Случайности не случайны

— Какого хрена, старушка-маразматичка?! — возник в кабинете венеролога Андрей. — Андрюша? Что-то случилось? — отвлёкся от ноутбука Купитман. — Ручки твои пакостливые случились, Ваня, — заявил мужчина, — совсем оборзел, еврей кучерявый? — Ах, ты про это, — вспомнил Иван Натанович, — я куплю тебе новый зарядник, — улыбнулся он. — Не слышу извинений, — возмущённо уселся напротив Вани Андрей. — И не услышишь, Андрюша, — венеролог захлопнул крышку своего ноутбука и достал из-под стола бутылку коньяка и два стакана, — давай лучше выпьем. Спустя два опустошённых грааля, Быков решил прояснить, почему у Купитмана такая реакция на увлечения лучшего друга: — Ты мне, Вань, скажи, — начал он, — ты чего так из-за игрушки взъёлся? На день рождения не пришёл, признаю и каюсь, — заявил мужчина, — подарок отдам чуть позже. Но ты же лишаешь меня всякого удовольствия во время рабочего дня. — Говоря кратко, мне неприятно. Говоря более откровенно, я ревную. В конце концов, компьютер был в приоритете, нежели компания лучшего друга, — объяснил Иван Натанович. — Сначала приставка, затем Изольда, на десерт ноутбук, — вспоминал все приступы ревности Быков, — Что дальше? Подкараулишь Кисегач и ударишь арматурой по голове? — выдал тихий смешок Андрей. Ваня молча посмотрел на него, не подтверждая, но и не опровергая слова Андрея. — Стой, ты серьёзно хотел и Настюху пришить? — удивился терапевт. — Нет, конечно. Просто, — он накрыл тыльную сторону ладони Андрея своей рукой. Последний никак не изменился в лице, но один его палец незаметно дрогул от неожиданности, наверое, как и его сердце, — Ты переключаешь всё внимание на другие вещи, перестаёшь со мной общаться, а мне тебя, — он проглотил противный ком в горле, — не хватает. В такие моменты особенно остро это ощущается. Я же так привык к твоим дурацким аморальным шуткам и розыгрышам, к идиотским обзывательствам и голубым глазам, — так хорошо начал, а дальше что-то пошло не так. Но Ваня, как ни в чём ни бывало, продолжил, — А когда это на длительное время пропадает из моей жизни — она становится серой и скучной, понимаешь? — он заглянул в эти самые голубые глаза, надеясь увидеть в них согласие. — Понимаю, — ответил Андрей, высвобождая свою руку из-под руки Вани. Терапевт тут же немного приподнялся, обхватывая шею друга, чтобы притянуть его к себе. Он уверенно снял очки, откладывая их куда-то в сторону. Андрей нетерпеливо притянул Ваню, который и слова против не сказал. Для большего напряжения он не сразу поцеловал его, а лишь томно дышал ему в губы на протяжении нескольких секунд, после которых у Купитмана сорвало крышу и он не выдержал от такой близости, сам приникая к губам друга и напористо целуя его, пробуя этот терпкий вкус коньяка и Андрея, утопая в нём полностью. Раз и навсегда.