Моя вторая половина

−Она мне не нравится. − категорично заявил Солдат. Баки мысленно закатил глаза. Солдату не нравилось все подряд, начиная с вечерних ток-шоу и заканчивая Ассой Леденёвой. А вот Баки она нравилась. Особенно нравилось наблюдать, как она гоняет по рингу новичков. Справедливости ради, умников, считающих, что суперсолдат не может выглядеть, как худощавая молодая женщина, среди молодняка ЩИТа значительно убавилось. После парочки сломанных на ринге носов. Леденёва сегодня выпендривалась, преувеличенно-старательно копируя стиль Черной Вдовы. Баки краем уха слышал, что Вдов тренировала Асса, но сама всей этой акробатикой не пользовалась. Не успел он додумать эту мысль, как Леденёва выкрутила обратное сальто, приземлилась и тут же опустилась в мостик, уходя от хука слева. От Солдата повеяло отвращением. Баки только головой покачал, осторожно гася чужеродную эмоцию. Долго же пришлось объяснять сначала Стиву, а потом всем комиссиям и инстанциям, что это не биполярное расстройство и не шизофрения. Это просто Солдат. Он пришел после первого обнуления. Будто чужие холодные, но почему-то мягкие и ласковые руки накрыли разрывающуюся от боли голову, а странно-знакомый голос проговорил в ухо: −Тише-тише. Уже всё. Всё прошло. Я прикрою. И он прикрыл. Баки казался сам себе маленьким котенком, который, сжавшись от ужаса, забился в самый дальний и темный угол сознания и только смотрел. А иногда и не смотрел. Иногда было совсем плохо. В такие дни Солдат сражался сам, прикрывая… Кого? Себя прошлого? Или уже нет? Баки не знал. Он просто старался остаться. Хотя бы воспоминанием. Когда становилось совсем худо, когда Солдат скулил от боли после очередного обнуления и зачитывания кода, Баки осторожно выбирался из своего угла и принимался вспоминать. Все самое светлое, что у него было. Залитую летним солнцем маленькую квартирку в Бруклине, по уши испачканного в краске худющего Стива, умильно клянчившую сладкое Бекки, ироничную улыбку мамы, смех отца. Солдат жадно тянулся к этим воспоминаниям, таким светлым, теплым… Чужим. Потому что своих у него не было и быть не могло. А у Баки были только они. Больше поделиться ему было нечем. В тот день, когда завертелась вся эта карусель с «Озарением», было совсем плохо. Три обнуления подряд перед выходом на миссию будто построили стеклянную стену между Солдатом и Баки. Баки бился в нее, пытался достучаться… И ничего. Солдат словно не слышал его. И стрелял из гранатомета по Стиву… Его Стиву… −Стой, дурак! − надрывался за стеной Баки. – Остановись, это же Стив! Наш Стив! Он жив! Но Солдат его не слышал. Только когда слетела к чертям собачьим маска, когда Стив увидел его – их – лицо… −Баки? – неверяще прошептал он. Солдат замер. Баки чувствовал его замешательство, и стена вдруг поддалась. Всего на долю секунды, но он сумел пробиться и как-то задушено то ли вскрикнуть, то ли пискнуть… −Национальный банк! Его тут же словно за шиворот сгребли и зашвырнули в привычный темный угол. Солдат легко уклонился от спикировавшего на голову крылатого придурка и нырнул в проулок. Он был выбит из колеи настолько, что даже не вернулся в точку сбора. До самого вечера они бродили по закоулкам Вашингтона. Солдат то терял контроль, позволяя Баки вырваться и трещать без умолку, то снова леденел. −Да пойми ты, чудак, − увещевал Баки. – это же Стив, чертов самоуверенный сопляк. Он Капитан Америка, он поможет нам. Господи, он и правда жив… −Я не верю. – как-то испуганно огрызался Солдат. – Я не могу верить. Дестабилизация… Баки метафорически хватался за голову и все никак не мог заставить этого упрямца остановиться и подумать еще не до конца прожаренными мозгами. За оживленным диалогом никто из них не заметил появившуюся под фонарем женскую фигуру. Простительно для сержанта 107-го пехотного. Совершенно непростительно для снайпера Ревущих и лучшего убийцы Гидры. −Солдат. – негромко окликнула женщина. Солдат вздрогнул и метнул в нее нож. Женщина без усилий отклонилась и подняла пустые открытые ладони. −Я безоружна, Солдат. Я хочу помочь тебе. Лицо женщины было странно знакомым. Где-то они уже видели и эти темные глаза, и выпирающие скулы, и совершенно белые волосы. Солдат сообразил первым. −Белая Смерть. С чего бы тебе помогать мне? Белая Смерть склонила голову к плечу, отчего нереальные волосы контрастно рассыпались по черной коже куртки. −Хобби у меня такое – людям помогать. А твое, я смотрю, ножики коллекционировать. Могу подарить один. Сейчас таких уже не делают. Женщина медленно опустила руку на бедро, к вшитой в штаны кобуре. Солдат мигом напрягся еще сильнее. Белая Смерть улыбнулась и осторожно вытащила на свет маленький, немногим больше ее ладони ножик с гладкой черной рукоятью. Солдат завороженно шагнул ближе. Баки мысленно усмехнулся. Белая Смерть попала в яблочко. Ножи Солдат обожал такой страстной любовью, что даже сравнить было не с чем. Хотя, пожалуй, примерно так же Баки относился ко всему, что стреляет. На этот ножик Солдат смотрел с вожделением. −Шварцмессер*. – выдохнул он. – 43-го года? Женщина кивнула и протянула ему опасную игрушку. Солдат молниеносным движением сцапал ножик, покрутил, проверяя баланс, и дернул уголками губ. Баки только хмыкнул про себя. За все годы их «знакомства» Солдат улыбался, только когда смотрел его воспоминания. −Думаешь, подкупила? – мрачно осведомился Солдат, пряча подальше драгоценность, пока не отобрали. Белая Смерть пожала плечами. −Если бы тебя можно было купить одним ножиком, я бы страшно разочаровалась. Ты ведь почти убил меня. Помнишь, в Афганистане, в 82-м? Солдат и Баки одновременно задумались. Припомнились оранжевый песок, страшная жара, взмокшая спина под накинутым на форму бежевым маскхалатом. И женщина, падающая на колени за миг до того, как ей в голову прилетела бы пуля. −Безымянная цель. – пробормотал Солдат. – Особая примета – белые волосы. Белая Смерть. −Асса Леденёва. – представилась женщина. – Позывной Гроза. Слушай, Солдат, если ты не найдешься в ближайшее время, Стив разнесет полгорода. Ты помнишь, кто такой Стив Роджерс? Солдат опустил голову. Баки на заднем плане ужасно хотел отвесить этому тугодуму подзатыльник. Хотя ничего удивительного – после трех-то обнулений. −Друг. – выдал, наконец, Солдат. – Стив – друг. Асса кивнула. −Он беспокоится за тебя. Солдата аж подбросило. Баки ощутил прилив страшной, какой-то сосущей тоски. −Он не меня ищет. Леденёва приподняла темные брови, обозначая вежливый интерес. Баки голову готов был прозакладывать, что она относится к этому, как к детским фантазиям. −Он Баки ищет. – продолжал гнуть свое Солдат. – А я не Баки. −Ты – Зимний Солдат. – утвердительно проговорила Асса. – Что ж, ничего удивительного. Вот только если я что и знаю о Стиве, он искал бы тебя, кем бы ты ни был. Потому что у него тоже хобби такое – спасать людей. Идем. Она уверенно махнула рукой, приглашая следовать за собой. Солдат осторожно пристроился позади, то и дело озираясь в поисках ловушки. Асса подошла к неприметному серому «Пежо», уселась за руль. Солдат скользнул на переднее сиденье и одним быстрым движением прижал подаренный нож к боку Ассы. −Если что-то пойдет не так, ты умрешь. – спокойно констатировал Солдат. Баки только застонал. Асса скосила глаза и пожала плечами. −Если хочешь пообниматься, необязательно выдумывать поводы. А она нравилась Баки все больше и больше. Со стороны они явно были похожи на обжимающуюся в темном и тесном салоне парочку. −Поехали. – хмуро скомандовал Солдат, у которого юмор был исключительно черный и исключительно про других. Асса повернула ключи и плавно тронулась с места. Удивительно, но город даже не был перекрыт. Баки сильно подозревал, что кто-то наверху имеет какие-то свои планы. Солдат молчал и ножа не убирал. Ассе он, судя по всему, ничуть не мешал. Машина затормозила у невзрачного темного дома. Асса неспешно выбралась наружу, щелкнула сигналкой и уверенно шагнула к крайнему подъезду. Солдат тенью скользил рядом. В конце кривого коридора обнаружилась обшарпанная дверь, умело маскирующая неказистым видом усиленный материал и полную звукоизоляцию. Асса коснулась пуговки звонка. Дверь тут же распахнулась. На пороге стоял Стив. Вид у него был такой потерянный, что растерялся даже Солдат. Стена благополучно рухнула. Баки перехватил контроль и кинулся Роджерсу на шею. −Стиви, ты живой! Стив обхватил его за пояс, прижал к себе, зарылся носом в длинные волосы и гладил-гладил ладонью по вздрагивающей спине. Асса громко хмыкнула и одним пинком загнала всех в квартиру. Баки кое-как отлепился от широкой груди Стива и остолбенел. В дверном проеме, ведущем на кухню, стоял Куратор Рамлоу. Солдат мигом оттолкнул Баки назад. −Куратор. −Прости, Солдат. – хрипло проговорил Рамлоу. – За обнуления. Я не успел. −Куратор предал Организацию? – осторожно спросил Солдат, а Баки навострил уши. Стив переводил ошалевший взгляд с Солдата на Рамлоу и обратно. Асса подобралась сбоку и внимательно вгляделась в лицо Солдату. −Предал. – спокойно кивнул Куратор. – Не мог смотреть, как они тебя… Он осекся и покосился на Стива. −Баки. – тихо позвал Стив. −Я не Баки! – рыкнул совсем сбитый с толку Солдат. −Спокойно, Солдат. – вмешалась Асса. – Я все тебе объясню. −Мне бы кто объяснил. – пробормотал Куратор, складывая на широкой груди накачанные руки. Стив молчал, но смотрел глазами потерявшегося щеночка. Асса помассировала переносицу и произнесла: −Думаю, не ошибусь, если предположу. Вас там двое, не так ли? −Так точно. – с запинкой ответил Солдат. Глаза Стива теперь по размеру могли соперничать с его же щитом. Баки потряс головой, возвращаясь в настоящее. Оказывается, тренировка давно закончилась. Новички разошлись, а Асса жадно пила воду из прозрачной пластиковой бутылки. Надпись на ней была прикольная: «Пей до дна». По-русски. −Это вода или водка? – на русском спросил Баки. Асса оторвалась от бутылки и улыбнулась. На щеках появились ямочки. −Можешь продегустировать. −Фу. − сморщился Солдат, который на одном из заданий процеживал и пил болотную жижу. Баки от этого воспоминания тошнило до сих пор. Поэтому он принял из рук Ассы бутылку и сделал глоток. Вода с лимонным соком. Неплохо. От Солдата по-прежнему фонило отвращением. −Не ревнуй. – сказал ему Баки и вернул бутылку по принадлежности. Асса закинула ее в рюкзак и продефелировала к выходу, жестом позвав Баки за собой. За все занятие она даже толком не вспотела. И, кажется, не видела ничего зазорного в том, чтобы щеголять по коридорам ЩИТа в черных леггинсах и свободной голубой футболке. −Когда ты уезжаешь? – спросил Баки. −Пока не знаю. Асса повела плечом, с которого тут же свалилась футболка, открывая лямку серого фитнес-топа и острую ключицу. −Я тут, считай, в отпуске. Так что, уеду, когда надоест. Баки бросил взгляд на часы, прикинул, что сегодня его на службе уже ничего не держит, и предложил: −Не хочешь сходить пообедать? Тут неподалеку хороший итальянский ресторанчик. Тебя даже в таком виде пустят. Асса прищурила темно-карие глаза и звонко рассмеялась. −А что не так с моим видом? Баки подачу принял. −Боюсь, парни шеи посворачивают. ЩИТ задолбается компенсации выплачивать. На заднем фоне отчетливо хмыкнул Солдат. Асса преувеличенно-внимательно окинула взглядом самого Баки. Тот даже забеспокоился, все ли в порядке с одеждой. Особенно, кхм, со штанами чуть ниже ватерлинии. В отполированной стене удачно отразился парень с железной рукой в черных джинсах и черной же толстовке, с завязанными в растрепанный пучок волосами. Слава богу, голову додумался с утра помыть. От Солдата донесся такой заряд ехидства, что хватило бы осветить всю Башню Старка. −Что ж, сержант Барнс, − констатировала Асса. – боюсь, и ваш вид заставит всех девушек захлебнуться слюной. Руки, плечи, задница… М-м-м… В глазах Ассы скакали озорные бесенята. Баки, почувствовав несомненный успех, ринулся закрепляться на завоеванных рубежах: −Все это богатство ваше, мэм. Отныне и навеки. −Ну вы потрахайтесь еще прямо здесь. − сварливо проворчал Солдат. Асса, кажется, прочитала что-то такое в его лице, потому что усмехнулась и произнесла: −Сначала ресторан, сержант. Я все-таки девушка старомодная. Даже годом младше вас. Ведите. Баки шутливо подставил Ассе локоть, за который она, впрочем, тут же уцепилась. Солдат явно корчил страшные рожи, но в кои-то веки на его карканье Баки было плевать. Его держала под руку лучшая женщина по обе стороны Атлантики. И он был счастлив. Солдат наблюдал за счастливым Баки и не мог перестать грустно улыбаться. Мысленно, разумеется. Потому что по-настоящему сейчас улыбался Барнс. Даже не просто улыбался, а сиял, как начищенный автомат. Он сводил свою Ассу в ресторан, потом она его в театр на какой-то кошмарный русский балет. Потом они таскались гулять – по ощущениям весь Нью-Йорк обошли. Ездили на пикник со Стивом, рыжей русской Романовой и тем крылатым типом, Сэмом Уилсоном. А Солдат чах. Хотя умом прекрасно понимал, что Баки заслужил всю эту радость. Столько лет просидел, запертым в собственной голове. Солдат плотнее заворачивался в свой кокон, уходил на самое дно сознания. Но даже там чувствовал отголоски чужого счастья, веселья… Наслаждения. О, этого он видеть точно не хотел. Подсмотрел один раз, как железная рука нежно скользила по тонкой шее, как сияли затянутые поволокой темные глаза, как вздрагивало под ним изящное сильное тело… Он открыл глаза и с удивлением обнаружил, что Баки до того умотался ночью, что спал без задних ног. Нестерпимо захотелось прогуляться. Тем более, они гостили в Башне Старка. Тут на каждом шагу было столько замечательных чудес. Одни бегающие туда-сюда роботы чего стоили. Солдат натянул штаны, футболку и, не озаботившись обувью, выскользнул за дверь. Удивительно, но всего через пару огромных комнат обнаружилась Леденёва, одетая в шелковый розовый халатик. Солдат завис. Поневоле ему пришлось досконально изучить Белую Смерть. Она презирала халаты как класс. А тут… Еще сильнее изумляло другое. Леденёва готовила. Леденёва, которая терпеть этого не могла, пекла что-то подозрительно похожее на блины, пританцовывала и при этом напевала. Что именно, Солдат не понял, но что-то явно французское. Он неслышно прошел в кухню и привалился к косяку, сложив руки на груди. Асса не обратила на него внимания, словно… Не слышала… −Чем порадуешь? – громко спросил Солдат, разрушая розово-французскую идиллию. Асса взвизгнула и как-то неуклюже обернулась. Половник с грохотом упал на пол, разбрызгивая жидкое тесто. В карих глазах стоял совершенно нетипичный для оперативника с семидесятилетним стажем испуг. Солдат напрягся. −Ты не Леденёва. – уверенно заявил он. – Кто ты такая? Мгновение, и глаза знакомо заледенели. Вот теперь на него недовольно смотрела Асса. −Да и ты не Баки. Доброе утро, Солдат. Солдат поморщился, как от зубной боли. Эта фраза не нравилась ему до сих пор. −Кто это был? – потребовал он. На заднем плане завозился Баки. −О боже, ну чего опять не поделили? −Баки здесь? – спросила Асса, откладывая в сторону половник. −Я здесь. – мигом отозвался Барнс, слегка потеснив Солдата, но не перехватывая контроль полностью. – Что у вас тут происходит? Асса улыбнулась половиной рта. Глаза при этом остались холодными и какими-то потерянными. −Хочу вас кое с кем познакомить. Она только слегка зажмурилась, а уже что-то изменилась. Прямая спина слегка ссутулилась, взгляд стал настороженным. −Меня зовут Ксения. – совершенно другим, робким, голосом сказала она. – Ксения Каргопольцева. Я… Ну, я была до того, как провели эксперимент. И появилась Асса. −Охереть… − почти хором выдали Баки и Солдат. Ксения приподняла подбородок и вновь стала Ассой. −Поэтому я так быстро поняла, что с вами. Потому что я такая же. Я прекрасно вижу, как вы пытаетесь ужиться теперь, когда больше нет Гидры. Нам с Ксанкой еще труднее, потому что работа требует моего постоянного присутствия. А она, фактически, сидит взаперти. −Можешь вернуть Ксению? – хрипло проговорил Солдат. – Я хочу с ней поговорить. Асса кивнула. −Только не пугай ее. Она все-таки гражданская. И лет ей по-прежнему двадцать. Глаза снова стали испуганными, как у лани. −Баки, ты тоже не отсвечивай. −Понял, не дурак. Ксаня оказалась мало чем похожа на Ассу. Она робко косила огромные темные глаза, не очень любила говорить о себе, зато, как выяснилось, обожала ходить в кино на научную фантастику. В этом Солдат был с ней полностью солидарен. А еще она называла его Джей, невесомо скользила тонкими пальчиками по металлической руке и шарахнулась от слишком поспешного поцелуя. Асса оказалась права. Ксаня навсегда осталась молоденькой девушкой из сороковых, немного наивной, очень стеснительной, но совершенно потрясающей. Асса сохранила ее такой, как и Зимний Солдат сохранил Баки Барнса. −Нет, ну так дело не пойдет. – фыркнула Асса, когда ее неожиданно выпихнуло на поверхность в самый ответственный момент. Джей отшатнулся и инстинктивно натянул на себя простынь, хотя, казалось бы, чего Асса там не видела. −Куда Ксаню дела? – мрачно спросил он. Леденёва, нисколько не смущаясь своей наготы, села на разворошенной постели и потерла шею с наливающимся засосом. −Никуда не девала. Испугалась она. Первый раз у девушки – он такой. Ксанка, вылезай, ничего сегодня уже не будет. Выражение лица сменилось виноватым. Щеки покраснели. −Прости, Джей. – прошептала Ксаня, обнимая себя за плечи. Солдат молча притянул ее к себе, прижался губами к волосам и принялся медленно качаться туда-сюда. −Все хорошо, родная моя. Все хорошо. Я подожду. Я буду ждать столько, сколько надо. Не бойся. Ксаня прижалась горячими губами к его живому плечу. Неловко вышло. Впрочем, сколько лет этой привычке – при малейшей опасности уходить на глубину, выталкивая наверх сильную смелую Ассу. На следующий день, чуть свет, Асса чмокнула спящего Баки и умотала из квартиры. Ксаня привычно просмотрела ее мысли. −Ты уверена, Ась? А вдруг они не захотят помогать? Асса сердито тряхнула белыми волосами и пробормотала вслух: −Пусть только попробуют. Разнесу по кирпичику. Она выбрала пустырь поукромней, вскинула голову к рассветному небу и рявкнула: −Хеймдалль! Ксаня успела подумать, что на месте Стража Радужного Моста подпрыгнула бы от неожиданности и побоялась бы препятствовать вбившей себе что-то в голову Ассе Леденёвой. Баки не верил своим глазам. Телу он, впрочем, тоже не очень верил. Потому что тело обнимало Ассу двумя живыми теплыми руками. Спина не разламывалась от боли, вечной спутницы протеза и железа в позвоночнике. Солдат – Джей – стоял рядом и во все глаза смотрел на хрупкую русоволосую девушку в летнем платье. Ксаня казалась младшей сестренкой Ассы – такая невозможно нежная и прекрасная. Такая чистая. Живая и железная руки обхватили тонкий стан девушки, бережно, как Святой Грааль, подняли и вдруг закружили. По небритому лицу Джея текли слезы. −Ксаня, Ксанечка… − шептал Джей, прижимая к себе девушку. Асса прижалась щекой к шее Баки и выдохнула: −Хочу свадьбу. Двойную. −Все, что захочешь, любовь моя. – пробормотал Баки, поглощенный ощущением горячего дыхания на коже. – Только они теперь могут решать сами. Джей поставил Ксаню на землю, шепнул что-то ей на зарозовевшее ухо, подмигнул Баки с Ассой и уволок девушку куда-то в сторону Бруклин-променад. Асса хихикнула. Жизнь налаживалась.