Пятый ребенок

      Пройдя в комнату Кубы, Беларусь увидела две кровати, одна из них принадлежала Великофранции, а вторая — ее брату. Комната была довольно темной из-за дерева, которое было у окна. Но обстановка была в целом приятная: персиковые стены и голубые шторы делали свое дело. Осматривая помещение, Белоруссия заметила, что все это время на нее смотрел Куба, но как только он заметил, что его раскусили, он отвернулся в другую сторону. А она начала краснеть. Ну как тут не краснеть, если объект симпатии все время смотрит на тебя и отворачивается, когда ты смотришь в его сторону? Вот именно, никак! Великофранция же во время «тупизны» своих друзей уже прошла в комнату и села на кровать. Чтобы «разбудить» своих друзей, девушка внезапно крикнула: — Good morning! — А я и не спала. — быстро ответила Белка. — И незачем так орать! — съязвил Куба. — Yep, willingly believe. Ну так, чем займемся, пока краска сохнет? — спросила англичанка. — Может, в карты? — предложила подруга. — Ok. — Хорошо.       Следующие полчаса друзья искали карты. Они уже хотели забить, но славянка заметила, что они лежат на столе. Как только вся компания увидела их, им стало неловко из-за того, что они такие невнимательные. Следующий час Беларусь провела, обьясняя правила игры «в дурачка с переводным». Так, за картами они просидели еще где-то час, после чего Белоруссии на телефон пришло сообщение от Азербайджана. — Привет, а ты сейчас где? — В гостях у подруги, а что? — Да тут это... Просто... Короче, Лайка умерла. — Как умерла? — в этот момент на экран телефона начали капать слезы и было слышно тихое шмыгание носом. Сложно пережить потерю любимого питомца, который был вместе с тобой всю твою жизнь. Животные — это не страны, они не могут жить вечно. К сожалению. — Беларусь, что случилось? — спросила подруга. — Л-Лайка у-умерла. — сквозь слезы сказала Белка. Она любила эту собаку, но ничему не суждено быть вечным. В момент, когда Беларусь закончила фразу, Великофранция изменилась в лице. Она не очень хорошо, но все же знала эту собаку. Она знала, что собака была очень преданной и послушной, в детстве она даже катала подруг на своей спине. Понять каково это англичанка не могла: им отец запрещал заводить домашних животных (хоть у самого был корги), но посочувствовать подруге она могла. — Ну-ну, не плачь. Все будет хорошо. Пойми, ее уже не вернуть... — от этих слов у славянки встал ком в горле. Она посмотрела на свою подругу и начала рыдать взахлеб. А что делал в это время Куба? Ждал, пока его сестра вгонит Бел в истерику (Велфран не умеет успокаивать, это даже ежу понятно). — Посмотри, что ты наделала! Ей ведь нужна поддержка! — ругал свою сестру парень. После этого он подошел к Белоруссии и крепко ее обнял. От неожиданности она даже перестала плакать, но потом рыдания начались снова. Парень начал гладить ее по голове, и она ответила на этот жест внимания — просто обняла в ответ. Через полчаса таких рыданий девушка успокоилась и заснула. — Well, what will you do next, «prince»? — Тише, не видишь, она спит? И я уверен, еще немного, и я влюблю ее в себя! — Good, now you just need to know her attitude towards you? — Конечно, я не переживу, если она откажет мне. Ты узнала есть у нее личный дневник или нет? — No, it’s personal in order to keep it a secret. — Эх, понятно все с тобой. Мне ее еще перетащить надо.       Беларусь спала где-то 2 часа. Все это время ей снилась пустота, такая глубокая и завораживающая. Нет, она не была такой, которую мы все видим, закрыв глаза. Она видела совсем другую. Как будто в мире погас весь свет и осталась только одна темнота. Время во сне бежало чуть быстрее чем в реальности, примерно в 2 раза. И для нее прошел всего-то час. Проснувшись, она увидела разговаривающих друзей. Они говорили о ней? В этот момент она прислушалась и притворилась спящей. — Если все пойдет не по плану, то надо будет идти на отчаянный шаг! — Good, and what do you suggest? — Просто будем донимать ее до вечера, потом она устанет. Ты предложишь ей остаться с ночевкой, я пойду сидеть под дверью, а ты в это время действуй. Понятно? — Of course, I’m not so dumb as someone. — Кажется она проснулась. — Уааа, а который час? — включив все свое актерское мастерство, говорила Беларусь. Ей было очень страшно, ведь ее друзья напоминали ей двух маньяков. — Пол пятого. — бросив взгляд на часы сказал Куба и добродушно улыбнулся. — Елки-палки! Там, наверное, уже дом горит! — уже не притворно сказала девушка. — Спасибо за гостеприимство, но мне пора! — And I thought you were staying the night… Ой, то есть, ты останешся на ночевку? — взяла ситуацию в свои руки «подруга». — Хорошо, только нужно у бати отпроситься и за мелкими приглядеть… — Ты остаешься на ночевку, да или нет? — зажав Белку в угол парень. Он поставил свои руки рядом с плечами, тем самым закрывая все пути выхода. При этом, он нависал над девушкой, из-за чего ей стало очень страшно. — Да, останусь. Я думаю, что они и без меня справятся! — идя прямо в пасть к зверю (как ее и учил отец), ответила девушка, отталкивая от себя парня. Такой реакции он не ожидал. Его кореш один раз так девушку кадрил. А та беспомощная девушка дрожащим голосом ответила положительно. Но Беларусь была не пугливая и очень бесстрашная (по его мнению). Это его в ней и привлекало (естественно после лица и того подобного). — Хорошо, может, тогда уже поедим? — спросил парень, думая о «более важных» вещах. — Куба, тебе только есть и есть! — ворчала сестра. — Я не против.       Наша троица пошла в сторону кухни через длинные коридоры со множеством дверей. У каждой из них стоял столик с каким-нибудь декором. На одном стояла ваза, на другом статуэтка. Освещение в этих коридорах было довольно тусклое, но для Белоруссии в самый раз. Дойдя до кухни, были видны все те же белые и большие двери с позолотой. Как только они зашли в зал, их встретил дворецкий. Он был в черном пиджаке, в белой рубашке и в черных штанах. — Чем могу быть полезен? — просил дворецкий. — Dinner for me, something light, but they probably… — Картошку фри! — в унисон сказали Белорусь и Куба. — Кхм, and french fries. — недовольно сказала Великофранция. — Один момент. — сказал дворецкий и ушел.       Следующие полчаса друзья ждали приема пищи. Особенно Куба. Он обычно очень много ел, хоть и оставался в отличной форме. И вот уже на столе находятся столовые приборы и еда. — Вкусно! — сказала Беларусь, смотря на огромную тарелку картошки фри. — Согласен. — ответил парень. — Угу. — сказала англичанка, ковыряясь вилкой в своем салате.       После вкусного обеда друзья пошли в комнату Кубы. Почему славянка вела себя как ни в чем не бывало? Потому что она искала пути, как сбежать из этого дома. Ну так, на всякий случай. Уже в комнате Беларусь села писать сообщение брату. --Приветик, Казахстан! --Привет, что нужно? — Я тут просто у друзей с ночевкой. Передашь бате? --Хорошо, БНР) --Я же говорила чтобы ты меня так больше не называл! --Ладно, пока. --Пока. — Кому писала? — поитересовался Куба. — Брату. — ответила Белка. — Хорошо.       Так они просидели до вечера. Настало время ложиться спать. Куба отдал свою кровать в распоряжение девочек, а сам вышел за дверь. А девушки остались наедине.