Don't let me go

С самой ночи идет дождь. Он не прекращается и ранним утром. Пять тридцать утра. Могло бы быть светло, но из-за серых туч, полностью закрывших небо, ни один лучик солнца не может вырваться наружу. Она с вечера оставила окно открытым. Немного прохладно, кожа покрывается мурашками, особенно учитывая полуголое тело, но кого бы это волновало, если из окна доносится такой приятный запах. Слышно, как капли дождя барабанят по подоконнику. Слабо доносится пение птиц — дождь им явно не преграда. Спать вовсе не хочется, даже несмотря на бурную ночь и приятную усталость в теле — у каждого в голове сейчас так много мыслей. У обоих определенно есть какие-то незначительные проблемы, о которых думать хотелось в последнюю очередь. И говорить уж тем более. У них никогда не было проблем с этим. Отношения — это же, постоянная опора и поддержка, верно? Можно и так сказать, но, чёрт возьми, как же хотелось подышать этим холодным воздухом и ничего не говорить. Как хотелось полностью прочувствовать такое нечастое явление, как летний дождь. Теплая погода явно взяла сегодня выходной и оставила людей укутываться в теплые свитера и экипировать зонты. Каминари лежит с закрытыми глазами уже чёрт знает сколько. Сейчас он думает о том, что Джиро наверняка считает его спящим. Она же думает о том, что он всегда отличался от всех своей наивностью, но все равно отвлекается от рассматривания его лица и начинает бродить по комнате. Денки все так же не открывал глаза, но слышал её тихие шаги. Приоткрыв немного один глаз, он стал наблюдать. Кьёка медленно ходила по комнате «на носочках», словно балерина, чуть приподнимая ногу с каждым шагом. Казалось, что у неё в голове играет какая-то мелодия и под неё она вырисовывает ногами непонятные узоры. Несмотря на страсть к музыке, в ней явно есть что-то от танцовщицы. По крайней мере, так ему казалось. Она чуть приподнимала руки. Сейчас Кьёка была похожа на маленького ребенка. Его очень забавляла эта картина — все же, ребячество присутствует и в такой, казалось бы, безэмоциональной и бесчувственной Джиро. Со слегка растрепавшимися волосами облаченная лишь в своё чёрное кружевное бельё, она тихо запела: «Come to me now Don't let me go Stay by my side Don't let me go Stay with me still I've missed you so» Её пение всегда было самым прекрасным, что он когда-либо слышал. Даже сейчас, когда её еле слышно, Денки наслаждается таким сочетанием акапельного пения и непрекращающегося ливня. Он готов поклясться, что никогда не чувствовал себя более комфортно, чем в это только начавшееся утро. Каминари и не заметил, как стал завороженно наблюдать за такой красивой в данной момент девушкой. Кьёка всегда его привлекала, но именно сейчас в его представлении она казалась ему вовсе не земной. Время замедлилось, а перед глазами у него ещё долгое время будет картина того, как все изящнее и изящнее с каждым разом она делает новый шаг. Временами он сам не понимал, как такое вообще произошло с ним. В конце первого учебного года Каминари услышал тихое и скромное согласие. Джиро была безумно смущена, но в то же время и безумно счастлива. Сейчас, когда им почти по восемнадцать лет, они наслаждаются обществом друг друга ранним утром, пока все остальные ещё спят, но ненадолго. Перед глазами у него проносятся самые лучшие проведенные вместе моменты. Начиная от самого знакомства и заканчивая тем самым днем, когда стоя на передовой с Полночь-сенсеем, она сказала именно то, что дало ему стимул двигаться дальше. «Если мысли о незнакомых тебе людях не помогают, то подумай о человеке, который для тебя важнее всего прямо сейчас». Кажется, так она сказала. Знал бы он, сколько сама Джиро переживала за него. Но именно в тот день они поняли для себя, насколько сильны их чувства. И никто из них этого не забудет. Кьёка неожиданно заулыбалась — похоже, заметила, что он наблюдает. В комнате раздался тихий смех. Денки вышел из своего некого транса и увидел, что девушка оперлась о стену перед ним и с легкой полуулыбкой смотрела на его внимательное лицо. На нём как-то неосознанно появляется улыбка. Придвигается к ней, встает на колени и получает преимущество в росте. Пусть он и не славился огромным ростом, но по сравнению с Кьёкой и её неполными ста пятидесяти пяти сантиметрами, он всегда был намного выше, из-за чего много раз слышал, что девчонки из класса говорили Кьёке об их «кавайности». Она любит ворошить его волосы. Таким образом она всегда выражала всю нежность. Джиро явно не из тех людей, кто будет говорить всякие милые и, как она любит говорить, «сопливые» вещи, но и Каминари не требовал от неё многого. Ему было достаточно того, что она стала меньше издеваться над ним, пусть и вовсе не прекратила, это ж Кьёка как-никак! Дурачок и задира — довольно странное сочетание, о котором на других курсах ходили не самые приятные слухи, но все знали, что их обоих злить не стоит. Тем более что все наслышаны о дружности А класса, и если у кого-то будут проблемы, то не составит труда пустить «цепного пса» Бакуго, которого жутко бесили неприятные вещи, сказанные в сторону их класса. Пусть даже если ему абсолютно всё равно на Джиро или Каминари. Кьёка протягивает руку и мягко перебирает пальцами его немного потрепанные после подушки волосы на затылке. Он целует её руку, проводя дорожку поцелуев вверх, к лицу. Нежно целует её губы, очерчивая пальцами одной руки её скулы, а второй опускает лямки бюстгальтера. Гладит её так сильно выделяющиеся на фоне остальной спины лопатки. Снова ведет руками вниз, большим пальцем проводя по рёбрам и плоскому животу, доходя до ягодиц. Ох, сколько всего раньше ходило о её телосложении. Джиро вряд ли расскажет ему о том, что ей говорили в средней школе, но она прекрасно знает, что услышит в ответ «Никогда не слушай других. Если тебе сказали что-то неприятное — просто забудь. Тебя не должно волновать мнение тех, кто ничего не понимает. Вот увидишь, как в их отвисшие челюсти будет лететь пыль, когда они увидят тебя на больших экранах!». Ей не нужна слава и большие экраны, на которых она будет блистать во всей красе. Ей хочется заниматься любимым делом и быть рядом с любимым человеком. Именно поэтому она счастлива. Кьёка широко улыбается, а её глаза сияют в тусклом свете из окна. Денки подхватывает её, словно пушинку, и опускается вместе с ней на мягкую постель, прижимаясь лицом к изгибу её шеи. Ей щекотно, а ещё приятно. Он нависает над ней и смотрит в её черные глаза, с трудом разглядывая в них зрачки. Джиро нравится касаться его лица, аккуратно проводя пальцами по скулам и челюсти. И каждый раз Каминари следит за её взглядом, в котором абсолютно всегда можно увидеть это детское любопытство, какой бы раз она не разглядывала его. «Come to me now Don't let me go Stay by my side And my heart goes Out to you Wherever you are» Она продолжает напевать какую-то песню в жанре инди-рока. Каминари слышал пару раз что-то похожее с таким мотивом, но такое исполнение этой песни он готов слушать каждый день. Пока он завороженно смотрит в её глаза, она оставляет мимолетный поцелуй на его носу и обвивает руками его шею. Джиро понимала, что этого он не ожидал, поэтому хитро улыбается и чуть усмехается. Только после того, как Денки услышал её смешок, он выпал из прострации и начал покрывать её шею поцелуями, слегка покусывая и тяжело дыша. Он знает, как сильно, несмотря на свой холодный вид, она боится щекотки. По комнате разносится звонкий смех и Каминари благодарит Бога, что у Кьёки нет соседей, иначе бы пришлось, как в прошлый раз, отчитываться перед Иидой. Быть соседом старосты, когда ты тот ещё раздолбай, так ещё и с учетом того, что у тебя есть девушка — не самая приятная участь, хоть Каминари и старается его не тревожить лишний раз. Хотя, если честно, думать об Ииде в данный момент не очень хотелось. Она заливисто смеется, и смех её тоже кажется чем-то прекрасным. Перекатывается вместе с ним, оказываясь сверху. Он тут же принимает сидячее положение и целует её. Джиро хочется усесться на нем поудобнее, но слышит недовольное шиканье. Только потом она понимает, что ерзает на его паху, провоцируя. Останавливаться она, конечно же, не собирается. Наоборот специально трется об него своей промежностью, даже не понимая, кого дразня больше: себя или все же его. Когда поцелуи становятся более страстными, а его руки начинают сжимать её ягодицы, пытаясь усмирить столь неугомонную особу, ответ на заданный ранее вопрос приходит в голову сразу же. Он все же позволяет ей повалить себя и оказаться сверху. Ей нравилось чувствовать себя главной, так почему бы не позволить ей вновь почувствовать себя доминантом? Кьёка заводит руки за спину, собираясь расстегнуть застежку бюстгальтера, но, как мы все знаем, все хорошее когда-нибудь заканчивается. Сразу на обоих телефонах звучит неприятная мелодия, информирующая о том, что нужно вставать с кровати и начать собираться в академию. Джиро неохотно тянется к обоим телефонам и выключает столь раздражающие будильники, по прежнему сидя на блондине. Как только вновь наступает тишина, прерываемая нескончаемым ливнем, девушка полностью ложится на Каминари, утыкается носом куда-то под ухо и раздражительно вздыхает, вызывая у того табун мурашек по всему затылку. Она понимает, что через пару минут у него снова зазвонит будильник, потому что он никогда не просыпается с первого раза, и нужно вставать как можно быстрее. Неожиданно для неё, он берет ситуацию в свои руки, принимая сидячее положение и смотря затуманенными глазами на свою возлюбленную. Денки быстро и мимолетно целует её в последний раз и переносит на кровать, взяв под мышками, словно ребенка. Ему ещё предстоит принять холодный душ, а ей сделать им кофе и замазать круги под глазами, чтобы вновь не выслушивать нравоучения от Момо о пользе здорового сна. Но Яойрозу никогда не узнает, что они оба готовы отказаться от любого сна, лишь бы каждый их день начинался именно так. Капли дождя продолжают стучать по оконной раме и стекать наперегонки к этажу ниже. В комнате становится пусто, но в ней по-прежнему будет витать та самая атмосфера. Пока идет дождь. Пока не кончится это утро.

Cigarettes After Sex — Don't Let Me Go