I
3 июня 2020 г., 22:59
Были дни, когда солнечные лучи не пробивались в твою комнату сквозь окно. Когда поля цветов были вытоптаны, дома горели, на дорогах улиц стояли заброшенные машины, из-под груды разрушенного здания текла кровь, а единственной музыкой для тебя были лишь звуки хаоса и криков людей. Небо переливалось красными оттенками, символизируя эру отчаяния.
Были дни. Но надежда на светлое будущее победила. Если бы ты был жертвой, ты бы с облегчением вздохнул, пытаясь забыть тяжёлое прошлое. Но ты не жертва. Ты помнишь и осознаёшь, что сам был одной из причин катастрофы. Что страшнее, наслаждаться чужими страданиями или вообще ничего не чувствовать, равнодушно сея хаос? А может думать об этом каждую ночь?
Нельзя было просто забыть всё, что ты делал. Но улыбаться вместе со всеми каждый день, когда из-за тебя погибло множество людей, было невыносимо. Никому не нужны твои извинения. Твоё искупление служит лишь напоминанием самому себе, что у тебя нет другого выбора, кроме принятия прошлого. И благодарностью, потому что каким-то чудом вы все получили второй шанс. Множество людей погибло, семьи были разрушены, друзья разделены без возможности снова прожить счастливую жизнь вместе, но именно вам был дан шанс начать всё сначала. В конце концов, возможно, вы сами в какой-то момент стали жертвами отчаяния. Когда-то давно.
***
За полмесяца проживания на острове, Хаджиме не заметил никаких признаков надвигающегося дождя. Солнце также ярко светило и пекло, напоминая неприятные дни в симуляции. Оно и будило его по утрам, потому что тот не привык смотреть на время в телефоне, который был выдан каждому перед отплытием на остров вместе с другими полезными вещами. Когда Хаджиме просыпался от очередного кошмара, было очень иронично видеть ярко освещённую комнату и слышать спокойное пение птиц. В этот раз, как обычно, он проснулся одним из первых. Можно было не волноваться и начинать день в своём ритме, не торопясь. Ой. Он слишком привык к тому, что в симуляции они договорились каждое утро встречаться в столовой. Теперь каждый распоряжался своим временем как захочет, спать можно было до обеда, не слушая упрёков в свою сторону. Хотя, кажется, у многих всё равно сохранилась привычка собираться вместе хотя бы раз в день. Может быть это всех успокаивало. После очередного разбора своей беспокойной ночи и принятия утреннего душа, Хаджиме направился в столовую. — Утро-о-о, Хаджиме-чан! — Ибуки начала прыгать возле него, пока тот пытался попить апельсинового сока. — Доброе утро. В столовой уже собралась половина компании. Все завтракали за столиками, собираясь в небольшие группы. Махиру с Сайонджи смеялись за столиком у окна, Аканэ и Тогами набивали рот едой, пока Терутеру что-то говорил им. Гандам и Соня медленно пили чай вместе, пока Казуичи нервно смотрел на эту парочку из-за колонны. — А, Хината-кун, д-доброе утро… — Микан поднялась вслед за ним и робко поприветствовала Хаджиме. — Да, доброе. Не думал, что все так рано просыпаются. Некоторые, наверное, уже позавтракали или предпочли сделать это наедине. — Д-да, я видела Кузурю-сана и Пекояму-сан, они сидели снаружи вместе. Комаэда-сан ещё рано утром сидел на ступеньках и читал книгу, а потом куда-то ушёл. — А что насчёт Митарая? Мы уже полмесяца живём вместе, но, кажется, ему ещё тяжело в такой обстановке, — Хаджиме допил сок и потянулся. — Возможно мы д-должны ещё больше помочь ему… Он, конечно, не виноват, что ему неловко среди нас. — Ох, простите, я подслушала ваш разговор, — Соня грациозно встала из-за стола и поправила своё платье. — Вы правы насчёт того, что мы должны помочь Митараю-сану! Мы все должны работать над тем, чтобы преодолеть расстояния между нами. Мы через многое прошли вместе, но некоторым всё ещё сложно смотреть друг другу в глаза из-за того, что происходило в симуляции… П-поэтому здесь вопрос не только в том, чтобы помочь Митараю-сану, но и чтобы снова построить нерушимые узы! — она сложила пальцы и засияла, закончив свою пафосную речь. — Какие прекрасные слова, Соня-сан! — Казуичи как обычно поддерживал свою безответную любовь, но, кажется, все в столовой мысленно согласились со всем, что было сказано. — Митарай скромный, поэтому предпочитает оставаться в своём доме, если собираться вместе необязательно, — начал Бьякуя из другого конца столовой. — Понимаете о чём я? Нам пока-что не приходилось собираться вместе, но, если будет такая необходимость, то мы сможем вытащить его. Я думаю, что сам он не против, просто нужна мотивация. — Проще говоря, это намёк на то, что нам нужно устроить вечери-и-инку! — Ибуки энергично закивала головой. — Вечеринка, да… — Хаджиме усмехнулся и неловко опустил голову. — Что такое? Напоминает начало нашей жизни в симуляции? Но нам нужно как-то продолжать жить. Так что давайте наконец повеселимся вместе, когда нам ничего не угрожает! Ибуки развеяла неприятную атмосферу своим оптимизмом и наивностью. Остальные не медлили и поддержали идею с вечеринкой улыбками и бурным обсуждением. — Тогда… на этот раз лучше будет обустроиться на пляже, — заметила Махиру после обсуждений с Хиёко. — Нам никак не удавалось нормально отдохнуть там, но теперь появилась хорошая возможность. — Отличная идея! Наконец наслаждения девушками в купальниках и без происшествий, — Терутеру поддержал Казуичи. — Только пляж не такой чистый, в отличие от симуляции. Перед этим нужно будет там прибрать. — Я так и знал, что вы, ребята, собираетесь устроить что-то подобное в скорем времени! — Нагито вошёл со своим глупым смехом в место бурных обсуждений. — Не знаю, приглашён ли я, но нужно выбрать, кто будет убираться там, верно? — Чувак, нет, — Казуичи нервно вздохнул. — Поэтому я приготовил жребий! — Он помахал перед всеми палочками в руках. — Кто вытащит короткую, тот и убирается. — Чувак, ты что, специально? Мы хотим отдохнуть от этого всего. Это слишком напоминает симуляцию, в этот раз без жребия! — А? — Нагито кинул жалобный взгляд в сторону. — Но теперь нет никакой убийственной игры. Или вы мне ещё не доверяете? — Ты и до промывки мозгов был немного помешанным, прости, — Казуичи почесал затылок. Казуичи прав. Хоть все и решили дать друг другу второй шанс, принять странные выходки Нагито было сложнее всего. Некоторым просто было неловко от того, как он непринуждённо вспоминает ужасные вещи или говорит о какой-нибудь щепетильной теме. В конце концов, как и раньше, было тяжело понять, о чём он вообще думает, ничего не изменилось. Но за этой лицемерной улыбкой скрывался такой же человек, который тяготится прошлым. Которому тоже нужна поддержка. В любом случае, о тонкой душе Нагито задумывались меньше всего, поэтому можно было не ожидать, что его так примут. По крайней мере не с этой идеей со жребием. Ему ещё не настолько доверяли остальные… — Фух, у меня длинная! — Соня радостно показала всем палочку, которую вытащила из рук Нагито. Все с улыбкой начали тянуть жребий. Нагито сам не ожидал такой реакции и стоял с открытым ртом. — Народ, вы… Ладно, чёрт! — Казуичи вытянул свою длинную палочку. Кажется, Хаджиме зря волновался. Это ему стоит начать доверять остальным. Они уже были готовы принять даже неугомонного Комаэду. — Эй, а что насчёт остальных? Здесь ведь не все, они же не тянули жребий, — возмутилась Махиру, держа в руках длинную палочку. — Ничего, мы это затеяли, мы и будем тянуть. Всё равно их долго искать по всему острову, — Нагито повернулся к Хаджиме. — Хината-кун, остался ты, тяни. Хаджиме отвлёкся от своих мыслей и посмотрел вокруг. Все уже ждали, пока он вытянет оставшуюся из двух палочек. Он подошёл к Нагито и посмотрел ему в глаза. — Зачем ты вообще вызвался устроить жеребьёвку, если тебя здесь изначально не заметили? — Хм? Да просто. Тяни, Хината-кун, — Нагито взаимно заглянул Хаджиме в глаза. — Или ты боишься, что я что-нибудь устрою? Ну, в любом случае, считай короткая палочка моя. Мою удачу не обыграть… Не тебе, — он хитро улыбнулся, будто дразнил. Хаджиме взялся за палочку, но не вытащил её из руки. — Нет, я верю тебе, — наверное, больше, чем любой на этом острове. — Отлично, тогда я пошёл убираться, — ответил Комаэда, празднуя победу. Или проигрыш. Как посмотреть. — Прости, но убираться придётся мне, — Хаджиме показал свою короткую палочку Нагито, который уже собирался уходить. Нагито смутился и посмотрел в свою руку, в которой осталась длинная палочка. — А?.. — он растерянно поднял голову на друга. — Это как, Хината-кун? Хаджиме подошёл ближе к Нагито и не сдержал язвительную улыбку. — Кажется, я украл твою удачу. Тебе стоит воспринимать меня серьёзнее, чем обычного бывшего ученика резервного курса. — А? Хаджиме-чан, ты радуешься уборке целого пляжа? Ну ладно, тогда удачи! — Ибуки похлопала по плечу Хаджиме и выбежала из столовой. Все позабавились с того, как Хаджиме праздновал свой проигрыш. Последний почувствовал себя последним ребёнком и покраснел. — Ну, по крайней мере, убираться будет не Комаэда, — серьёзно, Казуичи, завязывай со своими колкими замечаниями о Комаэде. — Нет, я бы хотел, чтобы он помог, — Хаджиме посмотрел на смущённого Нагито. — А? Ты хочешь, чтобы я помог, Хината-кун? — Да. Ты же, по какой-то неведомой причине, очень хотел убираться, — он потянул за рукав Нагито, приглашая выходить из столовой, а потом обратился к остальным. — Не волнуйтесь, я за ним присмотрю.
