Одиннадцатый час
5 июня 2020 г., 13:29
Рампо с самого начала понимал, что это плохая идея. Стоило развернуться и уйти ещё после предложения «коллеги» прочесть новый роман, который Эдгар именовал самым удачным и пророчил ему великое будущее. Изюминкой данного произведения, писатель назвал временные провалы в памяти, способные подарить читателю возможность испытать весь спектр своих жалких человеческих эмоций. В тот момент, детектива впервые за последнее время что-то действительно заинтересовало. Как бы он не изощрялся, как бы не любил придираться к логическим упущениям, Эдгар стал для Рампо неким смыслом продолжать волочить своё жалкое существование. Конечно же, он любил проводить время в компании Вооруженного Детективного Агентства. Каждый день наслаждаться терпким ароматом свежесваренного кофе, наблюдать за коллегами по цеху и их времяпрепровождением, чувствовать шарм каждого присутствующего в комнате, и вновь и вновь закидывать за щёку ягодные леденцы. Но разве рутина способна дать крови закипеть, вызвать прилив адреналина и того самого неизведанного животного страха? Конечно же нет. И как бы детектив не открещивался от собственных догадок, каждый день он ждал того момента, когда Эдгар, с присущей его натуре робости, постучит в офисную дверь.
«И вслушайся в меня,
Как в дождь несмелый ветер»
***
Осенние дожди в Йокогаме стали обычным делом. Расслабляющее вечернее стрекотание сверчков, звук трения шин о влажный асфальт и приятное шуршание крон небольших рассаженных по обочине деревьев. Всё это вместе обволакивало прохожих своей глушащей атмосферой, заставляло быстрее передвигать затекшими конечностями по пути к родному гнёздышку. Не обошло стороной желание вздремнуть и нашего героя-детектива. Насупив свою любимую коричневую кепку на нос-картошкой, Рампо размеренно дышал под привычные его организму звуки Моцарта. Всё вокруг было спокойно. — Чёртова погода! — Проворчал Куникида, промокший до последний нитки, открывая входную дверь, — Предупреждали же о погоде по радио. Из-под козырька на голове донеслось недовольное бурчание. Эдогава отложил головной убор на стол, достал из внутреннего кармана куртки футляр с очками, и, протерев их специальной тряпочкой, с гордым видом посадил себе на голову. — Ну Куникида, — грустно протянул парень, — Неужели не видно, что я сплю? — Семь вечера, Рампо-кун, не время спать, — Доппо, немного успокоившись, положил на стол не малых размеров пакет, — Вот, как ты и просил. Настроение детектива заметно приподнялось. Зеленоглазый чертёнок протянул руки к пластиковому кульку и забавно зашуршал обертками от конфет. Но поток наслаждения был прерван звонком стационарного телефона. Трубку поднял сидящий на диване рядом Осаму. — Рампо-кун, тебя к телефону — простонал в нос Дазай, якобы замученный дневной работой. — Скажи, что я занят — Эдогава распаковал очередную кукурузную палочку и громко откусил кусочек, — Спроси имя, если что то важное, то я перезвоню — парень почесал нос и тихо прошептал —…а может и не перезвоню~. — Это Алан, тот скромный парниша, — Забинтованный сотрудник посмотрел на детектива взглядом, полным непонимания, — У него разве есть телефон? Я думал этот шизик пишет на клочке… Договорить ему так и не дали. С ног Дазая сбил взбаламученный Рампо, попутно ткнув коллегу в бок локтём и выхватив трубку из рук суицидального маньяка. Парень облокотился о стену, оперевшись на правую ногу и весело протянул в своей привычной манере: — По-кун, давно не слышал о тебе! — Детектив постучал о пол носком туфли, — Ты уже закончил свою новую работу? Как-то рановато, не думаешь? В трубке стояло неловкое молчание. После небольшого затишья По прошептал: —Рампо-сан, это вы? — Дрожащий голос собеседника насторожил Эдогаву, — Я бы хотел попросить у вас совета. Детектив впал в ступор. Какого совета мог попросить Эдгар у человека, в голове которого размеренно тухло серое вещество? Как не взгляни на Рампо, он ну никак не был похож на серьёзное должностное лицо. Самое точное описание коллеги дала Акико Ёсано во время отпуска у горы Фудзи. Она назвала Эдогаву несмышлёным маленьким ребёнком. — Без проблем, встретимся как обычно? — парень старался не выдавать своего беспокойства. В конце концов, напугать писателя было действительно сложно, — Как насчёт шести в вечер пятницы? На другом конце провода послышалось шуршание бумаг ежедневника и активное щелканье ручки. — Хорошо, спасибо вам, — голос Алана стал более уверенным, — До встречи. — До встречи, Эдгар! — Рампо продолжал накручивать на палец шнур стационарного телефона, — И только попробуй опоздать! Эдогава повесил трубку и плюхнулся на спинку кожаного дивана. Вытянувшись пластом Кларии с характерным похрустыванием суставов, черноволосый парень громко зевнул и посмотрел на часы. Зачем же в такое время позвонил По? Почему так поздно? Почему не пришёл сам навестить своего приятеля? Все эти вопросы прокручивались в голове Эдогавы, набирая скорость, неминуемо грозясь столкнуться с друг-другом, дать правильный ответ, вывести хозяина крошечной черепушки из транса. — Рампо-сан, вы в порядке? — поинтересовался Ацуши проходящий мимо на детектива на пути к выходу, — У вас лицо так сильно побледнело. — Я в порядке, — Рампо выпрямился и постарался состроить свою фирменную хитрую ухмылку, — Ты уже домой, Ацуши-кун? Очевидно лисья улыбочка у него не вышла. — Вы разве не видели время? — Тигр изогнул бровь в непонимающем жесте, — Даже Куникида в это время редко остаётся на работе, — мальчишка поставил небольшую коробку продуктов, которые тот собирался отнести в свою с Кёкой квартирку и плотно поужинать. Похоже сегодня ему придётся задержаться. Ацуши присёл на диван рядом с Эдогавой и принялся задавать свои, на первый взгляд, бессмысленные вопросы. — Вас что-то гложет, Рампо-сан? — он пододвинулся поближе к собеседнику, — Вы сегодня непривычно задумчивы, — и выдавил из себя до безумия счастливую лыбу. Улыбки мальчика-тигра могли исправить любую, даже самую, казалось бы, безвыходную ситуацию. Несмотря на свой юный возраст, он повидал немало дряни этого прогнившего мира. Ведь как глосит слоган ВДА: «Дари благополучие, дари счастье, радостные люди двигают прогресс». И приходится притворятся, что счастье — это улыбки и радость других, по мнению его коллег из агентства. Но Эдогава не может признаться сам себе в том, что его жизнь в тонусе поддерживают скорее детективы Алана, чем удовлетворение совершенно безразличных ему людей. Он подсел на это, как на героин, ещё буквально немного увеличить дозу, и парня уже будет невозможно вытянуть из этого низменного омута. Уже больше двух месяцев наблюдая за писателем, несмотря на то, что прослыл великим детективом, Рампо отмечал нечто странное, то, что сам себе не мог объяснить. —Ацуши-кун, какой смысл люди вкладывают в слово партнёр? — с непривычным, даже для Рампо, жаром воскликнул парень. Мальчик-тигр терпеливо ждал, когда его собеседник, не выдержав, зальётся звонким смехом, и объявит, что всё это лишь очередная бессмысленная шутка, сделает акцент на глупом выражении лица собеседника. Но этого так и не произошло. — Ну, — Начал Ацуши, — Всё ведь зависит от контекста, вы же и сами это прекрасно понимаете, — паренёк с последним дуновением надежды взглянул на коллегу. — Представь, что ты разговариваешь с самым непробиваемым тупицей, которого только встречал в своей жизни, — Эдогава начал активнее размахивать руками, грозясь задеть всю стоящую рядом мебель, — Объясни ему понятие контекста. Тигрёнок напрягся, такое испытание от своего сослуживца, так ещё и самого величайшего ищейки Йокогамы, явно озадачил юношу. Переварив все за и против, помолившись всем известным ему богам и допив яблочный сок с рядом стоящей тумбочки, он набрал в грудь воздух и затараторил: — Контекст - это ситуация. Поведение человека зависит не только от него, но и от этой самой ситуации. Каждый подразумевает что-то своё. Например, если я назову Дазай-сана мебелью, меня могут понять неправильно, а могут и понять, так что всё зависит от ситуации. На задании, это скорее бы списали на стресс, на встрече, посчитали за невежливость, а в офисе, за нелепую шутку. Вот так вот, —Ацуши ожидал реакции со стороны Рампо, но её не последовало. Эдогава сидел сгорбившись, с выражением лица, между удивлением и страхом, руки были сжаты в замок немного подрагивая, как в общем-то и всё его тело. Он явно понял то, что му не следовало понимать. Всё это время, из-за своего же эгоизма, детектив упускал из виду чужие чувства. А особенно чувства человека, кто по сути подарил тому новую жизнь, вернул прежние краски, положил начало счастью. Его собственному счастью. Парень поджал губы, сдерживая чувства глубоко внутри, нервно улыбаясь. — Слушай, а что ты думаешь о Сюдо?*— Рампо снова и снова потирал палец о палец, стирая внешний слой кожи проросшими ногтями. Сейчас, он либо полностью упадёт в глазах младшего, либо успокоит собственное бушующее сердце. Разобьёт свои розовые очки о суровую реальность, или будет спокойно спать. Мельком Эдогава зыркнул на мальчика-тигра, чтобы хоть что-то для себя прояснить. Выражение лица Накаджимы изменялось в геометрической прогрессии. От раскрасневшегося, к непонимающему, от задумчивого к безразличному но в итоге остановилось на точном и искреннем.Истинное отвращение
—Ну, как бы попонятнее, — Мальчишка пытался оправдываться, максимально эмоционально выражать свои мысли, яро отстаивать все возможные мнения. — В целом, что именно ты об этом думаешь? — Рампо уже и сам не понимал, зачем переспрашивает. Он увидел всё самолично. —Ну раз моё, — парень скрестил ноги и напрямую обратился к детективу, — Это просто мерзкий пережиток истории. У Накаджимы зазвонил телефон. Мальчишке нужно было уходить, он слишком сильно задержался и совсем забыл про Кёку, уже подготовившую все приборы для ужина. —Ну, до завтра, Рампо-сан! —Паренёк взял коробку подмышку и направился к выходу. —До завтра... — Эдогава взглядом проводил растерянного мальчишку до выхода. Тот успел два раза, на пути к выходу, споткнуться, зацепится подтяжками о входную дверь, а напоследок ещё и уронить коробку, которая после всех эксгумаций умудрялась оставаться целой. Как бы детектив не надеялся, за последние пять минут разговора, Накаджима ни разу на него не взглянул. Даже мельком. Черноволосому черту стало мерзко от самого же себя. На трясущихся ногах он направился к небольшой раковине стоящей в левом углу офисного помещения. Свои стёртые в кровь собственными ногтями руки Рампо намыливал долго. Хотелось счистить с себя эту грязь, покрывающую всё тело мерзость. Обволакивающая плоть самоненависть чесалась, голова гудела, ступни нервно постукивали о такой ровный паркет. —Как же черт подери символично — Эдогава прикрыл глаза, — Поганый утренний звонок! — детектив без сил свалился на пол и опёрся головой о холодную бетонную стену. — Год за годом, сынок хорошенький засыпает, — запел Эдогава, словно полная безнадёги мать перед своим рыдающим младенцем, —Куда ушёл хранитель сыночка, перебравшись через горы ушёл, в деревню? — колыбельная становилась всё громче, а по собственным щекам покатились горячие, скрытые под толстой кожей слёзы. Сейчас детектив был слишком уязвим, рыдал в полном одиночестве на полу, ему никто не придёт на помощь, никто не защитит от себя же, наполненного жгучей ненавистью. Он бы ни за что не позволил какому-то ни было человеку увидеть себя в данный момент. — Что за подарки из деревни взял? — Рампо машинально начал стирать солёные дорожки слёз с лица, пытаясь подняться. Сейчас это было до безумия сложно. Как можно тише, насколько возможно в таком состоянии, он приподнялся и включил воду в раковине, принявшись судорожно умываться. После чего, полностью безжизненный, свалился на тот самый обитый кожей диван и в полусонном состоянии прошептал, будто чувствовал перед собой обязательство закончить: — Бум-бум тайко, флейта сё... И провалился в объятия Морфея.***
Мелодия комендантского часа зазвучала на улицах Йокогамы, оповещая о начале рабочего времени местных якудза и соглашении здешних преступных правил, направленных на защиту города. Ацуши поднялся в квартиру, которую тот делил с крошкой Кёкой, уже готовой ко сну. —Кёка-чан, я вернулся! — мальчишка с грохотом захлопнул входную дверь и поставил коробок продуктов на пол, — Надеюсь ты ещё не спишь, потому что... Накаджима остолбенел, узрев до безумия странную картину, вырисовывающуюся в комнате. Идзуми, за компанию с уставшим после трудового дня Снежным Демоном, пили чай, обсуждая политику и, каким-то боком связанную с этим, инфляцию цен на товары для детей в магазинчике за углом. Сам факт того, что одно из мощнейших орудий агентства, на пару с его объектом обожания, в столь милой и непринужденной обстановке рассуждали на крайне сомнительные темы, заставил мальчишку выронить из рук зонт с характерным стуком об пол. Кёка медленно повернула голову на пребывающего в шоке Ацуши, и, немного смутившись произнесла: — Почему ты опоздал, собьёшь режим ведь, — девочка быстро взбила подушки на обеих футонах, и отозвав своего "друга" обратно в аппарат связи, ретировалась на кухню, чтобы разогреть мальчику-тигру ужин. Накаджима решил не упоминать произошедшее, и разувшись вошёл в комнату. — Рампо - сан сегодня какой-то странный , не заметила? — Ацуши встряхнул зон и аккуратно расположив его на отвеске, зашагал в сторону Кёки. — Да нет, а что не так? — вынув из микроволновки на скорую руку сваренный рис, та протянула его соседу, — Вот поешь, с завтрака остался. — Спасибо, Кёка-чан, — мальчишка взял миску в руки и машинально потянулся за палочками к стойке, — Он просто сегодня необычно бледный, задумчивый, и ещё задаёт странные вопросы, — Ацуши нащупал приспособление и опёрся на кухонную тумбу, — Как думаешь, что случилось? —Ну, — Идзуми задумчиво повела головой, — Скорее всего, Рампо-сан заболел. — Да, наверное ты права, — Накаджима, прикончив плошку риса, отложил посудину в сторону, подойдя ближе к девочке. Он нежно приобнял её за плечи, склонил голову к её плечу и в заботливо прошептал: — Пойдём спать, я и так припозднился. — Хорошо, я только хотела предложить, — Кёка взяла мальчишку под руку и они вместе прошли в "спальную" комнату, желая как можно поскорее погрузится в сон. Дазай и Куникида сегодня задержались на работе, чтобы обсудить с директором план действий на ближайшую неделю, с попутным разъяснением, что, почём и как. Акико, неожиданно для самой себя, уснула со своим любимым сборником стихов русского поэта Пастернака, мягко упавшего на колени своей хозяйки. Танизаки и Наоми размерено сопели со знакомой нам секретаршей Кирако Харуно, приглашенной под вечер на семейный ужин. Кенджи наслаждался обществом разнообразных комнатных растений, высаженных на клумбах прямо в квартире, хоть на сырость от них уже ни раз жаловались соседи снизу. А скреплённые общим будущим родственные души, с засохшими на щеках слезами, проклинали судьбу за идею о том, что им придётся уживаться всю оставшуюся жизнь в обществе друг друга. Завтра, для них, это покажется мимолётным проявлением своих закопанных поглубже чувств, которые вырвались наружу не в самый подходящий момент. Хотя может, это не так уж и плохо? Это решать уже не нам.Шел одиннадцатый час
