Мальчики не плачут

...Не может быть иначе Ты бей и издевайся Ведь мальчики не плачут Ведь мальчики не плачут Мальчики не плачут Ведь мальчики не плачут. * * * Выйдя из душа, парень обнаружил чистую одежду, которая была всего на чуть-чуть больше размером. Сверху лежала небольшая бумажка. «Иди до конца коридора, потом поверни налево и зайди в первую комнату справа. Юнги.» Переодевшись, он пошёл искать ту комнату. Войдя в неё, он увидел спящего на кровати Шугу. - Юнги? Юнги! – позвал Пак. - Ммм... - Вставай. - А? Чимин? Ах да... - Что? - Садись сюда, - он похлопал по месту рядом с собой. Тот сел, - и сними кофту. – снял. – Так. Посмотрим-ка. Боже... Ладно... Перекисью может? - Ну давай... - Я осторожно, – ватка дотронулась до первого пореза. Дойдя до самого глубокго пореза, Чимин проскулил и слегка вскрикнул от боли. - Больно? Сильно? - А-ага... - Чимини, котёнок, потерпи немного, пожалуйста. Всё будет хорошо. Обещаю, – Шуга аккуратно обнял его. Голос прозвучл очень нежно, с любовью. Младший улыбнулся и вдруг заплакал, прижимаясь к груди Мина. - Ты чего? Так сильно щипет? Ни разу не видел, как ты плачешь... - Нет. Всё хорошо. Просто... - Просто что? - Мне никто никогда не говорил такого. И вообще не успокаивал. Я всегда был один. Никто не говорил, что любит меня. Я хотел добиться похвалы о родителей всю жизнь. Всегда был первым. Ради одного единственного «молодец» от отца или матери. А не рыдал я только потому, что никто не хотел меня утешать. Возможно глупо, но это так. Я не нужен никому. Изгой общества. У меня есть только один друг – Тэхён. Есть только 2 человека, ради которых я готов жить. - И кто второй? - Ты. Может быть, я – мазохист, раз люблю тебя. Но люблю. Это не правильно. Ты всегда называл меня геем просто так, а теперь не просто. - Да уж. Теперь непросто геем, а ещё и своим геем. Знаешь... Когда меня не было в школе 2 дня, я думал о своих чувствах к тебе. Просто в один момент, мне почему-то не хотелось видеть, как ты мучаешься. В итоге я понял, что люблю тебя. Очень люблю. - Это шутка? - Нет. Честно. Давай ты останешься у меня? Хотя бы на ночь? - Зачем? - Мне так спокойнее. Особенно после того, как я узнал, что тебя избивают дома. Мои родители хорошие. Добрые. Они поймут. - Хорошо. Останусь. Вечером, когда обработка закончилась, пришли родители Шуги. Сказочные люди. Не то, что Паки. - Что этот мальчик вообще тут делает? – спросил Мин-старший. - Это Пак Чимин. Я люблю его. Сегодня в школе я заметил царапины на нём. - Всмысле царапины? - Оказалось, Чимина дома избивают. Те ужаснулись. - Чимин, продолжишь? – попросила мама Юнги. - Хорошо. Вчера мать пришла домой. Может, она была пьяная, так иногда бывает, а может, её опять уволили с работы. За ней шёл отец. Они принялись меня бить. Как всегда. Но вскоре, она убежала куда-то. Он схватил меня, и она вернулась. С ножом в руках. Такого ещё ни разу не было. Они сделали все эти порезы и кинули меня на пол. Просто ушли. У меня не получилось замазать тоналкой все раны до конца. Конечно, все в школе начали смеяться, говоря, что я – суицидник. Только мой друг Тэхён понял, в чём именно дело. Учителя странно поглядывали, спрашивая о моём самочувствии. - А что бы ты ответил на самом деле? - Ужасно. Паршиво. Расколото. Я очень хотел сдохнуть где-нибудь. Но суицид это низко. Это проявление слабости. Я – изгой. Настоящий. В школе меня тоже избивают. Я не знаю, что мне делать. Я сломан. Окончательно. Это была последняя капля. Меня ведь теперь и убить могут после такого, – он схватился за волосы. В уголках глаз выступили слёзы. Юнги обнял его. - Всё будет хорошо. - Чимин, думаю твои родители ещё не скоро вспомнят о тебе, так что, если ты захочешь, можешь жить у нас. Опеку нам оформлять не надо, чтобы вы не считались братьями, но ты теперь наша семья. – решил папа Юна. - Спасибо вам. Огромное.