Сегодня мы здесь, чтобы принести себя в жертву

Массивные перстни украшают указательный и средний пальцы его правой руки. Они из чистого золота, в них инкрустированы настоящие драгоценные камни. Должно быть, стоят очень дорого, но ни одна из двух женщин не способна разглядеть их роскошь в полутьме спальни. В их глазах искрится блеск опьянения и блаженная радость. Они не задумываются о том, что будет дальше. О том, что станет с ними. Им все равно. Им просто хорошо. Они чувствуют лишь тепло, разливающееся по всему телу, и полное подчинение тому, кто будучи полностью голым, не снимает украшений. Кожа обеих девушек мягкая и приятная на ощупь, их тела молоды и жаждут удовольствий. Взгляд Дио, падающий на них, наполнен легкой печалью. Две юные жертвы заставляют задуматься о недолговечности людей. Он даже не помнит(не пытался запомнить) их имен, а ему суждено оборвать их жизни. Эти двое умрут ради благополучия другого. Дио усмехнулся. Нет, лишь сыграют роль добычи, жертвы и еды. Так распорядилась судьба, гравитация привела к тому, что именно они сегодня главное блюдо для вампира, который привык питаться сверх меры. Одна из них, с рыжими волосами и вытатуированным глазом Гора на предплечье, протянула руку к своему Господину, чтобы огладить шрам, проходящий через всю его шею. Контрастируя с благолепием остального тела, эта безобразная метка бросалась в глаза и вызывала неподдельный интерес. Она будто притягивала к себе. Заставляла размышлять о том, кто посмел вмешаться в красоту, сравнимую с божественной? Дио развеселился, увидев, как весь облик девушки стал выражать искреннее любопытство. — Ну-ну, убери руку. Моя шея - не самое чувствительное место, к которому ты можешь прикоснуться. Там неинтересно. Возьми ниже. Возможно, даже гораздо ниже, — Его сладкий голос звучал насмешливо. Взгляд наполнен игривостью. Зачем сожалеть о жертвах, когда с ними можно развлекаться? Вторая, с русыми волосами и хорошо очерченными скулами, остановила рыжую на полпути, услышав слова Лорда. Она выглядела решительно и серьезно на фоне той, что не могла позволить себе даже хорошей координации движений, будучи в состоянии полутранса. Вместе они дополняли друг друга. Легко оттолкнув свою рыжую конкурентку, девушка прижалась всем телом к вампиру, который полулежал, оперевшись на подушки и мягкое изголовье кровати. Она издала легкий тихий стон, потеревшись промежностью о его бедро. —Ты такая эгоистичная шлюшка. Могла бы приложить хоть немного усилий, чтобы доставить удовольствие своему Господину, — В голосе Дио нет ни намека на злость. Лишь шутливость. Девушки наслаждались последними часами своей жизни, совершенно не ощущая близость смерти, которая стояла прямо за их спинами и была готова перерезать им горла своей косой в одно мгновение. Обиженно поджав губы, рыжая начала ласкать нижнюю часть живота своего Лорда, постепенно переходя на пах. Он медленно облизал губы, концентрируясь на ощущениях. Вторая девушка стала целовала его шею, свободной рукой массируя соски, и все также продолжая тереться о его бедро. — Как интересно, — Протянул он медленно и с придыханием, — Стала что-то делать, только когда я указал, — После намотал длинные русые волосы на кулак, игриво оттаскивая за них девушку, — Я должен поучить тебя альтруизму, не так ли? Несмотря на то, что Дио начал ощущать зарождающееся возбуждение, позволить событиям развиваться в обыденном ключе он не мог. Нужна изюминка, хотя бы небольшая. — Ублажи свою “подругу” языком, а я посмотрю. На несколько секунд смятение сменило пьяное блаженство на лицах девушек. Они хотели своего Лорда, а не друг друга. Однако это не проблема. Если таково его желание, должно исполнить его. Девушки расположились на другом конце кровати, так, чтобы Дио удобно было наблюдать, и не слишком далеко от него, чтобы он мог прикоснуться к ним, если захочет. Та, что с татуировкой, преданно смотрела на Дио, пока вторая расположилась между ее расставленных ног. Чувствовалось, что им обеим непривычно. — Смотри на нее, а не на меня. Я знаю, что взгляд оторвать практически невозможно, но ты уж постарайся, — С нотками вредности в голосе приказал Лорд. — И ещё кое-что. Более сложное. Не представляй меня, — Чтобы придать своей речи больший вес, он махнул рукой, заставляя побренчать золотые браслеты на своем запястье. — Бедная девочка, как же я тебя загрузил, — Было сказано с насмешкой вдогонку. Дио всегда принимал как должное то, что его хотят. Ему такое внимание нравилось и льстило, он даже специально одевался так, чтобы получать больше оного. Но сейчас хотелось разнообразия, хотелось увидеть все со стороны ничем не выделяющегося наблюдателя. Странное желание для Дио, да. Но стоит попробовать в жизни и такое. Кивнув, рыжая отвела взгляд от Господина, возвысившегося над людьми, и обратила его на девушку, находящуюся на одном уровне с ней, в одной и той же ситуации и испытывающую примерно тоже самое, что и она. Та массировала внутреннюю сторону ее бедер на протяжении всей речи Лорда. Когда он замолчал, она немного расстроилась. Его голос вызывал трепет и мурашки, приятно пробегающие по всему телу. Партнерша полулежала, опираясь на локти. Получив все внимание на себя, вторая стала действовать, выполнять то, что ей было приказано. Она начала неловко проводить языком по чувствительной точке рыжей девушки, пытаясь доставить ей удовольствие. Ее неопытность разгадывалась сразу. Движения оказались медленны, а касания осторожны, будто боялась надавить сильнее, резче или прижаться к нежной плоти сразу всей поверхностью языка. Несмотря на ощущение затуманенности в голове и легкого возбуждения, она чувствовала себя несуразно, исполняя это. Только постоянные напоминания самой себе, что все делается ради Лорда, спасали ситуацию. Они - единственное, что заставляло ее продолжать. Мысли о том, что это неприятно и немного мерзко, девушка пыталась вытеснить за грань своего сознания. Та, что с татуировкой, расположила одну из своих рук на голове неопытной подруги. Она игралась с ее волосами и оттягивала их, когда запрокидывала голову, чтобы издать особо сладострастный стон. Ощущение доминирования приводило ее в восторг, она всегда хотела господствовать над кем-либо. Чувство восхищения захлестывало ее с головой во время мыслей о Лорде. Человек, достигший такой власти не мог не приводить в восторг. Она хотела стать как он, она хотела быть им. Дио взирал удовлетворенно, ухмыляясь и лениво лаская себя. Одна из девушек выглядела так, словно не получает никакого наслаждения и желает поскорее закончить. Его забавляли ее попытки отстранить голову и касаться аккуратно, задействуя как можно меньшую часть языка. Такое поведение точно не будет вознаграждено. Рыженькая была близка к оргазму. Она была настолько очарована и возбуждена присутствием Лорда и тем, что он за ними наблюдал, что довести ее до блаженства не составило труда. Даже отлынивающая неопытная девушка смогла. Однако вяло лежать, наслаждаясь, ей не суждено. Ее мысли омрачало то, что она нарушила приказ, запрещающий думать о Господине. Из-за этого не чувствовалось покоя. Девушка надеялась, что он не может читать мысли, но собственное непослушание ее сильно волновало… — Прошу, простите меня, Лорд Дио! — Выпалила рыжая, тяжело дыша и отталкивая от себя вторую. Та с радостью отдалилась от нее. Вампир в недоумении смотрел на говорившую, вопросительно подняв бровь. — Я представляла вас на ее месте. Хотя вы запретили… Дио тяжело вздохнул. Раздался звонкий хлопок. Щеку рыжей залила жгучая боль. Лорд, недолго думая, влепил ей звонкую пощечину. Он бил, прибегая лишь к малой части своей силы, но этого хватило, чтобы после удара остался красный след. В глазах девушки проступили слезы. Внутри нее бушевало столько эмоций, что похолодели руки. Смешались высшая степень сладострастного ощущения, чувство вины и, наконец, физическое страдание. Та, волосы которой были русыми, опрокинула залпом бокал вина. Горечь алкоголя топила в себе чувство отвращения, которое она испытывала. Дио усмехнулся, заметив это. Его внимание тут же переключилось. — Не касайся вина, оно не для тебя. Оно для меня и тех моих слуг, кто достоин. А ты… Посмотри на себя - не годишься даже для несущественных приказов. Я очень разочарован, — Он театрально скривил губы и опустил брови, немного сведя их. В его выражении читалось недоумение, смешанное с брезгливостью. Русая девушка виновато поставила бокал на место. Она выглядела так, будто пыталась разжалобить Дио. Он не велся на такие дешевые трюки. Недовольство Лорда - это то, что выдерживать очень сложно. Оно заставляло волноваться за сохранность собственной жизни и одновременно испытывать муки совести за то, что посмел довести до такого. Второе ощущалось гораздо интенсивнее. Ей жалко себя, ей стыдно перед Дио, а еще навалились сожаления за свое недавнее поведение. Она готова заплакать. — На колени. На пол, — Голос Дио прозвучал как раскат грома, как жестокий приговор во время суда. Он не перешел на крик, он повысил голос на тон. По щекам девушки прокатилась пара слез, она бесшумно всхлипнула и послушно переместилась на холодный камень. Старалась вести себя тихо, ибо знала, что ее плаксивость может только разозлить и раззадорить Лорда. — Теперь наблюдай за тем, как я вознагражу ту, что оказалась более достойной. Ты могла бы быть на ее месте, но глупость и неисполнительность предрешили твою судьбу. Мои глубочайшие соболезнования, — Последние три слова сказаны абсолютно театрально и насмешливым тоном. Все это время, пока голос Дио тек, словно мед, рыжая девушка лежала, наслаждаясь им, вытирая слезы и отходя от удара. То, что от мягкой кровати с шелковыми простынями отстраняли не ее, поднимало самооценку. Она злорадствовала, поглаживая красный след на своей щеке. Сам Лорд решил удостоить ее близостью. Тот, кто возвысился над людьми, тот, для кого прервать жизнь ничего не стоило… Простыни опали на кровать, оголяя отлично сложенное тело, достойное древнегреческих богов, когда Дио навис над своей будущей жертвой. Золотые украшения, надетые на него, изысканно мерцали в свете свечей. Лицо девушки расплылось в улыбке. Несмотря на недавний оргазм, она готова к продолжению, и ее тело жаждало его. Между ног ощущалась влажность и приятное покалывание. Ей не терпелось, чтобы Дио поскорее вошел в нее и заполнил всю пустоту, которая была внутри. Во всех смыслах. Похотливо вздыхая, она обняла его за шею и притянула к себе, начав осыпать поцелуями. Дио не противился и не отталкивал ее, не говорил, что она нарушает границы. Он полагал, что именно так и должна вести себя его будущая еда. Должна быть готова отдаться, а потом и расстаться с жизнью. Кровь для вампира не имела вкуса, ибо не проходила путь обычной пищи - через язык и глотку, он всасывал ее при помощи пальцев. Кровь всех людей приносила примерно одинаковый объем жизненной энергии. Количество оного прямо пропорционально зависело от количества поглощенной красной жидкости. У него не было причин, чтобы отбирать себе в еду только молодых девушек. Но то ли из вредности, то ли из чувства прекрасного, Дио поступал так. У него могло быть гораздо больше времени на изучение мира, если бы он не уделял столько внимания вопросам питания. Дио с некоторой долей агрессии впился в шею девушки, кусая. Он не повредил кожу, но претендовал на то, чтобы оставить заметный синяк. От неожиданности из ее горла вырвался крик, который потом, когда боль начала утихать, перешел в протяжный стон. Она смотрела на Лорда с мольбой в глазах. Она уже не могла ждать: ее бедра подрагивали, мыщцы влагалища сжимались и разжимались, стремясь хоть на сантиметр приблизить ее ко второму оргазму. Приставив головку члена к ее входу, Дио потерся ей с полминуты, желая немного подразнить свою сходящую с ума от желания рабыню. Тяжело дыша, девушка попыталась насадиться сама, но Лорд не позволил этого, усмехаясь. Когда он сжалился над ней, она застонала так сладко, будто перед ее глазами возникли райские кущи и пришло осознание, что всю оставшуюся вечность будет пребывать в блаженстве. Дио не планировал быть нежным, он сразу начал неумолимо, по-животному, сношать ее. Заботиться о комфорте партнерши(точнее, еды)? Ох, а разве вы думаете об удовольствии хлеба, который вкушаете? Нет. Вот и ему все равно. Единственным, об удовольствии кого вампир заботился, был он сам. Вторая девушка обнимала саму себя, пытаясь согреться. Она смотрела на рыжую шлюху исподлобья и с нескрываемой злостью. Зависть заполнила все уголки ее разума. Ей хотелось прикончить первую прямо на месте, прямо во время того, когда она извивается под несравненным Лордом, больше похожая на лягушку в приступе астмы, чем на женщину. Ей хотелось схватить бутылку с вином и ударить соперницу по голове настолько сильно, чтобы та никогда больше не смогла открыть глаза. Но нет. У нее нет позволения на такой поступок. Господин приказал ей сидеть на месте, значит она будет сидеть на месте. Нет возможности ослушаться его. Даже у среднестатистической хорошо выдрессированной собаки было гораздо больше свободы выбора, чем у нее сейчас. Дио не смотрел в ее сторону. Прикрыв глаза, он полностью отдался сладострастию и, казалось, не замечал ничего, что происходило вокруг. Комната была наполнена хлюпающими звуками. Девушка опустила голову. Ей плохо без внимания с его стороны. В душе роились лишь злость и гнетущее одиночество. За первое она осуждала сама себя. Впиваясь ногтями в свои руки, оставляя алые следы, вымещая собственный гнев на себе, ибо считала его крайне предосудительным. Рыжая была готова умереть. Она чувствовала, что сейчас испытывает такое наслаждение, больше которого не сможет испытать никогда в жизни. Постанывая, она запрокидывала голову, дыша очень часто. Ее полностью устраивали быстрые и грубые толчки, она упивалась ими. Прижавшись, Дио покусывал ее шею, оставляя синяки. Боль для девушки ощущалась как нечто отдаленное и полуреальное, как звук, раздающийся на поверхности, пока ты находишься глубоко под водой. Она не отставала от него, грубо проводя ногтями по его бледной коже, оставляя красные полосы, которые почти мгновенно исчезали. В этом акте не было ни намека на любовь или нежность. Он представлял из себя лишь животное удовлетворение потребности, в равной пропорции смешанное с похотью. Этот состав бурлил и пылал жаром на фоне того, как вторая девушка почти неподвижно сидела на полу и испытывала глубокую ненависть. В блаженстве дернув бедрами несколько заключительных раз, Дио издал тихий стон. Он опустил голову на кровать и дал себе время на отдых, тяжело дыша. Несколько минут царило затишье, и они лежали почти неподвижно. Не вынимая члена, вампир поднес пальцы к ее шее и коснулся с некоторой долей нежности. — Благодаря мне твоя жизнь не будет бесполезной. Скажи “спасибо”. Пальцы вошли ей под кожу, рыжая вскрикнула, осознав, что происходит. — Сучка, неужели ты не признательна мне? Ее взгляд изучал лицо Дио. Легкий страх вновь обратился в блаженную расслабленность. Лорд ухмыльнулся, медленно высасывая кровь. Он чувствовал тепло, разливающееся по всему его телу. Жизненная энергия другого существа напитывала его, прибавляла годы и годы к его жизни, делала шрам чуточку белее, позволяла коже оставаться такой же упругой и идеальной. Вскоре девушка потеряла сознание. Дио не стал допивать ее до последней капли, но она уже была мертва. Сказывалось желание попробовать оба сегодняшних “десерта”, наесться одной он не собирался. Та, которая еще осталась в живых, продолжала сидеть на полу. Совершенно не испуганная и не разочарованная смертью подобной себе. Она сама потянулась к Лорду, чуть-чуть приподнявшись. Ее ноги уже затекли, а холод опутал конечности, ей не терпелось избавиться от всех этих неприятных ощущений. — Сейчас-сейчас, сладкая, — Проворковал Дио, умиляясь тому, что жертва сама идет навстречу своей судьбе. Это достойное поведение. Наконец-то. Он присел на колени рядом с ней и заключил в объятия. Девушка мирно закрыла глаза и улыбнулась. Она чувствовала, словно по всему ее телу разливается счастье, физически выражаясь в приятном ощущении тепла. Мир и ощущения медленно теряли краски. Все угасало. А потом и вовсе была пустота, за которой не следовало ничего. Дио скинул трупы друг на друга, поправил волосы и улегся на кровать. Взяв книгу с тумбочки, он открыл ее в том месте, где остановился часа четыре назад. Его внимание в ту же минуту переключилось на историю, записанную на пожелтевших от времени страницах. Его интерес был далек от событий реальности.