Простуда

      Кашель начался вечером, а вот насморк подоспел только к утру. Температуры у Тани по-прежнему не было и она решила, что из-за лёгких симптомов ОРВИ прогуливать работу - не есть хорошо. Игнорируя косые взгляды Антоновой, она отсидела всё совещание, затем съездила с Даниловым на место преступления и даже смогла нормально провести допрос. Но состояние капитана всё равно говорило о том, что ей нужен постельный режим. Напарник уехал на задержание нового подозреваемого, Рогозина обговаривала это дело с Кругловым в своем кабинете, Тихонов проводил экспертизу в лаборатории, а Холодов прослушивал телефон одного из фигурантов, которого задержать они не могли, так как не было оснований, но у начальницы всё равно были подозрения насчёт него. Сама Белая решила выпить чаю, всё-таки какая-никакая профилактика. Вот только, кажется, это не сильно помогло. Выходя из буфета, она задержалась в дверном проёме из-за головокружения, а затем и вовсе свалилась в обморок перед какой-то сотрудницей. Кажется, это была их новая лаборантка. - Позовите Антонову! - голос девушки был последним что услышала Татьяна. Очнулась она на диване в буфете, спасибо что хоть в морг не потащили. - Белая, ты что творишь? - Галина Николаевна в ярости. Она всегда говорила, что ей нужны работоспособные сотрудники, а тут Таня со своей простудой. - 38.6! Ты дома должна находиться, а не здесь. - А с утра температуры ещё не было... - Ты почему дома не осталась? - вклинивается в разговор Валя, снимая манжету с руки девушки. - Ну, подумала раз температуры нет, то и на больничный оставаться нет смысла. Всего лишь насморк... - Ага. И сухой кашель. - обрывает её Валентина. - И давление, и, теперь уже, температура. - Быстро домой! - Но Галина Николаевна- - Это приказ! - Слушаюсь, товарищ полковник. - Белая с досадой выдыхает, убирая с головы мокрое полотенце. - Я вызову тебе такси. - Спасибо. ***       Данилов возвращается с задержания, мягко говоря, задолбанный. Этот кретин носился от него по всему району, но в итоге стал отговариваться, что, мол, я вас, товарищ капитан, за бандита принял. А ведь Стёпа показал ему удостоверение. Зараза. Он докладывает Рогозиной о задержании и о том, что Борис Аркадьевич Селивёрстов - человек, с которым у, теперь уже, трупа был конфликт перед смертью - уже находится в допросной, а сам идёт в лабораторию. - Что-нибудь новое по нашему делу есть? - В брошенной на обочине машине кровь покойного. - выдаёт результат Тихонов, но получает лишь взгляд Данилова в стиле "ты дурачок или притворяешься?". - Вань, я сказал "новое". Этому я даже не удивлён! Сразу было понятно, что труп на этом автомобиле перевозили. - Если ты такой умный, то нахрена ходишь сюда. - Иван садится на место, злясь, что его старания не оценили. - Ой, посмотрите, какие мы обидчивые. Андрей, у тебя что? - А у меня всё самое интересное. - Холодов весело улыбается, но как всегда тянет. - Ну, продолжай. - Этот мужик - брат покойного - уже на статью наговорил. Про убийство конечно ни слова, но из его разговора с помощником убитого понятно что труп вывез именно он. И не удивлюсь, если с этим самым помощником. - Отлично, тогда я поехал. А Белая уже- - Дома. - констатирует внезапно появившееся патологоанатом. - Вань, проверь пожалуйста. Это эпителий из-под ногтей трупа. - Один момент! - Не понял... - Что? - Твою первую реплику - А что непонятного? Белая уже дома. - она натыкается на непонимающий взгляд капитана и вздыхает. - Таня заболела. Ей ещё с утра было плохо, но кому же она об этом скажет? Дотянула до того, что грохнулась в обморок - Чего? С ней всё в порядке? - Ну, когда она уходила, температура была высокой. Надеюсь она сбила её, когда вернулась домой. И надеюсь, что вызвала врача! Это острая форма ОРВИ и с ней нужно лежать дома, а не за преступниками бегать. ***       После задержания он едет сразу к ней домой. На стук в дверь никто не реагирует, и Данилов аккуратно дёргает за ручку. Дверь открывается. Он осторожно проходит дальше, осматривая квартиру: ценные вещи вроде на местах, погрома нет. Тогда какого чёрта дверь открыта? Проходит в спальню. Девушка спит на своей кровати, рядом на тумбочке какие-то лекарства, врачей может и не вызвала, зато лечение начала. Стёпа присаживается на корточки перед кроватью и поправляет одеяло. Белая немного ворочается во сне, а затем совсем немножко приоткрывает глаза и дёргается. - Тихо-тихо - Господи... Данилов, напугал! - Таня трёт глаза и окончательно просыпается. - И что ты здесь делаешь? - Пришел узнать как ты, а у тебя дверь не заперта. - Разве? Наверно из-за температуры закрыть забыла. Голова болела, просто жуть. - она ложится обратно и натягивает одеяло до самого носа - из-за температуры ужасно знобит, а возможно она просто снова забыла закрыть окно на кухне. - Что? Он одергивает себя, понимая что всё это время не сводил с напарницы глаз, а затем решается спросить. - Тебе, может, нужно что-нибудь? - Какая забота... - она тихонько смеётся, но натыкается на серьезный взгляд. - Не знаю. Он выжидает недолгую паузу, а потом встаёт, собираясь уходить. - Если что - звони. - Ммм, стой. - она следит за тем, как он оборачивается и ждёт. С чего это он вдруг? - Вообще-то ты не обязан, но... у меня дома нет никаких фруктов. - кончились они вообще-то только вчера и сегодня она собиралась купить хотя бы яблок, но с этой чертовой 38.6, которая почему-то не хочет сбиваться, передвигаться по району трудно. А чтобы вылечиться, помимо лекарств нужны ещё и витамины. - Значит скоро будут. - Данилов с улыбкой подмигивает ей и удаляется из квартиры. *** Стёпа навещает её на протяжении недели, несмотря на то, что с этой работой почти не высыпается. А ещё он готов поклясться что Белая не улыбалась так бриллиантам, которые проходили по очередному делу, и ей приходилось снимать с них отпечатки, как она обрадовалась любимому шоколаду, который напарник привёз ей накануне выздоровления. Таня уверена, что не вылечилась раньше полторы или двух недель, если бы не Данилов со своей заботой. *** - Доброе утро! - улыбка становится немного шире, когда на ресепшене она замечает напарника. - Доброе. Как себя чувствуешь? - Прекрасно. Такое ощущение что и не болела вовсе. - Это хорошо. - он ставит роспись в журнале и слышит голос со стороны кабинета начальницы. - Таня! Стёпа! Зайдите ко мне в кабинет! - Надеюсь она сообщит нам о премии, а не о новом убийстве. Он уже почти доходит до кабинета, когда его догоняет Белая, что оставалась у ресепшена, чтоб расписаться. Она тянет его за руку, разворачивая к себе, и целует в уголок губ. - Спасибо. - Таня мило улыбается, а мужчина тем временем под землю провалиться готов. - За что? - он не знает, от чего именно этот шок. От благодарности или поцелуя. - За то что вылечил. - Ну, тут скорее тебе нужно благодарить лекарства. - Не, не, не. Мама мне всегда говорила, что лекарства и врачи лечат в последнюю очередь, а в первую всегда лечит забота и любовь близкого человека. - Вот как... - Да. А теперь пошли уже к Рогозиной, а то она нам уши надерёт. Стёпа улыбается и целует девушку в висок.