Consequences of an argument

С момента поцелуя прошло несколько дней. Хенджин никак не мог забыть момент поцелуя и не законченное начало, продолжение которого перебил Чанбин. Хенджин открыто ему это напомнит, когда он уединится с Сынмином. Кстати, Феликс также не забывал об этом поцелуе. Ему было стыдно за собственное действие, и он всячески пытался исключить контакт с старшим. Сам он хорошо понимал, что действует неправильно, и что все равно им придется поговорить. Однако не сейчас, не сегодня. Впервые за некоторое время у группы появилось 4 вольных дня. Потому в общежитии остались лишь Минхо с Джисоном и Хенджин с Феликсом. Первые остались, потому что им необходимо было доработать хореографию. Феликс остался, потому что желал отдохнуть и поговорить с Хваном и все объяснить. Хенджин же не уехал, потому что знал, что останется Феликс, а значит они поговорят. Феликс посиживает в собственной комнатке задом к двери и пробует собраться с силами, однако делает вид, что смотрит видео в наушниках. В этот момент в комнате появляется Хван. Хенджин сел на постель. Ли сходу понял кто это и хотел обернуться лицом к Хвану, однако не смог, потому что старший обнимал Ли со спины. — Что-то случилось? — Все в порядке… Я хочу поговорить. Феликс понимает, о чем с ним желают поговорить. В его голове лишь теперь одно: «Да нет! Ну только не сейчас… я еще не готов!» — О чем? — спрашивал Ли, стараясь говорить как можно спокойнее. — О том, что случилось несколько дней назад… — Хван обжигает нежную шейку Феликса собственным дыханием. — Я сделал тогда что-то не так? — Нет, все было превосходно… — Тогда, почему ты избегал с мною контакта все это время? — Просто… — Феликс не знает, что ответить. Он мыслит пару секунд. А после решает сказать истину, — просто я… я не знал, как ты к этому отнесешься… и было стыдно за свои действия… — То есть ты тогда не понял моего намека? — Хван улыбнулся. — Какой намек? — Ну, раз не понял, значит, придется объяснить. В тот вечер ты меня возбудил и сам возбудился. Если бы я не хотел тогда продолжения, я не позволил бы тебе так себя вести, а значит, ты не должен был думать, что ты поступил как-то неподобающе. И мне кажется, что мы должны закончить начатое. Сегодня нам никто не помешает… Хенджин поворачивает Феликса к себе лицом и укладывая на кровать медленно приближаясь к губам младшего. Он ведет рукой от колена все выше и выше. Феликс сам тянется к губам Хенджина, вовлекая того в поцелуй. Он выходит таким мягким, нежным: Хван целует аккуратно, чуть оттягивает нижнюю губу и ведет кончиком языка по ней, затем спускается поцелуями ниже, продолжая гладить бедра и талию младшего. Хенджин понимает, что это первый раз Феликса и надо быть нежнее. Хван аккуратно снимает футболку с младшего, ведя рукой от талии к шее, внимательно рассматривая чужое тело. Ликс от таких действий смущается и отводит взгляд, но старший заставляет посмотреть снова, когда говорит прямо в губы «твое тело прекрасно», заставляя младшего покраснеть еще больше. Хенджин улыбается этому и снова припадает к губам Ликса, рукой блуждая по телу и «случайно» задевая соски, что вызывает у младшего толпу мурашек и первый стон. Хван отстраняется и снимает с себя кофту, открывая вид на свое тело. Хенджин снова припадает губами к шее младшего, оставляя на ней влажные немного красноватые следы. Он спускается все ниже и ниже, ведя за собой мокрую дорожку из поцелуев, что вызывает у Ли бурю эмоций. Хван обводит языком соски младшего и начинает их слегка посасывать, улыбаясь и чуть рыча, смотря как реагирует тело Ликса. Сам Феликс вздрагивает и извивается, а из его уст вылетает сладкий стон, который он пытается приглушить. Но Хенджину это не нравится, и он легонько покусывает парня за сосок, прося больше не глушить стоны, потому что ему хочется слышать его, а Ликс слушается. Хван отстраняется от младшего и покидает комнату. Феликс бегает глазами по комнате и пытается понять в какой момент он сделал что-то не так. Старший возвращается в комнату спустя пару минут. В руках он что-то держал, младший не смог понять, что это, хотя догадаться было не сложно. Хенджин сразу возвращается к припухшим от поцелуев губам. — Прости, что заставил ждать, -выдыхает он прямо в губы Феликса. Ли сразу расслабляется только от голоса Хвана, полностью доверяясь ему. Хенджин стягивает с младшего домашние штаны вместе с боксерами. Младший не хочет останавливаться на таком моменте, поэтому прикусывает губу и раздвигает ножки, показывая, что не собирается останавливаться и полностью доверяет Хвану, хоть и стесняется. Хван наклоняется ниже, целуя животик младшего и рисуя узоры подушечками пальцев по всему телу. У Ликса мурашки по телу бегают и голову кружит от приятных ощущений. Старший, не заметно для Ли, открыл тюбик и смазал свои пальцы, а затем проник одним в парня, начиная потихоньку растягивать. Младший сначала замирает от подобных действий и громко выдыхает от непривычных ощущений, но со временем привыкает и уже не обращает на это внимание. Когда старший это замечает, то добавляет второй палец. Ликс впился пальцами в чужую спину, на что Хенджин начинает целовать личико младшего и шептать на ушко всякие милости. На третий палец Ликс начинает сильнее кусать свои губы и выгибаться в спине, неразборчиво мыча что-то себе под нос. Хван чуть отстраняется и вынимает пальцы, решив, что младший уже готов, а после поудобнее устроился между ног Феликса и снимает с себя последний элемент одежды. Хенджин снова целует Ли в губы, а затем тихо произносит «Прости» и аккуратно входит в него до самого основания, но не двигается, давая Феликсу привыкнуть к новым ощущениям. Младший щурится и сжимает в руках одеяло, потому что ему все еще больно, несмотря на то, что его подготовили. Хенджин видит чужую боль и пытается ее приглушить, целуя шею, плечи и лицо младшего, а пальчиками играет с сосками. После этого Феликс расслабляется, привыкая к ощущениям, и даже начинает немного двигать бедрами, показывая, что готов. Хван выходит из младшего и заходит под другим углом, тогда младший выгибается, издав столь желанный стон. Хенджин улыбается, начиная медленно двигаться в том же направлении. Младший выгибается в спине, запрокидывая голову назад. Ему хорошо, его ведет от таких ощущений, внизу живота приятно скручивает, а сердце отбывает бешенный ритм, кажется, что уже нечем дышать. Ликс жадно глотает воздух вперемешку со стонами, царапая спину Хенджина до крови. Старший рычит от удовольствия и сам слегка постанывает. Ему хочется все больше и больше, поэтому Хван начинает двигаться быстрее, набирая темп. Им не хватает воздуха, перед глазами все плывет, и оба понимают, что уже на пике. Через несколько толчков Феликс изливается себе на живот с протяжным «хен», а следом кончает и старший. Пока младший пытается восстановить дыхание и хоть что-нибудь увидеть через пелену возбуждения, Хенджин встает с кровати, чем пугает Ликса. Старший почти сразу возвращается, но уже с салфетками в руках и начинает вытирать ненужную жидкость с Феликса, и, выкинув салфетки, ложится рядом с младшим, прикрывая одеялом и сразу проваливаясь в сон. На утро Феликс проснулся в объятиях Хенджина. Старший давно проснулся и просто любовался младшим. — Доброе утро! — Доброе, — сонным голосом ответил Феликс — Как твое самочувствие после вчерашнего? — Секс — это, конечно, хорошо, но сукаблять больно… — Хван нежно поцеловал Феликса. — Прости… — Хенджин поцеловал Феликса в лобик. Между ними повисла тишина, но ее прервали частые стоны из комнаты, где спал Минхо. — Интересно, а нас так же было слышно вчера? — спросил Феликс. — Сейчас проверим… Это были самые незабываемые выходные для наших героев. И теперь так они проводили время не только, когда одни в общаге, но старались делать это тише, чем Минсоны.