новые воспоминания.

      Перед глазами темнота и тишина. Мертвая. Словно не существует понятия "шум" и "жизнь". Он умер? Неужели жизнь прекратилась, и смерть наступила так неожиданно? Конечно жизнь завершается у каждого по-разному и в определенное время, но чтобы настолько рано? Столько всего не сделано, не исправлено... Хотя, а не этого ли ты добивался? Жизнь же такая хуевая штука в твоём представлении, значит потерять её это не такое уж и страшное событие. Единственное, что тревожит, так это то, что очень смешно умер из-за обычного похода в продуктовый магазин.       Однако что-то происходит, то ли нашествие инопланетных тел, то ли апокалипсис или чудо, но рыжеволосый начинает постепенно и медленно открывать глаза. Конечно веки казались сейчас жутко тяжёлыми, но парень всё равно старается поднять их полностью. Немного жмурится от яркого света, что проникает через светлые жалюзи и падает прямо на его лицо и подушку, игнорирует эту ужасную боль в голове и мутное изображение. Почему-то всё вокруг такое...размытое? Он смотрит на масляную картину художника или на внешний мир всё-таки?       —Фух, ты очнулся, ебать я за тебя переживал, Дань. Не пугай меня так больше,—выдохнув, протягивает темный силуэт, стоящий у кровати. Кашину приходится сщуриться и помолчать примерно минуту, чтобы понять, что это никто иной, как Руслан. Что ж, одно знакомое лицо есть рядом, значит уже спокойнее.       Данила всё же приходит в себя полностью и тут же подносит татуированную руку в голове, щупая чуть поодаль от челки бинт. Хмурится, слишком сложно сейчас вспомнить что-либо, ведь эта головная боль по всему черепу просто не даёт покоя, чёрт её побрал.       —Рус, а...где мы?—хрипло спрашивает голубоглазый, внимательно смотря на Тушенцова и пытаясь чуточку приподняться. Все таки тело тоже немного ломило, оно и неудивительно, ведь юноша после удара ещё неплохо так упал прямо на твердый асфальт.       —А ты не помнишь?—интересуется кареглазый друг, но его тут же озаряет, отчего он даже несильно стукает себя ладонью по лбу, —Ну конечно не помнишь, ты же по голове получил...       Руся отходит от койки ничего не понимающего друга, а сам спокойно берет пластиковый стаканчик с водой, которые принесли врачи и оставили на тумбе на всякий пожарный.       —Я подобрал тебя, точно не знаю, что с тобой случилось, но бошка у тебя была знатно попорчена,—отвеяает Тушенцов, протягивая товарищу тот самый стакан воды, который тот берет дрожащими руками и жадно выпивает. Только вот самому Дане крайне сложно ответить, что же на самом деле случилось, он ведь не помнил...

flashback

      Включенная в колонках песня какого-то репера сменяется на рекомендации ВКонтакте, пока стрелка часов переваливает за десять вечера. Сидящий за столом Руслан всё же откладывает телефон и тяжело вздыхает, когда в очередной раз не дозванивается до друга. Слишком уж долго его не было, для Дани просто вообще непривычно уделять на поход в магазин так много времени, именно по той причине Тушенцов и запереживал.       —Даже в магазин нельзя отправить, блять, я хуею,—недовольно чертыхаясь себе под нос, русоволосый вырубает телевизор с музыкой, а сам уже накидывает на плечи ветровку. Хватает запасные ключи от квартиры Кашина и совсем скоро сам оказывается на темной и прохладной улице.       —Сука, Кашин, когда я тебя найду—дам тебе пизды, клянусь матерью,—продолжая недовольно шептать себе под нос, Руся спокойно идёт вдоль улиц, уже представляя, каких пиздюлей вставит лучшему другу за то, что за ним пришлось сейчас ещё и выйти в такое время.       Парень двигается по направлению к магазину, но перед этим взгляд невольно падает на арки многоэтажек и деревья, вдруг Даня остановился и решил перекурить лишнюю сигаретку? На него это вполне похоже. Однако терпение Тушенцова, увы, не бесконечное. В один момент он останавливается у стены многоэтажного дома, немного заходя под арку и даже сплевывая в сторону от переполняющей внутри злости.       —Блять, Дань, ну ты пиздец молодец, конечно,—продолжает негодующе шептать себе под нос кареглазый, а сам всё же достает из кармана джинс телефон, решая попытать удачу и ещё раз совершить звонок другу, надеясь, что он ответит, точно скажет, где находится и все ночные похождения на этом и закончатся.       Однако вместо привычного хриплого голоса парня Руся вдруг улавливает едва слышный звук вибрации телефона неподалеку. Немного теряется и тут же начинает оглядываться, неужели кто-то есть с ним рядом? И надо же, какое совпадение, что он начал звонить и в это же время кто-то совершил звонок на чужой телефон.       Сердце не на месте, потому Тушенцов проходит дальше и хмурит брови, однако стоит ему пройти в какую-то неизвестную подворотню, как вдалеке виднеется знакомая ветровка. Гаджет выпадает из руки кареглазого, а сердце уходит в пятки от картины, которую увидишь не каждый день. Её даже сейчас не хотелось видеть.       —Твою...мать!—первое слово было сказано испуганным шепотом, а второе юноша будто специально со злостью выкрикнул, подпрыгивая к телу рыжеволосого парня, коим и являлся потерянный Даня.       Руки трясутся, Руслан замечает кровь, а в голове столько вопросов. Кто это сделал? Что произошло? Сколько он здесь пролежал? Парень подносит татуированные пальцы к шее друга, улавливая слабый пульс и тут же выпуская облегченный выдох из груди.       —Только попробуй сдохнуть, пидор,—шепчет русоволосый, поднимая телефон с разбитым экраном, благо не сломанный, ведь после этого Тушенцов спокойно вызывает скорую, а по прибытию белой машины с бригадой медиков взваливает товарища на носилки, благополучно доставляя того в больницу.

flashback end.

      —Ну вот и как-то так ты попал сюда...—пожимая плечами, заканчивает рассказ кареглазый, пока рыжеволосый потерянно смотрит в сторону, облизывая пересохшие за всё это время губы. Не мог поверить во все сказанное, ведь вчерашний день помнил совершенно не так.       —Я...я вообще не понимаю, о чём ты говоришь. Ты разве вчера у меня был? Я просто помню только, что...—однако Данила резко прерывается и поднимает свой удивлённый взгляд на сидящего рядом парня. Будто сейчас Кашина осенило, и он понял одну из самых сложных и нерешаемых в мире вещей. Увидев это, Руся тут же молча и в ожидании поднимает брови, надеясь, что голубоглазый всё же вспомнил хоть что-нибудь.       —Срочно...срочно позвони Лизе. Или...или дай я позвоню,—рыжеволосый почти вцепился в руку лучшего друга, пока в глазах читалось волнение и желание, дикое желание позвонить, видимо, этой самой Лизе. Судя по всему, в голове юноши всё же всплыли моменты совсем другого дня, в котором и участвовала девушка с вышеупомянутым незамысловатым именем.       —А...блять, Дань, ты серьезно или прикалываешься? —Руслан сначала давится воздухом, но после нервно усмехается, действительно приняв это за шутку, ведь он знал правду,—Вы же...       —Позвони Лизе. Она, блять, наверное переживает за меня жутко! Тебе так сложно!?—рыжик сводит светлые брови к переносице и уже строго и исподлобья смотрит на юношу, который очень даже хотел бы отмахнуться, но понимал, что другого выбора у него не будет. Потому тот вздыхает, прикрывает глаза и всё же достает телефон, поднимаясь с места.       —Ок, ладно, ты сам напросился, только не смотри на меня так, Христа ради прошу,—после этих слов кареглазый всё же выходит из палаты. Долго мнется на месте, после совершает контрольный звонок, пытаясь перебить орущего в трубке человека и вечно подбирая слова, дабы вкратце описать сложившуюся ситуацию. И это, к слову, очень сложно, но получается.

***

      Едва уловимые шаги раздаются в больничном коридоре, пока подошва потёртых черных кед оригинальной фирмы Найк мягко ступает по кристально чистому полу. Быстрой и уверенной походкой к одной из палат идёт невысокая русоволосая девушка. Белый халат наспех накинут на хрупкие плечи, прикрывая персиковую толстовку, густые брови нахмурены, а взгляд зелёных глаз слишком уж сосредоточен и то и дело цепляется за двери палат и проходящих мимо врачей. Лиза слишком зла, но в то же время находится в сильном недоумении, что видно по её физиономии.       Наконец, Неред замечает знакомые цифры и всё же подходит к одному из людей в халатах, дабы уточнить, мол, "Здесь Данила Кашин находится?"       —Прошу прощение, а вы кем пациенту приходитесь?—чисто для интереса спрашивает мужчина, на что Лиза тяжело вздыхает и недовольно закатывает глаза, ведь всё это говорила ещё в регистратуре.       —Я бывшая девушка Данилы и, извините меня за выражение, очень хочу дать пизды и Кашину, и Тушенцову, который с ним сидит. Потому что их шутки уже давно зашли далеко и если они захотели таким жестоким образом пошутить надо мной по поводу собственного здоровья, то это, блять, нихуя не смешно,—русоволосая забивает на мат и тут же старается пройти мимо лечащего врача, но тот вновь оттаскивает за плечо особу, что сейчас была вся на взводе.       —О чем вы говорите вообще, девушка? В таком состоянии я точно не пущу вас к пациенту,—строго проговаривает доктор, на что зеленоглазая разводит руками и вновь нервно выдыхает.       —Понимаете ли, я с Даней рассталась год назад, и сейчас мне звонит его друг и говорит, мол, приедь, ему плохо, он тебя зовёт. Я же знаю, что это очередная шутка этих двух долбоебов, чтобы я пришла, они наверняка и вас подговорили. Сколько заплатили, кстати?—вдруг Неред переключается на темноволосого мужчину в халате, а тот лишь издает тихий смешок, покачивая головой и открывая свои записи.       —Я понял, видите ли...никто тут никого не разыгрывает и не шутит. Мы как раз ждали вас...Данилу нашли на одной из улиц с серьезной травмой головы. По нашим наблюдениям он забыл последний год своей жизни и сейчас для него существенно то, что происходило с ним до этого времени. Это сложно объяснить, знаю, но от вас требуется только помощь в самом важном: в выздоровлении. Если он по-прежнему считает вас своей девушкой, как год назад,—подыграйте ему,—после этих слов Лиза уже приоткрывает рот, дабы начать возмущенную речь, однако мужчина поднимает руку и жестом её прерывает,—Не волнуйтесь, это не надолго, память скоро вернётся и всё встанет на круги своя. И да, даже если вы будете пытаться сами напомнить ему правду, он либо вам не поверит, либо вы слишком покалечите не только его голову, но и психику, поэтому, правда, настоятельно рекомендуем, нет, просим вас помочь молодому человеку в восстановлении и вести себя, как это было год назад,—он даже смягчает тон, с надеждой в глазах глядя на русую.       —Но это только ваш выбор,—добавляет в завершении и уже собирается уходить врач её бывшего парня.       А она стоит, не в силах что-либо произнести и лишь прикусывает внутреннюю сторону щеки от нервов. С одной стороны она по-прежнему обижалась, ведь Кашин сделал столько плохого в их отношениях и в её жизни, а с другой он всё равно был для неё не чужим человеком, она много о нем знала, вспоминала и хорошие моменты. И всё же Лиза не была настолько бесчувственной сукой, чтобы так подпортить жизнь знакомому человеку.       —Я...ладно, давайте попробуем что-ли,—все же на выдохе соглашается зеленоглазая, прикрывая глаза и устало потирая переносицу большим и указательным пальцем. И только после этого ответа и спокойного тона врач с большим удовольствием пропускает её в палату.       Перешагнув порог белого и светлого помещения, Неред тут же ловит на себе взгляд двух знакомых парней, которые, судя по всему,до этого о чем-то мирно беседовали. Как же она давно не видела человека, что сейчас лежал на койке...От этих взглядов становится не очень комфортно, бегут лишь мурашки по спине и проходить дальше или заводить разговор вовсе не хочется, особенно после воспоминаний, которые эти двое ей подарили после расставания с рыжеволосым гадом.       —Лиза? Солнышко моё...—хрипло, но с какой же теплотой и любовью были сказаны эти слова Даней. В них было и удивление, и нежность, и трепет, и даже детское счастье, которое бывает таким же наивным и по-настоящему светлым.       Юноша настолько радуется визиту этого человека, что подрывается с больничной койки и совсем не рассчитывает резкость своих движений. Из-за головокружения ноги рыжеволосого подгибаются, и он бы обязательно ещё раз хорошенько ударился лицом о твердый пол, если бы не стоящий рядом Руслан, который вовремя успел подхватить друга за руку и удержать его на своих двоих.       Однако и это не остановило Кашина. Он все равно вырывается из хватки Тушенцова и кое-как подходит к удивленной Неред. Мужские руки тут же обвивают женскую талию, из-за чего русоволосая невольно вздрагивает и дёргается назад, а рыжая голова устало падает на хрупкое плечо. Лицо Данилы застывает в улыбке, он действительно думает, что это его любовь, что она по-прежнему любит его так же, как и он её. Зарывается своим веснушчатым носом в плечо любимой Лизы, пока рука поглаживает всё такие же мягкие и шелковистые русые волосы. Она до сих пор пахла морским бризом и ароматом свежих лесных цветов её любимого шампуня.       —Прости, что заставил тебя так переживать за меня, Лиз...—вновь шепчет эти слова Голубоглазый, буквально повиснув на любимых плечах от бессилия и усталости. Он счастлив, счастлив, что она пришла и даже не хочет думать о том, что сейчас он живёт не в том году, когда у них с Неред действительно всё было хорошо в отношениях.       А Лиза стоит, как вкопанная. Не в силах пошевелиться, хочет оттолкнуть от себя этого человека, который так много гадил ей,так много обзывал и унижал, но невольно вспоминает о своем соглашении и разговоре с доктором в коридоре.       Хочет пересилить себя, но это куда сложнее, чем кажется, потому взгляд зелёных и удивлённых глаз цепляется за стоящего за спиной Кашина Русю, который лишь жестом показывает ей, что сам не знает, что это нашло на товарища. Кареглазому же пока не говорили о том, что конкретно случилось с Данилой после того удара на улице.       Неред невольно сглатывает появившийся ком, ведь как же давно она не слышала этих приятных слов в свой адрес, но в то же время какой-то подсознательный голос в русой голове кричит девушке, что совсем не поздно оттолкнуть того, кто принёс тебе много боли за всё это время. Что ещё не поздно одуматься и вернуться к прежней жизни, ведь ты никому ничего не обязана.       —Я..да, ничего страшного, Дань. Я тоже очень рада тебя видеть и счастлива, что с тобой все хорошо,- всё же проговаривает Лиза, натягивая на лицо улыбку. А это было так сложно, словно ты надеваешь на себя маску совершенно другого человека. Черт. Какая же ты всё же добрая, Неред.       Девичьи руки всё же тянутся к слабому юноше, ладошки замыкаются на спине рыжеволосого парня, пока сама зеленоглазая всё же невольно прижимается к Кашину. Сердце почему-то начинает стучать быстрее, но Неред всё равно выдыхает и прикрывает глаза, пока Руслан стоит, взявшись за голову и в шоке смотря на бывших возлюбленных друзей. Для всех это было удивлением.       Для всех, кроме Дани.