За чертой жизни

Питер на несколько секунд отвлёкся, с головой уйдя в воспоминания, и чуть не попал под раздачу тумаков от Халка, в последний момент изменив траекторию полёта. Глядя на воинственных читаури, он вспоминал первые встречи с Богом Обмана и Озорства, их "официальное" знакомство и взаимное избегание душевных разговоров, которое вылилось в яростные собственнические поцелуи в комнате, выделенной Богу в безраздельное пользование. Тогда на официальном банкете в честь Дня Рождения Энтони Старка Питера, затянутого в шикарный тёмно-синий классический костюм с тонкой белой рубашкой и традиционными кедами чуть не изнасиловал в туалете один из приглашенных инвесторов. Паркер настолько растерялся, когда мужчина, вошедший за ним в туалет, попытался затащить его в дальнюю кабинку, попутно лапая, что даже не сопротивлялся. К смиренному принятию ситуации Питер был морально не готов, а применение паучьей силы могло привести к тому, что он снесёт этим мужиком дверь вместе с частью стены. Пока Паркер предавался размышлениям, а мужик уже во всю его лапал, в помещение влетел, сыпя во все стороны зелёными искрами, Локи. Бог, в отличии подростка, не постеснялся выбить телом мужчины дверь кабинки и пару раз макнуть того "тупой мидгардской башкой" в унитаз, рассказывая тому, как и в чём тот был неправ. Из того, что Питер услышал, получалось, что неправ мужик был ещё когда только родился. После коротенькой и почти безобидной (по меркам Лафейсона) экзекуции, Локи за шкирку вынес мокрого как мышь, протрезвевшего и матерящегося мужчину в зал и под удивлённые возгласы остальных гостей, честно сообщил Старку, что если ещё раз увидит "этого мидгардского червя со склонностью к нетрадиционным партнёрам для совокупления", то "башку ему свернёт на 180 градусов от начального положения, а руки вырвет и с ногами местами поменяет". Старк возмутился, конечно, объяснений потребовал, но угрозу принял к сведению, потому что мужика почти сразу забрали двое охранников, а Локи просто исчез в зелёной вспышке. Бог перехватил шокированного подростка в коридоре, прямо напротив двери его комнаты и ещё одним порталом переместил их обоих к себе, сразу же впиваясь в губы парня отчаянным поцелуем. Опыт у Питера в этой области абсолютно отсутствовал, но ощущение чужого языка, вылизывающего его рот, совершенно не способствовало мыслительному процессу, и Питер его просто отключил. Он позволил мужчине делать всё, что тому заблагорассудится, расслабляясь в его руках и неумело отвечая на поцелуй. Их языки сплетались в причудливом танце, а Питеру пришлось положить свои руки на плечи Бога, пальцами вцепившись в чёрную ткань пиджака, потому что ноги его уже почти не держали. Трикстер явно почувствовал, как подросток в его руках дрожит и медленно сползает вниз, и резким движением прижал дрожащее тело к стене. Яростные, почти болезненные поцелуи перешли на шею, преобразовываясь в собственнические метки - укусы и засосы. После того случая Локи стал периодически зажимать Питера (с молчаливого согласия последнего) в каком-нибудь тёмном углу или прижимать подростка к стене прямо в коридоре, пока в зоне видимости нет никого из Мстителей, и зацеловывать практически до потери сознания, доводя достаточно мускулистое подтянутое тело до желеподобного состояния. До разговора они так и не снизошли, но и дальше поцелуев и ярких засосов тоже не зашли. Только в последний момент, перед отбытием в Асгард на неопределённый срок Трикстер при всех подошёл к Паркеру и подарил аккуратное, тонкое колечко из какого-то светло-зелёного камня, похожего на нефрит, с голубыми прожилками, а потом коротко поцеловал покрасневшего подростка и прыгнул в открывшийся портал, оставляя Питера с собственными лихорадочно скачущими в голове мыслями, вопящим от отчаяния внезапно активировавшимся паучьим предчувствием и огромным количеством вопросов от Мстителей. Особенно разорялись Старк и Наташа, у которых при взгляде на Питера активировался нерастраченный пока ещё родительский инстинкт. Эти двое клялись при следующей встрече оторвать Локи всё, начиная с носа и заканчивая тем, что между ног. Питер коротко всхлипнул, сбивая очередного пришельца, и отвечая активировавшейся Карен, что он в порядке. Кто же знал, что та встреча будет для них последней, а на память останется только украденный ныне тессеракт и кольцо, болтающееся на тонкой серебряной цепочке под костюмом, у самой кожи. Из воспоминаний Питер вынырнул, когда паучье чутьё просигнализировало, что сейчас нужно быть наготове. Паркер сфокусировал взгляд на летящем в его сторону предмете и, опознав его, вцепился обеими руками, боясь случайно не удержать единственную надежду, что всё наконец закончить...