Восемь седьмых

Беллатриса попятилась и только аристократическая гордость и кровь Блэков не позволила ей взвизгнуть и сбежать от ожившей покойницы. А вот Гермиона подобным не страдала и потому с тихим писком вцепилась в Теодора, прячась за ним. — Все нормально, — появившийся Гилберт взмахом руки заставил опустить направленные на Эванс палочки, — да, миссис Поттер жива. Лестрейндж выдохнула и принялась разглядывать женщину более внимательно. От её взгляда не ускользнуло, что та совершенно не изменилась с момента своей мнимой смерти. Уж фотографии она видела, да и лично встречаться тоже приходилось. Как-то раз Белла лично прикрывала уход бывшей Эванс от особо ретивых молодых пожирателей. Поднять палочку на беременную женщину, носящую наследника рода, пусть и магглорожденную, она не смела. — Как это возможно? — Гермиона отступила от Нотта, — некромагия? — Нет, особенности физиологии ушедших, — Гилберт довольный собой наколдовал ещё одно кресло, позволяя рыжей ведьме присесть, — и теперь у нас есть тот, кто может починить эту самую дверь, которую вы нашли. А мне нужно предупредить Гарри, — лицо наследника стало грустным, — чувствую, это будет очень нелегко. Беллатриса хмыкнула и перебралась в кресло поближе к бывшей гриффиндорке. Починить дверь ушедших, неужели обычная магглорожденная на это способна? Гарри смотрел перед собой в пол, стискивая кулаки. Радость от возвращения матери, сменилась недоумением, а затем и гневом. — Гарри, — мать опустилась перед ним на колени, — я понимаю, ты очень разочарован, но подумай, что будет, когда твое поле привлечения закончит своё действие? Уже сейчас я вижу, что Гилберт от тебя отстраняется. — И как же ты это видишь? — Поттер взглянул в зеленые глаза, такие же как у него. — Его поведение, его жесты, его взгляды. Он начинает смотреть не на тебя, а сквозь тебя. Это очень дурной признак. А что будет дальше? В висках коротко кольнуло, будто на миг воткнулись тонкие иглы. — Дальше будет хуже, — продолжала тихо говорить мать, — он начнет смотреть на других мужчин или женщин. Ему будет не хватать чего-то, он станет агрессивнее, холоднее и равнодушнее к тебе, к твоим желаниям и страхам. Снова короткий укол, уже сильнее. На краю сознания возник Гилберт, он не подслушивал, лишь обозначил свое присутствие. — Уйдем, Гарри, уйдем пока не стало слишком поздно, пока он не сломал тебя, как сломали меня, — шепот вливался в уши, а зелень глаза завораживала непонятной пульсацией, — я смогу открыть малый портал. На той стороне, будет все по-другому, там всегда свобода, нет магглов, от которых нужно прятаться, нет зла, нет войн и страданий. — А как же другие маги? — Гарри с трудом ворочал языком, перед глазами начало плыть. — Они найдут свой путь, один раз они уже отказали нам, к тому же, от потомка дроу не стоит ожидать добра, любви и верности. Они не способны на это. И Лорд и Гилберт их потомки, они покажут любую эмоцию, лишь бы захватить в плен своих сладких речей. Пойдем, Гарри, хочешь, прямо сейчас. У тебя будет дом, прекрасный дом. В сознании взметнулся настоящий ураган. Гилберт услышал, услышал и возмутился. Разум обдало ледяной яростью и горящим чувством обиды, заставляя резко вздрогнуть и стряхнуть непонятное воздействие. Мать все также стояла перед ним, пытливо заглядывая в глаза. Переливы зелени на радужке уже не гипнотизировали, а вызывали неприятное ощущение гадливости. — Нет, — парень выдернул свои ладони из женских рук, — ты его совсем не знаешь. Гилберт никогда со мной так не поступит. — Ты не знаешь несущих кровь дроу, — рыжая ведьма напряглась, видимо осознавая, что что-то пошло не так, — они никогда не будут светлыми существами. Они жестоки, холодны и опасны. Ты не знаешь их, как знаю я. Многие столетия между нашими народами шла тихая война, пока мы не смогли прийти к соглашению. Их жизнь короче нашей, но она хаотична и бессмысленна. — Я говорю, нет, — Гарри вывернулся из кресла и отступил от поднимающейся матери, — если хочешь, уходи. Одна. Я с тобой не пойду, я останусь с Гилбертом и помогу своим друзьям и другим магам. — Гарри, не делай глупостей, — мать нахмурилась, — дроу беспощадны, они идут по головам. Резкий стук в дверь, и почти сразу же деревянную преграду толкнули, и вошедший Гилберт смерил Лили не читаемым взглядом. — Извините, что прерываю ваше общение, но Гарри мне срочно нужен. Поттер быстрым шагом подошел к Гонту, чувствуя как тот медленно стягивает магию вокруг себя, окружая их щитом, будто ожидая атаки. — Что-то произошло? — мать встревоженно встрепенулась. — Ничего особенного, это дела нашего ордена, к которым вам не следует приближаться. Побудьте пока в этих комнатах, они полностью оборудованы для прекрасной гостьи. Улыбка Гилберта не предвещала ничего хорошего, но Лили этого не знает. Никогда она не видела оскала с которым Гонт говорил с теми, кого ненавидит всеми фибрами души. Она лишь улыбнулась и позволила им уйти. Первый же закуток, в который я утащил Гарри накрылся чарами, и я крепко прижал к себе парня, который и сам тянулся в мои объятия. — Зря ты её оживил, — тихо произнес Гарри через пару минут, — я не знаю, что это было, но если бы не ты, она увела бы меня за собой. — Я уже понял, — прикрываю глаза, начиная успокаиваться от легких поглаживаний по спине. Зарываюсь носом в темноволосую макушку и расслабленно выдыхаю. Когда канал нашей связи натянулся, будто пытаясь разорваться, меня накрыла паника. Я не собирался вмешиваться, возможно это была какая-то эльфийская магия, особая, но услышав, что именно говорит Эванс, я испугался. Так страшно мне не было ни при пробуждении, после подчиняющей программы, ни во время экспериментов. Каких трудов мне стоило войти спокойно и быть вежливым, потому как первым порывом было выбить дверь и прикончить рыжую сволочь, которую я сам же и возродил из мертвых. Проклятая ведьма, если бы не наша связь, она бы и правда его забрала бы. Тело снова пробило дрожью, и Гарри прижался теснее. — Все в порядке, — тихо произнес Поттер, — она меня не заберет. И я не уйду с ней, Гилберт, я буду с тобой. — Хорошо, — вздыхаю и слегка отстраняюсь, — надо найти Марволо и рассказать ему. Кажется, я сделал огромную ошибку, вернув твою мать к жизни. — Но информацию она может дать, — я видел, что юноше тяжело это признать, но на мое счастье Эванс погибла до того, как Гарри вошел в осознанный возраст, а значит, она все же ему чужая. — Да. Идем. Шагать по коридорам поместья бок о бок было привычно, вот только несмотря на то, что я был уверен, что Гарри останется со мной, внутри поднималась волна паники, и это было ненормально. Северус крепче стиснул ткань мантии, но не позволил себе ни единого лишнего вздоха. — Лили, — коротко кивнул зельевар. — Северус, — рыжая ведьма удивленно на него воззрилась, — ты приветствуешь меня так, будто видел только вчера. — Я был своевременно предупрежден о твоем возрождении. Рад видеть тебя живой, хотя не рассчитывал, что безумная идея наследника исполнится. — Он умный потомок дроу, ему передались многие их качества, и разум в том числе. — Сразу пытаешься настроить меня против наследника? Не советую, Лили, — Снейп покачал головой, — это может плохо для тебя кончится. — Почему же сразу против? — на лице девушки, ни на миг не постаревшей, проступило явственно изумление. — Потому как наследник поделился всей информацией о тебе без купюр. Лили, он не отдаст тебе Поттера. И даже увидеть сына у тебя уже не выйдет, и потому ты рассказываешь все о двери и способе её активации, в обмен на свою спасенную жизнь, а затем уходишь в свой дом. Зеленые глаза заледенели, а на лице Лили появилось так несвойственное ей брезгливое выражение. — Гарри мой сын по праву крови, Гилберт не имеет на него никаких прав. Я мать и я заберу свое дитя когда пожелаю. — Он почти совершеннолетний маг, — напомнил Северус, откидываясь в кресле, — ты ему не указ. — Зато как полукровка эльф он ещё дитя. Если он не подчинится мне, как своей матери, то может навлечь на себя гнев сил несоизмеримо больших, чем какие-то маги. — Без этих каких-то магов, — язвительно отозвался Северус, — ваш народ вымер ещё до твоего рождения. Не нужно распинаться о том, какие маги мелочные и короткоживущие, мы и без эльфийских слов это знаем. Эванс, долг жизни. Ведьма сглотнула и опустила глаза. — И почему же Гилберт послал тебя? — неожиданно хрипло отозвалась бывшая гриффиндорка, - Боится предстать передо мной? — Боится, что не сдержится и убьет тебя, на этот раз окончательно. Информацию, Эванс. Мы собираемся уходить отсюда, с каждым годом промедления жизнь в этом мире становится только опаснее. — Я поняла. Значит, оплата в счет долга жизни, согласна. Северус слегка кивнул, щуря темные глаза. Слишком легко согласилась, а значит лучше будет за ней приглядеть, и не только ему.