Легенды Пяти Королевств

- Корону нашли! – Иван подбежал к полю для тренировки, где уже битый час Леонард пытался научить Дарину проклятой седьмой позиции, будь она неладна. – Нашли корону! - Чего? – Старший ведьмак отвлекся от тренировки и резко повернулся к торговцу, из-за чего его ученица, громко выругавшись, плюхнулась на траву. – Какую корону? - Не будь дураком, императорскую корону нашли! Вытащили со дна реки, теперь Старшой решает что с ней делать. – Иван сел рядом с воткнутым в землю мечом. – В Подстенье такой бедлам, все пытаются понять откуда она там взялась. Иван говорил правду – корону действительно вытащили со дна, правда разбираться в причине ее появления хотел только Старшой – остальные, здраво поразмыслив, решили устроить торги: все-таки мангонское золото было довольно редким явлением в этих краях. - Ты говорил со Старшим? – Ведьмак убрал оружие в сумку и помог Дарине подняться с земли, - Он ведь единственный, кто не одержим деньгами. В ответ на это Иван удивился – Старшой не одержим деньгами? Он ведь держит под собой целый рынок – половина заработка от продаж переходила именно ему. - Короче говоря нам срочно нужно под землю. И, черт, если они найдут Давида, нас всех отправят к работорговцам. *** - Приходя таким образом ко взаимному консилиуму, я могу вас заверить что… - Алиса задумалась. Говорить она прекрасно умела, но какой смысл включать все свои дипломатические способности, если напротив тебя стоит кучка свольдеровских торговцев с черного рынка? - Заверить в том что корона эта не стоит своих денег. – Помогла Мари, - Да и вообще, переплавить ее не получится… да и к тому же она использованная. Торговцы безэмоционально посмотрели на девушек, которые уже битый час пытались каким-то образом заполучить корону. - Vad de säger? – Один из островитян повернулся к своему товарищу, - Är det ett universellt språk eller vad? - Они не знают всеобщий… - Мари глубоко вздохнула, - Мы просто так тут стояли… - Мы знаем чуть-чуть всеобщего, - один из мужчин отошел от прилавка, - Но этот украшение было куплено мной и мои другом, так что не отдадим это. Алиса собиралась было что-то сказать, но ее остановило внезапное появление Леонарда. Он медленно подошел к торговцам, выразительно кивнул и принялся тихо что-то обсуждать. - Он еще и дипломат… - Маша мечтательно вздохнула и посмотрела на ведьмака. Как хорошо что она понятия не имела что Леонард выстраивал такие ругательные предложенияна своем родном языке, что у любой добропорядочной леди уши бы в трубочку свернулись. *** - Это лучшие бегонии во всех пяти королевствах, я вас уверяю в этом! – Иван протянул Старшому пару крошечных горшочков с грустно висящими цветками. – Выращены в мангонских садах, питались только водой из горных хрустальных источников. Это мой подарок для вас, так сказать в благодарность за всю вашу деятельность. Больше всего в жизни Старшой любил всего две вещи: свою кошку и цветы. Последнему он посвятил три небольшие подземные клумбы, крошечный садик возле дома и горшки на книжных полках. Коллекция его постоянно пополнялась, а все благодаря Ивану. - Спасибо, уважаемый господин, да только что ж я сделал такого? – Старшой с радостью взял горшочки, - Я просто выполняю свою работу. Кстати, расскажу я тебе кое-что… Со дна реки подняли корону… - А вот герберчики! – Иван вытянул из сумки саженцы, - Вы меня давно просили! Еще я маргаритки принес… Старшой с благодарностью принял подарок и принялся расставлять горшочки на стол и полки, где, честно говоря, и так все было заполнено точно такими же емкостями. - Так вот, о чем это я… - О цветах! – Иван устроился за столом поудобнее, - Ты говорил о подсолнухах, если я не ошибаюсь. - О каких подсолнухах? – Старшой нахмурился, понимая что тут что-то не так, - Я о васильках рассказывал, во как поперли! *** - Перекупили ее как награду за кулачные бои. – Леонард отошел от свольдеровских торговцев, - Так что бояться нечего, она у них просто как украшение. Это была правда – перекупщики-островитяне перепродали корону хозяину арены с кулачными боями, который выставил украшение как приз – такое всегда привлекало публику. Мало кто захочет драться за банку помидоров или мешок пшена, а вот за диадему из мангонского золота – это да, это приз. - Как это нечего бояться? – Давид повернулся к ведьмаку, - Как это нечего бояться? У них моя корона, это же символ власти! Да и вообще… - Ну нам что теперь ограбить их что ли? – Алиса хмуро посмотрела на парня, - У них перекупка вполне законно была произведена. Хотя можно ли назвать законной скупку краденного… - Грабить не будем! – Дарина встряла в разговор, - Будем честно участвовать, - Она оглядела девушек и отца, которые драться за корону не планировали, - Ну, я буду. «Опять понты» - именно эта мысль возникла у всех в голове. Впрочем, это было правдой. *** - Давай-давай, слева заходи! – Неравнодушный, который в какой-то момент просто появился рядом с дерущимися, чуть ли не прыгал, поддерживая Вихря, - Вперед! За Тесмоор! - Неравнодушный, если ты сейчас не заткнешься, - Девушка поспешно увернулась от удара, - Я слезу отсюда и тебе пиздов вставлю. Леонард усмехнулся, смотря на эту картину. Сражалась его воспитанница не то чтобы хорошо – но зато как старалась! Ни о каких позициях тут и речи не шло, это был чисто тесмоорский стиль сражений, а заключался он только в одном: бей что видишь и с любой силой. Правило это не слишком помогало – так Дарине уже разбили бровь, губу и нос, а ее соперник отделался сломанным ухом. - А не убьют ее? – Мари обеспокоенно посмотрела на сражающихся, - Она ж его в три раза меньше. Если не в четыре… - Она из любого душу вывернет, - Леонард улыбнулся, - Зачем ей только эта корона сдалась… *** - Во! – Ведьмачка протянула Давиду корону. Зрелище из себя она представляла довольно жалкое: лицо опухло, из разбитых брови и губ сочилась кровь, а на ногах она стояла с Божениной помощью (ну или с помощью пророка, кому как больше нравится) - Как ты ее достала? Это же… Они же… - Да а чего там доставать? Я им – хуяк! Они мне – пиздык! Но так как там был больше хуяк, чем пиздык, корону я забрала. – Гордо выпалила девушка и сплюнула слюну, смешанную с кровью, - Во как! Да, когда твой приемный отец – ведьмак, разговаривать ты не слишком умеешь. Ну и в культурном обществе тебе будут не слишком рады – а как можно радоваться человеку, который большую часть времени проводит с трупами различных животных и чудовищ. Да, в центре она выучилась играть на скрипке, что вроде как служило хотя бы каким-то культурным развитием - но играла только тогда, когда делать уже совсем было нечего. А в разгар революции разве есть такое время? - Спасибо. – Давид взял в руки украшение, - Но тебе правда не стоило этого делать. - Да ладно тебе. Это, так сказать подарок. Ну в честь возвращения. Давид улыбнулся. *** - Завтра на рассвете выходим из Подстенья. – Матеуш сделал глоток пива и облокотился о стену, - люди уже согласились предоставить нам дома в случае необходимости, а Старшой договорился о поставке оружия. Ночью выступим. - Как это выступим? - Неравнодушный панически вздрогнул, - В каком это смысле выступим? Прямо насмерть? - Ты ведь сам хотел войну, - послышался голос Дарины, - Сам говорил что хочешь гесконцев резать. - Никто никого резать не будет. – Матеуш нахмурился, - Без надобности точно. Это будет в первую очередь мирный протест – мы должны показать императору что заслуживаем этот город. Соберите как можно больше людей. Только к несчастью (а может быть и к счастью) Матеуш понятия не имел что император сейчас мирно сидит в Даринином убежище вместе с Леонардом и читает дневники кузенов. *** - Ему нужно вернуться в резиденцию сегодня же. – Иван буквально влетел в убежище, - Старшой мне все передал, если его обнаружат… - Мы хотели взять его на протест! – Дарина прикрыла собой Давида, которого Иван уже приготовился выдворить из комнатки. – Это ведь настоящий туз в рукаве! То что его назвали тузом, Давида немного оскорбило – не самый приятный комплимент все-таки. Но вступать в спор Дарины и Ивана он не решился, понимая что жизнь ему дороже. - Послушайте, - В разговор вступила Алиса, - Матеуш говорил что хочет мирного протеста, не так ли? - Ну да, все верно. – Ведьмачка кивнула, не понимая к чему клонит девушка. – А с ним-то это как связано? - Так если у вас в заложниках император Гескона, разве это мирный протест? – Удивилась аклеадорка. В протестах она многое понимала: как упоминалось раньше, родители девушки во всю вели скрытую войну против нынешнего монарха в Аклеадоре, - Вы не только не добьетесь вольности городу, но еще и доведете это до конфликта с империей, войны хотите? - Ну… - Дарина задумалась, - Ну подожди, мы же его не силой все-таки держим. Правда, Давид? Давид кивнул. Силой тут его никто не держал, да и, честно говоря, не особо собирался – даже больше, о его местонахождении тут знали только кузены. - Не держим. Но представь если бы Ероним пропал без вести, а через пару дней объявился в рядах аклеадорской армии. Что бы вы подумали? - Ну что их всех порешать надо. Ну, кроме Еронима. – Дарина пожала плечами, - Как ж еще-то делать? - Ну вот гесконцы вас точно так же порешать могут. Так что Иван прав, Давида нужно вернуть в резиденцию. – Алиса с довольным видом села за небольшой столик и принялась что-то писать: скорее всего письмо родителям в Аклеадор. Письма туда она отправляла с завидной регулярностью - а иногда даже ездила - Так пусть Иван его и проводит, он же с этой Мишелью там поставками занимается. – Предложила Мари, - Скажет что нашел его где-то в канаве, подобрал и привез вот. - В какой это канаве? – Подобное высказывание Давида возмутило, потому что в канавах он и вправду ни разу не валялся, - Я ни в какой канаве не был. - Ага. Только в колодце, - Насмешливо произнес Иван и помог его величеству подняться с кровати, — Пошли. Скажешь что ничего не помнишь. Мишель ничего и спрашивать тогда не будет. *** В резиденции Ивана встретили с размахом – заплаканная Мишель, едва заприметив на горизонте две знакомые фигуры, выбежала и самостоятельно их поприветствовала. - Господин Иван! – Девушка чуть ли не на колени упала перед торговцем, - Вы мой спаситель! Вся императорская гвардия уже и не знала что думать! - Да ладно уж, - Иван пожал плечами, - Но спасибо в карман не положишь… Вот если бы… - Я отдам двести крон! Нет, двести пятьдесят! – Мишель вцепилась в Давида, который отнесся к этому довольно холодно. – Милый, не хочешь воды? Воды Давиду не хотелось Он вообще внезапно ощутил себя прозревшим и ума не мог приложить с какого перепугу целый месяц жил вместе с этой женщиной. И тем более хотел на ней жениться. После дневников Леонарда и рассказов Маши с Алисой, Давиду совершенно не хотелось видеть Мишель – еще бы, находиться рядом со своим отравителем! - Нет. – Холодно отрезал он, - Я бы хотел отдохнуть. И чтобы меня не трогали. - Двести пятьдесят крон, будьте добры. – Иван ткнул ошалевшую фаворитку в плечо, - Это была дорогостоящая доставка, если вы понимаете о чем я. *** - В любом случае мы отправимся на Свольдер. – Леонард оглядел карту всех королевств, лежащую на столе, - Я не знаю как завершится этот ваш протест, но я уже нашел драккар, способный довезти нас до туда. Они находились в крошечном домике, находящемся прямо напротив лавки – жилище революционерам любезно предоставил какой-то мужичок, видимо приближенный Матеуша. Вообще жители города с радостью присоединились к крошечной группировке, намеренной вернуть Кастель на его историческую родину. Дома покидались стихийно: женщины и дети либо переходили в Подстенье, либо тайно выезжали из города, а их дома заполняли люди с факелами, мечами и бело-зелеными флагами. Старый флаг, кстати, был выбран не случайно: Ероним предложил его для того чтобы люди, идущие протестовать, делали это не ради отдельных герцогств, а ради единого государства – их единого государства. - Но как же Матеуш? – Девушка, до этого помогавшая Маше с Алисой с заточкой мечей, повернулась к Леонарду, - Он же… - С ним я договорился. Мы примем участие в сегодняшнем восстании, но вот дальше – ни за что. Тем более если это перерастет в вооруженное столкновение. Как только Матеуша вспомнили, он сразу же решил объявиться – причем не один, а вместе с Неравнодушным. - Готовы? – Мужчина деловито прошел по комнате, - Скоро выходим. Мечи лучше припрятать, не стоит сразу показывать что у нас есть оружие. Солнце уже начинает заходить. Выпалив эту тираду, Матеуш тут же исчез в дверях – Неравнодушный кивнул и последовал за ним. - Странные они. – Алиса накинула капюшон плаща на голову, - Мельтешат-мельтешат, а ничего нового так и не сказали. *** Мишель билась в истерике. Истерила она долго, громко, и жалобно – да так, что все резиденция сочувствовала молодой фаворитке. Хотя делала она это не беспричинно – дело было в том, что Давид, едва только проснувшись, заперся в кабинете и что-то деловито там расписывал, изредка советуясь с председателем Верховной Канцелярии. - Он наверняка себя убивает! – От обеда Мишель отказалась, сославшись на серьезные волнения. Волновалась она, конечно же, не из-за здоровья и жизни своего любимого, а потому что она до сих пор была всего лишь фавориткой, а не женой или хотя бы невестой. То есть потому что корона ей никаким образом не светила. А еще ее напрягали постоянные депеши, отправляемые в Гескон – Давид никогда так часто не писал на родину. Хотя, возможно, дело было в несметном количестве амнезиаков. Но ближе к вечеру для ее волнений появилась новая причина – стражник. Стражник, сообщивший о беспорядках в городе. Мишель хотела было покинуть город, надеясь что погромы продлятся недолго - мало ли по какой причине эти свинопасы решили повыступать. Но ее остановили. - Госпожа Мишель, - Капитан императорской гвардии остановил девушку, - Его величество приказал вас никуда не отпускать. Мишель мечтательно вздохнула - видимо он все же думает о ней! Думает и переживает! - Обыскать комнату. - Резкий холодный голос Давида заставил ее дёрнуться, - Найдёте что-то, похожее на амнезиаки - тут же отправить в кандалах в исправительный центр. Мишель тут же прошиб холодный пот. Она поняла что забыла спрятать целую партию новых крошечных бутылочек. *** Они стояли прямо под резиденцией. Моросил мелкий дождь, лица бунтующих освещали редкие всполохи пламени от факелов. Но, несмотря на это, люди стояли. И требовали. Требовали на двух языках: тесмоорском и всеобщем, но, правда, требовали, всего одну вещь – Вольность. - Не даст. – Прошептал Иван, вглядываясь в ярко горящие окна спален, - Не выйдет он. Да и зачем ему это? - Должен выйти. – Маша закуталась в плащ, стараясь скрыть лицо, - У нас если в Мангоне протестуют… - Это не Мангона. – Лаконично отрезала Алиса. – Тут порядки другие. Порядки действительно были другими – император выходить не торопился. Да а кто будет торопиться, понимая что снаружи стоит куча недружественных крестьян? - Если не выйдет, я его вытащу сама и… - Далее Дарина произнесла неприличное предложение на тесмоорском, суть которого сводилась к тому, что если император не выйдет, ему будет очень плохо. Ну очень плохо. - Достать мечи? – Неравнодушный посмотрел на Матеуша. А Матеуш мечи доставать не слишком хотел – он прекрасно понимал, что сила все-таки не равны: да, их было много – но все они были ремесленниками и крестьянами. Не чета императорской гвардии и кастельской страже. - Скоро уже солнце взойдет. – Неравнодушный боязливо поежился, - Может пора? - Пора. – Матеуш повернулся к толпе, - Братья мои тесмоорцы! Однако крик его потонул в удивленных возгласах. - Вышел. – Иван стянул капюшон с головы, - Император вышел. *** - Граждане Тесмоора! – Глашатай отошел от балкона, - Король говорит! Король, немного побаиваясь, вышел на балкон. Побаивался он по двум простым причине: два недовольных ведьмака смотрели ему чуть ли не в глаза, а окружали ведьмаков не слишком довольные граждане Кастеля. - Я долго думал о том как именно мне поступить, - Давид вгляделся в бумагу с рукописью, будто надеясь найти там спасение. - однако недавние события в моей жизни очень повлияли на мое решение. - Че-то он юлит… - Дарина провела рукой по ножнам, - Нет бы сразу сказать: «Отдаю Кастель Тесмоору», а то одна болтовня. - Не разбираешься ты в сортах политики. – Иван ухмыльнулся, - Сейчас вот полчаса поболтает и скажет. - Таким образом, я и верховная коллегия пришли к следующему выводу: усиление Парламентарной власти в Гесконе. – Давид облегченно вздохнул. - Ага. А с Кастелем-то чо? – Послышался голос из толпы, - Мы ж тут ради этого и собрались. - А, ну… - Император пожал плечами, - Тут уж как парламент решит. - Не отдашь Кастель, жопу на голову натянем! – Раздался еще один голос. Давид прикинул – жопу на голове ему не слишком хотелось. - Так как я, кроме всего прочего, отказываюсь от свадьбы, Кастель не может на легитимных основаниях перейти к Гескону. Так что… Итог приказа потонул в громких радостных криках тесмоорцев – у них получилось. - Отправьте письмо Ерониму. – Матеуш радостно улыбнулся, - Мы это сделали. *** - А теперь честно говори, - Иван посмотрел на Давида, с радостным видом восседавшего на козлах, - Чего это ты от престола отрекся? - Ну не отрекся… - Парень принялся настраивать лютню. – Да и вообще, у меня тут свои причины. Дашь порулить кстати? - Ты от ответа-то не уходи, - Торговец все-таки протянул другу вожжи, - А проблем не боишься? Взял и режим сменил. - Да не могу я так! – Давид нахмурился, - Не могу! Я не правитель, понимаешь? Да и тем более в замке конечно хорошо, но я не привык к такому. Вот с вами ездить – это конечно другое дело. А сидеть и приказы разбирать – это такое странное, унылое. Иван улыбнулся – да, он и сам не любил сидеть на месте – потому и купил эту телегу. Да и парламентаризм в Гесконе его устраивал – все лучше глупых императоров-гесконцев. - Не забудьте потеплее одеться! – Леонард подъехал поближе к телеге, - На Свольдере ужасный холод! Кстати, а чего это вы в кювет едете? - Давид! – Иван вырвал у парня из рук вожжи, - А ну отдай, тут товара на тысячу крон! Что-то никогда не меняется.