Наша тишина

[Дан] Мы зашли в комнату записи. Небольшое помещение с кучей расставленых инструментов. Ребята не убирали их, ведь завтра была назначена очередная репетиция. У самой дальней стены от двери стояла барабанная установка, как раз напротив окошка в комнату звукорежисера, где мы только что были. Тина подошла к ней и слегка стукнула кулачком по тарелке. — Играешь? — она повернулась в полоборота ко мне. Я стоял у неё за спиной, в паре шагов. — Да, но не так профессионально как хотелось бы. А ты? Она смутилась немного. Я подошел ближе, чтобы увидеть её глаза цвета океана. — Нет, мой инструмент — пианино. Барабаны всегда казались слишком сложными. Если с чувством ритма у меня всё в порядке, то с сумасшедшей координацией движений я, наверное, не справилась бы. Мне пришла идея, которую я не мог не озвучить.  — Попробуешь сейчас? Тина замешкалась, обдумывая предложение. — Я помогу, давай, — протянул ей свою ладонь. Тут мне вспомнилось, как она реагирует на мои прикосновения. Стало грустно. Но она посмотрела внимательно мне в глаза и сама взяла за руку. Что-то изменилось за эту неделю… Но что… Мы ведь даже не виделись. Обойдя установку я аккуратно посадил её на стул и взял палочки, которые лежали на малом барабане. — Тарелка, которую ты ударила первой называется крэш. Я ударил по ней палочкой, раздался мощный шипящий звук. — С другой стороны райд, для акцентов, — зазвучал короткий звонкий «дзыннь». — Большой барабан внизу называется «бочка», возле твоей левой руки — малый или рабочий, а это том-томы, — стукнул я по верхним маленьким барабанам. — У «бочки» есть педаль для твоей правой ноги, нажимая на неё ты извлекаешь звук. Сразу за рабочим — хай-хет, сдвоеннные тарелки, звук получается тоже при нажатии на педаль, она для левой ноги. Я увидел как она нахмурила бровки. Протянул ей палочки. — Просто попробуй. Кисти должны ходить свободно как и на пианино. Тогда звук будет правильным, легко будет держать ритм и руки не будут уставать. Ты ведь не одну сотню раз видела как играют музыканты, попробуй что-то простенькое. Мне хотелось поддержать это хрупкое создание, но «маленькому боссу» нужно сперва обязательно сыграть самой. Всё, на что я решился — направить её руки: левую над рабочим барабаном, правой ударить поочередно по том-томам и тарелке. Тина помолчала несколько секунд и начала отстукивать ритм на рабочем, периодически добавляя удары правой рукой по напольному тому. Ножка, стоящая на педали «бочки», никак не попадала в нужную точку ритма и её это подбешивало, я видел как подергивались скулы и сжимались губки. Серьёзная такая. Даже платье ей не помеха, ты смотри. — Да блин! Она притопнула ногой и резко ударила со всех сил по барабанам. — Малыш, не злись. Мне хотелось её чмокнуть в макушку, чтобы успокоить. Но я, стоя сзади, просто положил руки на плечи. Она немного вздрогнула, но не отстранилась. Приятное тепло разлилось по телу от этих прикосновений и я осмелел. — Садись ко мне на колени, — почти прошептал я. Тина опешила немного. — В смысле? Чем это мне поможет? Хм, так она не против такого поворота, осталось только объяснить чем. Видимо, была слишком в процессе, чтобы уловить в этом какой-то подвох. — Сейчас увидишь, встань на секунду. Она медлила, начала доходить пикантность такого предложения. Понимая, что могу потерять момент, поднял её под руки и поставил рядом со стулом. Уселся сам на него и так же за секунду посадил уже к себе на колени, держа за талию. — Ловкий ты, — прошептала Тина. Я чувствовал, что она немного напряглась, но в то же время ей приятна наша близость. Запах её волос отдавал чем-то лёгким, цветочно-ванильным, напоминая о лете. Такая сильно красивая. — Расслабься, мы всего лишь тренируемся. Она улыбнулась. — Я надеюсь. А то шутка про «красную комнату» перестаёт быть шуткой. — Меньше слов, начинай, — скомандовал я. Тина вернулась к старому ритму, но теперь уже моя нога нажимала педаль «бочки» и всё звучало слаженно. Девочка была довольна, я не видел её лица, но всеми клеточками чувствовал, что она радуется. — Мы, оказывается, отличная команда, Балан. Она отложила палочки и развернулась бочком ко мне. От такой близости я потерял дар речи. Дыхание участилось у нас обоих. Сердце выпрыгивало из груди. Блеск её счастливых глаз сводил меня с ума. Я вспомнил свои слова о ней: «Смотришь на человека и там целый мир. И он прекрасен» [Тина] Вот это ты даешь, Кароль. Отчаянная. С момента нашей прогулки, я начала больше доверять ему. Это случилось само собой, скорее на каком-то энергетическом, подсознательном уровне. Ум, конечно, продолжал сопротивляться, но мой внутренний лёд тронулся, и это главное. Я настолько увлеклась и воодушевилась своим барабанным приключением, что оказалась у него на коленях в паре сантиметров от поцелуя. Мне захотелось ему признаться. — Знаешь, Дан… Я ведь чувствовала каждый твой взгляд на съёмках. Мне не обязательно было поворачиваться к тебе, чтобы чувствовать эту энергию. Смущалась я дико. Но и кайфовала конечно, — она задумалась, подбирая нужный образ. — Твой взгляд как лазерный луч, только из желания. Плавит на расстоянии. Не отрывая взгляда, он провел нежно кончиками пальцев по моей щеке. Его губы были так близко. Забыла как дышать. — Прости, малыш, но это выше моих сил, — он прижал меня к себе и впился в губы. Руки сами скользнули на его талию. Сильно, властно, нежно до одури. Сводил с ума языком, медленно то проникая к моему, то пряча его обратно. Внизу живота приятно заныло и я почувствовала, что меня немного потряхивает от возбуждения. Его горячая ладонь на груди. То грубо, то нежно, он массировал по очереди то правую, то левую. Иногда отрывал ладонь и большим пальцем гладил соски такими же настойчивыми круговыми движениями. Он ни на секунду не отрывался от губ, а я изнывала от наслаждения. Не прерывая поцелуя, откинул волосы, плавно наклонил голову чуть набок, открывая доступ к шее и переключился с губ на неё. Я постанывала от удовольствия, это заводило его ещё больше. Чувствовалось, насколько сильно он возбужден. Мы будто сгорали друг в друге. Внезапно Дан прекратил ласки и ладонью повернул моё лицо так, чтобы наши глаза оказались напротив. — Когда происходит магия, это beyond my control. Он медленно провёл большим пальцем по моей нижней губе, слегка прижимая и смотря на неё. Я закатила глаза от переизбытка возбуждения и глубоко вдохнула, чтобы прийти в себя. Получалось, конечно, слабо. — Я не хочу тебя торопить. Он посмотрел очень серьёзно, хотя страстные огоньки в глазах продолжали поблескивать. Да, самоконтроль у него шедевральный. Куда уж мне. — Ну мы же в красной комнате. Не могу устоять перед тобой. Я улыбалась. Взяла его за руку и, поглаживая длинные пальцы, прошептала: — Координация движений у тебя потрясающая не только в игре на барабанах. Не отрывая взгляда от его огоньков, провела влажным язычком по верхней губе, после чего слегка прикусила нижнюю. — Ти-и-на, — протянул он, — если будешь себя плохо вести, — он не успел закончить. — То что? — приблизилась к его губам максимально. Он резко прижался к моему уху и выпалил: — Буду дышать тебе в ухо! Это была шутка со слепых, на которую я не отреагировала, сдержавшись. Но, как и сейчас, мне было очень смешно. Дан начал быстро-быстро, но прерывисто, вдувать в ухо воздух. Я извивалась, заливаясь смехом, а он сцепил объятия, не давая мне убежать. — Мы сейчас поломаем барабаны! Дан не унимался, как ни в чем не бывало парировал: — Я куплю им новые. Невозможный. Безбашенный. Забавный. Безумно сексуальный. — Да-а-ан, пожалуйста, хватит, — я взмолилась о пощаде. Он громко фыркнул в ухо в последний раз и чмокнул в макушку. Так трогательно. Нежный. Я легла на его плечо. Скоро мой день рождения и это, судя по всему, главный подарок от Вселенной. Он ещё крепче прижал меня к себе, обвив руками. Я закрыла глаза. Пусть этот момент будет с нами всегда. Пожалуйста.