Вечность, как наказание

Случившееся в Талеме дошло до столицы, когда самолет младшего Агреста опустился на покрытие посадочной площадки, Габриэль стоял за защитной стеной. Он подошел к трапу, Адриан еле стоял на ногах, прошедшие сутки парень совершенно не спал, про сложности с перелетом можно и не говорить. — Это скан памяти перебежчика, о котором я говорил. — протянул отцу накопитель. — Я посмотрю, — Габриэль, придерживая сына, шел к его комнате, — сейчас ты должен отдохнуть. Спальня Адриана отличалась от всех остальных комнат дворца совета, если прочие жилые помещения были отделаны натуральными материалами: деревом и кожей, то комната младшего Агреста, напоминала ночной клуб. Пластик, металл и стекло отлично сочетались друг с другом, в большой квадратной коробке из четырех стен было только необходимое. Двуспальная кровать располагалась на платформе из хромированного каркаса и толстого стекла, от которой к потолку тянулись, сплошной стеной, титановые цепочки. Возникало ощущение, что платформа висит в воздухе, к ней шла лестница, перилами служили те же цепи, только расстояние между ними было больше. В основной части стоял белый диван из искусственной кожи, большая плазменная панель, рабочий стол, за ширмой из тонкой проволоки и разноцветных бусин, ванна, которая отделялась от комнаты пластиковой дверью, и различные тренажеры, вплоть до стены стреляющей резиновыми пулями. Адриан буквально заполз на кровать, и сразу провалился в сон. Габриэль ни мог понять увлечений сына, но запрещать не стал, в конце концов благодаря физическим тренировкам он стал намного сильнее, даже полёты стал переносить легче. Сидя в своем кабинете, канцлер республики вставил накопитель в компьютер, от увиденного по спине пробежал холодок. Демократическая зараза пролезла гораздо дальше, чем он предполагал, и ничем хорошим это не закончится. Недолго думая Габриэль созвал большой совет. Круглое помещение было совершенно пустым, на полу располагались круглые пластины голографических проекторов, расположенных тремя окружностями разного диаметра. Если смотреть сверху, то это выглядит как круги вписанные друг в друга, в центре небольшая площадка, с которой видны все пластины. Габриэль занял свое место, и система отреагировала на нового хозяина, погас свет, а проекторы стали включаться один за другим. — Ситуация очень серьезная. — обратился Агрест к мастерам, — В нашей стране готовится война, которую мы чуть не пропустили. Мастер Айрен Найли первым столкнулся с этой угрозой, и благодаря ему, у республики есть шанс подготовиться и выстоять. Мастер, что вы еще смогли узнать? Совещание длилось несколько часов, за это время Адриан смог немного прийти в себя, если бы не потребности организма, он с удовольствием поспал еще столько же. Контрастный душ помог парню окончательно проснуться, выходя из ванны, он увидел первого помощника отца, который сидел на диване. Увидев молодого наследника, мужчина поднялся на ноги. — Сэр, канцлер ожидает Вас в обеденном зале. "Как же раздражают эти официальные обращения." — подумал Адриан, но в слух сказал другое. — Спасибо, сейчас приду. Помощник коротко поклонился и вышел из комнаты. Согласно этикету, Агресту младшему пришлось одеться в серый строгий костюм из грубой ткани, ботинки из толстой кожи того же цвета и зачесать волосы назад. Закончив собираться, парень даже не посмотрел в зеркало, настолько ему был противен этот вид. Знакомой дорогой Адриан шел через лабиринт коридоров к обеденному залу. Габриэль действительно уже сидел во главе стола, который был сервирован на двоих. Блондин занял свое место, и прислуга внесла блюда с едой. — Адриан, я знаю что ты не любишь обсуждать эту тему, но все же прислушайся. — начал Габриэль, — Ты единственный наследник нашего рода, пора завести самку и продолжить династию. — А почему ты не хочешь завести еще детей? Зачем заставлять меня, если сам еще способен зачать?! — Зато Эмили уже не способна. — холодно ответил канцлер. — А взять молодую самку?! — Адриан терпеть не мог, когда ему пытаются что-то навязать. — Я уже говорил, что мне достаточно одной! — строго сказал Габриэль. — Я тебя не понимаю. — Поймешь, когда обзаведешься женщиной сам. — А ты попробуй объяснить сейчас, может тогда сможешь меня убедить. — парень скрестил руки на груди. — Ты еще молод, и много не понимаешь. — качнул головой отец, — Но я попытаюсь рассказать так, чтоб ты понял. Помнишь сказки, которые мама рассказывала тебе в детстве? — Смутно. — Адриан буравил его взглядом. — В некоторых из них говорилось о том, что встретив одну единственную женщину, мужчины не желали видеть рядом с собой других. — Знаю, так жили люди до великой катастрофы. К чему ты это вспомнил? — К тому, что я понял причину. Понял, почему мужчины так поступали. — Ты хочешь сказать, что разобрался в понятии — любовь? Агресты стояли на широком балконе, который опоясывал один из верхних уровней дворца совета. — Не совсем, это чувство очень сложное. Я знаю что значит любить, но описать его невозможно. — А ты попробуй. — Ты был долгожданным ребенком, до Эмили у меня было пять самок, но ни одна из них не могла забеременеть, хотя они были абсолютно здоровы. В день твоего рождения я находился рядом с твоей мамой, и слышал твой первый крик. — на глазах блестели еле заметные слезы, — Когда мне дали тебя на руки, что-то внутри перевернулось. В тот момент я был счастлив, вы стали самыми дорогими людьми для меня. Но вскоре умер твой дедушка, и управление страной перешло к нам с братом. Было тяжело не видеть как ты растешь. Может будь у меня больше свободного времени, у тебя могли появиться брат или сестра, но все сложилось иначе. Возраст взял свое, и мы упустили момент, а о том, чтобы взять молодую самку я даже думать не хочу. Женщины — это не показатель достатка, хотя их и могут себе позволить далеко ни все. Женщины — это будущее человечества, без них не будет жизни. Их нужно уважать, а не коллекционировать как породистых зверей. — Габриэль тяжело вздохнул. — Раньше ты мне этого не рассказывал. — тихо сказал Адриан, глядя на отца. — Я считал, что ты еще мал чтобы это понять, да и времени не было. Если разобраться, то у меня все же двое детей ты и республика. Правда вторая требует слишком много внимания. — на строгом лице появилась легкая улыбка. Они еще какое-то время говорили, стоя на невероятной высоте и глядя на величественный город. Адриан будто познакомился с отцом заново, много смог переосмыслить. С самого детства он боялся стать таким же, но оказалось, что они гораздо больше похожи друг на друга. Для других Габриэль — прагматичный, холодный и расчетливый, вынужден держать все под контролем, даже собственные желания и чувства. Эта маска жесткого правителя напомнила Адриану его самого. На публику и для служащих во дворце, он так же изображает из себя наследника, но жесткие рамки еще не успели закрыться вокруг него, а значит есть шанс все изменить. — Отец, а на каком уровне сейчас находится медицина в Садах? — резко сменил тему Адриан. — Там самое лучшее оборудование, а медицинский персонал проходит ежегодную переаттестацию. — буднично ответил Габриэль, — А почему ты спрашиваешь? — Просто мне интересно, какая может быть вероятность ошибки в анализах, скажем на бесплодие. — Такой вероятности нет, если его невозможно вылечить — женщину просто выпускают из Сада. А анализ на чистоту крови делают на самом точном оборудовании. — Значит я не смогу продолжить наш род. — на выдохе тихо сказал Адриан. Продолжение следует...