Белая полоса неудачи

      Начало лета. Самый разгар прекрасной погоды и ярких, жарких дней, что насыщают память теплыми воспоминаниями, которые будут крутиться в голове холодной зимой, навеивая эту самую теплоту. Еще лучше если это время, да и вообще большая часть лета, проходит в пригороде, где воздух намного чище и нет тех забот, что постоянно донимают в городе.       Ежедневные прогулки с друзьями, пикники, купание в речке – вот, что ожидала девочка от поездки к бабушке и дедушке. Но, к ее разочарованию, их поджидала лишь ужасная погода: ливень, капли которого раздражающе били по лицу, попадая в глаза и нагло пробираясь в рот, бешеный ветер, срывающий капюшон дождевика, будто хулиганистый мальчишка и грязь противная, хлюпающая, что так и норовит стянуть с тебя резиновый сапог. И, пожалуй, она то и была самым жирным минусом во всей этой поездке, ибо уже на въезде она встретила машину Фортеров и не давала им проехать дальше, будто говоря, даже чуть ли не крича, что интересного в этом забытом всеми месте нет, и не будет. Правда, пока дождь не прекратится и солнце не высушит лужи, превратив грязь в потрескавшуюся, еще немного влажноватую землю, напоминающую старушечью кожу.       Забуксовав, машина была не в силах сдвинуться с места. Водитель отчаянно давил на газ, пробовал подать назад, беспомощно крутил руль, надеясь, что хоть одно колесо найдет надежную опору и вытолкнет их из западни, но мотор автомобиля лишь злостно рычал, надрываясь и срываясь на вой. Все было без толку.       Кловер прислонилась к забрызганному грязью окну, пытаясь рассмотреть насколько все плачевно.       - Малыш, - отец девочки открыл дверцу машины. – Садись за руль и дави на газ, я попытаюсь подтолкнуть.       Кловер вылезла из машины, ступив в грязь с мерзким звуком. В ее лицо тут же ударил сильный ветер и, обдувая ее холодом, принес с собой мелкие капли дождя, что до этого барабанили лишь по крыше и лобовому стеклу автомобиля. Из-за порыва капюшон с головы девочки слетел, и ее рыжие волосы растрепались, начав свой диковинный танец на ветру. Кловер сморщилась, ее безумно раздражала эта погода, эти гадкие резиновые сапоги цвета морской капусты и точно такой же дождевик, стесняющий любые движения рук.       - Мерзость!!       Девочка снова села в машину, но теперь на водительское сиденье, при этом ее чуть не зашибла дверца, которую попытался захлопнуть ветер.       Мужчина же тем временем встал позади машины и уперся в нее руками, дожидаясь, когда его дочь займет свое место. И сейчас у него возникла проблема покруче застрявшей машины – промокшие ноги. Просто насквозь, а ведь он только из авто вышел. Он, как и Кловер, не рассчитывал на такую погоду, а уж тем более на то, что придется выталкивать машину из грязи. Поэтому поехал в кроссовках и легкой кожанке, что беспомощно трепыхалась на ветру вместе с футболкой.       В итоге ничего не получилось, Алекс лишь испачкался в грязи, что летела из-под колес его автомобиля, и полностью вымок под дождем. После нескольких жалких попыток мужчина махнул своей дочери рукой и обошел машину.       Кловер с разочарованным вздохом вылезла из автомобиля, и они пешком поплелись до дома бабушки и дедушки. Девочка положила руку себе на макушку, придерживая, таким образом, капюшон, чтобы его снова не сорвал ветер. А отец, уже на все забив, просто шел, хлюпая по лужам и бормоча ругательства, которые ветер уносил назад к машине.       Родители Алекса - дедушка и бабушка Кловер - тепло встретили их, переодели и напоили горячим чаем. После чего мужчина со своим отцом и братом, отправились за машиной. А девочка осталась дома с тетей Эмилией и бабушкой, устроившись в кресле у камина. Она укуталась в одеяло и наблюдала за котятами, что носились по гостиной друг за другом и в страхе разбегались по углам, стоило кому-нибудь лишь ногой ступить в комнату или издать лишний шорох.       Фортеры были вполне обычной семьей, но с маленькой особенностью – небольшой белой прядью волос, которая обычно имелась лишь у мужского пола. Но новость, что она появилась и у Кловер, повергла все их семейство в шок, ведь ни у ее бабушки, сестры дедушки, ни у других его родственниц по генеалогическому древу этой пряди не было.       Так же Кловер росла без матери, так как та являлась наследницей большой компании и портить репутацию внебрачным ребенком эта девушка не собиралась. Из-за чего тяжесть воспитания взял на себя отец девочки – Алекс. Мужчина, сумевший вскружить голову многим девушкам и скрывающий свою настоящую профессию.       Он был киллером, наемным убийцей, тенью преследовавший свою жертву и, без каких-либо колебаний, расправлявшийся с ней. Этот симпатичный шатен с леденящим взглядом карих глаз и внешностью, похожей на знаменитых британских актеров – являлся профессионалом в своем деле. И Кловер знала об этом. Она знала, что это плохо, знала, что людей убивать нельзя – отец много раз ей это объяснял – но в тайне она все же гордилась своим папой, ведь он был крут. И она даже видела его в деле.       Кловер было запрещено с кем-либо обсуждать работу Алекса, даже с ним и его родственниками, которые тоже, хоть и некоторые, знали об этом. И этими некоторыми были его сестра Эмилия и брат Эдгард. На случай, если из-за этой самой работы, его дочери будет угрожать опасность и он спокойно, без всяких объяснений, смог бы доверить ее кому-то из них. Пока мужчины пытались высвободить машину из грязевого плена, стемнело. Кловер начала беспокоиться, потому что из-за боязни темноты она воображала всяких монстров, что ночами бродили по улицам и отлавливали поздних прохожих. Вот и сейчас девочка думала, что эти чудовища могут напасть на папу.       Наконец, после долгого ожидания, показались огни фар, подъезжающих машин. Кловер, стоявшая поодаль от окна и боявшаяся, что на нее может кто-то выскочить из темноты, прислонилась к нему. Сейчас ей стало все равно на монстров, таящихся в темноте улицы, ведь там, снаружи, находился ее отец, и если бы что-то и случилось, то по-любому не растерялся бы и, достав что-нибудь из оружия, расправился бы с чудовищем в два счета. Долго девочка не стояла, крикнув на весь дом «приехали», она радостно побежала в коридор встречать отца, от чего котята с шипением разбежались кто куда, царапая паркет когтями.       Алекс занес вещи дочери в дом, поднял их в ее комнату, что до этого принадлежала ему самому и, отужинав, помог отодвинуть кровать от окна, наплевав на усталость.       Сделать это его попросила сама Кловер, потому что ей казалось, что ночью какой-нибудь монстр мог залезть в ее окно, тут же наткнувшись на девочку, за которой как раз таки и лез.       Темнота, пожалуй, единственное, чего так яро боялась дочь Алекса. Ведь никто не знает, что или кто может находиться в очередном темном углу, который не освещается лампой, ночником или свечкой. Из этой бесконечной тьмы могло вылезти просто все что угодно, любой ночной кошмар.       И в этой боязни, даже паранойе, Алекс винил себя.       Однажды, Фортера смогли отследить люди одного из его «заказов», окружили дом и пробрались внутрь. Алексу ничего не оставалось, кроме как отправить дочь в безопасную, по его мнению, часть дома и убить самозванцев одного за другим. Но даже туда один из них сумел пробраться и схватить Кловер, подставив к горлу нож. После этого случая Алекс временно прекратил свою деятельность. А девочка, в их городском доме, развесила маленькие колокольчики на окна, двери и стены в коридорах, ведь если кто-то снова появиться, то не сразу обратит свое внимание на мелкую побрякушку, особенно ночью, и заденет ее. Так же у Кловер остался шрам на контуре нижней челюсти, чуть правее от подбородка.

***

      - Погоня за мной все еще продолжается, - мужчина говорил негромко, чтобы родители не услышали их разговора и не разогнали спать.       - Я не хотел оставаться здесь на ночь, а из-за погоды придется задержаться и не на одну.       Алекс, Эдгард и Эмилия собрались на кухне за столом, когда было уже за полночь, в то время как все остальные – их родители и Кловер – спали. Им предстояло разобраться с возникшей проблемой. Алекс не мог уехать. Ведь дождь с каждым часом усиливался, даже размыл дороги, а с севера ветер гнал на городок грозу, отбивающую все планы отца девочки.       Мужчина поскорее хотел убраться отсюда, чтобы не навлечь беду на свою семью, а особенно на дочку, которая уже пострадала от его глупости. Уж лучше его подстрелят и оставят лежать в грязи, чем он подвергнет ее опасности. Снова.       Брат и сестра отлично понимали его, но могли лишь кусать губы, задумываясь, как выйти из ситуации.       - У мужика через два дома, - Эд кивком указал в сторону. – Есть внедорожник. Билл вроде.       - Да не Билл, Бэйл, - раздраженно прошипела Эмилия. Старший брат, Эдгард был старше их обоих, все время путал имя соседа, да и вообще плохо запоминал какие-либо другие имена, сестра его даже называла «слонэд», сложив его имя с животным, имеющим отменную память.       - Да какая разница как его зовут, - вскипел Алекс. – С чего вы вообще взяли, что он отдаст мне свою машину, хоть и на время?!       - Не обязательно так. Он мог бы помочь протащить твою машину через грязь, - Эд выделил слово «твою», пальцем ткнув в грудь брата, довольно улыбнувшись.       - Ага, чтобы я потом по городу на грязной гонял? – мужчина скривил губы и схватил палец, устремленный в него.       - А мойки на что?       - Где ты в грозу открытую, да и к тому же нормальную найдешь? – Алекс повысил голос и даже встал со стула.       Он был зол, ему не нравилась сложившаяся ситуация, да и последние дни с переполненными гостиницами, гадкими номерами и противным дешевым кофе давили на него, и мужчине приходилось держаться, чтобы не взорваться. Ему не хотелось сейчас ссориться с братом и сестрой, ведь они оказались его единственным спасением. С родителями, будто подросток, он этот вопрос обсуждать не хотел, не хотел навязчивых вопросов на подобии «почему так быстро», хотел лишь как можно быстрее и тише покинуть городок. А кроме его семьи знакомых у него здесь не было.       Алекс вздохнул, стараясь успокоиться и, отвернувшись к окну, закурил. Сначала он просто всматривался в темноту, а после обратил внимание на отражения, сначала он заметил себя, потом брата и сестру, дверной проем, что вел в темноту и маленький силуэт. Фортер закашлялся, ибо в это время он делал новую затяжку, после быстро обернулся и уставился туда, где это что-то должно было стоять. Ничего и никого. Мужчина подошел, осмотрел углы и ближайшие комнаты. Снова ничего. А ведь он думал, что это Кловер, но тут же отбросил эту мысль, ведь боязнь темноты не позволила бы ей покинуть комнату и пройтись по незнакомому дому. Однако Алекс решил удостовериться, что это была не его дочь и, поднявшись на второй этаж, зашел к ней в комнату.       Глаза немного защипало от резкого, хоть и не очень яркого света. В коридоре, по которому он шел к комнате, было темно, а у девочки было несколько ночников, что она привезла с собой и расставила по углам. Так же на прикроватной тумбочке стояло две потушенных свечки, рядом коробок спичек. Алекс доверял Кловер, поэтому разрешал пользоваться ими самостоятельно, лишь напоминая, чтобы она тушила их перед сном.       Мужчина подошел ближе, погладил, чуть касаясь мягких волос дочери своей ладонью с огрубевшей от мозолей кожей, и нежно поцеловал ее в лоб, заодно удостоверившись, что та спит. После он решил, что лучше пойдет спать и, сообщив об этом брату и сестре, ушел на диван в гостиную.       «Вроде не мальчик давно, а фантазия разыгрывается…» - думал Алекс, уставившись в потолок и вспоминая чуть размытый силуэт ребенка. Распущенные светлые волосы, вполне могли быть и рыжими, ночная сорочка до колен, совсем как у Кловер, что особенно напрягала его. Лица он не разглядел…       Мужчина мотнул головой, откидывая, куда подальше вновь возникший в своем воображении, образ и с головой укрылся одеялом.       Диван, на котором приходилось спать, вообще не был предназначен для этого – жесткий, скрипучий с кое-где продавленными местами, заставляющими спину дико ныть, и с небольшим наклоном, из-за чего наваливаешься на спинку и чувствуешь себя в таком положении как в коробке.       Алекс подумал о том, что еще одна его ночь пройдет без сна и сел, уставившись в одну точку. После, взяв подушку и одеяло, ушел спать в машину, где сиденья были куда мягче дивана.