Sidera nostra

Несколько дней спокойствия остались в прошлом следующим утром, с приездом посла от Драгоциев. Рассвет казался красивым и страшным. Отсрочка закончилась и теперь всё зависело только от удачи и наработанных навыков. — Маар, займись ими, — попросила Василиса имея ввиду подчинённых. У неё самой вряд ли хватило сил на это. Она не спала целую ночь. Просто не могла заснуть, смотря в потолок шатра и думая о своём. К счастью, Норта и Маришку удалось отправить домой, в отличии от Дерека. Тот ни в какую не хотел ехать обратно. Так что перед посланным от Фэша, молодым парнем, она сидела бодрая и полностью собранная, что, несомненно, добавило ей веса в его глазах. — — Это всё? — холодный голос, бесстрастное лицо. Им было бы лишним знать что она боится. — Так точно. — Тогда передавайте своему главнокомандующему, что ни задаваться, ни сбегать мы не намерены. Пусть не надеется. Парень учтиво склонил голову и гордым шагом вышел из шатра. Девушка, как только молодой человек скрылся из поля видимости, устало выдохнула и сгорбилась. Бессонная ночь давала о себе знать. — Маар. — Да, да, уже ухожу — послышалось из-за спины — Просто хотел удостовериться что ты в порядке. — Всё хорошо, — соврала — У нас нету поводов не верить словам Фэша, так что на подготовку нам дали всего четыре часа, — она выпрямилась в кресле — Иди. — Если будет плохо, скажи, на поле боя нужно быть бодрой, иначе… — Да знаю я! — перебила его Василиса — И «иди», было приказом, если ты не понял. Это не обговаривается. — Так точно — буркнул Маар, и вышел, оставив её с Алексом и ещё двумя стражниками. — Как Вы, капитан Шиан? — подал голос Белый, через несколько минут тишины. — Как то слишком часто в последние дни звучит этот вопрос, — выдохнула девушка — Я в порядке. — Вам стоит выйти подышать воздухом, может полегчает, — участливо продолжил он — Вам составить компанию? — Знаешь, а хорошая идея — внезапно согласилась девушка, даже не иаздумывая. От свежего воздуха ей однозначно станет лучше — Заодно пойдём до конюшен, проверим как там кони. Встала со стула и прошла к выходу который специально для неё придержал Алекс. Дальше всё было размыто, последнее что она запомнила, была белая ткань с едким запахом, которую приложили ей к лицу.

***

Pov Фэш Он поднял голову от карты и посмотрел на двух стражников, которые внезапно ворвались к нему. — Что случилось? — Там… Это… — начал бормотать младший из них — Есть одна проблема… — Капитан, там вас обвиняют в… Ну там… Поняв что от них будет мало толку, он поднялся со стула и вышел из шатра. Там, на коленях и со скрученными руками стоял Маар. — Мразь! — видимо и он заметил Фэша — Какая же ты мразь! — Фэш, он один и без оружия — к нему подошёл Ник — Что делать будем? — Отпустите его и проведите ко мне — приказал брюнет — Это личное. В груди завозилось ужасное предчувствие. Как только его приказ выполнили и они остались одни, Маар, которому во избежание связали руки, перешёл от обвинений к вопросам. — Где она?! Куда ты её дел, придурок?! — Кто она? — Фэш понял что случилось что-то плохое — Василиса?! — Только не делай вид что не причём! — Маар зашелся в истерическом хохоте — Кто ещё мог выкрасть её кроме тебя?! — Ч.что? — Как «что»?! Она пропала! Убиты двое стражников которые в то время были с ней! В её шатре следы борьбы видно даже невооружённым глазом! Алекс тоже пропал! И теперь ты будешь говорить что не причём?! Внутри что-то оборвалось. Она пропала. В любой другой ситуации, он бы порадовался что она ушла и не пострадает, но если Маар, этот весельчак, сейчас в истерике… Всё хуже чем могло бы быть. — Да не трогал я твою Василису! — единственные слова, которые он смог выдавить. На язык просилась только нецензурщина. Но кому нужна была Василиса? Кроме него конечно. На сколько он знал, с Огневыми счета были только у Драгоциев, но никакого приказа он не получал. Признание его невиновности, пришлось повторить несколько раз, чтобы Маар услышал. — Да что ты говоришь?! — он ухмыльнулся — А кому ещё нужна Василиса, если не Драгоциям?! Фэшу и самому нужен был ответ. Поняв, что истерика не собирается заканчиваться, он одной рукой поднял блондина на грудки, а второй дал оплеуху. Помогло. Маар ошалевшим взглядом смотрел прямо на него. — Успокоился? — блондин вздрогнул от его ледяного тона но кивнул — Мы найдём Василису, но для этого сначала надо прекратить это всё — уже спокойнее добавил он.

***

Pov Василиса Твёрдо… Очень твёрдо, и холодно. С каких пор её койка такая неудобная? Шея затекла, плечи ломило, ноги она почти не чувствовала. Да и в последние дни было достаточно тепло для того, чтобы носить юбки и короткие рукава. Почему тогда она так замёрзла? Может внезапные заморозки? Было бы очень неудобно… Открыла глаза и вперилась взглядом каменную стену. Несколько минут она так и лежала не понимая как из шатра оказалась в этом месте, а потом подскочила. Ну, попыталась. Тело, которое довольно долгое время лежало в одном положении отказывалось повиноваться. Интересно, сколько она в отключке? Пронеслась равнодушная мысль о том, что довольно долго. Её отряд стоял в лесу, а до ближайшего города было несколько часов верхом. На глаза попался старинный канделябр, которому было, бог знает сколько, лет. Факел в нём почти истлел и горел угольками. Света он почти не давал, так что помещение утопало в полумраке. Сама она лежала на койке, если можно было так выразиться, описывая нечто, состоящее из соломенного матраса. — Даже одеялом не накрыли — слова отбились от стен глухим эхом — Что? Гостеприимство? Не, не слышали! Она делано цокнула языком и оглядела помещение. Тёмные стены, грязный, затёртый пол, канделябр на стене, крепкая деревянная дверь и старое ведро в углу. Василиса старалась не думать для чего оно предназначено. Окон, небыло. Видимо она находилась под землёй. — Ставлю этому месту одну звезду. Не хватает мышей и цепей для полноты картины. Из, как видимо, коридора, послышались тяжёлые и знакомые шаги. Только чтобы вспомнить их владельца, девушке не хватило времени. Звякнули ключи, что-то скрипнуло в дверной скважине и дверь открылась. Василиса недовольно зажмурилась и села на кровати прикрывая глаза ладонью. Когда она привыкла к свету и посмотрела на человека открывшего дверь, ей захотелось то-ли плакать, то-ли смеяться от обсурдности ситуации.