Портовая мафия

После случившегося в подвалах офиса, Чуя не мог заснуть двое суток. Каждая попытка заканчивалась криком в пустоту от кошмара, который стал его преследовать. Парень понимал, что если он не начнёт что либо делать со всем, что у него накопилось в голове, у него поедет крыша. Он хотел хоть как-то загладить вину перед семьей того советника, но в этом уже не было смысла. Дазай не пожалел никого, даже его детей. У парня спали с глаз розовые очки и он до конца понял, что Осаму не тот человек, с которым стоит разыгрывать детские сопли подростковой влюбленности. Чуя стал избегать любой встречи с ним, кроме крупных собраний, где шатен пилил его холодным и одновременно прожигающим насквозь взглядом. Почему-то казалось, что он хотел с ним заговорить, но всегда просто молча провожал его взглядом в коридорах офиса. Время шло и руки Накахары все сильнее тонули в реках крови, что он проливал. Воспоминания о прошлом стали расплывчатыми, а настоящее превращалось в серую рутину. Чтобы отогнать от себя тревогу и тоску, он стал чаще наведываться к своим братьям и сёстрам по «банде» в приют. Некоторые уже нашли себе новый дом и жили счастливо в любящих семьях, а кто-то все ещё сидел и ждал чуда. Накахара лично следил за их питанием, за здоровьем и в какие семьи они расходятся. Большинство уже переходили в старшую школу и строили планы на далекое будущее. Чуя был рад тому, что его жертва была не напрасной. Он не говорил им что, стал убийцей и истязателем. Ребята думали что он лишь офисный клерк на побегушках у мафии и все время подкалывали его за это и он всегда им все прощал. Они стали отдушиной в гнетущей его реальности, и он ценил каждую с ними встречу. Прошло ровно два года. Чуя стал опытнее в своём деле и наглее по отношению к начальству, потому что сам стремительно поднимался по карьерной лестнице. Он купил себе отдельную квартирку рядом с приютом, чтобы чаще заглядывать к ребятам. Завёл противного кота, который не воспринимал никого кроме Чуи и стал сам перед собой разыгрывать спектакль о том, что он живет обычной жизнью, стараясь игнорировать тяжесть свои грехов, которые эхом напоминают о себе в ночных кошмарах. Накахара так и жил, изредка прерывая череду бесконечных убийств на редкие разговоры с Озаки за чашечкой ее неповторимого чая и играми со своей своеобразной семьей, пока не случился разговор, который сбил его со складного ритма его жизни.

***

Когда мой рассказчик говорил об этом, он опрокинул два шота крепкого саке и тощими пальцами провёл по уставшим глазам. Было видно, что он собирался поднимать очень тяжелое для него воспоминание из глубин своего разума.

***

Был вечер пятницы и Накахара, как обычно, направлялся к приюту, чтобы поужинать, когда на его телефон упало сообщение. Он поднял экран мобильного и увидел сообщение от Осаму. Рыжий слегка напрягся. Дазай лишь написал чтобы он, поднялся к нему в офис, но почему-то эта короткость настораживала. Чуя нервно выдохнул, подошёл к своему мотоциклу, сел на него и поехал в сторону здания мафии. В голове крутились догадки, почему Дазай вызвал его. Может очередное собрание? Но это было невозможно, потому что Озаки улетела в Китай решать проблемы с лабораторией голубого льда, а без неё в собраниях нет смысла. Помнится однажды, Чую в довольно хорошем расположении духа, Осаму позвал чтобы тот, составил ему доклад о продажах оружия и сбора кредитного налога с бедных районов Йокогамы. Рыжий развалившись на кресле составил подробный рассказ обо всем, что знает и после того, как выслушал несколько замечаний со стороны шатена невзначай в шутливой форме назвал Осаму «заботливым папочкой». Он до сих пор помнит, как шатен запнулся в своей речи и сев на кресло тихо усмехнулся. От того смешка по коже рыжего прошлась волна мурашек, и не решаясь больше проверять лимит терпения своего босса он попрощавшись быстро ушёл домой. В лифте до него только дошло, какую глупость он сморозил и ожидал от Дазая дополнительной возни в виде квартальных отчетов и сбора документов в добавок к его основной работе, но этого не случилось. Ничего не изменилось. И это сильно напрягало. Накахара за все время во многом понял алгоритм поведения Дазая, но все еще он был для него непредсказуем. Поэтому такое затяжное затишье было не к добру. Он приехал к офису, припарковал мотоцикл и проведя карточку по датчику у входной двери вошёл внутрь здания. Почему-то сердце бешено колотилось в груди и его словно тянуло вниз от волнения. Он поздоровался с охранниками, которые сидели у стойки регистрации. Нижние этажи здания были обыкновенными бизнес-центром и банком. Остальное занимали офисы, апартаменты и даже VIP-казино, в котором богатые идиоты оставляли крупные суммы, влезая в долги, которые брали у мафии. Чуя нажал на кнопку в лифте и тот тут же тронулся. Цифры на экране менялись одна за одной и его все больше наполняла тревога. Нога стала непроизвольно стучать по полу, создавая ритмичный стук. Вот двери лифта распахнулись, после короткой мелодии и перед парнем раскинулся длинный коридор, в конце которого его ждала темная тяжелая дверь. Тут сердце уже до конца ушло в пятки и он двинулся вперёд. С правой стороны на стене висели дорогие оригиналы картин, в обрамлении позолоченных рам, а с левой стороны были панорамные пуленепробиваемые окна. Стояла гробовая тишина и были слышны лишь шаркающие шаги Накахары по дорогому итальянскому красному ковру. Дойдя до двери, он постучал три раза и вошёл. Это было обязательно, потому три стука означали, что это за дверью член организации. В кабинете не горел свет и стоял лишь полумрак, который разбавлялся светом ночного города из окон. За креслом сидел Осаму, который попивал дорогое вино из изящного бокала. На столе стояла бутылка в серебряном ведерке со льдом и второй бокал. — Звали босс? — кинул Чуя, пытаясь скрыть наигранной наглостью свой страх. — Да, чего-то ты не торопился. — Я был довольно далеко, попал в пробку по дороге. — Твои оправдания, как всегда, банальны. Я думал что хоть сейчас отличишься. — Я не обязан придумывать истории, чтобы развеселить вас лишний раз. Так, зачем я тут? — Мне скучно. Составь мне компанию. — протяжённо произнёс Дазай, рукой указав за вино на столе. — Я за рулем. — сказал парень, садясь на кресло перед столом из темного дерева. — Да ты чутка, к тому же я наслышан о твоей любви к столь пряному напитку. Не отказывай своему боссу, ты же не хочешь его расстраивать. — Какой повод хотя бы? — спросил Чуя, наблюдая за тем, как Дазай наливает ему красное золото в бокал. — Два года с твоего первого убийства. Думаю, такое незабываемое событие нужно отпраздновать. Чую передернуло. И вправду, сегодня годовщина смерти одного из основных советников Осаму. Неприятное ощущение, которое нарастало в груди Чуя тут же запил сладким напитком. И это была его грубая ошибка. Как только Накахара залпом выпил половину налитого, Осаму отложил свой бокал и начал странного рода беседу. — И как тебе образец из моего личного запаса? Думаю, он безусловно стоит своих денег, а ты как считаешь? — Вы же знаете, я не гурман как вы, так что для меня это такое же пойло, что продаётся в супермаркетах на скидках. — Неужели? Я считаю, что он отличается от всех своим пряным послевкусием, приятными нотками лимонной цедры и дурманящим ароматом. После этих слов шатена у рыжего стала немного кружиться голова и глаза плохо сосредотачивались на чем-либо. Чуя не подал виду и продолжил сидеть, выпив все вино до конца. Видимо напиток был слишком крепкий, пронеслось в мыслях парня. — Ну могу сказать точно, оно крепче магазинного в несколько раз. — Да, это точно, во много раз крепче. Ну, раз я тебя сюда позвал, я хотел спросить тебя об очень интересном факте о «голубом снеге». — Валяйте. — произнёс парень, чувствуя как внутри него начал подниматься жар. — Ты ведь имел дела с борделем в трущобах? Я бы очень хотел освежить свою память, как же изготавливают «сахар»? Ну тот самый подвид нашего наркотика, который используется на девушках. Сначала берут «голубой снег», расталкивают в порошок и… Что-то я совсем запамятовал. — Потом смешивают с экстази и щепоткой кокаина в пропорции два к одному. — Чуя чувствовал, как он начал сильно пьянеть и это все меньше было похоже на эффект от пары глотков вина. — Но как же наркотик попадает в кровь жертв? — Накахара резко почувствовал нарастающую волну возбуждения и тут до него стало доходить. Он попытался встать, но ноги ходили ходуном. Низ живота скручивало в безумном желании и он упал на пол сжимая руками ворс ковра. Он слышал, как Осаму поднимается со своего кресла и медленными шагами подходит к парню. Чую охватила паника и его словно откинуло на много лет назад, в тот самый день, когда пьяный ухажёр матери ворвался в дом. Он хотел использовать свою способность, но тут комнату заполонил зелёный свет и Накахара понял, что не может использовать свои силы. Единственное что ему оставалось это ползти в сторону выхода, однако ему помешала сделать хоть какое-нибудь движение, тяжелая нога Осаму. — Ах да, они ведь выпивают его с алкоголем и в течении пары минут теряют контроль над своим животным желанием. — Подонок… Чего ты хочешь этим добиться… — дрожащим голосом спросил парень. Но вместо ответа его потянули за волосы и он громко вскрикнул. Парень почувствовал как пара волосков со звоном оторвались и спали на пол. Прошло мгновение и Чуя оказался придавленным к холодному столу. С него резко сорвали плащ и тот с шорохом сполз вниз. Осаму крепко прижимал его к столу держась за тонкую шею и Чуя с трудом мог дышать. Где-то позади послышалась возня и звон чего-то металлического. Парень предпринимал жалкие попытки выбраться, но все тренировки словно канули в лету, ибо ни одна мышца не хотела слушать его. Шатен завел его руки за спину и стянул их кожаным ремнём. Хватка на шее рыжего спала и он сделал желанный глубокий вдох. Все происходило слишком быстро и охватившая парня паника не давала ему рационально мыслить. И когда шатен стал снимать с него джинсы, он предпринял последнюю отчаянную попытку выбраться, но тут же за это поплатился. Осаму снова схватил его за волосы и ударил его щекой об стол. Этот удар оглушил парня и он окончательно потерял контроль над собой. С глаз просто текли слёзы и он лишь стал ждать неизбежного. Дазай не стал церемониться с Чуей и начал нетерпеливо входить в него. Рыжий вскрикивал и умолял остановиться. Его словно стали разрывать изнутри и он почувствовал как по его ноге пробежало что-то тёплое. Как позже выяснилось это была кровь. Дазай резким движением вошёл в него до конца и у Накахары перед глазами чуть все не потемнело. Это была адская боль. Все жгло, ныло и болело, но одновременно его тело было искусственно возбуждено наркотой и все смешивалось в отвратительную мешанину из ощущений. Чуя плакал и не прекращал молить Дазая остановится, зная, что он полностью игнорирует его слова. — Дазай… Остановись… Пожалуйста, умоляю, это невыносимо… — голос парня уже охрип от крика и дрожал от накатывающей на него истерики. — Знаешь, я не могу оставить тебя в таком состоянии, я ведь заботливый папочка, поэтому я должен позаботиться о тебе… — процедил шатен сквозь зубы и стал рвано двигаться. Кабинет заполонили болезненные вскрики и непрекращающиеся мольбы Чуи. В конце концов, когда боль более-менее затупилась и парень частично поддался возбуждению, он просто перестал как либо реагировать на происходящее. Он просто смотрел в стену и считал секунды до конца. Вдруг Дазай резко остановился и рыжий почувствовал как его сперма растекается у него внутри, стекая по внутренней стороне бедра. К глазам снова подкатили слёзы, а в горле застрял ком отвращения. Стяжки из ремня ослабели и к затёкшим рукам наконец-то прилила кровь. Осаму снова взял его за волосы и откинул обессиленное тело Чуи на пол. Тот свернувшись калачиком всхлипывая себе под нос, неуклюже пытался натянуть на себя одежду. Но тут на его руки наступил Дазай и Накараха болезненно зашипев поднял испуганный взгляд на шатена. Мафиози опустился на одно колено и медленно провёл рукой по волосам дрожащего от ужаса Чуи. Он смотрел на него пустым взглядом, а его холодные руки вызывали отторжение. — Тише, тише. — произнёс Дазай утирая слезы с бледной кожи. — Знаешь, не этой реакции я ждал от тебя, жалкий щенок. — шатен запустил пальцы в волосы Чуи и сжал их с огромной силой, от чего парень застонал от боли. — Не надо… — Не надо? Ты ведь сам дразнился. Все время ловил твои взгляды и когда ты назвал меня папочкой, ты сам перешёл черту. Так что благодари меня, ведь я дал тебе то, чего ты так сильно хотел. — Я не хотел… — Нет, ты хотел этого! — внезапно закричал парень и отвесил Чуе сильную пощечину. Осаму резко встал, подошёл к стене и с силой ударил по ней. От этого звука Чуя сильнее прижался к полу и закрыл уши руками. — Ты этого всегда хотел и будешь только этого хотеть. Одевайся и уходи. Видеть сейчас тебя не могу. — после этих слов Дазай открыл дверь и с силой захлопнул ее за собой. Чуя остался один в темной комнате. Как в детстве. Только сейчас, тот кошмар который не случился тогда, теперь стал явью. Он не чувствовал ничего кроме страха того, что Дазай снова рассердится и вернётся. Он сквозь боль натянул на себя одежду, дрожащими руками поднял плащ и на слабых ногах пошёл в сторону двери. С трудом открыв ее, он понял что Дазай ушёл, поэтому он медленным шагом, скрестив руки на груди направился к лифту. Тут раздался звон уведомления на телефон, от которого Чуя вздрогнул. Он поднял его и увидел, что экран немного треснул. Пришло сообщение от Озаки, но Чуя проигнорировал его. Спустившись в подвалы офиса, он решил выйти через чёрный ход, потому что не хотел светиться в таком виде перед охраной. Его лицо было в синяках, глаза красные от слез и губы были искусаны в кровь. На голове был полный бардак и он чувствовал, как по его ногам все ещё течёт кровь. На улице стоял ночной мороз, поэтому парень решил вызвать такси. Дождавшись желто-чёрный минивэн, который ехал от силы минут пять, он сел в него и направился домой. Внутри было пусто. Ничего не было, кроме желания поскорее смыть с себя всю грязь и мерзость, но вот из воспоминаний этот день не стереть уже ничем.