Наша тишина

[Тина] Следующее утро началось с прогулки в лес. Лес всегда хорошая идея, когда-то говорил Дан. Всегда умиротворяющая волна. Людей там почти не бывало, сейчас, в это карантинное утро тем более, мы наслаждались тем, что могли гулять, держась за руки, свободные от посторонних взглядов. — Я, гуляя в лесу, часто думаю о судьбе, — сказал он задумчиво. — В жизни случаются непредсказуемые вещи, иногда очень болючие и страшные. Неподконтрольные нашей воле, как бы нам не хотелось обратного. Но у всего есть своя цель, своё предназначение — у любого события. И постичь её можно только в процессе, доверившись Вселенной…другу другу…стараться жить осознанно в каждом моменте, — он ещё крепче сжал мою ладонь. — Делай, что должно, и будь что будет. Будто каждый день — последний день жизни. Он сделал паузу, чтобы убедиться что слово «последний день» меня не задело. Но сегодня я воспринимала это отстранённо, и реакция была спокойной. — В хорошем смысле, конечно. Это звучит как чрезмерный фатализм, но суть такого доверия чуть иная, чем слепая fatality, — продолжил он. - Она очень светлая…она в любви…ко всему живому, к самой жизни… Если это глобальное чувство живёт внутри, светится, тогда и любовь друг к другу становится максимально безусловной, насколько это возможно для человека. То, что случилось с тобой и со мной привело нас к той точке, где мы вместе. К счастливой точке. Я повернула его к себе, чтобы взглянуть в глаза. В моменты, когда он открывал душу, я и вправду ощущала, словно глубокий космос говорит со мной через него. Хотела посмотреть этой глубине в глаза и сказать, что я уже не боюсь. — Люблю тебя. Он сжал меня в объятиях и прошептал в ответ слова, от которых моё сердце вспыхнуло нежностью: — Ты моё чудо. Вернулись домой мы уже ближе к обеду. Мне нужно было отвлечься на час для репетиции по скайпу с участницей для финала. Дан пока хозяйничал на кухне. Когда я спустилась вниз, он, судя по всему, с обедом закончил и, сидя на диване, мял в руках плюшевого кенгуру. — Это тот кенгуру с «Ночи суперхитов»? — в его голосе снова зазвучали задумчивые нотки. — Да. — Зачем хранишь его? Это ведь не мой подарок, а уловка сценаристов. Я поёжилась от упоминания сценаристов, но решила ответить прямо, раз уж спросил. — Как напоминание себе о том, чего не нужно делать. Я в то время странно вела себя на публику, когда продюсеры наши отношения снова пытались «взять в оборот». И мне очень жаль, — виновато опустила глаза. — Ты, в отличие от меня, держался достойно. Он улыбнулся. — Да, мне запомнилось, как ты мне спела «Дан, Дан, Дан, люблю тебя»… Вначале показалось таким милым, но потом… потом мысль об обесценивании чувств этой игрой на публику не давала мне покоя, что и сказалось на послесловии… Помнишь кавычки? — он повторил сгибательный жест двумя пальцами обеих рук. — Помню. — Тебя это не задело тогда? — Немного, но это не имеет значения, я сама показала себя тогда с ужасной стороны. Сейчас понимаю, насколько моё поведение выглядело глупым в твоих глазах. Он отбросил кенгуру в угол дивана и подошел ко мне, взяв за руки. — Я, правда, не мог уловить, зачем ты подыгрываешь им. На тот момент мы снова были вместе, и, казалось, тебе это уже ни к чему. Меня бесило конечно, но я побесился и отпустил момент. Не маленький ведь уже. Он помедлил пару секунд и добавил. — Чувства к тебе оказались слишком сильными, чтобы такие мелочи повлияли на моё отношение. Хотя только ближе к боям ощущение неустойчивости между нами перестало ощущаться. Где-то в то время, ты меня Вене представила уже не только в качестве коллеги. Не подумай, что морали тебе читаю, я тоже совершаю ошибки, я не святой. — Да… святой у нас только Димка Монатик. Мы засмеялись вместе. — Пойдём, накормлю тебя вкусной рыбкой и салатом. Вечер подкрался незаметно. Дан отвлекся на час для репетиции с участниками своей команды, одолжив у меня ноут. Не теряя времени зря, я пошла в спортзал и даже успела принять душ, когда он нашёл меня. — Какой милый халатик, — его взгляд снова вспыхнул огнём. — Когда ты так смотришь, ноги подкашиваются. Он приблизился вплотную ко мне. — Я подхвачу, не переживай. Такое соблазнительное зрелище, когда вода омывает каждый изгиб твоего тела, а я всё пропустил, — он накрыл мои губы глубоким поцелуем, голова закружилась от нашей близости. — Не повторишь для меня? — Может, лучше потанцуем? Судя по улыбке, моё внезапное предложение пришлось ему по вкусу. — А давай. У меня как раз идея появилась. Дан утянул меня в комнату. Нашёл в телефоне мелодию. — У тебя есть док-станция с колонками здесь? Я указала на столик в углу. — Отлично. Как раз офигенную песню репетировали сейчас. Dua Lipa «Physical» слышала? — Конечно. — Вот и славно, — он выключил свет, включив музыку погромче. Я начала ритмично покачиваться в такт музыке, запрокинув голову и раскинув руки в сторону. — Споём? Не дожидаясь ответа, начала куплет:

Common love isn't for us We created something phenomenal Don't you agree?

Он подхватил.

Don't you agree?

Темнота обостряла ощущения и наполняла и без того наэлектризованную нашими желаниями комнату. Его руки скользнули к поясу халата и потянули за ткань, освобождая узел. Одним движением халат соскользнул с моих плеч. Дан прижал меня за талию к себе.

Who needs to go to sleep, when I got you next to me?

Я ловко сняла футболку с него, и, напевая, принялась за его брюки.

All night, I'll riot with you

Наконец-то его тело тоже освободилось от лишней одежды.

I know you got my back and you know I got you

Он усадил меня на талию к себе, поддерживая руками под попой. Мои руки обняли его шею, и невероятное притяжение соединило наши губы, словно магниты, продолжаясь жарким теплом по всему телу.

So come on, come on

Он спустил меня слегка вниз, резкий рывок, и вот я уже чувствовала его силу внутри. Безумие желаний закружило нас, наполняя пространство голосами, сливающимися в громких стонах и именах друг друга. [Дан]

come on. let's get physical.

Моя сладкая девочка… …только моя…