Слишком мало...

Это последняя наша встреча… Убеждаю я себя каждый раз и все равно продолжаю бегать к нему, как только выискивается свободная минутка. Тьфу. Идиотка. Давно было пора все закончить и оборвать все те нити, что нас связывают. Так нет же. Зачем? И так нормально! Ох… Кого-кого, а вот себя обманывать не стоит. Все равно пустая трата времени. Сколько угодно можно убеждать себя в том, что это все не серьезно, все это делается только для того, чтобы мир стал чуточку лучше. Что ты за фея такая, если не поможешь в трудную минуту? Правильно. Никакая ты не фея, а чертова эгоистка зацикленная только на своих проблемах и наглухо отшибленными нравствеными устоями. Ты должна… и список не имеющий конца. И все бы ничего. Можно оставить эту пыльную работенку кому-нибудь другому и умывать ручки. Но вот свое собственное желание помочь никуда не денешь. Вот только никто не придупредил, что ты тоже можешь вляпаться в огромные неприятности, даже в том случае, если твой подопечный тихий мирный гражданин. Что уж говорить о всея злодее всего Волшебного Измерения. Мне бы стоило рвать и метать, только увидев его на пороге своего дома, но я слишком скучала и переживала, чтобы сыпать бессмысленными обвинениями и проклятьями и так просто сдать его Альянсу планет. О Дракон, как же я по нему скучала! Тогда, в пещере, я думала что убила его окончатьльно. Темное пламя поглощало оболочку, что столько лет носила и оберегала его в себе. И крик… Жуткий рев боли, страха и обреченности. В момент своей ужасной смерти остаться одному и, не смотря на окружающий тебя огонь, чувствовать только холод. Холод, от того, что ты оказался никому не нужным и всеми покинутый. Осознание того, что к этому ты сам приложил калосальные усилия, причиняет еще большей боли. Никто не придет и никто не поможет. Многие твои жертвы точно так же горели в этом прОклятом огне. Точно так же крики разрывали легкие на части. А еще они боялись. Боялись, что их любимых постигнет та же участь и молили Великого Дракона о снисхождении к близким. Точно так же те молились о быстрой смерти тех, кого настиг этот огонь. Но ты же остался один. Всегда был один. Доверевшись однажды, тебя послигло разочарование к этому человеку. Он предал и перешел на сторону победителя. Ты проиграл. Всегда проигрывал. Сам все разрушил… Виноват только ты… Сразу же после победы меня отправили в Гардению «зализывать раны». Стоило только опуститься на кровать, как из глаз прорвались слезы, грудь сдавливало от вырывающихся рыданий, тело била не останавливаемая дрож, как будто у тебя разом произошло сокращение всех мышц на теле. Хвала Дракону в это время родителей не было дома. Нутро резали на части. Валтор все еще сгорал в своем огне. Чувствовать все, что чувствует он и сгорать вместе с ним. Его прежние принципы и привычный уклад жизни выжигало языками пламени, оставляя после себя лишь обоженные руины и пустоту. Он рождался заново в огне Разрушения. И я вместе с ним… Месть — это не выход. К сожалению, как и все гениально простое и нужное в определенныей момент, приходит только тогда, когда уже наделаешь глупостей и шанса, чтобы все исправить, уже нет и даже в далеком будущем не предвидится. Что же я наделала? Могла бы просто заковать в волшебные кандалы и привести к директорам, а там уж как-нибудь уговорить на исправительные работы, которые ни им, ни магу бы не пришлись по вкусу. Что мне стоило просто поговорить с ним? Ведь такие маниакальные желания завладеть всей Волшебной Вселеной не возникают по мановения волшебной палочки. Должно же быть что-то, что сподвигло его на такие сомнительные подвиги. И нет бы во всем спокойно разобраться, вместо этого идешь и швыряешься заклинаниями, при этом стараясь по-больнее задеть своего противника словами. Хотя… Так даже лучше. Для всех он умер и никогда больше не воскреснет. У него началась новая спокойная жизнь. Без погонь, драк, заклинаний, обвинений и угроз. У него появилось то, о чем он когда-то и не мог мечтать. Свобода… Больше не было льдов Омеги, сковывающих в ледяной кокон и заставляюших с каждым годом все больше и больше сходить с ума. Больше не было удерживающих разум стальных оков Прародительниц. Он был свободен. И за помощью он пришел ко мне. Я никогда не держала на него зла. Да, старалась показать совершенно обратное, но никогда всерьез не ненавидела. Потереная планета и родители не то, о чем я беспокоялась на даный момент. Все это было не…  — Ни чуть не удивлен. Все та же кривая ухмылка, ни чуть не портившая его лицо. В глазах только искорки радости и счастья от нашей встречи. Нет больше злости и ненависти. Все погорело в том смертоносном огне, оставляя после себя лишь пустоту, заполнять которую он решил только теми чувствами, которые помогут ему жить.  — Рада тебя видеть. Тело вздрогнуло от слоть неожиданного окрика. Но теплые обьятья, как никогда крепки и желанны. Ох… Что же я творю? Где моя потерянная совесть, которая должна метаться в нутри и скрести когтями по стенкам желудка, заставляя его сжиматься и доставлять дискомфорт? Где же эти душераздирающие крики в голове, призывающие к голосу разума отстраниться и убежать в истерике сверкая пятками, только бы подальше от того кто может разрушить, столь кропотливо выстроенные отношения? А после, проривевшись, пойти с повиной к такому понимающему и ласковому Скаю. Ведь он простит. У вас давно налажена и устроена семья, такие прекрасные детки. И плевать что…  — Ну хватит уже… Он отстраняется и смотрит на меня показательно строго.  — Прости. Тихий вздох.  — Ты в этот раз не просто так пришла. И ладно бы это был вопрос. Но нет. Он знает о чем говорит. Он знает, что если он продолжет звать меня, я приду. Я не смогу ему отказать. Глаза застилали слезы…  — Валтор, я…  — Я знаю. Ты пришла просить о том, чтобы я перестал звать тебя куда-то, перестал звонить, писать… — он напряженно сглотнул и смотрел так обреченно, — Перестал появляться в твоей жизни… Так тихо… Мои глаза опущены на носки туфель. Мне больно. Ведь я сама его отпускаю. После всего через что нам пришлось пройти. Он смотрит напряженно. Грусть в глазах перемешена с нежностью и надеждой. Прости. Но нет. У меня семья, а у тебя вечность в переди. У нас бы не вышло. Понимание на его лице не чуть не упрощает ситуацию.  — Ты… правда этого хочешь? Едва ли заметный кивок. Он прислоняется к моему лбу своим, закрывает глаза и сжимает меня в объятьях. Не хочет отпускать. Я тоже не хочу. Мы стоим так всего пару минут. Но этого до безумия мало. Хочется еще. Я готова еще раз выгореть до тла. Лишь бы с ним. И ничего другого не надо.  — Я ведь… исчезну… и… Охх… Ты меня больше не увидешь. А я лишь крепче прижимаюсь к нему. Я знаю. И боюсь этого. Тихие вслипы. И их совсем не хочется останавливань. Больше не увижу… Валтор приподнимает аккуратно мое лицо за подбородок и мимолетно касается губ. Он подарил мне свой самый нежный поцелуй. Тот, который больше никому и никогда не подарит. Только мой… Отстраняется и уходит. Чтобы больше не вернуться. Потому что если встретимся вновь, то больше не отпустит. И плевать он хотел на всех и вся. Она его. Всегда была, есть и будет. Больше никогда не увидимся… Прости И Прощай…

Слишком мало — сказать «Прости», Слишком много — ответить «Прощаю, Слишком глупо просить «Не грусти», И нечестно совсем — «Обещаю», Безнадежно звучит «Я был должен…», И обманчиво — «Знаешь, я тоже…», Непонятно — «Я думал, мы сможем…», Как-то робко совсем — «Быть межет…», Проникновенно — «Сказать я хочу…», И с надеждой — «Не стоит, может…», И не жданно — «Тебя все люблю…», И печально — «И я тебя тоже…», Грустно — «Часто тебя вспоминаю…» И с печалью в глазах — «Я знаю», И вздыхая — «Мне сны снятся…», И в ответ — «В них тебя обнимаю…», Твердо — «Я во всем виноват…», Со слезами — «Не стоит, мы оба…», Горько — «Как вернуть все назад?», Плача — «Если бы знала, давно бы…», Нежно за руку взяв — «Прости…», Губ коснувшись слегка — «Я прощаю…», Крепко-крепко обняв — «Не грусти», И поддавшись — «Я обещаю…», Очень страшно услышать «Пора…», Слишком сложно ответить «Мне тоже…», И наивно — «Мы встретимся вновь?..», И жестоко ответить «Быть может…», Слишком мало — сказать «Прости», Слишком много — ответить «Прощаю», Слишком страшно сказать «Отпусти…», Невозможно сказать «Отпускаю…»…