The Wyvern

Фургон У.Д.А.Р.а, Вашингтон, округ Колумбия — Это был он. Но он смотрел на меня, будто видел в первый раз, — весь в пыли и синяках, измученный дракой, Стив уставился взглядом в пол фургона. Смерть Ситвелла, группа захвата, Виверна с красными глазами — все это не имело значения. Это был Баки. — Как это возможно? Это было семьдесят лет назад, — заговорил Сэм, все еще возбужденный после драки. — Зола, — кусочки пазла легко складывались в голове у Роджерса. — Баки захватили в сорок третьем, Зола ставил опыты над ним. И поэтому Баки не разбился тогда, — Стив поднял взгляд. — То есть он был жив. А я… — Это не твоя вина, Стив, — пробормотала Наташа, взгляд которой был немного расфокусирован из-за боли от ранения. Какой еще Баки? — Всю мою жизнь Баки был рядом. — Тогда кто же это был с красными глазами? — Сэм покачал головой, когда заметил ранение на плече Наташи, из которого сочилась кровь. — Так, нужно вызвать ей доктора. Если не наложить повязку, она истечет кровью. На помощь пришла Мария Хилл.

***

Сберегательный Банк, Вашингтон, округ Колумбия Цели сбежали. Именно это поняла Виверна из разговоров раздраженных и сердитых оперативников вокруг нее. Сумерки уже начали опускаться на город, когда они с Солдатом вернулись с места боя, молчаливые и израненные. Теперь Солдат сидел в кресле, пока техник обрабатывал его металлическую руку, восстанавливая повреждения от странного щита того блондина. Виверна сидела неподвижно, пока другой сотрудник перевязывал колотую рану на ее ноге, а после сама приступила к восстановлению повреждений на своих крыльях. На самом деле девушка не была сконцентрирована на своем деле. Глядя на пулевое отверстие в углеродном материале крыла, она наблюдала за Солдатом. Грудь мужчины мерно вздымалась и опускалась, но Виверна видела смятение в его серо-голубых глазах. Она почти чувствовала, как вихрь воспоминаний бушевал у него в голове. Глаза его были наполнены болью. «Не показывай им этого», — хотела сказать Виверна. Она даже не понимала, что именно должен был скрыть ее напарник, но знала, насколько жизненно это было важно. Мужчина с моста сделал это. Баки? Виверна провела пальцем по вмятине на скелете левого крыла. Человек, который сделал это, поселил смятение в глазах Солдата. Баки? Блондин произнес имя как вопрос, но голос его звучал мягко — так странно было слышать подобную интонацию в середине боя. Его голос был мягок от узнавания. Виверна поднесла паяльник к отверстию в углеродном волокне, все еще наблюдая за напарником. Баки? Может у этого оружия есть имя? Не просто имя: имя, которое существовало вне файлов; имя, которое могло придать такую мягкость голосу. Блондин все еще был жив — что он скажет, если вновь увидит Солдата? Голова Зимнего дернулась в сторону, кулаки сжались. Виверна напряглась. Секундой позже лицо Солдата исказилось в гримасе, и он отбросил техника в другой край комнаты. Мужчина выпрямился в кресле, грудь его тяжело вздымалась. Виверна вскочила на ноги, уронив паяльник, тем временем все агенты в помещении подняли орудие и нацелились на Солдата. Тот смотрел прямо на Виверну сквозь пряди темных волос, серо-голубые глаза его искрились гневом. Все тело мужчины было напряжено, как будто он собирался вырваться из оков и напасть на каждого человека в хранилище. Девушка смотрела на него, пытаясь взглядом сказать напарнику, чтобы тот успокоился. Но сейчас Солдат был вне ее досягаемости, глаза его бегали по группе оперативников в ожидании атаки. Роллинс, командир второго отряда, приложил палец к уху: — Вызовите Директора. На протяжении всего напряженного ожидания Директора, каждый пистолет в хранилище был направлен на Солдата, а Виверна застыла в углу. Она хотела получить приказ. Наконец, ее усиленный слух уловил разговор снаружи помещения. — Сэр? Он…он нестабилен. Он бредит. Дверь в хранилище открылась, на пороге показались Директор в сопровождении Рамлоу. Директор жестом приказал оперативникам опустить оружие. Мышцы Виверны слегка расслабились. — Полный отчет, — приказал Директор. Сейчас Солдат не был оружием. Тело его все еще было напряжено, но он снова сел в кресло, мышцы расслабились, не ожидая нападения. Виверна узнала выражение его лица — шок. — Полный отчет, живо. Виверна больше не могла выносить этого молчания. Она заговорила: — Цели были задействованы на… — Не ты, — отрезал Директор, даже не взглянув на нее. Виверна стиснула зубы. Во вновь наступившей тишине Пирс подошел к Солдату и наклонился. Виверна больше не видела выражение лица напарника. Директор ударил Солдата. Виверна вонзила ногти в ладонь и почувствовала, как сочилась из ранок кровь. Сегодня она видела, как убивали людей, но почему именно этот единственный удар так подействовал на нее? — Человек на мосту… Кто это? — взгляд Солдата потемнел, лоб прорезали морщинки. — Ты с ним уже виделся пару дней назад на другом задании, — ответил Директор. Виверна знала, что это была правда, но все внутри нее кричало: ложь. Взгляд Солдата скользнул вглубь хранилища, в угол, где застыла Виверна. — Я с ним знаком, — произнес Зимний. Глаза его блестели. Виверна не могла пошевелиться, не могла вздохнуть. Она пыталась вспомнить все о человеке на мосту, но в памяти всплывали только его навыки боя и маскировки. Откуда Солдат мог знать его? Директор опустился на стул перед Солдатом и начал что-то говорить ему. Виверна не слышала слов — мозг ее лихорадочно работал, пытаясь найти связь между Зимним и человеком на мосту. Она наблюдала, как на лице напарника появилось замешательство, страх и, наконец, смирение. Желудок девушки сжался. — Но я знал его… — пробормотал Солдат, и его лицо снова исказилось от осознания надвигающейся процедуры. Виверна еще глубже вонзила ногти в ладони. Директор поднялся на ноги и отдал приказ помощникам провести процедуру стирания памяти и начать все сначала. Виверна заметила, как скривилось лицо Солдата, и захотела подойти к нему. Она хотела помочь. Этот инстинкт поразил ее — такого точно не было в ее программе. Ее не должно это волновать. Техники толкнули мужчину обратно в кресло. «Баки, — подумала девушка, — Баки, Баки, Баки». Сердце ее бешено колотилось. Когда Солдата прижали крепкими ремнями за руки и ноги, Виверна встретилась с ним взглядом. — Ты — мое задание, — произнесла она одними губами, не зная, как и почему она это сказала. В глазах мужчины вспыхнуло узнавание. Металлические пластины начали искриться, Солдат напрягся, глубоко делая рваные вдохи и выдохи. Все его тело тряслось. Я буду помнить за него. Пластины опустились на лицо Солдата, и он закричал. Виверна не отвела взгляд. Директор повернулся и указал пальцем на девушку. Она оторвала взгляд от Солдата и проследовала за Пирсом, подстраиваясь под шаги Рамлоу. Без крыльев она почувствовала себя маленькой. Как только они покинули хранилище, оставив позади крики Солдата, Директор повернул голову в сторону Виверны. Он пристально вглядывался в ее пустое лицо. — Отчет. Виверна подчинилась: голос ее был отрешенным, холодным, плавное течение против криков из склепа. Она подробно описала всю атаку, но не упомянула имя, которое слышала. Баки? Пирс повернулся к Рамлоу: — С Виверной все в порядке? — Да, Сэр, — глаза Рамлоу потемнели, — она выполняла приказ. — Что же, это хорошо, — произнес Директор, — Виверна, оставайся здесь. Мы свяжемся, когда придет время. — Да, Сэр, — голос ее был холоден, словно зимний воздух, и пуст, как мертвое дерево. Виверна смотрела на то, как Пирс и группа захвата покидали здание. Крики Солдата эхом разносились по зданию банка, просачиваясь в легкие Виверны и оседая там тяжелым грузом. «Я запомню», — сказала она сама себе, сама не зная причины. В мыслях ее бушевала снежная буря.

***

Плотина Щ.И.Т.а, нераскрытое местоположение Стив вышел из помещения сразу, как только они изложили свой план. Фьюри, Хилл, Наташа и Сэм откинулись на спинки кресел, обдумывая предстоящую миссию. — Ты когда-нибудь слышала о Виверне, Хилл? — нарушила молчание Романова. — Слухи, ничего конкретного, — пожала плечам Мария. — А что? — Она в игре — одна из оперативников ГИДРЫ. Сэм фыркнул: — Видишь ли, когда ты рассказывала мне о цыпочке с красными глазами и парой крыльев, я не совсем поверил твоим словам. Мои крылья были последними в этом роде. — О Виверне стало известно задолго до тебя, Сэм, — покачала головой Наташа. — И крылья у нее совсем не такие, как у тебя. — Да, я заметил, — опустил голову Сэм. — Я чувствовал себя голубем по сравнению с ней. Повезло, что именно вы были главными целями. Неужели ей столько же лет, сколько и Зимнему Солдату? Может быть она, ну, не знаю, медсестра времен Второй мировой или что-то в этом роде? — Я не думал, что она действительно существует, — Фьюри обратил на себя внимание, — но истории, что я слышал, относятся к последним двадцати годам или около того. — О, ну тогда все в порядке, — усмехнулся Уилсон. — Она может быть кем угодно, — сказала Наташа, возвращаясь к первоначальному вопросу Сэма. — Может, она — доброволец, и сама согласилась на все эксперименты. — Кем бы она не была, — вмешалась Хилл, — она на стороне ГИДРЫ и будет стоять у нас на пути. Если увидишь ее — выводи из строя. Наташа кивнула и снова поморщилась от боли в ране. — У меня такое чувство, что справиться с Барнсом будет намного сложнее, — Романофф повернулась на стуле к Сэму. Тот кивнул и посмотрел на дверь, в проеме которой только что появился Стив. — Пойду, поговорю с ним.

***

— Тот, кем он был раньше, уже не вернется. Ты должен его остановить, а не стараться спасти. — Я не уверен, что смогу. — Он сам не даст тебе выбора. Он не помнит тебя. — Вспомнит. Готовься, пора.

***

12 Января, 2014 год Сберегательный Банк, Вашингтон, округ Колумбия — С Проектом «Озарение» возникли проблемы. Директор вызывает всех в Трискелион. Приведите активы. Виверна поднялась на ноги. Она провела на объекте всю ночь: чинила крылья и готовила арсенал оружия. Девушка не видела Солдата с тех пор, как оставила его в кресле, но ни о чем другом думать не могла. Виверна знала, что он был ее заданием, и знала имя: Баки. Но пазл в голове никак не складывался — почему Солдат был ее заданием? Почему так важно, чтобы она помнила? — Виверна! Выдвигаемся! Техник позади девушки помогла ей убрать крылья в рюкзак на спине и отступила в сторону. Виверна поднялась на ноги и последовала за агентами в один из фургонов. Задание. Ее задание это… В последний момент перед отъездом в автомобиль забрался Зимний Солдат. На нем не было ни очков, ни маски — должно быть, подумала девушка, они остались среди обломков на мосту. Девушка наблюдала за мужчиной из-за своих алых очков, пока тот следовал на свое место. Солдат снова был в униформе и с оружием. Волосы его свободно спадали на щеки, а лицо было совершенно пустым, без единой эмоции. Баки? Фургоны с визгом пробирались сквозь поток машин к Трискелиону. Всю дорогу Виверна наблюдала за пустым лицом Солдата, размытые границы воспоминаний терзали разум девушки. — Миссия: защитить Проект «Озарение», — рявкнул Роллинс, оглядывая агентов в автомобиле. — Устранить всех, кто будет стоять на пути. Встревоженная беспорядком воспоминаний, Виверна сделала единственную вещь, которая имела смысл. Она подчинилась. Трискелион, Вашингтон, округ Колумбия Фургоны остановились с визгом шин и распахнули двери как раз в тот момент, когда в небо поднялся первый Хэликэрриер. Рев двигателей оглушил Виверну, и ее глаза расширились от вида огромного металлического воздушного судна со светящимися синими турбинами двигателей и многочисленным оружием по периметру. Пока девушка наблюдала, еще два огромных судна поднялись из подземных ангаров. Автомобили ГИДРЫ прибыли с другой стороны Трискелиона, так что подводные ангары были скрыты из виду огромным зданием, но вновь прибывшие агенты прекрасно видели окровавленных и кричащих сотрудников Щ.И.Т.а, выбегающих из штаба. Гражданские и люди, которые не были агентами, оглядывались через плечо при выходе из стеклянных дверей. Они либо не замечали, либо не обращали внимания на черные фургоны, загородившие весь проход, или на агентов и других оперативников, поскольку бежали, спасая свои жизни. Внезапно коммуникатор Виверны подключился к каналу агентов ГИДРЫ, и девушке потребовалось секунда, чтобы привыкнуть к редким призывам о помощи и отчетам перед кураторами. Она выбралась из фургона вслед за Зимним Солдатом и оказалась лицом к лицу перед своими кураторами. — Команда Рамлоу успешно справляется с ситуацией в Трискелионе, — повернулся Роллинс к агентам. — Уничтожьте всех, кто помогает Капитану Америка на земле и в воздухе, убедитесь, что… — У нас бой на IN-03, — раздалось по рации от диспетчера. Роллинс остановился, поднес руку к наушнику и резко обернулся. Виверна и Солдат посмотрели на третье судно, которое было уже в сотне футов над землей. Слабый столб дыма вырвался из палубы, и усиленный слух агентов уловил звуки выстрелов и взрывов за ревом двигателей. Крылатый силуэт поднялся над линией ангаров и завертелся, резво избегая снарядов из пушек. Сокол. Он словно изящная птица уклонялся от пушечного огня, ныряя в черный дым и оранжевое пламя; низко пикировал, а затем также резко взлетал вверх. Роллинс выругался, лицо его скривилось. Он снова повернулся к агентам: — Солдат, оказываешь поддержку с земли. Виверна — следуешь за летуном. Они подчинились. Солдат скрылся за деревьями вокруг здания, а Виверна распахнула крылья и взмыла в воздух. Если она и бросала взгляд на темную фигуру мужчины с металлической рукой, то лишь для успешного выполнения миссии. Он — мое задание. Она отмахнулась от этой мысли.

***

— Сокол, статус. — В процессе. Сэм рванул к Хеликерриеру, опережая огонь. Он бросился на оперативника ГИДРЫ, пнул его в грудь и развернулся, чтобы выстрелить в другого нападающего. Когда его противники рухнули на землю, Уилсон завис в воздухе, проверяя обстановку. — Кэп, я в деле, — он оглядел палубу в поисках выхода. Однако прежде, чем Сэм успел сделать следующий шаг, он услышал рев двигателей и, подняв взгляд, увидел знакомую пару черных крыльев из-за края палубы. Очки Виверны засветились красным, Уилсон мгновенно сосредоточился на пистолетах в ее руках. — Дерьмо, — Сокол повернулся, запуская крылья, и побежал по палубе, петляя под крыльями приземлившихся квинджетов. Виверна неслась за ним по пятам, осыпая градом пуль. Сэм выругался себе под нос, пытаясь поймать взгляд девушки и в то же время пытаясь избежать ранения. Уилсон никогда не сталкивался с человеком, у которого были бы такие же крылья до вчерашнего дня, и это стало кошмаром во плоти. Действия пилотов и пехоты он еще мог предугадать, но вот убийцы с металлическими крыльями и конкретной целью в голове — совсем другое дело. Пули пролетали в нескольких дюймах от ног и груди Сэма, не скрытых защитой. Краем глаза Сокол увидел, как одна из пуль попала в топливный бак последнего квинджета, и тот загорелся. Ударная волна врезалась ему в спину, и Сэм вскрикнул, сложил крылья и кувыркнулся по бетону, останавливаясь у края воздушного судна. Уилсон вскочил на ноги как раз вовремя: Виверна неслась прямо на него с распростертыми крыльями и нацеленным оружием. Пульс уже стучал в горле у Сэма, и он резко бросился назад, стреляя в Виверну, пролетающую сверху. Один из выстрелов угодил в пистолет в ее левой руке, оружие выскользнуло из ладони девушки и полетело вниз. Крылья Сэма вновь распахнулись, и он взмыл под корпус Хеликериера, но сбросить Виверну ему не удавалось. Двигатели на ее крыльях ревели, словно голодный хищник, пока она преследовала Сокола в тени воздушного судна уже с новым орудием в руках. В пылу боя Уилсон прислушивался к словесному спаррингу Романофф и Александра Пирса. Сэм затаил дыхание и ухмыльнулся, когда по связи раздался голос Кэпа: — Альфа есть! Но тут Сокол услышал новый звук двигателя и, оглянувшись через плечо, увидел в небе Квинджет, парящий в небе рядом с Виверной. Девушка плавно начала двигаться в сторону, чтобы отрезать путь Сэму. Дерьмо. — Сокол, — раздался по рации голос Хилл, — где ты сейчас? Сэм переключил двигатели крыльев на большую мощность. — Пришлось сделать крюк! — доложил он, ускользая от Виверны, которая пыталась прижать мужчину к корпусу Хеликерриера, а затем Сэм перевернулся в воздухе, чтобы избежать непрекращающегося огня оружий на борту судна. Он выругался сквозь зубы, услышав знакомый звук запуска ракет. Что ж, по крайней мере, это хоть ненадолго отвлечет Виверну от его задницы. Сэм накренил крылья и направился к вертолету, в ушах у него стоял вой ракет. Маневр сработал: краем глаза Сокол увидел, как одна из ракет зацепила крыло квинджета, превращая его в дымящуюся дыру. Виверна взмыла вверх, спасаясь от других снарядов. Сэм сложил крылья, сгруппировался, и остальные ракеты столкнулись с огромным стеклянным куполом в нижней части Хеликерриера, оставляя после себя идеальный дверной проем. — О, да! — прокричал Сокол, вновь расправляя крылья, и направился к воздушному судну. Он приземлился на мостик, сердце бешено колотилось. Я здесь босс. — Я на месте. Сэм установил чип в соответствии с инструкциями Хилл — он пять раз доказывал ей, что точно запомнил всю последовательность действий — и спрыгнул с подиума. — Браво есть! У Сэма не было ни секунды, чтобы хоть как-то избежать столкновения с Виверной: она поймала его на полпути и швырнула в стеклянный купол.

***

Сокол не знал, что снесло его с пути, пока не увидел красные очки Виверны. Его крылья были скованны крыльями девушки, которая своей силой не давала ему двинуться ни на миллиметр. Виверна была спокойна, несмотря на вертлявость Сокола. Она выследила свою жертву и теперь поймала ее. Сэм вскрикнул от силы ее хватки, его лицо исказилось от стреляющей боли в спине. Устранить всех, кто будет стоять на пути Проекта «Озарение». Виверна провела когтистой перчаткой по лицу мужчины. Он брыкался и сопротивлялся, но девушка была слишком сильной. Она крепко держала его и явно готовилась уничтожить. Но этот человек был на мосту с целью-мужчиной, который дал Солдату имя. Он сражался за него, следовал за ним. Этот человек знал о другом — блондине. Виверна посмотрела на перекошенное от боли лицо Сэма, на его отчаянные попытки освободиться от стальной хватки. За головой мужчины сквозь стекло виднелись Трискелион и широкая река. Отсюда казалось, что все в порядке. Ветер завывал в открытом кратере купола Хеликериерра. Приказа немедленно устранить любого, кто стоял на пути Проекта, не было. Виверна ослабила хватку, поднеся руку к горлу Сокола. Ей нужно было знать — о человеке на мосту, о Солдате, о миссии. — Вы… — начала она, голос ее был приглушен капюшоном. Виверна заколебалась, когда по связи раздался голос Зимнего Солдата. — Виверна, запрашиваю воздушный транспорт на IN-03. Девушка замерла, рука ее все еще была прижата к горлу мужчины. Она едва почувствовала кулак Сокола, когда тот вырвался и ударил ее по ребрам. Голос Солдата был таким холодным. Это был первый раз, когда Виверна услышала голос напарника после разговора с Директором прошлой ночью, и разница между ними была…тревожной. Прошлой ночью его голос был тихим, почти надломленным, но сейчас в нем не было ни намека на эмоции. Ни намека на узнавание. Фоновые звуки из его коммуникатора казались хаосом: крики, выстрелы, взрывы. У Виверны перехватило дыхание. Воспользовавшись моментом, Сокол сумел вытащить из кобуры запасной пистолет. Между ними прогремел выстрел, и Виверна отпрянула, кровь брызнула из пулевого отверстия в боку и брызнула на форму Сэма. Он только скользнул по ней взглядом, но этого было достаточно. Сокол оттолкнул ее, расправил крылья и выскочил из Хеликерриера, взревев двигателями. Виверна не стала следовать за ним. Она поднялась на ноги, балансируя на дне стеклянного купола и прижимая руку к кровоточащему боку, но даже не посмотрела на Сокола, когда тот вырвался из ее хватки. Неисправность — раздался голос в ее голове, но он был таким далеким. Мысли Виверны были захвачены холодным голосом Солдата. Звук его голоса вызвал в сознании девушки образ пустых серо-голубых глаз, мерцающих отражением пламени. Но вчера его глаза не были пустыми. Она видела смятение Солдата, его боль, видела, как он вспоминал, и видела, как он расплачивался за это. Баки? У человека вчера было имя. Что есть у него теперь? Задание. Крылья Виверны опустились, свободно свисая со спины. Она невидящим взглядом смотрела на реку снизу в то время, пока метель в ее голове бушевала все сильнее. Задание. Задание. Баки? Коммуникатор снова затрещал, но это был всего лишь диспетчер ГИДРЫ: — Виверна, Солдат. Сокол и Капитан Америка направляются к IN-01, остановите их. Сердце Виверны бешено заколотилось. С каждой секундой своего бездействия она шла против приказа, против своей программы. Звуки криков и выстрелов эхом отдавались в ее голове, и Виверна вздрогнула от образов, которых она не помнила: жжение, боль, цели в своих постелях. Неисправность. Виверна споткнулась и упала на колени, размазывая по стеклу кровь из раны на боку. Дыхание участилось, и она, казалось, не могла остановить свой разум от кружащихся, бурлящих и мерцающих образов и звуков, давно потерявшихся на дне памяти. Она не могла остановиться, не могла ухватиться ни за одну мысль и удержаться за нее. Она потерялась — будто сама была беспомощным куском мусора в бесконтрольном океане. Огонь и кровь заполнили ее ноздри, заставляя дрожать. Задыхаясь, Виверна прижала пальцы к жгучей ране на боку, цепляясь за резкую боль. Это помогло девушке немного сфокусировать мысли, но это лишь вернуло ей крик программы подчинения и более глубокий инстинкт, который призывал вспомнить. Перед глазами все расплывалось от пронзительной боли. Это было похоже на молнию, на кресло машины подавления памяти. Внезапно она услышала слабый голос в коммуникаторе: — Люди умрут, Бак. Я не могу этого допустить. Это был коммуникатор Солдата. Виверна глубоко вздохнула и ударила кулаком по стеклу под собой. Паутина трещин расползлась под ее рукой. Она сосредоточилась на дыхании и начала анализировать услышанное. Это был голос человека с моста. «Так вот в чем его задание, — подумала Виверна и зажмурилась, — уберечь людей от смерти». Это было таким непривычным заданием для Виверны, но оно на удивление находило отклик внутри нее. — Пожалуйста, не заставляй меня это делать. Глаза Виверны распахнулись. Секундой позже она услышала кряхтение, лязг металла и выстрелы — безошибочно узнаваемый звук сражающегося Солдата. Виверна подтянула ноги и выпрямилась. Ее разум все еще бушевал, но теперь девушка была сосредоточена — она не позволила этому захлестнуть ее. Программа призывала выполнить задание. Но теперь в голове у Виверны было не только оно одно. Там была защита Проекта «Озарение», но было еще и «ты — мое задание». И теперь она знала, что за человек был на мосту. Он узнал Солдата, но, судя по звукам из коммуникатора, для него его задание стояло на первом месте. Пока она слушала схватку, гениальный мозг девушки просчитывал ситуацию. Возможными были два исхода. Первый: Проект «Озарение» будет завершен, человек на мосту потерпит неудачу и будет ликвидирован. Второй: человек на мосту успешно завершит свое задание, Проект провалится, а Солдата ликвидируют. Он — мое задание. Виверна снова споткнулась и сжала в кулаках свой капюшон. Защитить Проект «Озарение». Задания сталкивались в ее голове, подпитываемые полузабытыми образами смерти, крови и мерцающим взглядом серо-голубых глаз. Голова шла кругом. Виверна проанализировала ситуацию и заранее знала результат. У нее был приказ. Если она не защитит Проект, человек на мосту может убить Зимнего Солдата. Девушка представила себе серо-голубые глаза напарника, ни проблеска жизни в них, и ее желудок скрутило. «Это не имеет значения», — сказала она себе. Солдат был ценным ресурсом, оружием. Оружие — это расходный материал. Но Виверна помнила теплую руку на своей спине, которая успокаивающе гладила ее. Она помнила глаза и их секрет, помнила, как доверяла ему так безоговорочно, словно продолжение своего собственного «я» и помнила, как он сказал: «Но я знал его». Если она защитит Проект, то ей придется убить человека с моста. Человека, который знал его имя. Человека, чей голос мог смягчиться в разгар битвы. Или ей придется позволить Солдату убить его, убить единственного человека, который может знать его не только как оружие. Если она выполнит это задание, то все, что у нее останется — вопросы без ответа, Солдат с пустыми глазами, а затем кресло. Но такова была ее программа. Она должна подчиниться. Виверна не могла вспомнить, когда получила второе задание, но не могла оттолкнуть его, несмотря на острую боль в груди. Он — мое задание. Он — мое задание. Это было заложено глубоко в ее душе, глубже, чем память, боль и программа. Задания расходились. Программа подсказывала ей обратиться к кураторам за объяснениями, но другая ее часть задавалась вопросом: что важнее? Виверна вздрогнула, незрячим взглядом уставилась на поверхность воды в сотнях футов внизу. Из раны в боку сочилась кровь, лицо под капюшоном вспотело и покраснело. Сердце бешено стучало в груди. Важно. Программа говорила, что имеют значение только приказы, которые были важнее, чем она сама, жертвы или коллеги. Но когда Виверна спросила себя, какому заданию подчиняться, то услышала имя. Баки. Баки. Баки. Голос больше не походил на мягкий голос человека на мосту. Теперь Виверна слышала свой собственный голос, низкий и дрожащий. — Баки, — пробормотала она. Эта фраза вызвала новое воспоминание, взорвавшееся в ее голове. Тебя зовут Маргарет. Голова Виверны дернулась вверх, и мир просочился обратно. Боль в боку, звуки борьбы вдалеке и по коммуникатору, гул двигателей. В три шага она преодолела расстояние до кратера в стеклянном куполе, нырнула в него и взмыла в небо.