И дольше века длится день

Кто вообще мог подумать, что игра в снежки с тупыми семиклассниками выльется в настоящую бойню с распаленными выкриками и ругательствами сквозь задыхающийся смех? Ох, без сомнений, это был чертов Кенни Маккормик. И он привлекал внимание одноклассников, сидящих за ленчем. Нет, без шуток. Почти ВСЕ пялились на него сейчас, пытаясь понять, какого черта здесь происходит, и их миленькие коробочки, заботливо уложенные родителями, были забыты на коленях. Крейг сердито шмыгнул носом и чертыхнулся сквозь плотно сжатые зубы. Вот же придурок. Маккормик был его персональной головной болью, потому что на полтона перекрикивал долговязых школьников, чьё горло было расцарапано пубертатом. Такер собирался покурить в тишине и мирно поковырять снег кончиком вымазанных грязью кроссовок, но разве Кенни хоть раз спросил у Клайда разрешения опуститься своей тощей задницей на его аккуратно уложенные стопкой учебники, чтобы поболтать с Кайлом с полноценным комфортом? разве эта блондинка со стеклянными глазами не врывалась в личное пространство Твика, перебирая пальцами его плечо с довольной улыбкой? Маккормик делал все без оглядки на других и слепо шел на поводу у своих прихотей. Кого волнует мнение других, когда твое социальное положение умудряется тонуть в густом морском песке и задыхаться солью, выжигающей гланды до черных дыр? Кенни продолжал носиться с этими маленькими гремлинами, а Крейг был слишком зол, чтобы назвать его «подтертой задницей» и залепить звонкий подзатыльник. Да, дело было в младшей Маккормик. Она с улыбкой застегивала парку брата, тут же прищемляя его узкий, покрытый веснушками подбородок. Она засмеялась, а Кенни болезненно сморщился, по привычке пихая язык между узкой зубной щелью двумя поступательными движениями. Внезапно звонок прорезал запах стойкого пота и подростковые крики насквозь, как заостренный нож теплое масло. Отлично, планы Крейга были безнадежно испорчены. Такер предпочел докурить в тишине, нежели спешить в класс и глотать целиком миссис Поттс с её трясущимися от жира щеками, ярко-красной помадой, к которой постоянно липли испорченные краской волосы, и генетическими мутациями с кроссинговером. Дезоксирибонуклеиновая кислота. Нуклеотиды. Аденин, гуанин, тимин и цитозин. Идите вы к черту со своим генетическим кодом. Крейг несколько раз щелкнул зажигалкой, чертыхаясь себе под нос. Наконец оледенелый кончик сигареты заблестел искрящимся огоньком, и Такер уставился в небо.Толпа начинала таять в школьных коридорах, но оранжевая куртка выделялась на их фоне и, к сожалению, спешно направлялась к Крейгу. Покрытое веснушками лицо Маккормика напоминало Такеру о колониях муравьев; они копошились между подгнившими внутренностями мертвого животного, когда парню было пять. Пахнущий мускусом олень или мальчик, который был объявлен пропавшим пару месяцев назад? Крейг до сих пор не знал. Томас взял руку сына и, заикаясь, сказал: «Не смотри, дорогой, это просто дерьмовые декорации с хэллоуинской вечеринки, и больше ничего». Это был апрель, какого черта? Пока Крейг был полностью покружен в свои мысли, Кенни состроил щенячьи глазки: - Такер, оставишь мне немного? Я не курил уже с неделю, чувак. - Пососи мой хуй, Маккормик. Научись уже зарабатывать и прекрати таскаться по чужим карманам, - Крейг с нескрываемым удовольствием сделал последнюю затяжку, от которой его зрачки на секунду расширились, а пальцы судорожно сжали сигарету. Кашель нестерпимо царапнул горло от корня языка до трахеи, но Крейг с язвительным упрямством уставился на Кенни покрасневшими глазами. Когда держишь сигарету во рту всё время, горячий дым обжигает нос и попадает на роговицу. Такер задыхался, но продолжал глотать слезы и выдерживать образ крутого парня. Маккормик промычал что-то сквозь натянутый на губы свитер, а потом сдёрнул капюшон и ухмыльнулся, обнажая щель между крупными передними зубами. - Что, Твик у тебя больше не берет? Ах да, – в глазах Маккормика плясали лукавые огоньки, и Крейг недовольно свел брови к переносице. Кенни вдруг ехидно усмехнулся, смачно хлопнул себя по заднице и несколько раз дернул нижним веком, тут же умело изображая голос бывшего парня Такера: - Т-ты только что ударил К-кенни, ч-чувак. Т-ты б-больше не хочешь со мной т-трахаться, д-да? Маккормик вовремя по-кошачьи изогнулся, чтобы кулак Крейга лишь мазнул воздух перед его лицом. Блондин улыбнулся во все тридцать два зуба и одну щель и примиряюще поднял руки перед собой: его пальцы чуть потряхивало, и Такер мысленно просчитал дозу амфетамина, необходимого для летального исхода. При передозировке приводит к инсульту миокарда, расслоению аорты и еще паре-тройке вещей, которые вязли у Крейга во рту при одной попытке их озвучить. Метаболический ацидоз. Рабдомиолиз. Коагулопатия. Иногда Такер мог открыть себя, как ходячую энциклопедию, и выудить изнутри множество бесполезных фактов, которые сквозь дремоту на уроках забивали ему голову до самого чердака. Когда-нибудь он переполнится, и крыша поедет по наклонной. Парень потаскал окурок губами, сплюнул его на землю, под покрытые железнодорожной глиной кеды Маккормика, и с неохотой протянул Кенни потрепанную пачку с выцветшей маркой лаки страйк. Маккормик не стал ждать приглашения, тотчас ухватился за кончик одной острыми ногтями и, чуть не выронив её на подтаявший снег, запихнул между зубов. Кашель щекотал горло и лез в нос, но Такер с чувством вдохнул побольше воздуха в грудь и щелкнул зажигалкой прямо у Маккормика под ноздрями, чуть не обжигая ему по-мальчишечьи сбритые усы. Кенни благодарно зажмурился и с первой же затяжкой задом начал пятиться к дороге, то и дело поглядывая на крыльцо школы. Он, безусловно, успел бы свалить прежде, чем охранник соизволил бы оторвать свой зад от кресла. Да и вообще Маккормик был последним человеком, которого отчисление на три дня могло испугать. Просто в глаза Крейгу смотреть было сродни добровольному прыжку в маленький детский бассейн с двадцатью крокодилами, сидящими друг на друге в позе лотоса. - Знаешь, Такер, а мне все-таки понравилось. Я не фанат всех этих плеток и собачьих упряжек на шее, но был бы не прочь повторить, особенно… - Кенни развел руки в стороны в драматичном ожидании и помотал головой, как болванкой. Вверх, вниз, вверх, вниз. Кончик тлеющей сигареты игриво затрясся и кубарем скатился на почерневшие от времени и завязанные наспех шнурки. До размокшего асфальта оставалась пара шагов, но Маккормик продолжал по-павлиньи отмерять от брюнета расстояние в восемь футов. –…если от тебя так же будет нести дешевым пивом. Лающий смех в секунду прервался автомобильным гудком и воющим скрежетом тормозов: звук удара был глухим, будто дети во время боя подушками повалили самого младшего из них и со всей дури вмазали ему по лицу. Крейг закрыл глаза, зажмурил их так сильно, что мог ловить звезды с неба среди ясного дня. Дверь машины хлопнула, и послышалось «гамнючий, гамнючий, гамнючий». Тонг Лу Ким ткнул пальцем в расплющенное по асфальту тело, стукнул кулаком по помятому капоту старенького ниссана и почесал блестящую сквозь редкие волоски лысину. Автомобиль был загажен кровью, от которой несло палёным железом и дизельными выхлопами. Такер начал задыхаться от едкого запаха мочи и на штормящих ногах подошёл к лежащему в отдалении Маккормику. Американские президенты-жополизы не выплатят владельцу китайской забегаловки надлежащую страховку, а этим мальчишкам лишь бы шататься по дорогам и попадать под машины честных граждан. Крейг невидящим взглядом уткнулся в раскрошенное тело с трижды сломанным позвоночником и коричневыми пятнами по оранжевым брюкам: Тонг Лу Ким подтянул свои маленькие коленки к самому подбородку, чтобы забраться на переднее сидение машины с несколькими десятками ванильных ароматизаторов под потолком, и, вцепившись в руль, нащупал ключи зажигания в форме оленя. Он объехал труп за несколько саженей, чтобы убедиться, что Кенни не восстанет из мертвых и не прыгнет под его колеса снова. Пусть тупые американские детишки пососут тонглукимовский хуй. Звук мотора пробудил Такера, наступившего кроссовком в лужу крови от раскатанной в хлам по асфальту тонкой двенадцатиперстной кишки и, кажется, жидкости с непереваренным завтраком. Если бы Крейг сидел на корточках, он мог бы разглядеть малюсенькие звездочки хлопьев, размокших до комкообразной слизи и тонущих в желудочном соке. Такер сморщил нос и двинулся в сторону кабинета биологии. Мадам с причмокивающим звуком слизывала свиной жир со своих толстых сосисок с облупившимся лаком и даже не обратила внимания на слова Крейга о том, что Кенни Маккормика не будет на занятиях, потому что он мёртв. Такер беспомощно озирался в поисках человека, который нашел бы это странным, но Картман уткнулся носом в расплющенный телефон, а Венди с энтузиазмом обсуждала с Бебе поход в торговый центр и выслушивала нытье Клайда о том, что он никуда идти не собирается, потому что его младший брат подхватил простуду. - О боже мой, они убили Кенни, - лениво протянул Стэн, даже не отрываясь от рассматривания иллюстраций в учебнике биологии, и тыкнул в одну из них пальцем с ехидной улыбкой. – Смотри, Брофловски, он такой же жирный, как Картман. - Вот сволочи, - со смешком отозвался Кайл, увлеченный картинкой с толстячком в окружении семьи, демонстрирующим пороки ожирения, подрисовал парню гитлеровские усы и написал на сиськах матери «шлюха». Они с Маршем переглянулись, и дружное ржание разнеслось по классу. Крейг сглотнул ком в горле и умоляюще подёргал миссис Поттс за рукав цветастой блузки. Мадам, никак не умевшая справиться с лоснящимися пальцами и никчемной личной жизнью, неразборчиво начирикала несколько слов объяснительной записки и ткнула ею в грудь Такера. Катись отсюда куда подальше и прекрати ныть про какого-то мертвого мальчика. - Вообще-то это был мистер Тонг Лу Ким. Ну, та сволочь, что убила Маккормика, - как бы невзначай добавил Такер, но Стэн лишь мотнул головой и увлеченно начал отгрызать с ногтей припухший заусенец. Крейг спихнул все свои вещи в рюкзак одним движением руки и по пути поднял большой палец вверх в ответ на усердные кивки Токена, который был единственным, кто не проигнорировал появление Такера. Хотя и ему было глубоко наплевать на то, что перед его лучшим другом только что размазало по асфальту парнишку. А может быть ему было без разницы потому, что «размазало» - слишком громко сказано? Крейг любил преувеличивать. Легкого автомобильного, хотя и смертельного тычка не было достаточно для школьной сенсации. Народу хотелось хлеба и зрелищ, а не скорой помощи и почти целого Кенни за окном. О боже, это действительно были выводок медсестер и Барбреди? Черный пластиковый пакет был застегнут не до конца, и Такер мог видеть торчащие кеды Маккормика с пятнами крови. Один из них чуть сполз с ноги. Крейг сдавленно простонал и, опустившись над мусорной корзиной* перед столовой, выблевал туда рисовую кашу и остатки вчерашнего ужина. Не так много. Но ощутимо, чтобы жижа вытекала из небольших дырочек в боках на пол. Брюнета чуть не стошнило еще раз. Путь до дома Такеров занимал от силы восемьсот шагов и три прыжка по направлению к крыльцу, но Крейг обошел его кругом и, усевшись на скамейке заднего двора, достал старенький телефон. Вряд ли у кого в классе был настолько древний девайс, но Такер не жаловался. Аккаунт на твиттере Фельдспар. Пароль всемогутпососатьмойхер. Крейг нервозно почесал коленку и скрестил руки на груди. Перед его глазами снова встали стеклянные глаза Кенни и его дрожащие от амфетамина пальцы с сигаретой между ними. Черт дери, с утра Крейг был готов устроить Маккормику взбучку, потому что он визжал, как девчонка, а теперь – чтобы на его смерть хоть кто-то обратил внимание. Парень не был уверен, предусмотрено ли за насилие над трупом уголовное наказание в Южном парке. Брюнет потер замерзшие плечи и щелкнул по иконке «создать новый пост». «чел сдох в трёх шагах от них, и ноль реакции. да что не так с этими людьми».