, — девушка аккуратно поклонилась, чтобы выразить хоть какое-то уважение. Ей было не по-себе от всего происходящего, но разве был другой выход? — Проходи. А мы ещё не завтракали, поэтому поможешь мне накрыть на стол? Люси согласилась охотно, она была рада помочь чем-нибудь, да и Зереф вряд ли кушал с утра. А она же теперь считает себя матерью, значит должна следить за питанием Зерефа. — Расскажешь о себе что-нибудь? Познакомимся поближе, — Жанетт улыбается ещё шире и накладывает в тарелки рис и овощи. — Хорошо, но при условии, что и вы расскажите о себе, — хитрит Хартфилия и кладёт ложки справа от тарелок. Жанетт охотно соглашается, что радовало Люси. — Ты, наверное иностранка, да? Пусть внешне мы и похожи чуть-чуть, но чувствуется, что ты совершенно другая. — Да, я жила в столице практически всю свою жизнь, а когда исполнилось шестнадцать… встретила, как говорят "мужчину мечты" и поддалась на его лесть. Через год родился Зереф и родители отправили меня в деревушку по соседству, чтобы их семья избежала позора, — Жанетт, видимо верит этой лживой истории и кивает грустно. Люси понимает, что говорит бред, но это всё, что она могла придумать в данный момент. Совсем запыхавшись с проблемами, она забыла придумать душераздирающую историю из жизни. — Они, наверное, хотели выдать тебя замуж за другого человека, а ты забеременела, да? — Жанетт грустно качает головой, видя, как соглашается Люси. — А потом случился пожар, но я счастлива, что и меня, и Зерефа это не сильно задело. Мы живы, — Люси ставит последние тарелки на стол и улыбается. — А вы тоже обещали рассказать о себе. — Мне особо нечего рассказывать, — девушка начинает ломать хлеб. — Мне двадцать восемь и я всё ещё одинока. Таких, как я у нас в деревне не жалуют, поэтому у меня нет особо друзей. А ты одинокая, да ещё и с ребёнком на руках… тебя заклюют здешние бабы, хотя в погоревшей деревушке всё было хорошо с этим. Никто не лез не в свое дело а здесь… только повод дай! — Какая разница есть у тебя мужчина или нет? Ты, видимо хороший человек, так что не верь, что говорят, — Люси попыталась утешить девушку. Жанетт, хоть и была старше, но всего-то на восемь лет, поэтому рассмеялась с её невежливого обращения. — Позови лучше своего мальчишку кушать. Он у тебя такой серьёзный и странный, — Люси сделала вид, что не услышала последнего предложения, ведь отвечать не очень-то и хотелось. Зереф сидел в той же компании с куклой в руках. Но, увидев Люси быстро побежал к дому. — Пошли кушать, сорванец, — Люси провела пальцем по щеке, чтобы стереть пятно и улыбнулась, когда Зереф поспешил в дом.

***

Эрза громко стучала пальцами по своему столу и пыталась держать себя в руках. Её нервы были на пределе и, она уже не раз задавалась вопросом: когда всё это уже закончится, но проблемы стали появляться с удвоенной скоростью. Соглашаясь быть Мастером, Эрза, даже и не думала, что ей вскоре придётся решать проблемы не только своей гильдии, но и проблемы "семьи" Драгнил. После кончины великого тёмного мага Зерефа, культы, которые когда-то были ему посвящены стали вновь возраждаться и, казалось, что все сумасшедшие люди снова стали боготворить этого ужасного человека и некоторые пытались вновь принести ему в жертву целый город. Но вот только зачем? Что это изменит? — Не беспокойся, Эрза, мы со всем справимся, – Грей аккуратно положил руку на её плечо. Он знал, что сейчас нельзя трогать девушку, если не хочешь попасть в беду. — Такое не могли случиться, понимаешь? Ну, никак не могло? — закричала девушка и перевернула рядом стоящий стол. Ей нужно было куда-то выплеснуть свои нервы и переживания. И плевать, что рядом сидит побледневший Нацу. — Тот маг ясно выразился, Эрза! — зарычал Драгнил. Его оскорбила такая реакция подруги на предсказание чёрного колдуна. — После той вспышки Зереф просто испарился. Да с чего вы вообще взяли, что он мёртв был, а? Мы не нашли его тело, даже могилу не сделали. И только попробуй сказать, что он этого не достоин, Грей! Если мой брат и правда вернётся, то вы его и пальцем не троните! Нацу словно сорвался с цепи. Конечно то, что так отзываются о его брате Нацу не устроило, ведь Зереф, пусть и творил хаос всю свою долгую и отшельную жизнь, но подарил ему возможность спокойно и радостно жить. Именно благодаря своему старшему брату, он имеет возможность просто дышать, говорить, заводить друзей, драться или просто орать. — У него больший опыт в волшебство, думаю, что он может что-то знать о перемещении Люси в прошлое и, наверняка поможет нам… — уже тише сказал Нацу и потёр переносицу. Его голова сильно болела. — Значит вмешательство Люси во временное пространство могло вызвать и возвращение Зерефа, да? — уточнила Эрза и чуть успокоилась, думая, что если продолжит буянить, то обидит этим Нацу — Бред какой-то… Грей согласно кивнул и зажёг очередную сигарету. Они когда-нибудь смогут нормально жить? — И что нам делать, Мастер? — съязвил Грей и кинул взгляд на притихшую Эрзу. — Ждать. Нам больше ничего не остаётся… — чувствовала Эрза своим сердцем, что это явно только начало всей бури.