Враг за стеной

Стена в слабоосвещённой комнате, которую уже долгое время с интересом рассматривает Чонгук, была сплошь увешана различными фотографиями и плакатами. На них запечатлены многочисленные места в городе, природа и загадочный паренёк со спокойным выражением лица. Если бы Чонгук не знал автора этих фото, то подумал бы, что их сделали для какой-нибудь эстетической фотовыставки с приглушенной инструментальной музыкой. Брюнет подробнее всматривается в изящные черты лица парня на фото, подмечая красоту его тёмных глаз, но при этом такой пустой взгляд. Чонгук подмечает в своей голове, что уже слишком долго засмотрелся на него, глубоко проникая в личное пространство хозяина комнаты, пока тот принимает душ. Он замечает в комнате незначительный беспорядок: разбросанные на кресле книги и журналы с фотографиями, футболки, этикетки от сладостей, отчего слегка усмехается. Его парень ещё тот сладкоежка. — Прости, что не успел захватить рисовые пирожки, — брюнет слышит тихий голос позади себя, оборачиваясь на звук. — Ресторан Хосока уже был закрыт, когда я возвращался домой. Чонгук лишь молча рассматривает стройного паренька напротив с мокрыми, слегка прилипшими к лицу, волосами, который потирает и взъерошивает их полотенцем. Майка его стала немного влажной, прилипая к худому телу, отчего открывается весьма приятный вид на два бугорка чуть повыше ребер. Кажется, Тэхён замечает направление чужого взгляда, быстро взглянув на свою грудь, прикрывается полотенцем. — Тогда тебе придётся отработать эти рисовые пирожки, — как-то хищно шепчет брюнет, направившись навстречу к уже довольно смущённому парню. — Ты не представляешь, как я сегодня изголодался. Чонгук медленно сокращает расстояние между телами, наконец подходит вплотную, отбирает полотенце и скидывает его на пол. Тонкая ткань футболки вновь открывает прекрасный вид, но брюнет смотрит лишь в глаза напротив. Такие же как на фото. Красивые, но уже нет той пустоты во взгляде. Эти глаза какие-то игривые, с обжигающим огнем, смотрят на него из-за приспущенных густых ресниц. Чонгук готов поклясться, что никогда не видел взгляда прекрасней, от которого бы отключался мозг и, уходила земля из-под ног. Брюнет убирает прилипший влажный локон волос со щеки Тэхёна, ощущая подушечками пальцев приятную прохладу. По ноздрям ударяет сладкий запах цитрусового шампуня, скорее даже приторный, но такой манящий. Чонгук касается кончиком носа бархатной кожи, сильнее вдыхая аромат и слегка отстраняется, намереваясь приблизиться к чужим губам. — Гуки, — вдруг слышит брюнет хриплый голос, на что открывает глаза, — мне хочется узнать... Тэхён явно мнётся в словах, слишком смущается, отводит взгляд куда-то вниз. — О чём? — Как ты понял... ну, что я... нравлюсь тебе? Чонгук немного удивляется вопросу, не сразу сообразив суть, но в итоге пропускает слабый смешок, потирая свой лоб. — Ты спрашиваешь, как я понял, что я гей? Тэхён слабо кивает головой, с любопытством смотрит на парня напротив. Тот медлит с ответом, прикусывая нижнюю губу, будто начинает нервничать. — Если это тебя смутило, можешь не говорить. Прости, мне не стоило... — В старшей школе у меня был друг, — вдруг отвечает Чонгук, продолжая избегать зрительного контакта с Тэхёном. — Как-то раз мы тренировались с ним на матах в зале и, он... случайно схватил меня за член. Чонгук вдруг тихо посмеивается, будто рассказывает анекдот, а вовсе не о себе. — Конечно тогда я ещё был девственником и сразу возбудился. Друг сделал вид будто не заметил этого, но я увидел его довольную улыбку. А потом он намеренно повторял это каждый раз. И каждый раз я вновь возбуждался... Когда моё терпение лопнуло, я высказался ему и... — Вы переспали? — спрашивает Тэхён, заметив внезапную сдержанность брюнета. — Ага. — А потом? — Потом оказалось, что я не единственный у него, — наконец поднимает свой взгляд Чонгук, пожимая плечами. — И после этого у меня больше никого не было, до встречи с тобой. Тэхён замирает, разглядывая слишком нежное мягкое лицо напротив, ощущая бешеный прилив жара к щекам, когда тот продолжает свою фразу. — Теперь у меня есть только ты. Только тебя я желаю уже последние пол года. Только ты в моих мыслях и, только тебя я хочу целовать перед сном. Брюнет замолкает, ожидает ответа, соображая в своей голове, не наговорил ли он лишнего, не спугнул ли ошарашенного паренька своими словами. Но тот лишь быстро делает шаг навстречу, накрывает чужие губы своими, обхватывая шею руками, чтобы наклонить Чонгука ближе. Тэхён осторожничает с поцелуем, слегка касается мягких губ. Когда Чонгук наоборот напирает, углубляет поцелуй, впуская вход свой язык. Как только языки соприкасаются, Тэхен издает приглушенный низкий стон, будто его ударило током. А Чонгук продолжает наступать, уже не сдерживаясь, запускает горячие ладони под влажную майку. И вот уже второй стон срывается с полуоткрытых губ Тэхена, когда вместо прохладной влажной ткани на своих сосках он ощущает жар чужих пальцев. Эти пальцы сначала осторожно оглаживают твердые напряженные бусинки сосков, а затем со сладкой болью сжимают их. Тэхён тут же разрывает поцелуй от нехватки воздуха в лёгких, утыкается носом в шею, поскуливая от таких откровенно пошлых прикосновений. — Мне жутко нравится твоя чувствительность здесь, — хрипит Чонгук, внезапно зажимает один сосок между двух пальцев, сильнее надавливает. — Ох, Гуки, остановись! — Ты уверен? Тэхён не отвечает, продолжает тяжело дышать, а тело его начинает мелко дрожать, словно в лихорадке. — Прошу, Гуки... Кажется, шатен нашёл способ воздействия на Чонгука, и тот вновь при упоминании имени быстро сдаётся, осторожно обхватывая размякшее тело, приподнимает за бёдра и несёт к постели. — Позволь сегодня руководить мне, — удивляется Чонгук, когда нависает над чужим телом, но послушно отстраняется. Тэхен тут же садится сверху, недолго просто смотрит и бездействует, будто хищник присматривается перед охотой на добычу. Темные глаза любопытно таращатся на его тело, а шатен хитро улыбается и тянет за край своей футболки, снимая через голову. Бледное, слегка влажное, тело предстает чужому взору. Тэхён уже не так стеснителен и сдержан, как в первую ночь. Он не отказывает себе в удовольствии, поласкать рукой торс, на который нагло уселся, подогнув ноги в коленях. Чужое возбуждение явно упирается ему во внутреннюю часть бёдер, отчего Тэхён медленно начинает раскачиваться и обтираться через тонкую ткань боксеров. От такого у Чонгука уже искры из глаз сыпятся, а в мозгу конфетти взрываются. Он требовательно сжимает мягкие ягодицы Тэхёна, толкается бёдрами вверх, имитируя секс. — Нетерпеливый, — усмехается шатен, наклоняясь, целует парня с громким причмокиванием. — Хочу тебя, — в истоме хрипит тот в губы. Освободив себя и Чонгука от оставшейся одежды, Тэхён льнёт к обнаженному телу, соприкасаясь возбуждёнными членами. Брюнет тяжело дышит, отчего его грудная клетка часто вздымается от вдохов. Парень продолжает дразниться, ластится словно кот, потираясь о набухшую до красна плоть, наконец обхватывает длинными пальцами сразу оба члена. Его движения ладонью сначала неуверенные, слабо-скользящие. Он запрокидывает голову назад в истоме, когда головки соприкасаются друг с другом, смешивая сочащуюся смазку, слышит как рычит под ним Чонгук, требуя большего. Внезапно он ощущает прикосновение горячих пальцем на ягодицах, которые шустро скользят между половинками, приближаясь к сжимающемуся отверстию. Сначала легонька проходятся осторожным касанием, исследуя и нащупывая заветную область, а затем с нажимом проникают сразу оба пальца. Шатен от неожиданности отстраняется, но Чонгук крепче держит его за талию, продолжая углубляться в горячее нутро, внезапно разводит пальцы на манер ножниц. Тэхен лишь упирается ладонями о чужую грудь, зажмуривая глаза. Сейчас в его голове полный хаос, а внизу живота уже туго тянет, он чувствует, что близок к разрядке, поэтому ложится на брюнета, сладко шепчет ему на ухо: — Гуки, вставь мне, пожалуйста. Чонгук тут же высвобождает свои пальцы, чуть приподнимая чужие бедра, пристраивает возбужденную плоть меж ягодиц, осторожно надавливает головкой на растянутую дырочку. В этот раз член входит более плавно, с пошлым хлюпающим звуком. Брюнет останавливается, когда в его грудь уже со слабой болью впиваются длинные пальцы. — Продолжай, — требующе басит Тэхён, а ноги его начинают тихонько подрагивать. Чонгук делает один толчок вверх, моментально входит на всю длину, до красна сжимая ягодицы стонущего парня, вдруг останавливается. Тэхён смотрит затуманенным взглядом из-под влажной челки, почти умоляюще, но Чонгук чего-то ждёт. Тэхён уже начинает фыркать и царапаться, недовольно хмурясь. — Кажется, ты хотел по-руководить сегодня сам, — улыбается брюнет, поглаживая дрожащие ноги. Тэхён, понимая к чему тот ведёт, выпрямляется, еще отчетливее ощущая в себе твёрдый член. В такой позе проникновение было ещё более глубоким, когда шатен вновь и вновь насаживался на возбужденную плоть. Он немного откидывается назад, поджимая пальцы ног, в очередной раз опускается на член. Лицо Чонгука раскраснелось, а на лбу выступают капельки пота. С каждым толчком он глубоко выдыхает, сжимая пальцами влажную кожу. Тэхен уже входит во вкус, ускоряя темп, еще быстрее двигает бедрами, закусывая нижнюю губу, чтобы хоть как-то сдержать вырывающиеся стоны и вновь не спалиться перед Джин-хёном. Но брюнет вдруг поддается вперёд, чуть привстает, обхватив ладонью чужой затылок, целует припухлые влажные губы. Его толчки становятся немного грубыми и жёсткими, а Тэхен не может вырваться из крепких объятий. — Слишком глубоко! — восклицает он, когда Чонгук опрокидывает его на спину, не выходя, продолжает входить в дрожащее тело. — Гуки, стой! Ах! Но брюнет будто оглох, никак не реагирует на протяжный скулеж, прижимая ноги Тэхена к груди, ускоряет темп. Шатен громко вскрикивает, бурно изливаясь себе на живот, чувствует, как Чонгук делает ещё несколько толчков и резко выходит, кончая с глухим рыком на обмякший член Тэхёна. *** Чонгук тихо посапывает в темноте, когда Тэхён пристально рассматривает его в темной комнате. Он осторожно зачесывает волосы со лба спящего парня, наклоняясь ближе, целует чуть ниже губ. Чонгук лишь морщит нос, кажется, почувствовав это во сне, продолжает слабо сопеть. Шатен отстраняется, ложится на спину, уставившись в потолок. Сердце его почему-то не на месте. Он все никак не может выкинуть сегодняшний случай на работе из головы, отчего и не может уснуть. Может быть стоит действительно уволиться? Но как это объяснить Чонгуку? Он же не скажет, что на работе к нему пристает начальница с явно не добрыми намерениями. Но и продолжать работать в таких условиях он тоже не может. Может схитрить? Уволиться и пару недель просто уходить в библиотеку, а потом сказать, что устал от тяжелой работы. — Так и сделаю, — шепчет Тэхен сам себе, двигаясь ближе к спящему парню, утыкается носом в его плечо, наконец засыпает.