Белая полоса неудачи

      Несколько километров на юг, почти без отдыха и полноценного сна даже в тех самых ужасных хостелах, но с дешевым кофе с заправок и каких-то забегаловок по пути. Погоня казалась бесконечной, Алекс не находил времени связаться с дочерью, которую оставил одну еще два дня назад. Но благо гналась за ним не полиция, ведь патрули и колонны машин сейчас были бы очень некстати.       Заметив в зеркале заднего вида черный мерседес, мужчина глянул на пистолет на соседнем пассажирском сидении и нажал на газ, обгоняя фуру. Нужно было лишь как можно скорее добраться до ближайшего города и сменить машину, делов то. Но сначала оторваться от парней, что так легко, и уже в который раз, смогли его выследить, и все никак не утихомирили свою месть.       Фортер резко увел руль в сторону, съезжая на свою полосу, чуть не влетев во встречную машину и не задев ее боком, так же как и бампер фуры позади.       Выровнявшись, Алекс вдавил педаль газа в пол и на всей скорости помчался дальше, рискованно обгоняя и чудом отрываясь.       В городке, Фортер засунул пистолет за ремень под футболку и, схватив сумку с заднего сидения, оставил машину в каком-то запущенном переулке и побежал по нему вперед, петляя.       Весной темнело и не поздно, и не рано, что было почти на руку Алексу. В темноте его будет сложнее узнать, а это плюс, так же машин становится больше, все едут с работ, значит плюс пробки, тоже вполне хорошо.       Сидя в какой-то затхлой кафешке в одном из неблагополучных районов города, Фортер судорожно вбивал в поисковике прокат автомобилей, проверяя сайты, а после и их местоположения в навигаторе. Неплохо. Ему довольно сильно везло с поиском, кое-что было неподалеку, что радовало. Оставив деньги на столике просто ни за что, ибо еда тут просто отвратительная, Алекс вновь побежал, но уже по построенному маршруту в телефоне.       Поддельный паспорт, несколько баксов, лишняя, уже абсолютно ненужная, СИМ-карта, номер которой мужчина записал в анкете аренды - и машина у него.       Но. Жирное, постепенно разрастающееся «но». Все не может идти слишком хорошо. Любой план, в любой момент может с раздирающим уши треском, провалиться сквозь землю, дойдя до ядра, пройдя сквозь него и появившись где-то посреди Южного океана.       Пока Фортер добирался до машины, на него с огромной скоростью кто-то налетел, прижимая к дверце ближайшего авто, отчего еще один пистолет в рюкзаке болезненно упирается ему в спину, а в скулу врезается тяжелый кулак, откидывая абсолютно все мысли Алекса на задний план и заполняя голову звоном и неприятным гудением. Но, даже несмотря на это, Фортер бьет и сам - сначала снизу по челюсти, а потом со всей дури ногой по колену, слыша, как то отзывается хрустом. Срываясь с места, мужчина бежит прочь, пусть все и плывет перед глазами от удара, но бежит, доставая пистолет из-за ремня и снимая его с предохранителя. По привычке пригнувшись, бежит среди машин.       И не зря.       Через несколько секунд по ушам бьют громкие выстрелы, а над головой пролетают пули, врезаясь в корпус машины позади. Алекс не решается выглянуть, приседая и обходя машину сзади. Снова бежит, как можно тише, выискивает свою. Пара метров, несколько шагов, и он узнает номер машины, сверяясь с тем, что был записан на ладони. Чуть ли не ползком, подбираясь ближе к дверце со стороны водителя, открывает машину ключом, дверцу и аккуратно залазит внутрь, усаживаясь. Дверцу Фортер лишь прикрыл, не решаясь хлопать и, убедившись, что никого нет рядом, вставляет ключ в зажигание, заводит и, пристегнувшись, снова давит на газ, крутя руль в бок, выезжая с парковочного места и, сбивая одного из парней, самой парковки.       Алекс старался слиться с потоком автомобилей, выезжая на главную магистраль и начиная привычно обгонять.       - Надо было отыскать и их машину, - пробурчал мужчина, сняв с себя рюкзак и откинув его назад, думая о том, что следовало бы прострелить тем шины.       Машину пришлось бросить на перекрестке, дабы преследователи и понятия не имели, в какую именно сторону тот направлялся. Поймав попутку, Алекс отправился в сторону частного аэропорта, где работал его знакомый, что обещал помочь покинуть страну. И все получилось. Выйдя из машины, Фортеру пришлось еще некоторое время пройти пешком и благополучно загрузиться в самолет до Джакарты, с возможностью поспать хоть сколько-то, несмотря на не особо удобные кресла. Нет. Все бы получилось, если бы аэропорт не взяли. Когда Фортер издалека увидел вокруг ограждения аэропорта черные мерседесы, он был готов застрелить любого, кто бы попался ему на глаза, но таковых не было. И план, который пришлось так быстро составлять, снова с треском провалился, утопая во льдах Южного океана, медленно опускаясь вслед за первым планом на дно, что уже был там.

***

      - Я буду у вас недолго, я не могу рисковать семьей.       - Я помню, - почти спокойно проговорил Эдгард.       Сколько ему пришлось проехать, чтобы найти своего дорого младшего братца? Двое суток? А ведь тот еще сам следовал ему навстречу.       Алекс, после неудачной попытки покинуть страну, еще некоторое время побегал от одного городка к другому, а после связался с братом, который согласился забрать его, очень сильно рискуя, хоть Фортер и не видел никого, кто бы его преследовал и пытался убить, после случая в отеле, что произошел около двух дней назад.       - Уборка. Уборка в номере, - раздался после стука в дверь мужской голос.       Алекс не успел и с кровати встать, как в дверь врезалась череда выстрелов и та, жалобно скрипнув, открылась, показывая ворвавшимся парням, лишь пятки Фортера, что прячась, скрылся в соседней комнате, заряжая пистолет. Они начали стрелять одновременно, но с разным успехом. Конечно, разве может сравниться какая-то тройка мальчишек, только что выбежавших из тира, с профессиональным киллером, у которого имелся очень большой стаж с еще подросткового возраста, отличаясь на охоте, на которую отец брал их каждый месяц.       Конечно, выражение «мальчишки» было не совсем точным, но Алекс ведь и правда, превосходил их навыки, причем вместе взятых.       Перестреляв тех, когда они делали попытки перебежать, Фортер покинул номер и отель.       - Тис, ты можешь залезть в базу данных одного отеля и стереть все данные обо мне, включая записи камер видеонаблюдения, где я засветился? – куда же без «личного» хакера, что так старательно замазывал какое-либо и где-либо присутствие данных Алекса или его самого.       В трубке телефона послышался усталый вздох.       - Адрес.       - Ты бы знала, как я тебя обожаю. Если б не твоя…       - Алекс, чем быстрее, тем меньше шансов, что тебя найдут.       - Да-да-да. Сейчас.

***

      Алекс боялся появляться в родительском доме не только из-за осуждений насчет того случая, но и из-за этого бесконечного преследования. Да, никто не появлялся на горизонте, портя весь вид своим грязным, наглым появлением, уже несколько лет, не считая этого, но рисковать было опасно. И так, в абсолютно любой день Фортер боялся потерять свою дочь, просто отпуская ее в школу или на прогулку с друзьями. А ведь в итоге на прогулке поймали его, после чего он сильно беспокоился, как бы те ублюдки не добрались и до Кловер, до его девочки.       Вот Эдгард другое дело. Оставляя своих, ему не надо беспокоиться о том, что с ними что-то случится. Да и у него уже взрослый сын, который, если что, позаботится обо всем хозяйстве. Хоть причин такому, если что, было появиться сложно. Простой работяга. Имеющий, правда, свой автосалон у окраины городка.

***

      Лес темной стеной окружал городок почти со всех сторон, будто ограждая его от остального мира, подступая с запада и востока и особо бесцеремонно нависая с севера, ветками деревьев будто бы желая обхватить самые близкие домики, пробираясь на их участки кривыми лапами, потрескивая кронами, подобно ужасному рыку дикого животного, на ветру или сильном зимнем холоде, точно угрожая людям скорой расплатой.       С запада лес освещало вечернее солнце, медленно катящееся к горизонту, как будто золотое яблоко, постепенно краснея. Отчего лес выглядел уже не таким озлобленным, ветками потягиваясь к солнцу.       После долгой поездки братья свернули с главной дороги к лесу, подъезжая к нему с запада и останавливаясь у его окраины, ибо въезд был перекрыт противотанковыми железными ежами, чтобы в лес не заезжали посторонние, в особенности лесорубы.       Заглушив двигатель, Эдгард вышел из машины, доставая сигареты из кармана куртки и, усевшись на капот, щелкнул зажигалкой, зажав губами сигарету.       Алекс так же покинул машину, оставив сумку с оружием на заднем сидении.       Он осмотрелся, замечая на одном из деревьев, как с ветки на ветку прыгают маленькие не особо пестрые птички.       - Дальше пешком? – осведомился мужчина, бедром упираясь в бампер.       Старший повернул голову к брату, выдохнув дым, отчего массивная грудь опустилась, и он стряхнул пепел пальцем.       - Да, придется и чтобы долго не возиться, надо будет идти ближе к юго-западу, так еще выйти так, чтобы не упереться в чей-нибудь забор, а со стороны леса их стали строить в два фута.       - Там ведь болота? – младший глянул в сторону леса, в том направлении, где предположительно еще дальше должна была начинаться жуткая топь, которая затянула в свои недра немало людей.       - Поэтому до темноты мы должны пройти, как можно больше. У меня есть фонарь, но и на него особо не понадеешься.       Алекс лишь кивнул, смотря, как клубы белого дыма поднимаются и тают в воздухе, как и былые надежды на то, что они доберутся спокойно и до темноты.       Как бы днем не было тепло, лес встретил мужчин холодом, отзываясь поскрипыванием и потрескиванием, пощелкиванием – из-за ветра голые ветки колотились друг о друга.       Алекс шел вторым, вглядываясь в силуэт брата, что пробирался меж кустов. К болотам никто ходить не рисковал, да и делать тут было нечего, так что все в округе заросло, почти не оставив собственных тропинок. От каждого дерева веяло некой неприязнью к непрошеным гостям, вдруг появившимся в самой нетронутой части чащи, там, где от людей оставались лишь их тела, втянутые болотной жижей, которые она не отдала до сих пор, держа их в своем плену годами.       - Мы идем в правильную сторону? – спрашивает младший у Эдгадра, ловя ветки перед своим лицом, что прилетали в него от брата, которые он отгибал вперед.       - Конечно, - отзывается второй, поправляя на плече охотничье ружье, которое он достал из багажника своей машины, не желая оставлять его там, к тому же мало ли кого они тут повстречают, хоть у Алекса и была полная сумка, но старший предпочитал свое, родное, да и оставить его там просто так рискованно.       Может, небо над верхушками было еще не совсем темным, но здесь, среди деревьев, без фонаря было уже не обойтись. Темнота давила со всех сторон, окутывая и плотно обволакивая. Холод забирался под одежду, проникал в легкие и будто сковывал горло льдом, который постепенно вырывался из груди с хрипом, давая ощущение удушения, ощущение чужих рук на своей шее, что сжимались лишь сильнее, из-за чего приходилось дышать носом.       Громкий шорох прямо перед носом и большую фигуру Эдгарда впереди, тянет вниз по скользкому склону, будто сам лес решил расправиться с ним, рассчитывая утянуть в свои глубины.       - Сука! – яростно кричит он, руками пытаясь ухватиться хоть за что-то, но, даже имея широкие ладони и крепкую хватку, в руках ничего не оставалось, попросту выскальзывало, оставаясь на своем прежнем месте. Из-за того, что фонарик улетел вниз еще быстрее брата, Алекс почти не понимал, что происходит, насколько крутой и длинный склон, не знал, как далеко скатился старший.       «Болото. Там внизу болото!» - уже в небольшой панике подумал Алекс, после чего, будто в подтверждение, послышалось тихое хлюпанье, в то время, как шорох травы стих.       Решая оценить все по пути и действовать по ситуации, Фортер младший начинает спускаться боком, как можно быстрее переставляя ноги в прыжке. Попутно он высматривал внизу хоть какую-нибудь ветку, за которую можно было бы зацепиться.       Поваленное дерево почти у болотной жижи! После он видит и Эда, как ему и послышалось уже в болоте.       - Тебя затягивает? Ты чувствуешь? – запыхавшись, обеспокоенно кричит Алекс, уже снимая с себя сумку.       - Да, - с явной тяжестью в голосе, отзывается мужчина, ложась грудью на ружье, что все еще, даже чудом, оставалось у него в руке.       - Я сейчас.       Алекс поспешно хватается за ветку упавшего дерева, чувствуя, как в кожу впиваются занозы от сломанного края. Так как это болото образовалось из озера, деревья оставались лишь по его периметру, давая лунному свету проникать хотя бы на этот участок, поэтому младший наматывает один ремень сумки себе на руку, а второй, вместе с самой сумкой, бросает в болото, давая брату схватиться за него.       Один Фортер подтягивается к дереву, а второй за сумку подтягивается к нему, все еще в одной руке сжимая ружье. И, как только ноги Эдгарда чувствуют более твердую опору под ногами, а сам он оказывается ближе к берегу, мужчина использует оружие в качестве трости, помогая себе же выбраться и облегчая работу Алексу, у которого ноги уже начинали скользить, подмяв под подошвой траву.       Оба падают на холодную, влажную землю, отчего младший оцарапывает себе ладонь острыми краями сломанной ветки, которая выскальзывает из руки, а старший вытягивает последнюю ногу. Тяжело дыша, они смотрят на чистое небо, где мерцали мелкие звезды, начиная смеяться почти в унисон.

***

      - Скорее... скорее… - подгонял Итан сестру, спускаясь по лестнице со второго этажа, даже не оглядываясь на ту, что так же неслась за ним.       Схватившись за перила в самом конце, парень заворачивает направо, к двери на задний двор, открывает ее и перепрыгивает все ступеньки. Кловер выполняет почти тоже самое, но выбегая, толкает дверь, закрывая.       Следом, в сопровождении заливистого собачьего лая дедушкиного пса, Фортеры бегут прямо к дощатому забору, где старший раздвигает две доски в стороны, сгибается пополам и перешагивает за пределы участка, девушка ныряет в дыру в заборе за ним, резко поворачивая вбок, и они почти на ровне бегут по тропинке меж других участков, из-за чего по бокам мелькают разные цвета заборов. Белый – справа, в это время голубой – слева, еще несколько шагов и они уже сменяются зеленым и бежевым.       Сбивчивое дыхание брата и сестры постепенно начинают перебивать крики и смех. Знакомые голоса близнецов, особенно выделяющиеся на фоне всех остальных, прерывали друг друга, ссорясь и кидая колкие фразы, что уже заставило Фортеров улыбнуться и закатить глаза.       - Ахаха, близнецы не близнецы, если они не будут собачиться, - Итан замедлился и пальцами прикоснулся к доскам забора, пересчитывая их, таким образом, а после раздвигая нужные. - Хэй, хэй, хэй, - почти прокричал он, привлекая к себе внимание всех присутствующих.       Парень выпрямился и развел руки в стороны, чуть важно выпятив грудь вперед, мол, вот он я, обожаемый всеми.       И никто бы не поспорил. Итана было сложно ненавидеть, чертов обольститель сердец, мог втереться в доверие любому и поддерживать разговор, даже особо не разбираясь в теме.       - Показушник, - шепнула Кловер, обходя брата.       - Ты просто завидуешь, - издевательски выдал он, ухмыляясь, что заставило девушку цокнуть языком и, резко развернувшись, врезать парню в накачанную грудь.       - Мне было неплохо и одной.       Действительно, помимо близнецов и Тайлор здесь было еще несколько парней, вроде, их одноклассники, что громко смеялись над Ником и Жаном, которые о чем-то спорили, стоя у большого дерева, по стволу которого тянулась лесенка из приколоченных к нему деревяшек, уходящих вверх к достаточно старому домику на том самом дереве.       - Что на этот раз? – спросил старший, подойдя к двум парням и протянув тем руку.       - Никак не определяться кто первый, - с задором ответил один, убирая руку в карман джинсов после рукопожатия.       - А вот я бы не советовала туда забираться, - подошла Тайлор к Фортерам, сначала обнимая девушку, а потом своего парня, оставаясь прижатой к его бедру одной рукой. - Слишком опасно… - поежилась она.       «Но разве это остановит этих придурков?» - промелькнуло продолжение фразы в голове Кловер, после которой она срывается с места, расталкивает парней в стороны и карабкается по лесенке, ловко забираясь в домик через люк в его полу.       - Теперь, первая я, - восклицает она, посмотрев вниз.       Выпрямившись, девушка аккуратно прошла дальше, пробуя доски на прочность, отчего те жалобно проскрипели под ее весом, слегка прогнувшись. Домик был небольшим, рассчитанным на детей помладше, краска на стенах, что до этого, видимо, была каким-то оттенком розового, выцвела и облезла, выставляя всем на обозрение посеревшие от старости доски. В одном из углов стояла маленькая скамеечка, из-под которой появилась небольшая сороконожка, скрываясь в щели, отчего по позвоночнику девушки пробежал холодок, подобно этому самому существу. Рядом со скамейкой простенький столик на столбике-ножке, под ним забытая чайная чашечка от детского сервиза, какая-то фотография, которая выглядела так, что к ней и прикасаться было противно. В противоположной стене небольшое окошечко, из которого открывался вид на соседний участок через тропинку.       В отверстии люка появляется каштановая макушка, следом веснушчатый нос и широкая улыбка – Ник, в домик забрался Ник, заставляя доски нездорово простонать от веса, что на них оказался.       - Хера… - удивленно осматривается парень.       - Эй, Кловер - кричит уже Жан снизу. - Слазь, мне тоже интересно.       - Да, сейчас, - тут же отзывается девушка, бросая взгляд на слишком уверенно шагающего близнеца, но стоило и ей, неосторожно ступить на ту же доску, на которой находилась одна нога Ника, послышался громкий треск и пол под подростками обрушился.       Сопровождаемые криками снизу, они было полетели вниз, но вот только Кловер успела схватиться за первую попавшуюся ветку, а парень с криком боли приземлился на землю, тут же заваливаясь на бок. Девушка беспомощно оставалась висеть на ветке, уже с трудом держась за ту одной рукой, пальцы которой предательски начали соскальзывать.       В панике она старается дотянуться до той же ветки другой рукой, ногами, или хотя бы носками ботинок, старается достать до ствола и оттолкнуться вверх, но все тщетно.       - Кловер, - отчаянно вопит Итан внизу, пока остальные кружили возле Ника. – Только держись. Прошу тебя, держись.       Парень сам подступает к этому злосчастному дереву и начинает так же по лесенкам карабкаться, в то время как сестра все же смогла дотянуться второй рукой, цепляясь за кору ветки ногтями, что страдальчески отозвались, не внушая особой уверенности и надежности. Вверх, обратно в домик, забраться она уже не сможет, доски попросту сломаются, а она грохнется на спину и обдерет всю кожу на руках о сломанные края.       Еще несколько деревяшек и брат уже тянется одной рукой к сестре, которая опасливо, боясь оборваться, тянет руку к нему, кусая губу и чувствуя, как вторая рука, оставшаяся на ветке, затряслась. Между их пальцами несколько миллиметров, что предательски не давали им схватиться друг за друга. Несколько секунд такой попытки, и Кловер чувствует, как скользят пальцы из-за вспотевших от волнения ладоней, внутри все сжимается, она кидает взгляд на размыкающиеся пальцы чувствует лишь страх падения, чувствует притяжение земли, как то просто хватает ее за ноги и тянет вниз, чувствует, как на второй руке смыкаются цепкие пальцы Итана, больно стягивая кожу. Чувствует, как ее дергает вверх, а потом неопределенную тяжесть и вновь свободное запястье – брат падает вслед за ней, немного замедлив ее падение и хоть немного сократив расстояние до земли.       Тело Кловер пронзает болью от ноги, на которую упал брат, до кончиков пальцев, из-за того, что на некоторых сломались ногти, что особо цепко держались за ветку, и прокушенной губы, с которой по подбородку покатились капельки крови. Между ними были лопатки и бедро, что и приняли основной удар об землю на себя.       Итан же отделался ушибленным плечом и теми же лопатками, из-за того, что опасливо полетел вниз головой. Приземлившись с перекатом, он задел и сестру, боясь упасть на нее и просто раздавить своим весом.       Почти сразу же после того, как они приземлились, к ним подбежала Тайлор с поблескивающими от слез глазами, что обеспокоенно осматривала их.       Первое, что увидела Кловер, повернув голову в сторону – неестественно выгнутую в другую сторону и опухшую ногу Ника, с которой уже стянули обувь, и его искаженное болью лицо.