Про марионеток, Кукловода и прочие радости жизни

*несколькими днями ранее*       - Я выведу тебя на чистую воду!       - Ты ее так и не убедила?       Я саркастически рассмеялась.       - Убедила? Теперь она думает, что мы с ним вместе тут командуем. Главное - чтоб она не поделилась своими мыслями с Джеком, иначе мне конец.       Джим покачал головой.       - Итак, из не найденных коллекций остались только марки, которые собирал Джон. Мы знаем название всего одной — Перевернутая Дженни. Нам ее весьма подробно описывали, как ты помнишь. Красно-синяя, перевернутый самолет. Попробуем поискать ее в детской.       Я поднялась наверх. Тэн сидела на втором этаже кровати, что-то читая. Вскоре пришла Дженни. Села в кресло и начала внимательно за мной следить. Под ее взглядом я чувствовала себя неуютно. Просидев так достаточно долгое время, она ушла. Я отыскала марку и спустилась вниз. В Гостиной было всего два человека: Алиса и Джим. Док читал, лежа на диване, Грин, как только я вошла, переключила свое внимание на меня. Взгляд ее был еще более испытующий, чем у Уоллис. Я со страхом покосилась на нее и подошла к Файрвуду. Тот поднял голову и улыбнулся.       - Здравствуй! Вот книга, которую ты просила, - он протянул мне какой-то том. Я вопросительно подняла брови. - Не знаю, зачем тебе нужно строение кровеносной системы, но я нашел справочник.       - А, да, конечно.       Я взяла книгу и, еще раз бросив взгляд на Алису, вышла. В том была вложена записка: "Я не могу выйти из Гостиной, Алиса установила за мной слежку. Она все утро что-то говорила про какой-то показательный суд. Понятия не имею, что это значит. Я видел в Прихожей энциклопедии. Среди них должно быть что-нибудь о филателии, и я рассчитывал найти пометки, которые навели бы нас на другие марки".       - Не одной мне не повезло.       В коридоре появилась Дженни. Я помахала ей и пошла в Прихожую. Уоллис последовала за мной. "Филателия, филателия". В книгах не было ничего о марках. Наконец, в самой последней, я что-то нашла. В комнате Алисы уже не было.       - Принесла? Отлично, хоть будет чем заняться. Этот домашний арест кого угодно с ума сведет. Днем ничего не могу делать. Сейчас, пока она вышла, хоть перебинтовал руки одному новичку из Подполья.       В дверях я едва не столкнулась с женщиной. Она подозрительно посмотрела на меня и села в кресло. Других дел, за исключением паззла, не было. Я поднялась к себе и рухнула на кровать.       - Totally Spies, блин.       Я потянулась и посмотрела на камеру. Одно его слово, и мои с доком мучения бы закончились, но нет, он не собирается нас спасать. Я перевернулась на живот и посмотрела на горящую на тумбочке свечу.       - Ich war ganz allein zu Haus        Die Eltern waren beide aus.*       Пока Джим сидел в заточении, я успела собрать несколько редких коллекций, добраться до Кинотеатра, выполнить пару заданий по запискам, найденным в нем, а когда мне это надоело, я пошла в Подвал за паззлом. Возникла мысль попросить у Кукловода земли и горшков, чтобы пересадить кактусы, но делать это можно было только в Подвале, а Джек вряд ли с радостью бы отнесся к такой идее.       Наконец, Файрвуд-старший смог вырваться ко мне и сказать, где искать следующую марку. Последующую, достаточно неприятную, историю с убеждением Дженни в нашей невиновности, беготней по всему дому и прочими интересными моментами вы уже знаете. Ровно как и мои метания за странными устройствами и спиритическими прибамбасами.       В конце концов я смогла освободиться от всех своих занятий и пошла на Чердак с твердым намерением закончить поиск марок. Тифлисская уника нашлась не сразу, хорошо, Райана не было. Вспомнились слова Накамуры. "С тем, чьи предки пришли издалека, случится что-то ужасное". Я мотнула головой. Ерунда, все в порядке. Я взяла марку и спустилась в Гостиную.       В комнате собрались все Последователи. Джим сидел на диване, закрыв лицо руками. Алиса стояла рядом, сложив руки на груди. Остальные смотрели на меня со злобой и презрением.       - У нас собрание?       Мне никто не ответил. Док глубоко вздохнул.       - Джаннет, я вынужден исключить тебя из фракции, - голос его дрожал, мужчина говорил словно через силу.       Я окинула собравшихся недоуменным взглядом. Смысл сказанных Файрвудом слов приходил медленно.       - Что? С какого это?       - Ты нарушила идеалы фракции, вступив в связь с Подпольщиком.       - Но, если ты расстанешься с ним и публично раскаешься, мы простим тебя и примем обратно, - вставила Грин.       Недоумение ушло. Его места заняла злость. Да как они вообще посмели?!       - Знаешь что, Алиса, а не пойти ли тебе нахрен? Тебе и твоим фанатикам? Какое тебе вообще дело до того, с кем я встречаюсь? Это касается только меня и моего парня. А тебя, его, - я ткнула пальцем в Джима, - и даже его, - показала на камеру, - да вообще никого, волновать не должно. Так что я попрошу тебя закрыть свой рот. А если ты завидуешь, что у меня есть личная жизнь, а у тебя нет, так это не мои проблемы. Вон, у тебя целых пятнадцать человек в распоряжении! - Я вытащила из кармана марку и положила ее перед Джимом. - Ты просил. - И вышла из комнаты, что было сил, хлопнув дверью. *** Кукловод поворачивается к мониторам, одной рукой растирая шею. Хочется есть, спать и курить. Курить - особенно сильно. Мужчина роется в столе, тихо ругаясь сквозь зубы, но ничего найти не удается. Наконец, в самом последнем ящике обнаруживается пачка сигарет. Кукловод затягивается и обводит взглядом экраны. В Подвале Подпольщики о чем-то переговариваются. В Гостиной Последователи - тоже. Кто бы мог подумать, что такая краткая речь может настолько всполошить весь дом. В Библиотеке Алиса и Джим кричат друг на друга. Мужчина впервые видит дока в таком состоянии. Кукловод стряхивает пепел и смотрит на таящий под потолком дым. - Жаль, что он пропустил такое представление. Мужчина закрывает глаза и вновь слышит возмущенный девичий голос. В тот момент она была невообразимо прекрасна. Кукловод затягивается и переводит взгляд на Джаннет. Девушка лежит в своей комнате на кровати и рыдает в подушку. Маньяк стискивает зубы. Каким бы тираном он не был, смотреть на женские слезы выше его сил. Кукловод тянется, чтобы включить микрофон, но внезапно замирает. А какого, вообще, черта? В конце концов, Смит его игрушка, а этот парень заявляет на нее какие-то свои права. Сложившаяся ситуация никоим образом не устраивает Кукловода. С одной стороны - смотреть на плачущую женщину, которую уже привык считать своей, а с другой - доверять ее кому-то еще. Но и сам он туда спускаться не собирается. Эта мысль пришла ему в голову на краткий миг, но он не обратил на нее внимания. Мужчина докуривает, думая, что же ему делать, и принимает, наверно, единственно верное в данной ситуации решение. - И почему я это делаю? В конце концов, это их проблемы, и меня они никак не касаются. - Он нажимает на кнопку, включающую микрофон. - Хейг! - Парень вздрагивает и просыпается, но виду не подает. - Если ты сейчас ничем не занят, я хотел бы попросить тебя зайти в комнату к Джаннет. Винсент поднимает голову и недоуменно смотрит на камеру. - Зачем? - Ее выгнали из Последователей, и теперь у нее истерика. Подпольщик вскакивает и начинает судорожно одеваться. - Почему? - Потому что с тобой якшалась, почему же еще? Но парень его уже не слушает. Кукловод со злостью смотрит, как он влетает в комнату девушки. Ревность - недостойное его чувство, особенно по отношению к марионеткам. Но эти двое слишком многое о себе возомнили, пытаясь отнять то, что ему дорого. Мужчина скрещивает руки на груди. Сейчас он похож на ребенка, у которого отобрали любимую игрушку, заявив, что она ему не принадлежит. - Как же они мне все надоели.