Vierzehn Tage

- Тилль, ты не представляешь, как мне хреново... - Все будем хорошо, - успокаивающе шептал Тилль, гладя склонившуюся у его руки, голову. Марго всегда нравилась ему, но он никогда не задумывался о такой близости с ней. Во-первых, рядом всегда была куча шлюшек на одну ночь, во-вторых, на первый взгляд у Марго с Рихардом все было гладко, но, как оказалось позднее, очень шатко. - Надо собрать всех его бывших жен и сделать совместное фото. "Брошенки и потеряшки", - она нервно засмеялась, прервав его мысли, - будет просто "огонь". Тилль аккуратным жестом убрал волосы с лица Марго и взглянул ей в глаза: - Хочешь, я возьму тебя с собой в тур и мы отомстим им по-полной? - он засмеялся. - Не стоит, я убью его, как только увижу. Интересно, что он скажет своим детям? Ладно Максим, она еще маленькая... но Мерлин и Кира? - Зная Рихарда, я думаю, он просто поставит их в известность: "Дети, я собрал вас, чтобы сообщить что-то важное. Ваш папа - гей. Любимые комментарии по этому поводу пресекаются. Свободны." Марго засмеялась: - На самом деле они, порой, его очень донимали, пользуясь его отцовской любовью. Один раз Кира и ее друзья закрыли его в ее комнате, у нас даже сохранилась фотография. - Марго прикрыла глаза, будто вспоминая, - он сначала дергал ручку, долго не понимая, что происходит, а потом грозился, что выбьет дверь, если они не откроют. - И что, открыли? - поинтересовался Тилль. - Да, они испугались сурового герра Круспе, - Марго улыбнулась. - Но последнее время мне очень не хватало его тепла, внимания, его близости... Однажды я подумала, что больше не привлекательна для мужчин... - Еще как привлекательна, ты слишком сексуальная... - Тилль наклонился к пухлым губам и провел по ним кончиком языка. Марго коснулась своим носом его, и понежившись, обхватила губами нижнюю губу Линдеманна. Ей так не хватало мужского тепла, и сейчас она могла получить его в полной мере. Издав рык, Линдеманн повалил ее на кровать, придавливая своим весом. - Я верю твоим словам, а точнее, твоему дружку, он уже совсем готов...- она улыбнулась и запустила руку в, уже полностью оттопырившуюся, ширинку. Тилль издал протяжный стон и начал яростно целовать шею и грудь, пальцами оттягивая ткань одежды, тем самым освобождая все новые и новые места для поцелуев. - Я боюсь, что влюблюсь в тебя, - засмеялась Марго, в шутку упираясь в грудь мужчины, не давая ему приблизиться. - Я сделаю все для того, чтобы это случилось, - ответил Тилль, скользя ладонью по гладкой, молодой и упругой коже. Пальцы описывали круги вокруг грудей, легонько щекоча, скользили вдоль по ребрам и гладили живот, постепенно двигались все ниже и ниже. Возбужденно выдохнув, мужчина обхватил сексуальное тело, сажая Марго на себя. Она перекинула ногу через Тилля и оказалась сверху, повалив его на кровать. - Давай больше не будет вспоминать про него? - Давай, - кивнула Марго. - Рядом с тобой мне не хочется вспоминать про него. Тилль взял ее за подбородок и, проведя по губам большим пальцем, склонился к ним. - Уедем куда-нибудь после тура? - сквозь поцелуи спросила Марго. - Обязательно... *** Тилль, Оливер и Пауль с Флаке вылетели из Берлина одним рейсом, с Рихардом и Шнайдером они встретились в репетиционной студии непосредственно перед концертом. Тилль и взглядом не удостоил новоиспеченную пару. Рихард начал заметно нервничать. - Шнай, тебе не кажется, что Тилль ведет себя странно? Что с ним? Почему он избегает контакта с нами? - нахмурив брови, спрашивал у любовника Рихард, машинально хлопая ладонями по карманам в поисках сигарет. - Все нормально, может просто депрессия, - Шнай схватил руки любимого и сжал пальцы, - Рихард, ты не куришь. - Напомнил он. - Как же мы будем выступать? - Как обычно. Ничего такого не произошло, на концерт это никак не повлияет, просто каждый делает свое дело и всё. - Думаешь? - Рихард поднял на него взволнованные глаза, - ну ладно тогда, пойдем накладывать грим. - Пойдем, - ответил Шнайдер и пошел следом за удаляющимся Рихардом, усмехаясь его беспричинным переживаниям и волнению. Зайдя в личную гримерную следом за Рихардом, Шнайдер тихонько повернул замок, ограждаясь от внешнего мира. Рихард подошел к зеркалу и оперся на столешницу руками. Пожевав губу и побарабанив пальцами по мрамору, он мотнул головой, откидывая неприятные мысли и взял в руки баночку с гримом. Шнайдер немного выждал, наблюдая за Круспе и, качнувшись, тихо двинулся у нему. Настигнув любимого, Кристоф обхватил столь сексуального в момент накладывания макияжа Круспе и прижался к нему, упираясь пахом в ягодицы. Рихард не заметил, как подкрался Кристоф и чуть не выронил банку из рук. - Блин, Шнай, твою мать... заикой меня хочешь сделать? - Расслабьтесь, герр Круспе, - Шнайдер наклонился к его шеи и вдохнул родной и любимый аромат его духов. - Давай я тебе массаж сделаю. - Не дождавшись согласия, Шнайдер запустил руки под воротник рубашки и поглаживая широкие плечи, начал их массировать. Рихард издал довольный, блаженный стон и, прикрыв глаза от удовольствия, опустился на пуфик. Почувствовав, что гитаристу пришлись по душе такая расслабляющая процедура, и он обмяк от блаженства, Шнайдер решил не тянуть и запустил руки вперед, поглаживая под рубашкой грудь мужчины. Рихард устало застонал и облокотился спиной на ноги Кристофа. Тот, не теряя времени, трогал гитариста под рубашкой, возбуждая еще сильнее. - Шнаай, мы не успеем, - протянул Круспе, подаваясь навстречу теплым и чутким рукам, доставляющим блаженно-расслабляющее удовольствие. - Мы даже в самолете за три минуты успели, о чем ты? - засмеялся Шнайдер и запустил руки еще ниже, пролезая под штанами, оттягивая резинку нижнего белья. - Я сейчас размякну и сил играть не будет... - завел снова Круспе. - Еще как будут, - Шнайдер хитро прищурился и подхватив Рихарда под животом, силой заставил его встать и опереться на столешницу. - Давай, родной. Шнайдер приспустил штаны и, немного смазав член кремом, вошел в Рихарда, от чего тот прогнулся в спине и вытянул шею, чуть не ударившись лбом об зеркало. Твердая плоть упорно проталкивалась все глубже и глубже, Рихард закусил губу. Пару нежных толчков сменились быстрыми и резкими. Рихард шумно дышал, стараясь подмахивать движениям Кристофа, еле сдерживая стоны. Зеркало перед ним запотело от горячего дыхания. Чувствуя, что вот-вот кончит, Шнайдер схватил Рихарда за подбородок и с силой повернув к себе, впиваясь страстным поцелуем во влажные губы, заставляя того сильно прогнуться в пояснице. Второй рукой Шнайдер обхватил грудь мужчины и с силой сдавил сосок. Разряд тока прошелся по телу Круспе, чувство боли смешалось со сладким, режущим между пальцев и внизу живота приятным чувством, пара глухих ударов и они оба кончают. Руки Рихарда задрожали и он упал грудью на холодный мрамор, ощущая обессиленное тело любовника у себя на спине. - Чеерт, - протянул Рихард, - теперь в душ надо, я не успеваю. - Успеваешь, - подбодрил Шнайдер, - только быстренько. - Он шлепнул Круспе по заднице, покрывшейся розовыми, после секса, пятнами. *** Концерт прошел на удивление быстро, публика осталась довольна, в прочем, как и всегда. Одно беспокоило Рихарда - поведение Тилля. Весь концерт он ни разу к нему не подошел, не перекинулся и парой слов. По окончании концерта, когда все ушли со сцены, ребята отправились праздновать успешно прошедший концерт, открывающий тур. Подвыпив, Рихард крикнул, обращаясь к вокалисту: - Ну что Тилль, теперь по бабам? Шнайдер вопросительно поднял бровь, но потом понял, что в ход пошли уже пьяные шутки и пропустил мимо ушей, а Тилль поставил стакан с выпивкой на стол и зло взглянув на Круспе, буквально выплюнул ему в лицо: - Нет, Риха, бабы - это твой удел. Я храню верность твоей жене. - И, окинув Шнайдера презрительным взглядом, на глазах у афигевших гитаристов и клавишника, сплюнул под ноги Круспе, затем схватил куртку и зашагал к двери. Рихарда передернуло, он сжал в руке бокал и со всего маху кинул его об пол. - Сукааа! - заорал он вслед Линдеманну, но тот ушел достаточно далеко, чтобы услышать это. Для Круспе вечеринка была полностью испорчена, он вышел на улицу. Попрощавшись с ребятами и извинившись за неприятный инцидент, Кристоф последовал за ним. - Шнай, он сказал это просто так? - Круспе замер с наполовину занесенной в такси ногой. - Не думаю. Так, Рихард, залезай уже. В отеле обсудим. - Скомандовал Шнайдер. - Что там происходит, в Берлине, когда меня нет? - Круспе листал записную книгу в телефоне, ища что-то. - Рих, тебя это не должно касаться... по крайней мере сейчас. - Да? - тихо спросил тот. - И что же? Разве ты собираешься жить со мной? Бросить Ульрику? - Он посмотрел на Шнайдера. - Если да, то я плюну на все, а если нет, а что-то мне подсказывает, что так и будет, то тогда меня КАСАЮТСЯ проблемы моей семьи! - речь он завершил на повышенных тонах и вышел из такси, не дождавшись Шнайдера. - Рих! Подожди! - Шнайдер нагнал его только у лифта. - Мне надо тебе кое-что сказать! Двери открылись и мужчины вошли в кабину. - Весь во внимании, - пробубнил Рихард, все еще глядя в телефон и ища в нем что-то. - Посмотри на меня. - Шнайдера начало бесить поведение Рихарда. - Не хочу. - А я хочу. - А мне плевать чего ты хочешь! Я хочу жить с тобой вместе, но тебе же на меня плевать, вот и мне теперь на тебя также. - Идиот, - Шнайдер за один шаг оказался около Круспе и вжав его в стену, навис над ним, упираясь рукой куда-то выше его головы. - Послушай меня, я подумал и решил, что нам действительно стоит попробовать пожить вместе. Рихард ошарашенно уставился на Шнайдера, перестав жевать жвачку. - Ты сейчас это... реально? - Да, Рих, реально. Нам на двоих уже почти девяносто лет, чего тянуть? - Кристоф ухмыльнулся. - А как же Ули? - Рихард все еще не верил в реальность происходящего, он так ждал этого решения от Шнайдера, что дождавшись, растерялся и чувствовал себя очень странно. - Скажу ей как есть. Тем более я понял... - Шнайдер не успел договорить, лифт остановился на нужном этаже и двери распахнулись. Быстрым шагом дойдя до номера, мужчины открыли дверь и, оказавшись внутри, скорее закрыли ее. - Так что ты понял? - Рихард подошел к Шнайдеру, не успев раздеться, в куртке и в шапке он смотрел на Кристофа с высоты своего роста, немного задрав голову вверх, Кристофа позабавил столь серьезный и сосредоточенный вид мужчины и он, улыбаясь, ответил: - Я понял, что люблю тебя больше всех на свете. Круспе перевел взгляд на губы Кристофа и тот сразу понял, чего сейчас так хочет любимый. Прижав Рихарда к стене напротив, он наклонился и коснулся теплых губ, жадно целуя их. - Ты потрясающий мужчина, - оторвавшись от губ любимого, сказал Круспе, - я сочту за честь испортить тебе жизнь. Шнайдер громко засмеялся. - Еще посмотрим, кто кому испортит жизнь, - сквозь смех проговорил он, толкая довольного Круспе к дивану. *** "Я скучаю, детка. Выбери куда поедем, когда вернусь" XXX Марго прижала телефон к сердцу, на миг показалось, что все не так плохо. - Я тоже скучаю, Тилль, - прошептала она.