Полюби мою тьму

Зереф, как завороженнный смотрел на полыхающую свечку. Он сидел в самом центре гильдии на пятках, а за окном нещадно властовала буря. И дождь, и гроза бушевали уже несколько часов. Это мешало не меньше, чем тихий, но чёткий шёпот стоящих в укромных уголках друзей Нацу. Хвост Феи были не рады внезапному возвращению Зерефа и это было понятно. Он и сам не был рад такому исходу, но против судьбы ничего сделать нельзя, да и сил бороться уже нет. Тёмный маг уже не один раз пытался повернуть свою жизнь в другую сторону, пытался что-то поменять, изменить пойти против, но всё случалось только хуже и хуже. Хотя единственное, чему был рад Зереф, так это тому, что Нацу всё же удалось уничтожить его один раз. Убить, поразить, разрушить полностью и превзойти все его ожидания. — Постарайтесь не шуметь. Вытащить человека из прошлого практически невозможно, – холодно бросил Зереф и метнул взглядом на брата. Нацу выглядел взволнованным, казалось, что вот-вот он упадёт в обморок. В одно мгновение все затихли, а тёмный маг также сидя на пятках, зажмурил глаза. Отчего-то его сердце колотилось, как бешенное, а руки подрагивали. Конечно то, что он собирался сделать было запрещено законом, ведь когда один старый волшебник создал это заклинание, то глупые люди, так и норовились побывать в прошлом, даже не думая, а к чему же это приведёт. Поэтому использование этого заклинание строго на сторого запретили, зная к чему это приведёт в будущем. А вот Зереф, в то время, урвал себе это чудесное заклинание, думая, что когда-то оно пригодится. Вот и пригодилось. Но волновался Зереф вовсе не из-за этого. Он понял всё достаточно быстро, когда воспоминания заменялись, а милая девушка с золотыми волосами заботилась о нём, как ни о ком другом, даже не смотря на его предназначение. Люси прекрасно знала к чему эта забота может привести и, она могла бы выбрать другую жизнь, пытаться найти способ вернуться. Но Люси, словно заботливая мать выбрала единственного оставшегося после уничтожения деревни ребёнка. В момент этого осознания Зереф понял отчего ему так хорошо на сердце. Рядом с Люси ему, хоть и ребёнку, но было действительно спокойно, умиротворенно. Старые обиды и страх, что жили глубоко в сердце забывались, а вместо них зарождалось новое и совершенно непонятное чувство, которое руководило Зерефом. Именно оно заставлял вновь сложить руки на колени и читать, читать, читать проклятое заклинание от которого тошнит. «Надеюсь у меня хватит и терпения, и сил. Зереф стал проговаривать слова, словно никого не замечая. Руки, которые покоились на коленях стали содрагаться, а тело пронзила жуткая, почти невыносимая боль. Постепенно свечки, которые были расставлены по гильдии потухали, но никто не смел двинуться с места. Все с удивлением наблюдали, как Зереф пытается пересечь границу дозволенного, пытается нарушить планы судьбы. Хотя, может быть судьба сама была бы не против такого исхода? — Чёрт! – угрюмо крикнул Зереф и вмиг прекратил читать заклинание. Тело до сих пор содрагалось, словно не принадлежало своему хозяину. — Зер? – Нацу и сам удивился, как лаского назвал своего брата, но тот только махнул рукой. Он сделает это сам и помощь ему не нужна, особенно помощь Нацу. — Ничего-ничего, сейчас. — разтерев тепло по ладошках, тёмный маг снова положил руки на свои колени и стал снова говорить. Люси казалось, что её разорвёт на части. Зереф убежал вниз к Жанетт, но его не было целую вечность. А точнее две минуты и эти минуты Люси возненавидела, а ведь она даже не знает, отчего ей так плохо. Возможно это была самая обыкновенная усталость, но боль была невыносимой. Было отвратительное чувство, словно Люси тянет в разные стороны, будто каждую часть её тела тянут в противоположные стороны. — Что… такое? – девушка постаралась перевернутся, но боль не только усилилась, но появилось странное чувство неземного спокойствия. Люси успокоилась и никогда ещё так спокойно себя не чувствовала, она спокойно лежала на кровати и безучастно смотрела на белый потолок. Боль отошла также внезапно, как и появилась. Это было очень странно и, Люси предпочла думать, что это связано с пересечением временной петли, нежели что-то другое. Отчего же такие перемены? Люси ещё многое не знает и ей нужна была помощь, но где её взять? Кто сможет объяснить ей всё то, что происходит? Однако больше всего Люси боялась, что её тело снова пронзит такая отвратительная и ужасная боль. — Люси! —в комнату ворвался волнующийся Зереф. Кажется, что он пошёл за Жанетт, но где же она? Почему Зереф один? — Жанетт нет, она куда-то ушла. Тебе лучше? Мне сделать что-нибудь? На мгновение Люси подумала, что совершенно не понимает Зерефа. Ей значительно лучше, а лицо мальчишки было таким, словно девушка прозрачная. Но он волновался за неё и это действительно льстило, она заметила, что Зереф поменялся за эти недели совместной жизни. Он стал более открытым с ней, делился мыслями, переживаниями, мечтами, говорил, что постарается быть с ней всегда и даже стал считать её матерью. Наверное, свою биологическую мать он уже и не помнит, а отца и подавно, ведь тот не часто появлялся в родном доме. — Тебе не стоит так сильно переживать, Зереф, — с мягкой улыбкой сказала Люси. — Завтра важный день и тебе лучше лечь спать, чтобы встать без усталости. Мальчишка метнул взгляд к окну и натянул улыбку от уха, до уха. Зереф улыбался не часто, он вообще был скуп на эмоции и Люси часто размышлял, а взрослый Зереф, который прожил невероятное количество лет, создавал и подчинял, заставлял преклоняться перед ним, буквально ходил по головам, такой же? Он также сводит брови, когда удивляется, также громко сопит, спит в одном положении всю ночь и если улыбается, то очень искренне. К сожалению или к счастью, но узнать этого Люси не может. Люси аккуратно положила голову на черную макушку, когда ребёнок удобно устроился возле неё. Зереф не мог заснуть в одно мгновение, он обязательно должен покрутится в кровати и позевать несколько раз, а потом его сморит сон. — Спокойной ночи тебе, Люси. — сладко зевнул Драгнил - младший и прикрыл глаза. Отчего-то Люси захотелось обнять малыша так сильно, чтобы почувствовать всё тепло названного сына, чтобы сердце стучало также сильно-сильно и вновь увидеть, как приподнимаются уголки его губ, но вместо всего этого, она просто желает спокойной ночи в ответ и закрывает глаза, даже не думая, что проснётся отнюдь не возле маленького Зерефа за которого поручилась своей жизнью и готова теперь горой стоять. Люси жалела, что в тот день не послушала Нацу и не поговорила с ним спокойно, а с дуру убежала схватив его задание. Нацу сильнее в сто крат и возможно, что он справился бы с тем нахальным волшебником, а вот Люси слабая и всё произошедшее доказывает это. Но, как не странно, девушка не могла сожалеть о собственной глупости, она даже рада, что так вышло. Конечно то, что всё пойдёт по истории сомнений не было, но Люси надеялась, что ей удалось подарить мальчишке хоть немного такой нужной ему любви. *** Зереф с горечью взглянул на свои дрожащий руки и вновь положил их на колени. Он сидел здесь уже второй час и то, что достать глупую блондинку не было возможно сейчас была не его вина. Друзья Нацу, как и он сам все ещё стояли и наблюдали за произошедшем. — Она не хочет, — прорычал с злостью Зереф и украдкой взглянул на удивлённого брата. — Я не могу достать её не потому что мои силы не восстановились до конца, а потому что она просто игнорирует все попытки! Тёмного мага это невероятно злило, но высказать что-то ещё он не мог. Конечно Люси не знала, что друзья, а точнее Зереф пытается достать её из временной, но если бы было желание, она бы давно стояла перед ними. Устало потрепав себя по щекам, Зереф стал проговаривать заклинание, как мантру. Он успел выучить его, словно стих и знал каждое слово, поэтому книга ему уже не нужна. — Я уже разочаровался… – устало вздохнул Грей и закатил глаза, смотря на стоящего рядом Фрида. — Хватит, Грей. Конечно Зереф не самый приятный человек, но сейчас он помогает нам и думаю нужно забыть всё то, что произошло, хотя бы на это время. Зереф наша единственная надежда, будь благоразумен. В один миг Драгнил – старший скрестил руки в странную форму и стал словно говорить заклинание громче, громче и громче. Возле него в круг складывалось письмена, а самого мага охватил странный свет. — Получается? — радостно захлопала в ладоши Мираджейн и взглянула на улыбчивую Эрзу, которая обрела надежду снова увидеть свою глупую подругу. Свет горел всё ярче и ярче, даже пришлось закрыть глаза. Вся гильдия с замиранием сердца ждала, когда отвратительный свет, который, словно освещал весь Земной шар потухнет. В прочем… через десять минут, что казались Нацу самыми ужасными за всю его жизнь, свет стал потухать и его острый драконий слух, кажется даже поймал чей-то выкрик. Сердце стучало, словно вот-вот выпрыгнет из груди, когда Зереф наконец-то смог поднять глаза. Свет все ещё горел, но это совсем не мешало ему, он отчётливо мог разглядеть сидящую на коленях Люси и её пугающий, ужасный и блеклый взгляд. Она была напугана и единственное, что ей пришлось, так это откровенным, удивлённый, любопытным взглядом рассматривать Зерефа, пока тот заканчивал читать заклинание. Неужели у него получилось? Зереф и сам не верил, что смог сотворить такое, впервые обмануть самого себя и помочь кому-то. — Зереф…? — с какой-то радостью в голосе произнесла Люси и слишком светло улыбнулась. Свет от заклинания, словно барьер никому не давал увидеть их вернувшуюся подругу. Они могут поговорить и это радует Люси до кончиков пальцев. Зереф молчит. Он уже ничено не читает, а только пытается не смотреть на запавшую в сердце девушку. Он не должен так откровенно пялиться, вновь разжигать те тёплые чувства, а ведь они появились только от воспоминаний, что же будет, если она захочет пообщаться с ним? Зереф чувствует себя влюблённым школьном и это, черт возьми, его никак не устраивает! — Ты не мертв, — словно в подтверждении свои слов, она касается бледной ладошки мага и вот тут, как по закону подлости свет исчезает. Не давая даже и секунды поговорить наедине. У заклинательницы болит абсолютно всё, но она радостно вскрикивает, когда на неё наваливаются друзья. Они что-то кричат, обнимают и Люси пытается обнять всех в ответ. Девушка на секунду начинает сожалеть о том, что бросила всех своих друзей, но это решение ей кажется правильным до сих пор. — Люси, как мы рады, что ты вернулась! — восторженно орет её команда и Люси тоже рада, она тоже счастлива, как никто другой. Взгляд мимолетное цепляется за человека, который уже успел развести в ней костёр самых непонятных чувств. Зереф только хмурился и выгнул бровь, наблюдая за всем зрелищем. Они не виделись около месяца и вернулись девушка здоровая, счастливая. Помятая и испуганная, но это дело времени. — Здесь я закончил… — Зереф не знает кому это сказал. Себе? А может счастливому Нацу? Или своим мыслям? Не думая ни о чем, он медленно уходит вон из гильдии. Ему не приятно находится здесь, в такой атмосфере, но в одно мгновение его бессовестно хватает чья-то рука. Зерефу захотелось, чтобы это была рука Нацу, отчего-то. — Эй, куда ты собрался? — это и правда был Нацу, но только слишком злой и разочарованный. — Я у тебя спрашиваю, тупой кретин! На такую тираду Зереф только вздыхает томно. Неужели Нацу хочет, чтобы он остался на праздник? Его глаза горят решимостью, как и глаза рядышком стоящей Люси. Он, что действительно не сможет отказать от праздника? *** Зереф горько вздыхает, когда слышит пение его мертвецки пьяного брата. Нацу отвратительно поёт, что и пытается крикнуть ему Грей, а после, кажется снова затевается их драка. Два сапога – пара. Эти двоя стоят друг друга, думает Зереф, и смеётся собственным мыслям. Представлять Нацу в таком свете, он может только в пьяном состоянии. Оставаться на грандиозную пьянку Зереф никак не хотел, поэтому отсиживался во дворе. Уйти отсюда к черту, его останавливает и брат, и Люси, которые уговорили его тоже посидеть на празднике немного. Он держал в руках бутылку странного алкоголя и думает, что оно и правдо очень крепкое. Обычным алкоголем Зерефа не взять, ведь у него уже выработался иммунитет к слабому алкологю. Но сейчас Зерефу хотелось напиться до потери пульса, забыть обо всём на свете, а не страдать от ноющего чувства где-то в груди, а может быть, даже в самом сердце. — Привет, – Зереф испуганно вздрагивает, когда слышит знакомый голос. Люси давно переоделась в свою привычную одежду, которая практически ничего не скрывает и сделала хвостик на боку. Всем привычная и знакомая — Люси Хартфилия. Однако Зереф этому не рад, ведь считает, что то белоснежное платье до щикотолок шло ей намного больше. — Спасибо, что помог вернуться домой. Я благодарна тебе, – Люси держала в руках бокал и он был пуст, хотя выглядела девушка не такой мертвецки пьяной, да и на ногах крепко деражалась. Она была в здравом уме, а это радовало Зерефа очень даже сильно. На благодарность Зереф только повёл бровью и пожал плечами. Хотелось сказать, да зачем мне твоя благодарность? Уйди лучше из моего сердца, но вот губы не двигались. — Твоя семья сделала очень много для меня и моего брата. Я должен был помочь. — Что? Совесть замучила, да? — пытается пошутить Люси, но вот выходит неудачно. У Зерефа нет совести. Он потерял её ещё тогда, когда решился воскресить своего брата. — Я должен поблагодарить тебя за всё то, что ты сделала для меня. Люси с удивлением поварачивается лицом к тёмному магу, будто не расслышал его слова. — Спасибо, что не оставила меня, да и за заботу тоже, — Люси удивлённо всматривается в ночную мглу, а после подходит ближе к мужчине и хватает его бледную ладошку. — Разве я могла бросить ребёнка после всего случившегося? Ты был таким маленьким тогда, — Люси сжимает его руку сильнее и перепливает их пальцы вместе, думая, что у неё сердце остановиться. Люси снова разжигает в нём бушующий костёр, заставляет сердце скрести. Зереф улыбается и думает, что никогда такого пламя в груди не чувствовал раньше. Поэтому, он решает также поджечь Люси. Пусть она горит вместе с ним, также желает его, также страдает. — Знаешь, а я ведь многое узнала о тебе, — оживленно заявила заклинательца духов и крече сдала тонкую ладошку Зерефа в своей руке. Ей хотелось раствориться, скорее почувствовать всю любовь. — Да? И что же ты узнала? — тёмный маг будто насмехается и улыбается, когда заглядывает прямо в карие глаза. — Ты такой же отстраненный , как и в детстве. Те мальчишки из соседнего дома хотела дружить с тобой, а ты вечно избегал их. Даже сейчас ты пытаешься держать дистанцию, — Люси не знает зачем говорит именно это, хотя она могла бы сказать про замкнутость, радость или волнение, а говорит про его отстраненность. Глупая Люси. — Вот значит как, — хмыкает Зереф, а после сильнее тянет девушку к себе. Люси теряет бдительность, хотя сама предполагала подобный исход. И в это время Зереф впился той в губы резко, грубо, ненасытно. Зереф целовал Люси медленно, растягивая каждое свое движение, как будто пытался распробовать её губы и язык. Он сильнее стискивал её талию, притягивая ближе к себе, а Люси сильно схватилась за его предплечья, будто пыталась раздавить в свои объятия этого мужчину. Хартфилия тоже отвечала медленно и чувствительно, пытаясь скрыть свою неопытность. — Кое-что в тебе изменилось. Решимости больше стало, да? – смеётся Хартфилия, когда отрывается от губ, теперь уже возлюбленного. — Это точно. Жизнь научила, знаешь ли, — посмеивается Зереф всё также обнимая девушку. Из гильдии им кричит пьяный Нацу и загоняет их обратно в здание, говоря, что принесли еду. — Пошли обратно, любовь моя! – Люси всё же пьяна, поэтому пытается шутить. Она даже не беспокоиться насчёт проклятья, которое могло бы выскочить в любую секунду и уничтожить все вокруг, а Зереф смущённо смеётся. — Пошли, любовь… Похоже то, что Зереф остаётся здесь, даже не решается. Он прекрасно знает, что уже ни Нацу, ни Люси теперь уже не отпустят его. Зереф смотрит на лучезарную улыбку своей спутницы и думает, что вполне может жить счастливо.