Умари - моё маленькое солнышко...

Прошла уже примерно неделя, после неожиданных родов Деку. Так как ему сделали кесарево сечение, то для его же блага, будет лучше полежать пока что в больнице, до того, когда рана на животе не затянется. Малышка Умари тихонько себе посапывала в маленькой кроватке, которая была любезно предоставленна больницей, но в большинстве случаев, толку в ней было мало, ведь девочка всё время хотела быть на ручках. Новообретённый отец понимал, что нужно подготовиться и чем быстрее тем лучше. Закупиться много какими вещами для своей дочери, такие как кроватку, одежду, пустышки, бутылочки, побрякушки и много чего из этого списка и тому подобному. Он решил, что во чтобы то ни стало, будет растить свою малышку сам. Возможно по началу будет сложно, ведь воспитание ребенка и работа, вещи не совместимы. Именно здесь, помощь мамы он примет с удовольствием. Мидория любовался своей дочерью. Её маленькие ручки, ножки и тельце были словно у куклы. Видеть такое перед собою, для героя казалось чем-то сверхестественым. Было чувство, что если на неё немножко надавить, то она сломается. Этого он допустить не мог ни как. Изуку решил пройтись по палате, так как для него сейчас это очень необходимо, ведь после этой операции нужно побольше двигаться. Белые стены комнаты заставляли Мидорию скучать за своей уютной квартиркой, которую он купил на заработанные потом и кровью деньги. Как бы он хотел сейчас понежиться в мягонькой кроватке... Запах медицинско спирта немного щекотал нос. Эти спокойные несколько дней, были для Деку чем-то чужим. Он уже давно не жил столь умиротворённо, ведь каждый день, не смотря даже на то, выходной или рабочий, он всегда кого-то спасал. А сейчас парень должен быть крайне осторожен в своих действиях, ведь у него появилась маленькая кроха, которую он, как герой и в первую очередь как отец должен защищать. Пронзающий уши плач малышки раздался на всю больничную комнату. Деку, в мгновении ока уже был возле неё, пытаясь понять, в чём она нуждается, вспоминая всё, о чём ему говорили медсестры... — Ей уже пора кушать — спокойно входя в палату, сказала Инко. Услышав родной голос, Изуку спокойно выдохнув, выбросил всё беспокойство, что до этого окружило его. Мидория с благодарным взглядом смотрел на свою мать. Если бы не она, парень бы пропал. Изуку акуратно взял на руки свою дочь. Его лицо накрыла гора смущения, которую он испытывает, каждый раз, когда делает это. Все эти действия, поучения и новые знания, были в новинку для его персоны. Но не делать этого он не может. Деку поднял футболку, оголяя свою грудь. Он смотрел на заплаканное личико свой дочки. Как же сложно быть ребенком. Приблизив Умари ближе к себе, парень, прислонил её к своему соску, давая малышке возможность выпить очередную порцию молока, которую он даёт ей каждый час. Сейчас именно тот период, когда ребенка нужно кормить, как минимум, двадцать раз в сутки. Эта особенность его тела, способность кормления грудью, появилась сразу, как только родилась Умари. Словно его тело специально перестроилось под малышку, ведь как говорят, молоко матери подходит ребенку лучше всего. Грудь Изуку так и оставалась плоской, но колличества молока, которое вырабатывает его тело, было достаточно. Пусть и выглядит странно, но для Деку, это намного лучше, чем давать другим незнакомым матерям кормить своего ребёнка. Если малышка благодаря его собственному молоку будет здоровой, то это можно и пережить. Ему казалось, словно эта дарованная возможность быть ближе к своему ребёнку, благословение свыше. Умари активно двигала своими ручками-кулачками, посасывая грудь отца, издавая "цмокающие" звуки, наслаждаясь своим очередным приёмом пищи. Её глазки внимательно рассматривали свою "мамочку". Она изучала каждый его сантиметр лица, переодично улыбаясь во время кормления. Деку так же смотрел на свою малышку, высматривал схожести с ним. И их он нашёл. Маленькая копна тоненьких блондинистых волос, стырчали в разные стороны, словно ёжики. Это делало её очень смешной и до безумия милой. Глазки-пуговички имели гетерохромию. Один глаз был зелёным, как у Деку, а второй голубым. На мягеньких щёчках виднелись маленькие пятнышка-веснушки, что по всей видимости передались ей от отца и в дополнение форма глазок точно какая же. Она смотрела на всё вокруг изучающим взглядом, так же, как и Деку, когда тот узнает что-то новое о причудах других людей. Наконец малышка наелась. Мидория, придерживая её маленькую головку и спинку, притулил к своей груди, давая возможность сделать отрыжку. После сделанного дела, Деку положил её в кроватку. Нужно было поменять пеленки. Так как Умари ещё слишком маленькая, подгузники могут навредить её нежной коже. По этому, до определенного срока, Деку решил, что лучше попользоваться пелёнками. Так намного спокойнее. Девочка засияла своей беззубой улыбкой. Её ручки тянулись к своему отцу, при этом издавая милые детские звуки. Мидория не мог ею не налюбоваться. Кто бы знал, что мамины слова о счастье рожденния ребенка будут настолько правдивы. Он не мог не улыбаться ей в ответ. — Изуку, держи. Я принесла все твои вещи и телефон в том числе. Ты его дома в спешке забыл. Да и пока рано тебе с больницы выходить, по этому останешься здесь ещё на некоторое время. — Инко тихонько передала вещи своего сына, пытаясь не потревожить хорошое настроение свой внученьки. Её нежный взгляд остановился на маленькой девочке, что сияющими глазками смотрела на всё вокруг, посасывая свои пальчики. — Вот так Инко осторожно всунула малышке пустышку, на колечке которой были маленькие и белые ушки кошечки. То, как она посасывала только что приобретенный подарок, выглядело очень мило. —Изуку, надеюсь, ты позволишь выбор кроватки и прочих вещичек, сделать мне?— взгляд матери Героя засияли маленькими огоньками. В таком состоянии, Мидория знал точно, что не способен ей отказать. И сделав лишь лёгкий кивок, Инко поцеловав своего сына в лоб, уже испарилась. Изуку снова посмотрел на дочь, что сжимала и разжимала свои маленькие пальчики, что-то бубня самой себе. Пока она увлечена изучением себя, Деку решил проверить сообщения. Но как только он включил телефон, то сразу об этом пожалел. Целая куча пропущенных звонков и непрочитанных сообщений. Больше всего их было от Бакуго и Тодороки. Даже страшно цифру называть, насколько она огромная. Мидорию пробрала очень страшная дрожь. Если первому он позвонит Каччану, то тот даже через телефон сможет высосать его душу и избить до полусмерти, по этому правильным решением для себя, он выбрал звонок Шото, ведь тот более спокойней примет всю эту текущую ситуацию и возможно объяснит всё Кацуки. Телефонный гудок был для Мидори словно марш смерти. Но он успокаивал себя, что всё будет хорошо и они поймут...хотя такую ситуацию невозможно понять сразу. Даже врачи до сих пор не отошли от того, что произошло неделю назад. И благодаря этому шоку, журналисты ещё не успели вынюхать это событие. Да и всем было страшно говорить хоть слово об этом, ведь директор пригрозил им увольнением. Наконец трубку кто-то поднял. — Ал... — *ГРЕБАНЫЙ ДЕКУ, ГДЕ ТЕБЯ ЧЕРТИ НОСЯТ!?* Лицо Мидории мгновенно побледнело. На его самые огромные опасения, трубку поднял Бакуго. Как зеленоволосый и предпологал, его друг был взбешён по самые кончики волос. — К-каччан, Я-я это...— Изуку пытался сделать свой голос как можно серьёзнее, но аура убийцы, что исходила из телефона, не позволяла это сделать. — *ЧЁ ТЫ ТАМ МЯЛИШЬ?!* — Кацуки был на взводе. Было слышно, что на другом проводе, возле него был Шото, что пытался хоть как-то его успокоить, но Бакуго всё продолжал разглагольствоваться. —*Я И ПОЛОВИНЧАТЫЙ ЗВОНИЛИ ТЕБЕ ДОХУЯ РАЗ! НЕУЖЕЛИ БЫЛО ТАК СЛОЖНО ОТВЕТИТЬ? ТЕБЕ ДЛЯ ЧЕГО МОБИЛА БЫЛА ДАНА? ИЛИ МОЖЕТ ТЕБЕ ЭТОТ ГРЕБАНЫЙ ТЕЛЕФОН В ЗАДНИЦУ ЗАСУНУТЬ, ЧТО Б НАВЕРНЯКА? А?*— парня разносило не по детски. Кажется, что он словно сейчас выплёскивает весь свой негатив, что собрался за эту неделю, пока Деку не отвечал. Но почему он так бесится? – Каччан, я просто... – *ЧЁ?* – он опять выходил из себя – Я это.. – Мидория не знал как об этом лучше сказать. А вдруг тот не поймет. А что если он начнёт высмеивать его? А что если они отвернутся от него после этого? "Нет, нельзя так думать. В нашем мире много странностей. Все будет нормально. Пусть эти двое и тугодумы, они не из тех, кто будет смеяться над подобным" Деку наконец привёл свои мысли в порядок, вдохнув побольше воздуха. На втором конце слышалось, как Шото пытался забрать свой телефон, что бы спокойно поговорить, но Кацуки ещё не выговорился. Его бесило то, что Деку не может прямо сказать то что хочет. — *БЛЯ, ДА РОЖАЙ УЖЕ!* — Так именно этим я и занимался — молчание повисло на обох концах проводов. — *Что ты делал?* – Тодороки наконец выхватил свой телефон с рук блондина, что сейчас застыл на одном месте, словно камень. — Рожал – с полной серьёзностью в голосе проговорил Мидория. —*Кого?*— на автомате, даже не переосмыслив информацию, что он получил до этого, спросил половинчатый. Кацуки всё так же молчал, вслушиваясь в разговор не шевелясь. — Девочку — Мидория сдедал небольшую паузу. — И очень милую. Верно, солнце — зелёноглазый парень обращался к своей очень сосредоточенной дочке. Она, словно отвечая, издала радостный звук на подобе "агу". Её маленькие ручки снова потянулись к своей "мамочке". Мидория, прижав телефон между ухом и плечом, взял свою малышку на руки. Слыша на второй стороне провода лишь тишину, он продолжил . —Это не шутка. Приходите в больницу, я всё объясню. Адрес кину на почту. Отключаюсь. — как только на стороне Деку послышались гудки, телефон Шото с громким стуком, выпал из его рук.